ГЛАВА СОРОК ПЕРВАЯ

Мужчины заколебались, не зная, кому подчиниться: принцу или Морской ведьме. Селеста извивалась под властью заклятия, пытаясь всеми силами пробиться сквозь него. Но она ничего не могла поделать. И она не смела надеяться. То, что она не понимала игры, которую вел Рейден, не означало, что игры не существовало.

Нерисса приподняла идеально изогнутую бровь. Но как только она открыла рот, чтобы заговорить, храм взорвался Песнью. Девять голосов слились в гармонии, переходя почти в крик. Сердце Селесты сжалось. Это были знакомые голоса Хора Старии. Они пели не Песнь тоски — нежное ласковое зазывание, влекущее моряков в их водяные могилы. Это была Песнь войны. Они выплывали из ручьев, пронизывающих храм, — воплощенные кошмары.

Один за другим люди подчинялись: их оружие с лязгом падало на пол, пока они, словно в трансе, шли на зов сирен.

Селеста ждала, когда магия настигнет её, когда и она будет подхвачена песней. Но этого не случилось. Они не поют для меня? Или сила внутри меня образует своего рода щит? Она посмотрела на Рейдена и увидела, что он не поддается влиянию. Как и всегда. Ей следовало догадаться. Следовало увидеть. Селеста гадала, какими еще дарами Бог Солнца одарил своих наследников.

Рейден поднял голову, встречаясь с ней взглядом. Он что-то крикнул, и на его лице читался неприкрытый страх, но из-за Песни она его не услышала. Затем он указал пальцем.

Команда. Они двигались. Вставали. Зрелище было тошнотворным: казалось, их обмякшие тела тянули невидимые нити. Головы болтались на плечах, тела раскачивались из стороны в сторону. Насир делал тяжелые шаги, Торбен шаркал следом. Слева от них Бастиан рухнул на пол, но снова поднялся. Он сделал несколько неуклюжих шагов и снова повалился. Киями была в самом ужасном состоянии. Казалось, ранение лишало её возможности стоять. Поэтому она ползла, переставляя руки, таща себя к краю воды, оставляя за собой кровавый след. Её лицо было белым, как смерть. Глаза — незрячими.

Рейден убрал меч в ножны и бросился к Насиру, который был ближе всего к воде. Он уперся плечом в массивный живот кока и толкнул. Но Насир продолжал идти, не замечая преграды. Ноги Рейдена заскользили по полу храма, когда крупный мужчина оттеснил его к Аналоре. Её привычные светло-фиолетовые волосы прилипли к щекам, и она больше не выглядела как нервная послушница. Должно быть, её посвятили в полноправные члены. Их всех посвятили. А это означало…

Селеста вглядывалась в лица каждой сирены, пока не нашла её. Мейв. Цецелия покачивалась в потоке, прямо за спиной Селесты, прикованной к полу. Брови Мейв были низко опущены, губы плотно сжаты, пока она пела. Облегчение нахлынуло на Селесту волной. «Она жива. Она добралась до дома». А Киями ползла прямо к ней.

Раздался тошнотворный всплеск. Вскоре за ним последовал второй.

Селеста обернулась, чувствуя, как сердце подступило к горлу. Это двое людей короля погрузились в потоки. Длинные когтистые пальцы сомкнулись на их шеях. Они не сопротивлялись. Они даже не моргнули, когда их тела потащили под воду. Участь, которая вскоре ждала и её команду.

И всё, что она могла делать — это смотреть.

Слова Морской ведьмы — «Не сопротивляйся» — звенели в ушах Селесты. Она должна была заставить их остановиться, прежде чем они утопят остальных — её друзей. Но она не могла пошевелиться. Заклятие приковало её к месту. А Киями с каждой секундой подползала всё ближе к воде.

— Мейв! — вскрикнула Селеста, перекрывая музыку.

Концентрация цецелии пошатнулась. Её глаза метнулись в сторону, прежде чем вернуться к окровавленному телу Киями.

— Мейв, пожалуйста! Послушай меня! — крикнула Селеста, переходя на родной язык.

Мейв снова запнулась. Но на этот раз она обернулась, нахмурив брови. Когда Мейв узнала её, её глаза расширились. Она перестала петь.

— Селеста?

Удивление сменилось на её лице облегчением, а затем замешательством. Несмотря на то, что прошло время, Селеста могла читать мысли подруги, как когда-то прежде.

Что ты здесь делаешь?

Слезы покатились по лицу Селесты. — Мейв, я так счастлива, что ты в порядке, — её голос дрогнул. — Но ты должна остановиться.

