— Морана, — прошептал едва слышно, но чуткий вампирский слух уловил то, что я произнёс.

— Ты чего делаешь? — сипло выдохнул за спиной спортсмен, — Не вздумай, не вздумай её звать. Нам Богиня Смерти не нужна, ты…

— Нам необходимо отсюда выбраться, — перебил вурдалака, и другой возможности я не вижу.

Вампир заткнулся и правильно сделал, потому как он уже начал мне конкретно надоедать, а в голове раз или две проскочила мысль, оставить его шишигам.

Позвал ещё раз. Тишина, никакого ответа.

Конечно, когда Богине самой выгодно, она тут как тут, вон, даже сквозь защиту ОАР прошла, а сейчас решила просто проигнорировать?

Ладно, не хочет помочь по-дружески, сделаю всё официально, так, как было написано в дневнике бабки.

Дело в том, что, если один из последователей древних богов обратится к кому-нибудь из них, использовав ритуальные слова, они обязаны будут явиться на зов.

Я сконцентрировался и прикрыл глаза, погружаясь вглубь себя.

Исчезли болотные запахи, писк шишиг, тяжёлое сопение вампиров, остался только холод: чистый, пустой, глубокий, как колодец, выдолбленный в чёрном льду.

— Моранa, — шёпотом проговорил я, — Хозяйка Мрака, Владычица Тишины, Ходящая по Граням, услышь зов своего должника. Взываю к тебе в момент опасности, спаси, укрой от беды, не дай сгинуть безвозвратно. Позволь вернуть тебе души в срок, обговоренный нами.

С каждым словом становилось труднее дышать. Воздух вокруг густел, леденея. У меня изо рта вырывался белый пар. Где‑то в стороне хрипло закашлялся Константин и щёлкнул клыками Андрей.

Болото отреагировало почти сразу.

Туман задрожал, словно в него бросили жгучий порошок. Смех шишиг оборвался. Вязкая жижа под ногами застыла, покрываясь тонкой хрустящей плёнкой, похожей на первый осенний лёд.

— Сто-о-о-й! — протянула старшая тварь, и в её голосе впервые прозвучало нечто вроде опаски, — Прекрати! Это моё болото!

Я открыл глаза.

Мир посерел. Цвета выцвели, будто кто‑то вымыл всё вокруг в холодной зольной воде. Туман стал не белым, а серым и из этого серого марева проступила женская фигура.

Ну и что это за представление?

Могла бы просто появиться и приструнить этих болотных гадин. Хотя, может на Кромке по-другому нельзя? Помнится, когда я встретил Морану в первый раз, была похожая свистопляска. К тому же, я вызвал Богиню официально, значит, она должна соответствовать, но холод могла и убрать, а то, так и окоченеть недолго.

Над болотом сквозь марево проступила высокая женская фигура. Лица разобрать было невозможно, вместо него клубилась темнота, но от этой темноты веяло знакомым ледяным спокойствием. Спины шишиг пригнулись, как трава под ветром. Некоторые просто плюхнулись в жижу, исчезая.

Вампиры за моей спиной втянули воздух и сжались, как нашкодившие щенки. Я же просто стоял, смотря на всё это с недоумением.

— Морана, — произнёс мысленно, — А ты чего это тут такое устроила?

— То — что надо, — раздраженно прогромыхал ответ в моей голове, — Или ты считаешь, что я должна была предстать перед кровососами и жабьими рылами в образе обычной женщины? Нежить должна меня бояться, как и обитатели Кромки.

— Оу, прости, не подумал. Кстати, круто, нужный эффект достигнут.

— Вижу, Кромешник, а ты зачем меня призвал по ритуалу? Просто нельзя было попросить о помощи?

— Я просил, ты не отвечала.

— Я же не могу за тобой вечно присматривать, — хмыкнула Богиня, — К тому же, ты не мой последователь. Взял бы, да и позвал Чура. Вот возьмёт он и обидится, что ты посторонней Богине больше благоволишь.

Вот тут Морана права на все сто процентов. У меня даже в ум не пришло, попросить помощи у Чура. Надо будет, как только вернусь домой, подношение ему сделать. Стоп, а как я это сделаю? У меня в столице даже чурбана ни одного нет. Ладно, потом, всё потом, сейчас разберусь с этой ситуацией и буду думать, как Чура задобрить.

— Ну и что у нас тут? — разнёсся над болотом голос Богини, — Что вы задумали, лягушачьи морды? Решили полакомиться моим должником? Не бывать этому. Пока он не вернёт мне долг, его душа и тело принадлежит мне.

