ГЛАВА ТРИДЦАТАЯ

— Здравствуй, «Путеводная», — проговорил Рейден, и в его голосе послышалась ласка. Он даже не поднял головы, когда Селеста вошла в навигационную рубку. Он стоял в глубине комнаты, склонившись над картой, при свете догорающей свечи. — Поздно зашла. Чем обязан столь приятным визитом?

Было действительно поздно. Как обычно, Селеста не могла заснуть. Все, кроме ночной смены, уже разошлись по каютам, а она часами сидела без сна, глядя в морскую даль, пока её разум боролся с вопросом, что делать дальше. Пока, наконец, ноги сами не принесли её сюда. К нему. Она больше не могла позволить ему в одиночку утопать в своих мыслях. Она знала, что у него нет плана, как успеть добраться до Лунапеше вовремя.

Зато он был у неё.

И все же она колебалась. Можешь ли ты доверять ему?

Сейчас её ничто не удерживало от того, чтобы бросить его. У неё было всё необходимое. Она могла вернуться в Старию, и её бы приняли обратно. Всё, что требовалось — вонзить кинжал ему в сердце и закончить дело. Но она знала, что не может — не станет этого делать. Не теперь, когда он поставил на кон всё, чтобы спасти её.

Даже если бы она лишила его жизни сама, корабль шел прямым курсом на Старию. Она не могла обречь команду на такую судьбу. Как же ей хотелось знать больше слов, чтобы написать их на пергаменте: «Разворачивайся. Ты обрекаешь их всех на судьбу своей прошлой команды». В коридоре он сказал Бастиану, что то, что случилось раньше, не повторится, но он не знал того, что знала она. Он явно не понимал, что столкновение с сиренами не было случайностью. Это случится снова, если она это не остановит. Все эти люди — Бастиан, Торбен, Киями и Насир — несомненно погибнут, если она не найдет способ помочь им безопасно пересечь воды сирен. Нужно было что-то предпринять.

Но сможешь ли ты снова предать свой народ?

Вот в чем был главный вопрос.

Хотя она верила, что капитан не причинит ей вреда, он все равно оставался сыном своего отца. Король пиратов убил её бабушку. Сирену, в честь которой её назвали. «Но я хочу верить ему».

Рейден поднял голову после долгого молчания, поэтому она просто пожала плечами и указала на свой рот.

— А, слова тебя избегают? — спросил он, как всегда, читая её как открытую книгу.

Но в этот раз это её задело. На душе стало тяжело, словно в желудок упал груз. Если она доверится людям, а с сиренами что-то случится, она никогда себе этого не простит. В голове почти звучал голос сестры Сефоны. Голос разума: «Это плохая идея, маленькая звезда. Просто соври и направь их в другую сторону».

— Отец отправил нас в этот поход… Уверен, ты уже поняла это, — он вздохнул. То, как он произнес слово «отец», было странным. В нем не было обиды. Скорее тяжесть. Словно само это слово было лишь верхушкой айсберга, скрывающего под водой нечто огромное. — Он сказал, что я должен принести ему сокровище с того острова. Но после того, как пришлось делать остановку для пополнения запасов и уводить Валенсию в сторону… — он провел рукой по волосам, — мы не успеем вовремя.

Она тоже жаждала узнать, что сокрыто на том священном острове. Какие тайны она сможет раскрыть. Даже если она поступит, как хочет мать, и убьет Рейдена, это ничего не изменит. Король пиратов знает о существовании сирен и о том, где находится Лунапеше. Она не настолько глупа, чтобы верить, будто смерть его сына остановит его. Король будет продолжать посылать людей, пока не получит желаемое. Но если она приведет их команду туда — команду, которая доказала ей, как сильно они о ней заботятся, — возможно, она сможет защитить самое священное из сокровищ от короля. Может быть, каждый получит то, что хочет, и никому не придется умирать. Может быть, существует способ не выбирать сторону. Наверное, наивно так думать. Но если она может получить всё, что хочет, разве не глупо будет не попытаться? Сможет ли она жить с собой, если не попробует?

Подойдя к столу, Селеста позволила взгляду скользить по его лицу, впитывая каждую черточку: складку на лбу, опущенные глаза.

— Возможно, пришло время признать, что я снова потерпел неудачу, — произнес он, и голос его прозвучал как звук закрывающейся двери глубокой ночью — тихий и низкий. Эхо команды, которую он потерял, заполнило комнату, становясь почти удушающим. Она видела, как сильно он жаждал гордости отца, это читалось на его лице. То же самое чувство она испытывала, когда давала матери обещание вернуться в Старию.

