Олег смотрел на Сергея Борисовича с удивлением и нехорошими предчувствиями. Выражение лица его самого опытного сотрудника изменилось. Сергей Борисович больше не напоминал ворчливого пенсионера. За пару минут он преобразился до неузнаваемости — черты лица его заострились, и в них проступила жёсткость, даже суровость. Голос наполнился бурлящей энергией. Взгляд стал колким и прямым, даже плечи расправились, из-за чего Сергей Борисович стал казаться выше и как-то внушительнее.

— «Код опасности — красный», — проговорил он официальным тоном, скользя цепким взглядом по напряжённым лицам охотников. — Я действую в соответствии с директивой двенадцать центрального офиса ВУЗЧ, в соответствии с которой мне приказано взять управление Липецким филиалом на себя с целью организации защиты Портала Лабиринта, находящегося на подконтрольной территории.

Лица присутствующих вытянулись. Несколько секунд все приходили в себя, с опаской глядя на человека, которого, оказывается, всё это время совершенно не знали.

— Простите, но… в качестве кого вы принимаете руководство? — не веря своим ушам, спросил Серов, глядя на недавнего подчинённого ошарашенно и в то же время — с изрядной долей сомнений.

— В качестве Хранителя Лабиринта, разумеется, — с этими словами Сергей Борисович снял пиджак и, расстегнув рукав рубашки, закатал его выше локтя, демонстрируя Олегу и всем остальным круглое клеймо на внутренней поверхности руки в виде стилизованного знака лабиринта.

Взгляды охотников обратились на знак. Многие переглядывались и перешёптывались с каким-то благоговейным трепетом.

— Но, уважаемый мэтр… Неужели в этом есть реальная необходимость? В Центре реально считают, что вампиры именно сейчас активируют Портал после такой длительной паузы? — спросила Эви, быстрее других придя в себя. — Я так понимаю, период бездействия продолжался несколько столетий?

— Эвита, факты, — упрямая вещь, — сухо ответил Сергей Борисович. — Аналитики Центра подсчитали вероятность такой попытки. Она уже сейчас составляет более восьмидесяти процентов, и с каждым часом риск увеличивается.

— Но… если этот риск так велик, почему мы тогда… всё это время… — Эви, обычно самая собранная и педантичная из всех, вдруг потеряла самообладание и запнулась. — Почему мы не уделяли этому должного внимания?

— Данные появлялись постепенно, и лишь недавно сложились в единую картину.

— То есть, получается, Лорин… хочет проникнуть в Лабиринт и для этого собирает артефакты руками Алексея Ермолова? — уточнил на всякий случай Руин.

— Это очевидно. Уже очевидно. Другой вопрос, получится ли у неё это. Много столетий назад вампиры потеряли возможность входить в Лабиринт. Даже если Выход удастся активировать.

— А люди? — подал вдруг голос Влад, до сего момента молча офигевавший от происходящего. — Люди могут в него войти, в этот ваш Лабиринт?

Сергей Борисович одарил гостя убийственным взглядом.

— Естественно, нет…

— Вы это… опытным путём установили? — не унимался Влад, ощутив вдруг острый позыв любопытства. — И что это за Лабиринт вообще, почему туда все так хотят попасть?

— А вот это уже — секретная информация, — сурово сдвинул брови Броневицкий. — Ты и без того услышал слишком много.

Влад нервно сглотнул подступивший к горлу ком.

— Что, вы меня теперь… это самое? — он живописным жестом провёл по горлу краем ногтя.

Броневицкий отрицательно мотнул головой.

— Ещё не хватало, — пренебрежительно фыркнул он. — Мы — защитники людей, а ты — всё же человек, хоть и… гнилой.

Приятель Ермолова поморщился, словно глотнул уксуса, но спорить не стал — обиженно засопел и заёрзал на стуле.

— Сергей Борисович, я так понимаю, времени у нас совсем мало? — спросил Руин. — Какие будут указания?

— Да, крайне мало. Все силы бросаем за организацию обороны, — пророкотал он и выразительно посмотрел на Серова. — Я займусь организацией постоянных дежурств у Выхода. Олег — ты продолжай работать в лаборатории. Можешь взять помощников, если надо. На какой стадии препарат? Есть хоть какой-то шанс его использовать в ближайшее время в боевых целях?