О-о, как завернула. Принадлежу ей, ага, держи карман шире. Душа у меня не продаётся. Она одна единственная и только моя, ну что до тела, тут я может и не против, Морана женщина красивая, но опять же, Богиня, такая одним пальцем раздавить может. Нет уж, нафиг. Чур меня, Чур.

— Что скажешь, зелёная? — вывел меня из задумчивости голос Мораны.

Старшая шишига заволновалась, её силуэт затрясся.

— Великая, — проквакала она, но голос матки вышел каким‑то сдавленным, — Мы не знали, что он… твой. Болото — наше. Мы только…

— Вы те, кого я когда‑то забыла забрать в Навь, — холодно перебила Моранa, — Ошибка, которую я до сих пор не исправила лишь потому, что у всякой грязи есть своя польза. Кромешник, ты вызвал меня, говори, что нужно, моё время не безгранично.

— Свободный выход. Для нас троих. Без платы болоту. Без сделки с шишигами.

— Вас куда перекинуть? Извини, в Явь не могу. Я, в отличии от тебя, не проводник, — прозвучал голос у меня в голове.

— Давай на какую-нибудь безопасную полянку, — также ответил мысленно.

— Всех Троих? — уточнила Моранa, — А они тебе зачем? Друзья?

— Скорее враги.

— Тогда оставь их жабьим мордам.

— Не могу, совесть не позволяет, да и нужны они мне для одного дела.

— Хорошо, — хмыкнула Морана, — Но ты знаешь цену моей помощи.

— Угу.

— Долг увеличится. Ещё десять душ отправишь ко мне в Навь.

Я мог бы поторговаться, но не видел в этом смысла.

— Согласен.

Моранa удовлетворённо кивнула.

— Хорошо. Идите быстро.

Вновь повеяло холодом. Болотная вода затрещала, мгновенно превращаясь в толстый, непробиваемый лёд, образуя узкую, длинную тропу.

— Ква-ква-ква, — раздалось со всех сторон.

Многим шишигам не повезло, они попали под действие заклинания Богини и просто замёрзли насмерть, тут же лопнув, разлетевшись осколками в разные стороны.

М-да, град из шишиг я видел впервые.

— Ступайте, жабоголовые не станут вам препятствовать, — грозно произнесла Богиня, и её фигура начала растворяться в тумане, а затем полностью исчезла.

— Спасибо, — поблагодарил Морану, — Давайте, клыкастые, что застыли, пошли отсюда, — дал команду вурдалакам и подтолкнул вперёд, потому как подставлять им спину не собирался. Уж лучше буду идти позади и контролировать каждый шаг вампиров, а то ведь опасность закончится, и они могут решить свести со мной счёты, даже несмотря на то, что без меня, выйти с кромки у них нет практически никакого шанса.

Андрей первый ступил на узкую, промёрзлую дорожку, петляющую между кочек и уходящую вглубь мрака. Шишиги, шипя и квакая, отпрянули от неё как ошпаренные.

Матка зло уставилась на меня, но промолчала. В её взгляде не было уже ни насмешки, ни желания торговаться, только злоба бессильного хозяина, у которого силком отобрали добычу.

— Идите, — хрипло выдавила она, — Пока я не передумала.

— Ты уже передумала, — ответил насмешливо, — Просто не можешь ничего изменить, — это было лишнее, но я не удержался, — Пошли, — бросил вампирам.

Андрей двинулся первым, легко, будто не замечая холода. Константин помедлил, глядя то на меня, то на то место, где совсем недавно виднелся силуэт Мораны.

— Ты сумасшедший, Кромешник, — прохрипел он, — Полностью.

— Встань в середину и шагай, пока цел, — буркнул недовольно.

Он послушно сделал, как ему велели, и я ступил следом.

Шишиги шипели по бокам, но ни одна не решилась сунуться ближе. Болото по бокам колыхалось, как живое, но тропа оставалась твёрдой. Лёд под нашими ногами не трескался.

Дорога тянулась вперёд, но я уже видел впереди редкие, тёмные стволы деревьев и слышал далёкий ровный шум, похожий на шелест листвы.

— Мы выжили, — удивлённо произнёс Андрей, сходя с промёрзлой дороги на сухую кочку, с которой можно было разглядеть край болота.

Нам осталось пройти совсем немного.

— Угу, только давайте поторопимся, а то мне не нравится гомон, который приближается сзади.

Вурдалаки, конечно же, его тоже услышали, и наверняка раньше меня, не зря последнюю минуту их спины были напряжены.

