Глава 18

Испугаться я не успела. Потому что в следующее мгновение случилось то, чего я меньше всего ожидала. Нет, конечно, в планы мои не входило миловаться с инквизитором на травке. Но, грешным делом, я подозревала, что Дамиан положением воспользуется. Однако более чем странная реакция, последовавшая за нашим падением, озадачила.

За долю секунды что-то животное и первобытное мелькнуло в глубине синих глаз, когда глаза эти проскользили по моей груди и лицу, будто лизнув. Мужчина даже позволил себе сильнее вдавить меня бёдрами в траву, а из груди его вырвался не то стон, не то рык. Но вслед за этим лицо Дамиана изобразило вдруг неподдельный испуг, он подскочил на четвереньки, отстраняясь, и стремительно выпрямился во весь рост, не забыв при этом потянуть меня за собой.

Мгновение, и я уже стою рядом с ним, а Сорель раздражённо натягивает обратно перчатку и стряхивает пыль с одежды.

— Похоже, с первого раза вы не понимаете, — процедил он. — Я не для развлечения привёл вас сюда!

— Тогда объясните, зачем вы меня сюда привели⁈ — вскричала я в ответ, отшвырнула траву, что запуталась в волосах, и топнула ногой, отчего вновь едва не потеряла равновесие. — Что это за место⁈ Здесь же нет ничего!

На последнем слове откуда-то среди полного штиля поднялся сильный ветер, а вдали громыхнуло. Юбка и волосы заметались, создавая вихри вокруг ног и лица. А когда чуть поодаль от неба до земли выросла тёмная полоса, я всерьёз испугалась.

Это что, смерч?

Но нет. Спустя ещё несколько мгновений, полоса перестала вибрировать, а следом на её месте возникла дверь. Стеклянная, полуовальная дверь сложной огранки с крупной, но всё же изящной ручкой.

Даже современные столичные бизнес-центры не могли похвастаться таким декором. Вот только ни бизнес-центра, ни крутецкого небоскрёба на манер Бурдж-Халифа вокруг двери не было. Точнее, кое-что возникло, но не сразу, а лишь после того, как я непонимающе уставилась на Дамиана и получила от него красноречивый кивок в сторону разворачивающегося действа.

Следом вокруг хрустального наличника прямо из воздуха появилось сверкающее гранями, откосами и рельефной резьбой обрамление портала, который стал стремительно увеличиваться, наращивая вокруг себя стены.

Как по волшебству фасад обрастал изящным плетением рельефа, в котором угадывался цветочный узор. Казалось, окна этому чуду архитектурной мысли не требовались, но вскоре я стала различать совершенно плоские, лишённые матовости и сложных изгибов поверхности, ритмично опоясывающие дом. Не дом, дворец хрустальный самый настоящий, отражавший от своих стен весь свет, что касался их.

Я засмотрелась до боли в глазах, настолько ярким было зрелище.

Когда последний кирпичик занял своё место на главном шпиле, ветер утих, прекратив трепать моё платье и волосы. Я же так и продолжала некоторое время стоять и удивляться чудесному возникновению огромного сооружения с изогнутыми стенами в форме цилиндра или ротонды там, где только что ничего не было.

— Это… Это… Это как же? — начала я, заикаясь и то протягивая вперёд руки, то хватаясь за голову.

Мираж? Да, точно. Мираж! Потому что так не бывает! Нельзя построить дом из ничего! Где материалы? Люди? Техника⁈

Мозг, привыкший к логике и порядку, отчаянно сопротивлялся увиденному. Даже голова разболелась, и острое желание присесть, чтобы отдышаться, стало главным.

— Храм магического равновесия всегда был здесь, — пояснил Дамиан, склоняясь ко мне и бесцеремонно касаясь лба так, будто проверял у меня температуру. — Уж это вы должны знать. Вы часом не заболели, Катрин?

— Да не заболела я! — руку мужчины пришлось стряхнуть во многом потому, что прикосновение оказалось приятным до дрожи. — Просто, — я на миг смутилась, — просто за последнее время со мной происходит всякого сверхъестественного больше, чем за всю жизнь.

Мужчина не ответил. Но от его пристального внимания стало не по себе. К счастью, длилось это не больше минуты. Развернувшись, Дамиан уверенно зашагал в сторону упомянутого храма. Я же, оглядевшись и закусив в отчаянии губу, поняла, что другого пути нет, подхватила неудобную юбку и пошла следом, прекратив хотя бы спотыкаться и терять равновесие.

Словно горизонт в жаркую погоду, стены храма будто покачивались на воздухе и местами расплывались тонкими полосками ряби. Одно из двух: или то действительно был оптический обман, или мозг настолько устал, что порождал мучительные видения. Но, как бы то ни было, я до последнего старалась себя успокоить, убеждала, что скоро всё закончится, что сейчас мне всё объяснят, отпустят с миром и больше никогда не побеспокоят, а я отправляюсь в мастерскую, чтобы снять стресс за гончарным кругом. О, как я была наивна в ту минуту.

Взбежав на хрустальное крыльцо и оказавшись у двери, Дамиан обернулся ко мне через плечо и поманил, чтобы не отставала сильно.

— Дайте-ка угадаю, — проворчала я, с опаской взбираясь по лестнице, на которой боялась не то поскользнуться, не то сломать её, — сейчас мы войдём туда, провалимся в какую-нибудь бездну, вылетим с другой стороны и окажемся в параллельном мире?

Подняв взгляд, столкнулась с неподдельным удивлением в лице инквизитора.