Стараясь не выдать эмоции, Серов поджал губы и ответил на вопрос с подчёркнутым спокойствием:

— По хорошему, ещё месяцев пять-шесть нужно на тесты, но первая экспериментальная партия уже готова.

— Прекрасно. После собрания встретимся в лаборатории, мне нужен подробный отчёт. И передашь мне все дела.

Олег молча кивнул.

— Руин, — продолжил Сергей Борисович. — Твоя миссия у Лорин пока окончена. Слишком опасно бросать тебя в это пекло, да и нет необходимости сейчас так рисковать. Она сама придёт к нам. То есть, к Выходу. И лучшее, что мы можем сделать, это достойно подготовиться. Из Москвы к нам уже стягиваются силы, ребят снимают с других задач, но потребуется некоторое время…

Молодой афганец хотел было что-то возразить, но, встретившись с тяжёлым взглядом нового начальника, промолчал.

— По группе «Сигма»…

— Я их отправил охранять Женю, — прервал Серов.

— Это трое, остальные во главе с Димой пусть явятся ко мне для получения дальнейших инструкций.

— А как же Егор? — вставил молчавший до этого полноватый мужчина в футболке с надписью «Цой жив». — Мы не будем пытаться вытащить его из плена?

— И Марину? — тут же подхватил Руин.

— Нет, — отрезал Сергей Борисович. — Защита Лабиринта — первоочередная задача. Я всё понимаю, но на кону сейчас — гораздо больше. Возможно, судьба всего человечества, всего мира. Я не буду сейчас читать вам лекций о природе Лабиринта и его особенностях. Вы все проходили вводный курс и знаете, насколько опасным может быть проникновение гематоморфов в это пространство. Последствия могут быть непредсказуемыми… вплоть до глобального апокалипсиса и ядерной зимы.

— А что, были прецеденты? — не удержалась Эви.

— Были. И закончились они крайне фатально для всех сторон. Так что, возможно, нам предстоит предотвратить глобальную катастрофу. Как вы думаете, на этом фоне одна или две смерти — это слишком высокая цена?

За столом вновь повисло напряжённое молчание. В тишине грота раздались шаги из главного тоннеля, и головы всех присутствующих повернулись ко входу, откуда появился мускулистый высокий мужчина в боевой экипировке. Он тяжело и часто дышал.

— Олег, твоя дочь у них! — начал он без длинных предисловий. — Дежурная группа просто физически не успела ничего сделать — эти твари слишком быстры! Догнать на машине их не удалось, зато сработал маячок. Мы знаем место, куда её увезли.

Лицо Олега стало белым, как лист офисной бумаги. Он вскочил с места и, словно загнанный зверь, повернулся к Броневицкому:

— Мне нужна группа «Сигма», — проговорил он требовательно. — Мы возьмём партию препарата, как раз протестируем в боевой обстановке. Под мою ответственность!

Сергей Борисович с достоинством выдержал его пронзительный взгляд.

— Сейчас это зона моей ответственности, — стальным голосом ответил он, выделив интонацией слово «моей».

— Я уже в курсе, иначе не стал бы вообще у тебя спрашивать, — рявкнул Олег. — Ты не понимаешь, у них моя дочь?!

Броневицкий внезапно смягчился:

— Олег, и ты меня пойми, я не враг тебе, — сказал он с долей сочувствия. — Мы по-прежнему продолжаем делать общее дело, но…

— Но моя дочь должна сдохнуть у кровососов, потому что на кону — судьбы мира, да? — выпалил Серов, не дослушав.

Сергей Борисович недовольно качнул головой:

— Нет, — ответил он внезапно. — Есть у меня одна идея, но для её реализации нужно пойти, во-первых, на риск, а во-вторых, на сделку с совестью. Подозреваю, что последнее для тебя может стать проблемой.

Серов пристально взглянул на Броневицкого и, играя желваками, поджал губы.

— Что нужно делать?

