Глава 3

— В смысле «никаких близких контактов»? — возмутился Майлз, читая пункты составленного мной договора.

— А какой смысл ты вкладываешь в эти слова, дорогой жених? — ехидно улыбнулась я.

С раннего утра мы сидели в кабинете нотариуса и ожидали его появления за чашечкой крепкого кофе и чтением сочинений друг друга. Майлз прописал финансовую сторону нашего договора, в которой обязался полностью закрыть все затраты супруги и взять на себя организацию свадебных торжеств. Также по договору мне полагалось ежемесячное пособие в размере десяти тысяч солларов первые полгода брака, после чего сумма возрастала до пятидесяти тысяч в месяц. После вступления в наследство и развода Майлз должен был выплатить мне компенсацию и оставить пособие, увеличив его ещё на двадцать тысяч солларов. Сказать по правде, я была удивлена такой щедрости, но кто я такая, чтобы спорить с будущим мужем в вопросах капитала. Его деньги, пусть тратит, куда хочет, верно?

Также по договору за мной оставалось право продолжать работу в ателье, на нужды которого также выделялась энная сумма.

Все остальные моменты по поводу проживания и остальных бытовых тонкостей тоже не вызвали противостояний. Во что мы упёрлись? В обнимашки! Кто бы мог подумать…

— Ты хочешь сказать, что за всё время нашего брака, я не смогу ни разу обнять или поцеловать свою жену? — Майлз скрестил руки на груди и откинулся на резное изголовье кресла. — Как ты себе это представляешь, дорогая?

— Я представляю себе это, как идеальное соблюдение личных границ фиктивной жены, — пожала плечами, пролистывая написанную им часть договора. — Нет… всё же я вынуждена уточнить… Тебя не смущают такие траты? Ты считал, во сколько тебе встанет это занимательное представление?

— Не смущают, — отмахнулся Майлз. — А что делать с бракосочетанием? Предлагаешь послать тебе воздушный поцелуй у алтаря? Да и с дедом придётся познакомиться, и любовь тоже придётся изобразить, Эмилия.

— О, небо! — я швырнула листы на столик и всплеснула руками. — Ты рискуешь разориться, едва переступив категорию женатиков, а тебя волнуют такие глупости?! Хорошо, внесём изменения.

Майлз довольно кивнул.

— Дополнения, если быть точнее, — плеснула я водицы на разгоравшийся огонь его хорошего настроения.

— Валяй, — милостиво согласился жених.

— Будем нарушать эти пункты в перечисленные тобой моменты, но… За каждое нарушение ты будешь отчислять на мой личный счёт небольшую компенсацию.

Улыбка Майлза слегка померкла.

— Ты всегда была такой… запасливой? — с трудом нашёл он подходящий эпитет.

— Разве ты не помнишь, что уже в академии я усердно сколачивала капитал? — я закинула ногу на ногу, деловито качнув неловко съехавшей с ноги туфелькой.

— Мало ли, что могло поменяться за эти годы, — хмыкнул Майлз.

— Поменялось то, что мужчинам я теперь не доверяю, — отрезала я, отметив, как на лицо Эрроу набежала мимолётная тень. — Вносим дополнения?

— Как-будто ты оставила мне выбор, — вздохнул он.

— Выбор есть всегда, — улыбнулась, активируя стило. — Итак… Объятия — от тысячи до десяти тысяч соллар.

— От чего зависит диапазон цены? — снова развеселился фиктивный жених.

— Обними меня покрепче и узнаешь, — шепнула я.

Майлз искренне рассмеялся, а на мою кожу совершенно неожиданно напали предательские мурашки. Прекратив форменное издевательство над моим организмом, Майлз наклонил голову вбок и, улыбаясь, посмотрел в моё растерянное и очевидно покрасневшее лицо.

— Я уже и забыл, как с тобой весело, Эми, — произнёс он тихо.

— Не мудрено, — также тихо ответила я. — Столько лет, столько зим.

Майлз опустил взгляд, я отвернулась. Какое-то время мы молчали, но в этом молчании не было напряжения, лишь тихая грусть о том, что никогда не вернётся. По крайней мере, я думала именно об этом.

— Договорились, — нарушил молчание Майлз. — Что с поцелуями? Брачным ложем?

Я едва не поперхнулась своей минутной меланхолией.

— Может, ещё и фиктивных детишек обсудим? — прищурилась, начиная выходить из себя.

— Почему нет? — продолжил насмехаться этот гад. — Мальчики и девочки идут по одинаковой цене или наследники оплачиваются по двойному тарифу?

— Окстись, Эрроу, по миру пущу!

Нашей перепалке не суждено было перейти в открытое столкновение (хотя рука так и тянулась к бронзовому бюстику императора, предусмотрительно оставленному на столе). Вместе с потоком тёплого воздуха в кабинет ворвался нотариус. Он ужасно извинялся за задержку, предлагал чай, солейранские сладости из лучшей кондитерской столицы и совершенно не замечал, что клиенты заняты зрительным противостоянием и им вообще не до конфет.