Взгляд Мейв стал жестким. — Эти люди похитили меня.

— Пожалуйста, — умоляла Селеста, дрожа под тяжестью обета. Она смотрела на своих друзей, дюйм за дюймом, сантиметр за кровавым сантиметром спотыкающихся навстречу своей смерти.

— Спасай их сама, — сплюнула Мейв, отворачиваясь.

— Я не могу! — отчаянно воскликнула Селеста. — Морская ведьма заколдовала меня. Пожалуйста. — Её зрение затуманилось от слез. Когда Мейв всё равно не обернулась, она добавила: — Я сделаю всё, что угодно.

— Почему ты сражаешься, чтобы спасти их? — обвинила её Мейв, чей голос перекрывал боевые кличи Хора. — Они не заслуживают нашей милости!

Слезы падали с подбородка Селесты, капая на каменный пол храма. Она вспомнила Насира, который учил её читать. Торбена, который с подмигиванием подарил ей кинжал. Киями…

Моя сестра — танцовщица… Я хочу написать ей перед нашим отплытием сегодня вечером о том, как талантлива моя подруга.

Хватка заклятия на её теле ослабла, когда Селеста опустилась на пол, покоряясь чарам.

— Потому что они — моя семья.

Боль промелькнула на лице Мейв. Цецелия смотрела на Селесту, ища хоть какое-то объяснение. Какую-то причину, почему Селеста выбрала этих людей, а не своих. Мейв нахмурилась. А затем она пропела три резкие, диссонирующие ноты.

Песнь оборвалась, последние гаммы эхом разнеслись по храму. Один из оставшихся людей короля поднялся на ноги, моргая, словно пробуждаясь от сна. Ужас исказил его лицо, когда он увидел своих товарищей, плавающих мертвыми в воде. Затем он бросился бежать из зала.

— Что это значит? — прошипела генеральша Ксандра на языке сирен, сжимая горло другого человека.

— Принцесса приказала это, генерал, — сухо ответила Мейв. Сердце Селесты готово было разорваться от благодарности.

Сузив глаза, Ксандра проследила за взглядом Мейв, устремленным на Селесту. Но та уже мчалась к Киями. Рейден опередил её. Он сорвал кусок ткани со своей рубашки и прижал его к ране на её боку. Но Киями уже потеряла слишком много крови.

— Кто-нибудь, исцелите её, — потребовала Селеста, обернувшись к генералу.

Сирены не сдвинулись с места.

— Это не просьба. — Селеста подошла и подняла трезубец. Она выпрямилась, устремив на генерала тяжелый взгляд. В храме воцарилась тишина.

— Слушаюсь, Ваше Высочество, — горько произнесла Ксандра. В её глазах сквозило недоверие. Селеста никогда раньше не пользовалась своим положением. Но Ксандра не стала спорить. Генерал развернулась и отдала приказ. Сирена, которую Селеста не узнала, подплыла ближе; её глаза были размером с блюдца. Видела ли она когда-нибудь живого человека так близко? Прикасалась ли к нему? Рейден посмотрел на Селесту, не понимая, что происходит.

— Перенеси её к краю воды, — сказала Селеста на его языке.

Кивнув, Рейден подхватил Киями на руки, стараясь не потревожить её. Он бережно опустил её на берег ручья перед сиреной. Дрожащими руками целительница начала петь. Её голос был мягким и успокаивающим, а ладони лежали на ране.

И медленно на щеках Киями заиграл румянец.

— Она поправится, — сказала сирена, глядя на Селесту, которая замерла рядом, пока шла работа. — Но придет в сознание она не скоро. Она потеряла много крови.

Рейден с облегчением выдохнул и пошел проверять остальных. Но обмякшее тело Киями напоминало Селесте лишь об одном. Об одном человеке.

Сефоне.

В хаосе битвы она упустила её из виду. Но когда она взглянула на то место, где в последний раз видела Нериссу с сестрой, там никого не было. Нерисса использовала появление Хора как отвлекающий маневр. Она должна была сбежать, прежде чем Песнь подействовала. А теперь Нерисса доставит Голос королю. Холодный страх охватил Селесту. Сердце бешено колотилось, глаза упали на запястье. Полумесяц, что был черным, побледнел до белого цвета.

Сделка была заключена.

— Кто-нибудь видел Морскую ведьму? — спросила Селеста на языке Старии, а затем на общем. — Кто-нибудь видел, куда она направилась?

— Она должна была пойти на запад.