— Какая у вас бурная фантазия, Катрин, — проговорил он с усмешкой. — Наш мир единственный во вселенной. Других не бывает. Надеюсь, уж с этим вы спорить не станете.

Теперь наступила моя очередь ухмыляться.

— Уверены? — спросила, подбоченившись и бросив на инквизитора колкий взгляд.

— Естественно. Странный вопрос. Если бы параллельные миры существовали, сюда давно бы явился оттуда кто-нибудь. А раз этого не происходит, то и говорить не о чем.

Я посмотрела на Дамиана долго и многословно. На секунду мелькнула мысль «Сказать не сказать». Отмахнувшись от неё, фыркнула.

— Разве только что не мы с вами прошли сквозь портал и оказались непонятно, где?

— Мы всё там же, в Рестольде. Просто я решил сократить путь. Да и вряд ли вашей репутации пошло б на пользу столь длительное путешествие со мной в закрытом экипаже.

Ну вот опять. В краску вгоняет. Зачем? Как издевается.

— Если бы ардааны не украли у нас лошадь, я предпочла бы доехать сюда в телеге. Другой раз предупреждайте. А насчёт параллельных миров я так скажу: не спешите с выводами, месье. Никогда нельзя с точностью утверждать что-то, если не доказано обратное.

Мужчина сверкнул в ответ своими глазищами, даже рот открыл, чтобы возразить. Именно возразить. Возражение было написано на лице и сквозило в жестах этого коршуна, которого спор со мной явно заводил. Но ожидаемого нравоучительного упрёка я не услышала. Зато услышала другое:

— Говорите так, будто сами побывали за гранью, Катрин. Готовы признаться здесь и сейчас?

Я видела, что он шутит, хоть и почувствовала, как опасно шевельнулось что-то внутри. Ну да. Сейчас ка-а-ак признаюсь и ка-а-ак отправит меня инквизитор на костёр за ересь.

Изобразив безразличие, ответила:

— Ну что вы, господин Сорель. Какое там? Ведь параллельных миров не существует.

И снова странный взгляд в мою сторону, полный недоверия, от которого я демонстративно увожу внимание, делая вид, что мне важнее в данную минуту расправить складку на платье.

Выждав немного, Дамиан молча взялся за ручку двери, тогда как свободную руку протянул мне.

Сразу стало ясно, что это именно тот случай, когда в моих интересах подчиниться. Поэтому я без лишних сопротивлений вложила свою ладонь в его, продолжая внутренне ликовать оттого, что последнее слово осталось за мной. Но радовалась недолго, потому что в следующую секунду моё восприятие мира вновь покачнулось. Дамиан не отворил дверь, как я ожидала. Потянув меня за собой, он буквально протащил нас обоих сквозь препятствия и вывел с другой стороны, будто на пути не имелось никаких преград.

Дыхание перехватило, закружилась голова, а сердце застучало где-то в висках. Когда картинка перед глазами перестала двигаться, я вырывала у Дамиана свою руку и сжав её в кулак, выставила палец в направлении мужчины.

— Зачем? — прошипела я, шагнув в его сторону. — Зачем здесь дверь, если её можно пройти насквозь⁈ Какие ещё меня ждут сюрпризы, говори немедленно, или я не сдвинусь с места!

Остановившись прямо напротив инквизитора, ткнула пальцем ему в грудь, забыв, с кем говорю. Негодование разрасталось, но ровно до тех пор, пока я не осознала, что мы здесь не одни. От прозрачных, залитых светом стен стали отделяться силуэты в белых длинных балахонах с глубокими капюшонами. Это настораживало, если не сказать больше. Похожие на участников секты ку-клукс-клан, эти безмолвные фигуры пугали меня.

Я резко убрала палец и отступила, прячась за спину Дамиана.

— Не бойся, — сказал он. — Тебе не причинят вреда.

Ну да. Именно так обычно говорят, когда не ожидается ничего хорошего.

— Давай уйдём, — взмолилась я. — Мне здесь не нравится. Чего им нужно?

— Они помогут тебе. Заберут часть силы, чтобы стало легче. Поверь мне, Катрин. Я не желаю тебе зла.

Но я не верила. Напряжение, которое читалось в лице мужчины, и все эти люди в белом, которые подступали к нам, нервировали до дрожи. Я попятилась ещё. А когда упёрлась спиной в дверь, ставшую вдруг жёсткой и неприступной, ощутила прикосновение. Один из жутких монахов приблизился настолько, что я почувствовала касание холодных пальцев к плечу. Отшатнулась, но врезалась в другого, который уже не церемонился. Его руки вмиг сковали мои локти, не давая двигаться. А когда всё моё платье, пол и даже стены вокруг покрылись искрами, я ощутила дрожь. Но не от холода. Знакомое тепло где-то на уровне солнечного сплетения стремительно заполняло изнутри.

Меня продолжали удерживать, когда жар уже рвался вон. Я успела привыкнуть к этому состоянию и ждала, что вот-вот присутствующие вместе с Дамианом разлетятся во все стороны от вспышки моей ярости, смешанной с неподдельным страхом. Но ничего этого не происходило. А вскоре внутри стало так горячо, что я уже не могла терпеть.

— Помогите! — закричала я в пустоту.

Стала падать, теряя от боли сознание и ощущая, как кто-то в последний момент подхватил меня.

Он склонился настолько близко к лицу, что его дыхание защекотало кожу.

— Прости, — услышала я на грани забытья голос Дамиана. — Но так было нужно.