* * *

Спустя каких-то полчаса мы обсудили и приняли все пункты брачного договора и, поставив свои подписи и магические печати, распрощались с нотариусом.

— Какое яркое солнце! — отметил Майлз, довольно потягиваясь в дверях нотариальной конторы. — Даже природа радуется за нас, невестушка.

— Пытается ударить мне по голове, чтобы я одумалась, — не согласилась я.

— Тогда скорее в экипаж, — Майлз поспешно махнул рукой, призывая ожидавшего наготове возничего.

— Мне идти один квартал. Хочу прогуляться до встречи с клиенткой.

— Как скажешь, — не стал настаивать Эрроу. — Не забудь написать объявление о временном расписании. Я заеду в три.

— Заедешь зачем?

Майлз посмотрел на меня как на глупенькую, только по носу не щёлкнул.

— Ну как же, Эми? Всё как положено. Мы заключили договор, назначили день бракосочетания… Пришло время познакомиться с дедушкой.

Он снова засмеялся и, не дожидаясь моих прощальных проклятий, направился к экипажу.***Продолжаем решать организационные моменты🤗 Не могла оставить вас без небольшого комикса по мотивам переговоров у нотариуса😅

* * *

Вернувшись в ателье, первым делом написала поверенному отца с просьбой приостановить все показы поместья. В письмо вложила расписку, что в течение двух недель выплачу оставшуюся сумму долга и прошу подготовить все необходимые документы.

Покончив с корреспонденцией, упаковала два заказа и облачила манекен для финальной примерки. После чего оформила небольшую информационную вывеску, чтобы ближайшие пару недель клиенты не тратили время на прогулку до ателье, а все свои запросы присылали в специальное хранилище, за которым я могла следить с помощью магпланшета.

Привычная рутина всегда меня успокаивала, сейчас же она лишь заглушала внутренний мандраж, становившийся всё ощутимей с приближением назначенного Майлзом времени.

Знакомство с Эрроу-старшим пугало меня больше, чем сам фиктивный брак. Во-первых, я никогда не умела врать. Во-вторых, всё произошло слишком быстро. У нас не было какой-то легенды для старика, общих воспоминаний, кроме тех, которые отчаянно хотелось забыть, и я, к стыду своему, надеялась, что дедушка Эрроу окажется настолько немощным, что долгих диалогов вести не придётся.

Майлз прибыл в ателье ровно в назначенное время. Я уже сменила платье, убрала волосы в сложный пучок и, сняв со спинки стула бархатный жакет глубокого винного цвета на случай прохладного вечера, направилась к нему навстречу.

— Готова? — улыбнувшись, спросил он, оглядывая меня со всех сторон. — А где твой саквояж?

— Саквояж? — нахмурилась я. — Для чего? Мы ведь только познакомимся с твоим дедушкой…

— В целом ты права, — кивнул Майлз. — Но дед живёт в столице, а время три. Пока доберёмся до портала, а там от станции до особняка, будет вечер. Нам уже подготовили комнаты.

Восторг… От перспективы предсвадебного путешествия волнение скрутило внутренности в тугой узел. Действительно, зачем уточнять для будущей фиктивной жены такие незначительные детали? И всё же я мудро сдержалась. Решение было принято, и слишком много поставлено на кон. Оставалось научиться дышать. Медленно, размеренно, для успокоения нервов и душевного равновесия.

— Было бы неплохо проговаривать нюансы заранее, — отметила как будто между прочим. — Дай мне минуту.

Степенно поднявшись на второй этаж, я метнулась в свою комнату и призвала магию. С антресоли, чихая и отплёвываясь пыльными облачками, вывалился старый саквояж. Наскоро отчистив его заклинанием, я отдала приказ вещам. Из шкафа вылетел шёлковый мешочек с бельём и панталонами, следом к саквояжу проплыла ажурная ночнушка. Самым сложным было компактно упаковать пару объёмных нарядов — на ужин и на случай непредвиденных ситуаций, которыми жизнь меня баловала с завидной регулярностью. Прихватив из уборной средства ухода, я выровняла дыхание и также степенно спустилась к Майлзу.

— Теперь всё. Можем ехать.

Мы вышли к экипажу и двинулись в путь. Первые несколько минут в салоне царила идеальная тишина. Майлз изучал что-то в своём планшете, а я смотрела на проплывавший за окном пейзаж и пыталась ухватить за хвост хотя бы одну из суетливо проносящихся в голове мыслей.

— Ах, да! — наконец удалось мне озвучить главный страх. — Мы ведь даже не договорились о том, что будем говорить твоему деду. Где познакомились, почему столько тянули, кто и что любит… ну… и прочие мелочи, важные для влюблённых.

— Не уверен, что дед в своём состоянии устроит нам допрос с пристрастием, — хмыкнул Майлз. — Но даже если так, я вполне к этому готов.

— Какое смелое заявление, — я иронично покачала головой. — И что же ты ему обо мне расскажешь?