— Идём, расскажу, — по-товарищески хлопнул его по плечу Броневицкий и, повернувшись к остальным, добавил: — Эви — пока мы беседуем, разбейтесь на тройки и распределите время дежурства у Выхода.

— Есть, — по-военному чётко ответила девушка, явно довольная доверием нового начальства. — А с этим что делать? — она кивнула на Влада.

— Что угодно, но на поверхность не выпускать!

* * *

Минуты ожидания показались Жене часами. И, когда она уже всерьёз раздумывала, как бы ей лучше напомнить о себе, за дверью раздались чьи-то осторожные шаги, а затем дверь отворилась, тихо щёлкнув замком.

— Японский бог! — непроизвольно вырвалось у Жени, когда она рассмотрела вошедшую гостью.

— Позвольте счесть это комплиментом, хотя и совершенно незаслуженным. А вот с национальностью вы угадали, — невозмутимо выговорила невысокая, не более полутора метров ростом, стройная азиатка с раскосыми зелёными глазами.

Женя впервые слышала такой необычный говор. Японка говорила очень чётко с едва уловимым акцентом, который придавал голосу неповторимое очарование. Её бледное бесстрастное лицо обрамляли ровные чёрные волосы, водопадом ниспадающие к талии. Из косметики — лёгкие мерцающие тени на веках и прозрачный сияющий блеск на губах, из украшений — только тонкая серебряная цепочка. Одета азиатка была в свободное голубое платье с неглубоким вырезом, а на ногах её Женя успела заметить сабо на небольшой бамбуковой платформе.

Азиатка не торопясь прикрыла за собой дверь, спокойно прошла к свободному стулу и изящно села, вызвав у Жени мимолетный приступ зависти к её ровной осанке.

— Меня называли многими именами и прозвищами, — продолжила японка, — но ваш вариант, Евгения Олеговна, я слышу в первый раз. Пополню свою коллекцию. Благодарю за это.

Женя изумлённо смотрела на японку, безуспешно стараясь уловить в её голосе хоть даже лёгкую иронию.

— Итак, Евгения Олеговна, — вновь заговорила незнакомка, — мне рассказали о возникшей ситуации. Должна признать, защита, которой наградил вас сам лорд Фарвил, очень хороша. Не идеальна, разумеется, но достойна. И это вызывает определённые трудности.

— Быть может, — осторожно, словно ступая по тонкому льду, произнесла Женя, — вы мне сможете толком объяснить, что вам от меня нужно?

— Позвольте до конца объяснить ситуацию. Дело в том, что я достаточно хорошо знакома с заклинанием «Теневой страж». Сильвия рассказала мне о столкновении и том, как ей удалось ненадолго избавиться от Тени. По моим расчётам, у нас есть около десяти минут, прежде чем заклинание восстановится. Для детального слепка памяти этого времени недостаточно. Я могла бы вывернуть вас наизнанку и получить некачественный обрывочный слепок, который вряд ли даст мне полную картину. И вы, Евгения Олеговна, этот процесс не переживёте.

— А… другие варианты? — сглотнув, спросила Женя.

— Разве мне необходимо это объяснять? Хорошо, мне не сложно, — японка прозрачно улыбнулась. — Вы рассказываете мне всё, что вам известно об Алексее Иррата и Фарвиле, об их взаимоотношениях, о ваших с ними взаимоотношениях, о том, как вы с ними оказались связаны. Вы отвечаете на все возникшие у меня в процессе вашего рассказа вопросы. О том, почему за вами присматривали так называемые охотники, рассказывать не нужно, мы прекрасно осведомлены, кем является ваш биологический отец. Добавлю, что если вы вздумаете отмалчиваться, недоговаривать или попытаетесь меня обмануть, в этом доме есть достаточно вместительная морозильная камера, куда мы, поверьте, не испытывая никакого удовольствия, вас поместим на несколько часов, пока будем заняты приготовлением к процессу повторного изгнания Теневого стража, а заодно навестим вашего второго биологического родителя и пригласим к нам в гости.

— Нет! — вырвалось у Жени. Она вцепилась свободной рукой в край стола и до боли в пальцах сдавила его. — Не трогайте маму!