Шишиги всё-таки решили ослушаться Морану и рванули в погоню. Пришлось ускориться.

Мы сделали ещё несколько шагов, и я сразу же почувствовал, что воздух вокруг стал другим: сухим и настолько обычным, насколько он может быть на Кромке. Где‑то неподалёку каркнула ворона. Поднял голову вверх. Не Каркуша, её карканье я бы ни с кем не спутал.

Болото осталось позади, и я сумел перевести дух.

Было приятно ощутить под ногами вместо вязкой жижи сухую, приплюснутую траву, и плевать, что она оказалась серо-синего цвета, но это была трава, а не сраные водоросли.

Небо над головой по‑прежнему казалось слишком низким, но это меня ничуть не пугало. Я прекрасно знал особенности Кромки. Небольшая поляна, на которую мы вышли, была обрамлена тёмными силуэтами кривых деревьев, но при этом, показалась мне чуть ли не курортом после вонючего болота.

Я остановился ближе к середине, вдохнул глубже и только тут понял, насколько выжат. Голова гудела, руки чуть подрагивали, а в ушах звенело.

— Ну ты и псих, — тихо произнёс Константин, оглядываясь, — Призвать саму Морану, Богиню Смерти, да она за один косой взгляд могла бы размазать нас по этой самой жиже, а затем, захватить наши души и мучить в Нави.

Мысленно улыбнулся. Не так уж и страшна Богиня. Лично я ничего плохого от неё не видел, только хорошее. Даже в последнее время стал относится к ней, как к подруге.

Естественно, этого вурдалакам я сообщать не стал. Пускай бояться, сговорчивее станут.

Андрей посмотрел на меня внимательно. Он, в отличие от спортсмена, не торопился высказываться, но через какое-то время тоже не утерпел.

— Значит, вот она какая, Кромка. Никогда до этого здесь не был и знаешь, Кромешник, больше не хочу, — резюмировал он хриплым голосом, — Давай, открывай проход, что-то мы тут слишком долго задержались.

— Не выйдет, — произнёс я, прищурившись.

— Это ещё почему?

Меня шатнуло, но я сделал вид, что просто переношу вес с ноги на ногу. Нельзя сейчас показывать, насколько я выжат. Эти двое, конечно, должны были понимать, кто только что вытащил их с того света, но вурдалаки по природе своей хищники. Увидят слабость и могут решить, что пора передумать договариваться и начать действовать силой: заставить меня вывести их в Явь с помощью мордобоя и пыток.

Я, конечно, без боя не сдамся, но если судить объективно, то в данный момент я не в том состоянии, чтобы драться.

— Во-первых — произнёс уверенно и шагнул навстречу Андрею, встречая его взгляд, — Я пока не восстановился, во-вторых — сначала обговорим условия.

— Условия? — Константин фыркнул, — Какие ещё нахрен условия?

Повернулся к спортсмену.

— У вас сейчас есть выбор, выйти в Явь вместе со мной или остаться здесь и дожидаться, когда на Кромку забредёт другой Кромешник и окажется именно в этом месте. Шанс на подобный исход, по-моему, нулевой, так что рот закрой Константин, я не с тобой разговариваю, а с Андреем.

Вурдалак скривился, но помолчал.

Андрей медленно кивнул:

— Слушаем тебя.

Я перевёл взгляд на вурдалака, именно с ним стоило говорить. Он старший, а значит, он решает.

— Условие простое, — произнёс твёрдо, — Я вывожу вас двоих в Явь целыми и невредимыми, но вы, в ответ, не станете трогать ни меня, ни Варвару: ни сейчас, ни в будущем. Заметь, я говорю только про вас двоих, исключая клан, потому как знаю, своим сородичам вы приказывать вы не сможете.

Константин хотел, что‑то вставить, но Андрей жестом остановил.

— Я не могу дать таких гарантий. Конечно, по возвращении в Явь, мы вас не тронем, но после… Если глава прикажет и надавит ментально, мы не сможем сопротивляться его воле. Это просто не в наших силах.

— Точно, — хлопнул себя по лбу, — Всё время забываю об этой вашей особенности. Ладно, тогда не трогайте нас, покуда есть такая возможность.

— Договорились. Я бы и так не стал нападать. Ты спас нам жизнь, я такое не забываю.

Взглянув в глаза Андрею, понял, что он говорит правду, Вурдалак действительно будет делать всё, чтобы отдать мне долг жизни, а вот Константин нет. Этому отморозку всё нипочём, нет у него ни совести, ни чувства благодарности.