Селеста обошла стол и остановилась рядом с ним. Их тела были так близко, что она была уверена: он слышит биение её сердца. Ей хотелось протянуть руку, накрыть его ладонь своей и сжать в знак утешения. Сделать хоть что-то, чтобы успокоить его. Стать ближе. Но этот момент казался таким хрупким, что она побоялась всё разрушить. Плечи Рейдена поникли.

— Он… — его голос дрогнул, — он единственное, что у меня осталось.

В его «темной броне» появилась трещина, давая ей возможность заглянуть в душу человека, скрывающегося за ней. Ей доводилось видеть проблески за уверенной и холодной маской, которую он обычно носил, но это было другое. Глядя на него, Селеста чувствовала, как падает часть её собственной защиты. Их глаза встретились, и ей показалось, что она наконец может читать его так же легко, как он — её. Они не были такими уж разными. На самом деле. Он мог быть человеком, а она — сиреной, но оба они просто хотели быть частью чего-то целого. Она понимала, каково это — не вписываться в роль, которую тебе навязали. Её рука легла на его руку, лежавшую на карте. Затем его пальцы переплелись с её, сжимая их так, словно она была его спасательным кругом.

И сердце её разбилось. Потому что она знала, что может забрать эту боль.

Если бы только у неё хватило храбрости довериться ему.

Открыть схему течений значило вручить людям мощное оружие против сирен. Ни один человек не сталкивался с ними и не оставался в живых. Даже среди сирен об этом знали только члены Хора. Если она расскажет этому человеку, как пройти через воды сирен… что он сделает с этой информацией? Использовал бы её против них? Это было опасно. Мало того, что им всё равно пришлось бы пересекать границы Старии, так еще и корабли не были построены, чтобы выдерживать такие потоки.

Но если она всё спланирует правильно, к тому времени, как Хор обнаружит их корабль, их и след простынет.

Рейден придвинулся ближе, его плечо прижалось к её руке. Запах — соль, ром и кожа — окутал её. В самых смелых мечтах она не могла вообразить подобное. Какой он был прекрасный. Не только внешне — его дерзкая красота была очевидна каждому. А он сам. Его чувство юмора, преданность, то, как он находил время, чтобы действительно увидеть её, по-настоящему, как никто другой. Он был жестоким, высокомерным, невыносимым и скрытным. Но сегодня всё, что их разделяло, казалось менее важным, чем то, что делало их похожими.

— Он убьет нас всех, если мы не преуспеем, — признался он, глядя куда-то вдаль. — Мой отец никогда не дает второго шанса. Единственная причина, по которой он позволил мне этот — насколько опасным было задание. Насколько вероятно, что всё закончится катастрофой. Может, он решил, что если я погибну в этой погоне, ему не придется выполнять эту работу самому.

Желудок скрутило, словно от морской болезни. Что за монстр способен сделать такое с собственным сыном? С этими людьми? От гнева к горлу подступили слезы. Затем она убрала руку и посмотрела на карту. Длинным пальцем она проложила новый курс. От места, где находился их корабль, на запад, а затем на юг к течению Лунастри. Рейден приподнял бровь.

— Я думал, разумнее избегать этого района, — сказал он низким, бархатистым голосом, от которого волоски на её затылке встали дыбом. Она никогда раньше не испытывала такого ощущения. Великолепного и тревожащего. Но она вернула внимание к карте, отмечая символы, обозначавшие другие океанические течения. Руки слегка дрожали, когда она взяла перо. Сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться, она нарисовала на пергаменте символ течения.

— Течение, — выдохнул он. В его голосе появилась надежда, которой там раньше не было. Сердце сжалось в груди. Он не стал допрашивать её и не спросил, откуда она знает то, чего не знали картографы. Рейден просто улыбнулся: — Господи, да ты гений.

И Селеста засияла, словно лунный свет.

— Через два дня мы войдем в течение, — сообщил Рейден остальным за завтраком.

— Мы… используем течение? — голос Киями дрогнул от страха. — Так далеко на юге нет течений такой силы.

— Есть, — коротко ответил он.

Насир и Бастиан переглянулись.

— Разве это не опасно, капитан? — осторожно заметил Бастиан. — Мы ничего не знаем об этом течении. Оно может увести нас на мили с курса. Или перевернуть корабль одной лишь своей мощью.

— Это было решение нашего навигатора, и я доверяю её суждению, — Рейден бросил на друга выразительный взгляд. — Это единственный способ прибыть к затмению. Если опоздаем — нам не заплатят.