Селеста резко обернулась.

На дрожащих ногах Бастиан поднялся на ноги, его выражение лица было мрачным. Почувствовав на себе взгляд Селесты, он опустил глаза. — Туда, где мы пришвартовали наши корабли, — тихо сказал он.

— Спасибо, — неуверенно произнесла Селеста. Неужели он… помогает ей? После того, как пытался убить?

— Нет, — сказал он, встречаясь с ней взглядом, — это тебе спасибо, что спасла меня. Снова.

Селеста отвела взгляд, не зная, что чувствовать. Вместо этого она повернулась к Хору. — Я знаю, что у вас нет причин доверять мне — не после того, что я сделала. — Она подумала о матери, о своем плане вернуться в Старию, как только миссия будет завершена. Принадлежит ли она теперь миру сирен? Но если она останется в мире людей, найдется ли там для неё место? Она отбросила эти мысли.

— Эти люди вам не враги. Я могу привести вас к тем, кто ими является. К тем, у кого Сефона и кто везет её к королю Леонидасу.

Генерал посмотрела на священное оружие Богини в её кулаке. Её лицо стало суровым. — Мы последуем за тобой, принцесса, — сказала она твердым голосом. Плечи Селесты опустились от облегчения, королевская невозмутимость начала покидать её. Словно по привычке, её глаза нашли Рейдена. Его лицо было каменным, нечитаемым. Она не была уверена, остался ли он, потому что хочет помочь, или из собственных эгоистичных побуждений. Вполне в его духе — играть роль союзника, пока он не найдет способ устранить Нериссу и присвоить все лавры себе.

Но, в конечном счете, выбора не было. Не тогда, когда на кону стояла жизнь сестры. И пришло время принять любые последствия, которые её ждали.

— Плывите на запад, — сказала она Ксандре. — Я встречу вас на берегу. Ждите моего сигнала.

Генерал издала клич — одну короткую и одну длинную ноту. И Хор скрылся в воде. Все, кроме Мейв, которая задержалась и посмотрела на Селесту так, словно не узнавала её. Но затем и она погрузилась в поток и уплыла.

С уколом облегчения Селеста увидела, что Торбен и Насир очнулись. Побитые, в синяках, но живые. Они смотрели на неё, и она вспомнила, что говорила на другом языке. Никто из них не понимал, что происходит. Но у неё не было времени объяснять.

Она развернулась и, толкнув плечом створки, выбежала из храма, устремившись на запад, навстречу заходящему солнцу.

С Киями всё будет хорошо

, — повторяла она себе, чувствуя, как сжимается сердце. Остальные позаботятся о ней. Но решение оставить друзей позади не давалось легче. С каждым шагом её терзало чувство вины. Небо над ней пылало красным и золотом. Но наступала ночь. Она подкрадывалась к краю горизонта, темнея цветом синяка.

— Селеста! — Это был голос Рейдена.

Она не остановилась. Она мчалась сквозь джунгли, несясь вдоль ручьев. В прозрачной воде она видела сирен, их хвосты мерцали в мягком свечении блуждающих огоньков.

Ноги горели. Дыхание сбивалось на хрип. Но она не замедляла бег. Не до тех пор, пока между деревьями не мелькнула полоска белого песка. Она была почти на месте. Но у неё не было плана. Что она сделает, когда доберется туда? Будет ли Сефона заперта в трюме, как когда-то Мейв? А что, если они уже отплыли? Что, если она опоздала?

Приблизившись, она увидела несколько больших кораблей, стоявших на якоре недалеко от берега. «Алое возмездие» она узнала бы где угодно: красная полоса на борту и черные паруса. Два других корабля были ей незнакомы. На каждом из них развевался большой флаг с одним и тем же символом: золотое пылающее солнце. Тот же знак, что она видела на письме с королевской печатью. Холодный страх пронзил её при этом виде. Её ноги замедлились, когда она достигла кромки леса. Она хотела осмотреть корабли короля, прежде чем выдать себя. Нерисса наверняка её ждет.

Шаги за спиной приблизились, и Селеста обернулась, увидев Рейдена. Чего бы он ни хотел, это точно не была помощь в спасении Сефоны. Она резко развернулась, вонзив зубцы трезубца в открытую кожу на его груди, видневшуюся в вырезе черной рубашки. Он не пошевелился. Даже не потянулся к своему оружию.

— Давай, — сказал он.

Он не думает, что я способна на это.

Ярость вспыхнула в ней, когда она сократила расстояние между ними, приподняв трезубец к его подбородку. Она приблизила свое лицо к его.