— Я повторюсь, нам это не доставит ни малейшего удовольствия, но в крайнем случае, если это потребуется, мы готовы пойти на такие меры.

Нагварден, и без того сидевшая идеально ровно, выпрямилась ещё сильнее и мягко добавила:

— Вот единственные возможные два варианта развития событий, и только вам выбирать, по какому мы пойдём.

«Прости, Алекс», — мысленно взмолилась Женя, после чего поймала внимательный взгляд раскосых глаз и тяжело вздохнула:

— Хорошо. Слушайте…

Ей не потребовалось много времени, чтобы поведать японке обо всех обстоятельствах «знакомства» с Ермоловым в парке, а затем — о встрече в клубе «Спектр». Она рассказала о том, как попала в его квартиру, и о том, кого они увидели на пороге. О лорде Фарвиле, о долге Алекса перед ковенантом и о том, как без особых на то видимых причин Фарвил дал ей защиту.

— Вот всё, что я знаю, — закончила Женя, переводя дыхание.

В горле пересохло, но предложить ей хотя бы глоток воды никто не торопился.

Японка пару раз отбила дробь пальцами по столу.

— Жаль, — безо всякой жалости в голосе произнесла она, — вижу, что ты не врёшь и ничего не утаиваешь. К сожалению, твои слова не дали никакой ясности. Мы подозревали, что всё-таки Алекс убил людей возле своей квартиры, а лорд Фарвил его по непонятным причинам прикрывал, но мы также отсмотрели записи с камер в клубе, и они почти полностью его оправдывают. Вампир, виновный в гибели четырёх человек и обращении одной девушки, до сих пор не найден, а Сильвия и Бран только потеряли время…

Японка, казалось, просто рассуждала вслух, но Женя была уверена, что делает она это намеренно, то ли отвечая откровенностью на откровенность, то ли стараясь втереться в доверие к Жене.

— Ты, конечно же, не знаешь, за что Алекс должен Фарвилу? — без особой надежды в голосе поинтересовалась вампирша и понимающе кивнула, когда пленница отрицательно мотнула головой. — И куда уехал Иррата, ты тоже не знаешь?

— Нет, — на сей раз вслух ответила Женя, — он прислал утром сообщение, в котором написал, что уезжает на несколько дней, потом в течение дня звонил несколько раз, но я спала и не ответила. Хотела перезвонить и тут как раз по мою душу явились ваши… коллеги.

— Какое очаровательно слово ты подобрала, — едва заметно улыбнулась азиатка, — кстати, можешь называть меня Тэнко.

Откуда-то Женя поняла, что это не настоящее имя, и вряд ли она узнает настоящее.

— Вас интересует что-то ещё?

— О, у меня много вопросов, но ты не сможешь ответить и на сотую их долю.

— Тогда, — нерешительно проговорила Женя, — быть может, я могу отправиться домой?

Тэнко разом посерьёзнела, сцепила изящные пальцы и положила руки на стол.

— Я должна посовещаться с… коллегами, но, боюсь, тебе придётся задержаться здесь на какое-то время.

— Да вы издеваетесь?! — не выдержала Женя. — Я уже рассказала всё, что знала, чего ещё вам нужно?

— Успокойся, девочка, — холодно прервала ее японка, — или мы тебя успокоим. Про морозильную камеру я не шутила. И тебе вряд ли понравятся тамошние соседи.

Женю передёрнуло от омерзения. Неужели вампиры хранят мёртвые тела в холодильниках?

— Дайте хотя бы маме позвонить. Она же с ума сойдёт.

Ответить Тэнко не успела: на лестнице раздались быстрые шаги, затем дверь приоткрылась, и на пороге возник Бран. Он выглядел одновременно встревоженным и удивлённым.

— Тэнко, простите, что прерываю, но у нас гости.

— Гости? — Удивление японки выразилось лишь в лёгком изгибе брови. — Не припоминаю, чтобы мы кого-то приглашали. И кто же там? Сиринийцы или, быть может, лорд Фарвил решил проверить, почему одна из его Теней была временно изгнана?

— Нет. Там люди, — ответил Бран и крайне выразительно посмотрел на Женю. — Охотники.

«Отец!» — радостно поняла девушка.