Встревоженный взгляд Киями скользнул к Селесте, но она промолчала. «Я верну тебя домой к семье, Киями», — подумала Селеста, жалея, что подруга не умеет читать её мысли. «Это будет твое последнее плавание, как ты и планировала».

На том и порешили.

Весь день Селеста следила за курсом, а после полудня у неё была тренировка на мечах с Киями и её постоянным спарринг-партнером — Рейденом.

— Мне нравится эта маленькая складочка у тебя на лбу, когда ты сосредоточена, — заметил капитан, когда она сделала выпад. Из-за этого комментария её шаг сбился, и он легко отскочил в сторону, рассмеявшись.

«А мне нравится, когда ты стоишь смирно», — с досадой подумала Селеста, восстанавливая равновесие. Но пират был слишком опытен и с легкостью уклонялся от каждого её удара. Он загнал её к мачте, даже не заметив, как зажал между своим мечом и деревом.

— Знаешь, я уже представлял нас здесь, — прорычал он так тихо, что услышать могла только она. Его теплые карие глаза опустились к её губам. — Но не при свидетелях.

Сердце Селесты пропустило удар. Его взгляд был словно мощное донное течение, утягивающее её под воду. Она не хотела сопротивляться. И всё же, в тот самый миг, когда он подался вперед, Селеста свободной рукой ударила его в бок. Рейден охнул и выронил оружие.

— Отличная работа, Селеста! — расхохоталась Киями. — Вот это я понимаю — использовать возможность!

После ужина урок письма и чтения с Насиром показался ей бесконечным. Когда внимание Селесты начало рассеиваться, Насир милостиво объявил, что на сегодня достаточно. Они вместе поднялись на палубу, где остальная команда пила и коротала время. Теперь, когда запасы были пополнены, матросы наслаждались свежей едой и обильным вином. Рейден даже удивил Селесту припасенным для неё медовым вином, которое так понравилось ей на фестивале — жест, заставивший её улыбаться как дурочку еще несколько часов. Команда сидела вместе под звездами, распевая песни, когда вино начинало действовать. Оказалось, что у Насира прекрасный голос.

— Помните, как нам пришлось притвориться бардами, чтобы не идти по доске на том корабле, где мы спрятались? — спросил Бастиан. Ночь была уже настолько глубокой, что даже квартирмейстер смог расслабиться.

Рейден запрокинул голову и рассмеялся.

— Помню ли я? Как я мог забыть! У нас была знаменитая песня! «Хвост Адмирала»!

— Я полагаю, ты имеешь в виду пресловутая, — поправил его ухмыляющийся Бастиан.

— Бас умеет петь? — спросила Киями с недоумением на лице.

— Нет, — хихикнул Рейден. — Он был причиной того, что мы всё-таки оказались на той доске.

Команда разразилась хохотом, настаивая, чтобы Бастиан исполнил хотя бы пару строчек. Но Рейден поспешил рассказать другую неудачную историю, спасая друга от неловкости.

В долгих летних днях на корабле была особая магия. Затишье перед бурей. Никто не говорил о течении или о времени, которое утекало в преддверии солнцестояния. Но это чувство всегда присутствовало. Словно их тени, будущее молча следовало за ними по пятам.

В какой-то момент Торбен уговорил Бастиана и Рейдена присоединиться к игре в карты. Это была другая игра, не та, в которую Селеста играла с Рейденом. После нескольких раундов Селеста присоединилась к ним и выиграла у Торбена изрядную сумму — достаточно, чтобы йенрианец был мрачнее тучи весь следующий день, ворча о том, что Рейден помогал ей мухлевать, чего он, конечно же, не делал. Лишь на следующий вечер, когда Торбен выиграл у Рейдена его штаны, его настроение улучшилось.

Рейден извинился и ушел искать новые штаны, вызвав у команды бурный смех.

— Но, Высочество! — запротестовал Бастиан, пролив немного эля из кружки, — зачем лишать нас простого удовольствия лицезреть такую прекрасную пару ног?

Раздался новый взрыв хохота, который стал в десять раз громче, когда Рейден снял рубашку и бросил её Бастиану в лицо. Селесте хотелось бы сказать, что она отвела взгляд. Но она этого не сделала. Она жадно разглядывала его худощавое, мускулистое тело, пока он гордо шагал прочь, за что получила легкий подзатыльник от Киями.

— Держи глаза при себе, Сел! — фыркнула подруга.