— Не испытывай мое терпение, пират, — с презрением бросила Селеста.

Рейден рассмеялся. Это был совсем не тот теплый звук, который она знала. Звук был пустым. Лишенным веселья.

— Поверь мне, принцесса, — он надавил подбородком на зубцы трезубца, не отводя от неё глаз, — ты окажешь всем нам услугу.

Она всмотрелась в его лицо и увидела перед собой незнакомца. Казалось, пламя, которое когда-то бушевало в нем, было втоптано в грязь. Единственное, что она видела в его выражении, — это боль. Человек, который поставил на кон всё и проиграл.

— Нет, — Селеста сжала челюсти. Она опустила трезубец с его шеи и сильно толкнула его в грудь, заставив пошатнуться.

— Что?

— Ты не имеешь права так поступать.

— Как «так»? — он сложил руки на груди.

— Сдаваться! Ты не имеешь права ненавидеть себя, или переходить на другие стороны, или чем бы ты там ни занимался прямо сейчас! — её голос сорвался на крик. — Я больше не попадусь на твои игры. Ты не имеешь права заставлять меня жалеть тебя! Ты предал меня. Ты не заслуживаешь моего прощения! Я тебя не прощаю!

— Я знаю, — он опустил взгляд на лесную подстилку.

— Нет! — Селеста уже кричала. — Нет, ты не знаешь! Потому что я… я любила тебя, Рейден.

Его спина напряглась.

«И я была лишь средством достижения цели». Истина пронзила её, словно обоюдоострый меч.

Рейден поднял взгляд, его темно-карие глаза были пусты. «Я знаю», — повторил он.

Сердце Селесты разбилось вновь. Она удерживала его взгляд, наблюдая, как вокруг него возводятся невидимые стены. Пока перед ней не осталась лишь маска капитана Рейдена Шарпа.

— Вот почему никогда нельзя доверять пирату, — сказал он.

Селеста тихо выругалась. У неё не было на это времени. Её сестра в опасности. Ей нужен был план. Сжав сверкающий трезубец, Селеста повернулась к пляжу.

— Стоять! — крикнул Торбен, тяжело дыша. Селеста остановилась и с досадой выдохнула. Она не знала, почему послушалась. Они больше не команда. Она не обязана подчиняться их приказам. Группа показалась из-за деревьев. Насир бережно нес на руках Киями, а Бастиан замыкал шествие. Селеста с опаской посмотрела на квартирмейстера. Он отвел взгляд.

— Какой план? — спросил Торбен, вытирая кровь со щеки.

— Это не ваша битва, — сказала Селеста. — Я не буду просить вас присоединиться, особенно после того, как я солгала и…

— Команда защищает своих, — сказал Насир, сжимая руку мужа.

От этих слов у Селесты на глаза навернулись слезы, и кок усмехнулся.

— Я… я тоже иду, — добавил Бастиан.

Трое обернулись к нему. Он переминался с ноги на ногу.

— Может, я и не доверяю сиренам, но я знаю короля. И если бы мою сестру похитили… — Он запнулся.

— Хорошо, — сказала Селеста. Бастиан посмотрел на неё, и на его губах появилась благодарная улыбка. Их союз был хрупким, и Селеста всё ещё не была уверена, что он не воткнет ей нож в спину, но сейчас она не могла позволить себе отказаться от помощи. — Только не давай мне повода тебя убить.

Бастиан ухмыльнулся. — Конечно, Ваше Высочество.

Шутка кольнула её. Она знала, что это лишь его способ показать, что он на её стороне, теперь, когда он знает, кто она такая. И всё же она не могла запретить своим предательским глазам искать Рейдена. Он внимательно наблюдал за ней, как всегда, предугадывая каждое движение.

Он знал, что я была влюблена в него. И всё равно предал меня.

Её сердце сбилось с ритма от этой мысли. Но у неё не было времени расклеиваться. Она взвалила свое горе на плечи. Она не стала отталкивать его или игнорировать — она несла его с собой. Вещь, с которой она разберется, когда придет время.

— Вы знаете, что они планируют? — спросила она.

Улыбка Бастиана увяла. — Боюсь, что нет. Знаю лишь, что Голос должны были доставить прямиком к королю.

Селеста кивнула и снова повернулась к пляжу. Она осматривала огромные корабли, ища хоть какой-то знак, где Сефона — хоть какую-то зацепку, на каком из судов её держат.

И тогда она увидела его.

Самого Короля пиратов.