— Хм… — Майлз подался вперёд, внимательно глядя в мои глаза. — Расскажу о том, как мы познакомились в стенах Магической академии Ривдвена. Как ты поразила меня своим умом и серьёзностью, а ещё… самыми красивыми глазами во всей империи. Расскажу, как мечтал о тебе и почти забросил учёбу и все свои планы на жизнь, но судьба развела нас на несколько лет. А когда мы встретились снова, то понял, что чувства никуда не делись. Ты именно та женщина, которую я хочу видеть рядом с собой день и ночь до конца своих дней… — он замолчал, продолжая смотреть мне в глаза, но потом беспечно откинулся на сиденье и добавил. — Что ещё надо старику, желающему для внука простого семейного счастья?

Я до боли сжала кулаки, впечатав их в мягкую обивку сиденья. Такая простая и складная ложь на стыке с реальными событиями действительно звучала правдоподобно. Мне оставалось только влюблённо хлопать глазками, не забывая при этом густо краснеть от смущения.

— Принято, — сорвавшимся голосом произнесла я. — Буду придерживаться легенды и томно вздыхать, не отпуская твой локоть. Надеюсь, сунима Эрроу искренне умилит влюблённый клещ в ажурном чепце.

— Он будет в восторге, я уверен, — хохотнул Майлз. — А ещё уверен, что у тебя не выйдет изобразить влюблённого клеща.

— Не провоцируй меня, дорогой жених, — холодно улыбнулась я. — А то вот так проснёшься посреди ночи, а тут я, смотрю на тебя, как колодезная дева из детской страшилки. Но исключительно влюблённо.

Ответом мне снова был смех. Я закатила глаза и вернула внимание окну. Больше ни слова этому весельчаку. Ни одного!

Клеща я начала изображать уже в портале. Ненавижу порталы. С тех пор, как я последний раз оказалась на запрещённых боях в академии, больше никогда не приближалась к этому виду перемещения. И вот опять. Вцепившись в пиджак Майлза до побелевших костяшек, я уткнулась лбом в его грудь и постаралась унять подкатившую к горлу тошноту. Майлз аккуратно придерживал меня, поглаживая по спине, пока мы преодолевали пространство сквозь радужные вспышки.

— В порядке? — поинтересовался он, когда ноги коснулись пола в портальной башне. — Всегда так плохо переносишь переходы?

— Плохо было бы, если бы я оставила свой обед на твоей рубашке, — просипела я, с трудом разжимая пальцы. — Ненавижу порталы…

— Обратно поедем в экипаже, — улыбнулся Майлз.

Мы достаточно быстро добрались до семейного имения Эрроу. Величественное, с множеством окон и башенок, оно занимало огромную площадь недалеко от центра Солейрана. Вокруг здания, отделанного светлым камнем, раскинулся парк. Площадку перед парадным входом украшал большой фонтан, окружённый фигурно остриженными деревьями. От него вдаль разбегались отсыпанные гравием дорожки, снабжённые фонарями и коваными лавочками.

Моё семейное имение было в десятки раз меньше, и во всём этом великолепии я вдруг ощутила себя бедной родственницей. Пришлось срочно вспоминать родословную со времён пра-пра-пра… ну и ещё десять раз прадеда, который был верховным главнокомандующим императорской армии и предводителем военного совета, а его супруга стала первой женщиной в Солейранской империи, которая боролась за право женщины обучаться магии наравне с мужчинами, преуспев к тому же и на семейном поприще. Она родила своему мужу четверых сыновей и дочку, каждый из которых в своё время прославил свой род.

— Добро пожаловать домой, мастер, — голос управляющего вырвал меня из тревожных мыслей. — Обед подадут через два часа. Есть время отдохнуть с дороги.

Не успела я опомниться, как мои вещи погрузили на парящую конструкцию, а саму меня увлекли на второй этаж, в одну из комнат, предназначенных для гостей. Я только и успела отметить широченный холл и позолоченную лепнину, красиво обрамлявшую фрески на стенах.

— Располагайтесь, нима. Меня зовут Айви, и я буду вам прислуживать, — легко присела в поклоне миловидная служанка. — Уборная за дверью. Для вас приготовлен комплект полотенец, халат и тапочки. Скоро я принесу закуски и чай, а чуть позже помогу собраться к ужину.

— Благодарю, — улыбнулась я, отпуская девушку.

Покои, предназначенные для гостей, больше напоминали комнату настоящей принцессы. Огромная кровать с балдахином и резным изголовьем с горой подушек разных размеров. Во всю стену напротив расположился изящный встроенный гардероб, который никоим образом не скрадывал пространство. Лёгкий текстиль, пастельные оттенки, полупрозрачная тюль на огромных окнах — всё это дарило помещению лёгкость и много воздуха.

Я приняла ванну с ароматным розовым маслом и облачилась в мягкий халат, после чего прилегла на краешек кровати и уснула так крепко, что едва не пропустила главное событие, ради которого мы с Майлзом проделали весь путь.