Щеки обожгло румянцем, и Селеста уткнулась взглядом в кубок с медовым вином, машинально поглаживая Адмирала по голове.

Ночь тянулась, пока один за другим матросы не начали расходиться по своим койкам. Зевнув, Селеста почувствовала, как веки становятся тяжелыми. И когда даже возвращение Рейдена не смогло её взбодрить, она наконец решила поплестись в кровать.

Она была уже на полпути к офицерским каютам, когда что-то в воде привлекло её внимание.

Не доверяя своим глазам после выпитого за вечер вина, Селеста подошла к леерам. И тут она увидела её. Нерисса. Она слабо светилась собственным биолюминесцентным светом. Морская ведьма покачивалась на волнах в кильватере корабля, глядя на неё с белозубой улыбкой. Селеста вздрогнула и оглянулась назад, чтобы проверить, не заметил ли её кто-нибудь еще. Но немногие оставшиеся на палубе члены команды были заняты новой игрой. Судя по всему, Торбен хотел заполучить и эти новые штаны, даже если они были ему явно велики.

Селеста с шумом втянула воздух сквозь зубы и прокралась на корму корабля, стараясь держаться как можно дальше от остальных. Убедившись, что никто не сможет её подслушать, она обратилась к Морской ведьме.

— Что тебе нужно? — её приглушенный голос прозвучал странно даже для неё самой. Он охрип от долгого молчания. Полумесяц на запястье слегка закололо, и Селеста потерла его большим пальцем. Неужели она почти забыла о своей сделке? Неужели именно поэтому ведьма здесь?

Нерисса подплыла ближе, её угольно-черные глаза не мигали.

— Ты не звала меня. Разве ты еще не закончила свою задачу?

Селеста сглотнула и, прежде чем ответить, еще раз оглянулась через плечо.

— Я… мне пока не нужно возвращать свой прежний облик. — При этих словах её захлестнуло чувство вины. Ей ужасно хотелось расспросить о своей семье, но она знала: просить Морскую ведьму о чем-либо — значит заранее готовиться к высокой цене.

— Правда? Как любопытно. — Улыбка ведьмы была острой, как лезвие ножа; казалось, одним взглядом она прочла всю вину Селесты. Каждое предательство её собственного сердца.

— Поэтому ты пришла? — «Пусть это будет всё», — взмолилась она про себя, потирая ладони о бедра. «Пожалуйста, не проси об одолжении сейчас. Еще не время».

Морская ведьма махнула рукой.

— Мне нравится проверять свои вложения.

Вдруг раздался крик. Селеста резко обернулась и успела заметить, как Торбен завладел второй парой штанов Рейдена. Её плечи опустились. Ложная тревога.

Когда она снова повернулась к воде, там была лишь морская пена. Нериссы и след простыл. Тревога тяжелым камнем легла в желудок Селесты, пока она вглядывалась в ночную тьму, пытаясь заметить хоть малейшее волнение воды. Не найдя ничего, она побрела обратно в свою каюту, надеясь, что следующая встреча с Нериссой станет для неё последней.

Когда настал день, в который они должны были достичь устья течения, начался дождь. Ветер, столь благоприятствовавший им на протяжении всего пути, стал карающим. Им пришлось свернуть паруса, опасаясь, что их разорвет в клочья. А вместе с ветром и дождем пришли неспокойные, рваные волны. Огромный корабль швыряло из стороны в сторону, отдавая его на милость океана. Селесте и Киями стоило неимоверных усилий удерживать судно на курсе, ведущем к течению.

— Это всего лишь шторм! — кричал Рейден сквозь рев ветра, пытаясь успокоить дрожащую команду. — В конце концов, он утихнет!

Но день тянулся, и команде приходилось по очереди спускаться под палубу, чтобы согреться и переодеться. Так далеко от берега любая болезнь могла означать смерть. Адмирала, к его великому неудовольствию, держали внизу, в каюте Рейдена, выпуская лишь пару раз, чтобы пес мог справить нужду. Это был ужасный день. «Алое возмездие» двигалось так медленно, что они не смогли войти в течение, как планировали. Селеста сочла это благословением. Управлять кораблем такого размера в мощном течении было бы непросто и в ясную погоду, не говоря уже о шторме.