— Ещё кое-что, — я на секунду замолчал, подбирая формулировку, — Передашь своему главе, что я не его дичь и не его проблема. Пусть вычеркнет меня и Варвару из своих планов и всем своим шустрым деткам это объяснит.

— О‑о, — протянул Константин насмешливо, — Нашёлся командир, ставить условия клану, да наш глава тебя…

Я перевёл на него взгляд, и спортсмен, к моему немалому удивлению, осёкся. Может, он всё же додумался, что Кромешник, который может вызывать Богиню Смерти, не тот человек, с кем стоит воевать его клану?

— Ты слишком многого хочешь, — медленно произнёс Андрей, — Предупредить главу могу, передать слова тоже, но дать гарантии, что он меня послушает и забудет о тебе и девчонке… — вурдалак покачал головой, — Сам понимаешь.

— Я-то понимаю, а вот ты, кажется, нет, — усмехнулся устало, — Просто объясни ему, какая сила за мной стоит. Пусть вспомнит, кто такая Морана и с кем она заключает договоры. Мне не нужен его страх. Мне нужно, чтобы он осознал: связываться со мной себе дороже. И ещё, что вы знаете о девочке?

— То — что она особенная.

— И всё?

— Ну-ууу, мне не сообщали.

— Я могу открыть тебе секрет. Варвара полубогиня. Она дочь одной из сестёр Мораны.

— Охренеть, — прошептали вурдалаки.

Надо было видеть их удивлённые лица.

— Теперь вы понимаете? Хотите иметь дело с двумя Богинями? Да они вас в порошок сотрут и не заметят. Думаете, ваш глава настолько идиот, что решит вступить в противостояние с Высшими сущностями?

— Не-ет, думаю нет, — покачал головой Андрей.

Конечно, я не сказал, что мать Варвары низвергнутая Богиня, Хозяйка Медной горы. Знать это вурдалакам было незачем.

— Я передам и сделаю всё, чтобы убедить главу отступить.

— Договорились.

— Мне это не нравится, — проворчал Константин, — Совсем не нравится. Получается, мы сейчас дадим слово Кромешнику, а потом будем отчитываться перед главой, а ведь нам ещё ему объяснять, почему мы не доставили ему девку. Да он нас…

— Во-первых — эту девку зовут Варвара, во-вторых — если что-то не нравится, я сейчас же могу вернуть тебя назад, в болото к шишигам. Они явно по тебе скучают, — произнёс грозно.

— Попробуй, — шагнул в мою сторону спортсмен, — Умоешься кровью, — он зло сверкнул глазами, клыки чуть вышли наружу, но Андрей поднял ладонь.

— Довольно, Константин. Решение здесь принимаю я. Не забывай этого, тем более — я уже дал ответ.

— Гр-ррр, — прорычал вурдалак.

— А если бы мы тебе отказали? — медленно произнёс Андрей, — Ты бы оставил нас тут?

— Да, так бы и сделал, — подтвердил без колебаний.

Это была не бравада. Тянуть неблагодарных вурдалаков в Явь просто из человеколюбия, выше моих сил. Я и так спас их от смертельной опасности. Пускай бы оставались здесь и пытались выжить, правда, шансов на это у вампиров было маловато, я бы сказал, они стремились к нулю.

Константин выругался себе под нос.

— Ты нас, выходит, просто прижал, — процедил он.

— Слушай, а чего ты возмущаешься? — удивился я, — Вы сами пришли меня убивать и ждёте хорошего отношения? Андрей свой выбор сделал, очередь за тобой.

Костян сплюнул на серую траву.

— А у меня, по‑твоему, есть варианты? — огрызнулся он, — Ладно. Не полезу ни к тебе, ни к Варваре.

— Хорошо. Дайте отдохнуть перед переходом.

Я опустился на траву, ноги уже откровенно не держали. Земля подо мной была сухой, но холод всё равно пробирал до костей. Хорошо ещё сейчас день, окажись мы на Кромке в другое время суток и пришлось бы туго. Я вспомнил первую ночь, проведённую за гранью, и поёжился.

— Сколько тебе нужно времени? — спросил Андрей, кивнув на меня взгляд.

— Час, — прикинул я, — Может, чуть меньше, но лучше час, чтобы уж наверняка.

— Мы подождём, — пожал он плечами и сел чуть в стороне, поджав под себя ногу.

Вампиры тоже могут уставать, особенно после таких выкрутасов на болоте, к тому же, они оба были ранены, регенерация хоть и делала своё дело, но почему-то очень медленно.

Как бы на запах крови не пришли никакие твари, — промелькнула в голове мысль перед тем, как я вырубился.