На следующий день Селеста проснулась от тихого стука в дверь. Она застонала. Между тем, что корабль всю ночь швыряло из стороны в сторону, и её постоянными кошмарами, у неё едва ли была минутка спокойного сна. Рядом с ней Адмирал зевнул и потянулся, ткнувшись лапами ей в лицо. Затем, с забавным плюхом, пес свернулся калачиком животом кверху рядом с ней. Со времени Порт-Веллуно Адмирал спал с ней каждую ночь. Хотя ей хотелось верить, что это потому, что она нравится псу больше всего, у неё было смутное подозрение, что Рейден намеренно присылает животное к ней, пытаясь помочь ей почувствовать себя в безопасности. И хотя обычно она нашла бы этот жест смущающим, она не могла отрицать, что присутствие собаки помогало. Каждый раз, когда она просыпалась в поту после очередного сна о том, как её бросают на берегу или рассекают на части людские стражи, тепло собаки успокаивало её.

В дверь снова постучали.

— Селеста, — прошипел Рейден, — стукни дважды, если ты проснулась.

Тяжело вздохнув, она выполнила просьбу.

— Хорошо. Одевайся. — Пауза. — Что-нибудь теплое.

В этот момент Селеста услышала дробь дождя по окну. Вздохнув, она встала и сняла ночную рубашку. Дрожащими пальцами она натянула нижнее белье и белое платье, решив обойтись без корсета. Хотя это было стильно, ей, вероятно, придется переодеваться в другую одежду, чтобы не простудиться. Она пропустила пальцы сквозь длинные волосы, аккуратно распутывая их, прежде чем заплести. При таком ветре было проще убрать их от лица. Она скрутила косы в узел у основания шеи и заколола его несколькими булавками, которые нашла среди вещей Валенсии. Ей уже не казалось странным пользоваться ими. Возможно, это была своего рода плата за то, что Пиратская королева с ней сделала.

Та ночь уже казалась такой далекой.

Наконец она открыла дверь, и Адмирал с радостным лаем прыгнул на своего хозяина.

— Тихо, — приказал Рейден. Пес послушался, опустившись на все четыре лапы и стоически сев.

Густые темные волосы Рейдена выглядели необычайно взлохмаченными, кое-где они торчали в разные стороны. Он посмотрел на Селесту, его взгляд скользнул по её платью и отсутствию корсета, после чего он моргнул и отвел глаза. Она вспыхнула, осознав свою ошибку, и потянулась за длинным пальто из шкафа.

— Я хотел встретиться с тобой до того, как мы войдем в течение, — сказал он.

Селеста кивнула, всё еще наполовину окутанная мягкими, туманными объятиями сна, и последовала за ним по коридору в его каюту. Войдя, она с глухим стуком опустилась в его кресло за столом. Уголок губ Рейдена дернулся в полуулыбке. Она догадывалась, что это довольно непочтительно — сидеть в капитанском кресле. Но он ничего не сказал и пододвинул стул поменьше, чтобы сесть рядом с ней.

Вновь они склонились над картой. Селеста поправила его, когда он по ошибке отметил устье течения слишком далеко на юге. Если они будут придерживаться курса, то войдут в воды сирен через пару часов. От этой мысли в животе завязался узел. Но само путешествие должно было занять три дня, что позволяло им прибыть как раз в день затмения.

— Течение изгибается здесь и здесь? — уточнил Рейден, протягивая руку через неё, чтобы указать на линию, которую она нарисовала. — Мы достигнем первого поворота к концу сегодняшнего дня, а второго — в середине второго дня?

Селеста покачала головой. Не задумываясь, она положила свою ладонь на его и осторожно передвинула её так, чтобы она оказалась ближе к концу течения. Но тут же отдернула руку, когда их взгляды встретились.

— А, значит, оно изгибается прямо перед выходом из течения?

Она кивнула.

— Ничего хорошего.

И это было правдой. Любой изгиб в течении — серьезное испытание для судна таких размеров. Именно поэтому большинство кораблей старались избегать течений, расположенных слишком близко к поверхности океана. Если «Возмездие» не будет направлено в нужную сторону в момент изгиба, корабль перевернется. А поворот в самом конце течения означал, что вода будет закручиваться, заставляя судно маневрировать, переходя из потока в открытое море. Один неверный поворот — и корабль пойдет ко дну, а вместе с ним и вся команда. Но другого выхода у них не было.

— Ты думаешь, мы справимся? — спросил он.

Селеста повернула голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Это было на него не похоже — искать чьего-то одобрения. Скорее, Рейден даже был слишком самоуверен. Но она взяла его руку в свою и сжала, на этот раз не отстраняясь.

Да. Я думаю, мы справимся.

Его тревожный взгляд смягчился.

Перевод выполнен каналом https://t.me/mousebookagency