В Минск решил ехать на автомобиле, была мысль посетить, если успею, ещё парочку мест. И не раз об этом пожалел, надо сказать! Грузовик-грейдер с передним отвалом, который оставил себе, справлялся с тем, чтобы регулярно чистить Рысюхино, где уже давно не одна улица с двумя переулками, Червеньский тракт от Рудни до Алёшкино и, по договорённости с Клёновым, дорогу от моего «Прикурганья» до его имения — через день. Кроме того, раз в два-три дня или после сильного снегопада — пробивали дорогу на Червень до Могилёвского шоссе и в другую сторону — до Смолевич. Такие же аппараты, сделанные для обоих райцентров, едва справлялись с расчисткой улиц в городах и кусков важнейших дорог вёрст на десять, а дальше… А дальше — грустно всё. И перемёты, и колеи, не совпадающие по ширине с той, что нужна нам, и какие-то ледяные бугры с ухабами. Сидевший за рулём дружинник не матерился вслух, видимо, только из-за моего присутствия рядом, но губы, насколько я мог видеть в зеркальце заднего вида, у него шевелились. И некоторые обороты по ним вполне успешно читались даже без специального навыка.

Выводов напрашивается ровно два: во-первых, надо увеличивать парк техники, а во-вторых, это всё равно не сильно поможет: за границы района даже трассу Минск–Москва районные власти чистить не станут.

Вот, тоже: когда в Смолевичах появился первый грейдерный грузовик, некоторые ворчали, что это лишит работы сразу как бы не три десятка человек, которые чистили улицы конными скребками. А что в итоге? Во-первых, на все улицы одного грузовика не хватает, а кое-куда он просто-напросто не пролазит, так что там по-прежнему работают по старинке, но зато могут прочищать чаще, и стали заезжать туда, где улицы отродясь не чистились. Во-вторых, некоторые подались заниматься извозом. Даже регулярную пассажирскую линию устроили, от вокзала в Смолевичах до форта в Дубовом Логе! Причём по линии ходило три кареты на восемь пассажиров каждая! Больше того — артельщики собирались расширяться, добавив не только количество рейсов, но и планировали открыть линию Смолевичи–Червень! Причём в отличие от чистки дорог этот промысел оказался круглогодичным, так что обиженных на меня среди тех, кто променял скребок на карету, не было.

В общем, не факт, что Смолевичи или Червень купят по второму экземпляру дорожной техники, а вот мне такой грузовик надо было бы сделать ещё месяц назад: скоро на Изнанке тоже зима настанет, а она там хоть и мягкая, но иногда снега наваливает столько, что ни вздохнуть, ни… ни охнуть, так скажем.

От мыслей о том, что я невольно уподобился тем чиновникам, для которых зима каждый год наступает неожиданно, как в первый раз, отвлёк мобилет. Звонил граф Соснович. После приветствий и минимально необходимого вступления, он перешёл к основной теме.

— Я, Юрий Викентьевич, с хорошей новостью звоню. Сдвинулся с мёртвой точки вопрос с дорогами!

— Да ладно⁈ И у вечной лужи хозяин нашёлся?

— Нашёлся. Оказалось, тракт весь полностью находится в ведении губернского управления путей сообщения МВД, о чём те благополучно забыли, пёс знает, когда. Они, вроде как, собирались сбросить его на районные власти, получили отказ, но бумажка с отказом «потерялась», а исходное исходящее письмо о передаче — осталось. Ну, во всяком случае, сами так говорят.

— Ну, ещё бы. Кто-то же отвечать должен, и проще всего свалить на какого-нибудь регистратора, который десять лет, как уволился по старости. Или, ещё лучше, на того, кто в другую губернию уехал.

— Примерно так. Но, что самое изумительное, средства на ремонт дороги исправно выделялись и куда-то уходили. А сейчас выясняется, что последний плановый ремонт был тридцать лет назад, всё остальное — местная самодеятельность. И им сейчас подавать годовой отчёт с указанием, что дорога, которая по документам идёт как имеющая военное предназначение, помимо того, что входит в реестр трактов великокняжеского значения, три десятка лет в запустении.

— Это они что, сейчас, по морозу, ремонтировать начнут⁈ Это, простите, Евгений Борисович, очень плохая новость! Всё, что сейчас насыплют и укатают — по весне растает, расползётся, и станет в разы хуже, чем было!

— Нет-нет, Юрий Викентьевич, сейчас им главное в бумагах отразить, что найден подрядчик и работы начаты. Этим началом может и должно стать, например, составление сметы. И роль подрядчика удалось получить мне.

— Поздравляю! Или тут уместнее сочувствие?

— Спасибо за поздравление. Но это и вас коснётся. В число подготовительных работ входит, помимо прочего, заготовка и накопление строительных материалов. Я, надеюсь, могу рассчитывать на песок и щебень с ваших карьеров? Строчка «за счёт местных ресурсов» всегда хорошо смотрится в отчётах.

— Разумеется! Тем более, что добыча известняка скоро выйдет на серьёзный уровень: уже подготовлен к будущей добыче разрез и я сейчас еду в Минск, заказывать купола. Временную дорогу мои сапёры пробьют по имеющейся колее недели за две-три, технику перебросить — два-три дня понадобится, и можно начинать работу. Бытовки с защитой от излучения Изнанки у меня есть, потом уже под куполом можно и капитальные здания построить.

— Что в Минск едете — это очень хорошо! И сапёров своих вовремя вспомнили.

— Что-то случилось?

— Нет-нет, всё в порядке, даже более того. Удалось под шумок выбить разрешение на строительство зимника «по трассе заброшенной временной военной дороги». То есть, от деревни Студёная до станции Плиса. Интересует подряд? Там, правда, в отличие от моего, на ремонт, ещё и поддержание её в рабочем состоянии до конца сезона прописано, но у вас же техника есть?

— Есть, Евгений Борисович. Вот не поверите, как раз перед вашим вызовом на связь размышлял о том, что надо второй грейдерный автомобиль собирать, а то один со всей работой не очень справляется, и это ещё на Изнанке зима не началась, а там дорожная сеть уже изрядная возникла. И вот ещё одна работа для него.

— Удивляюсь и немного завидую, глядя на вас, Юрий Викентьевич.

— Вы⁈ Мне⁈

— Да, вашим талантам и проистекающим из этого возможностям. Лет десять назад на весь район едва ли было штук пять автомобилей. А сейчас только у вас, наверное, под сотню? Если не считать гвардейскую батарею?

— Около того. — Не стал я разочаровывать собеседника тем, что уже больше полутора сотен, а с учётом той части гвардии, которая не входит в батарею — больше двухсот.

— И вы так, мимоходом, решаете, не собрать ли ещё один агрегат на базе трёхосного грузовика. Агрегат, кстати, весьма непрост. Я, уж простите, приглашал специалистов для осмотра того, который приобрёл город. Так они даже далеко не сразу поняли предназначение некоторых узлов и сомневались в их необходимости. Потом же долго не верили, что всё изготовлено не на каком-то серьёзном заводе: химический состав сплавов, качество металла, точность отделки…

— Евгений Борисович, вы хотите приобрести ещё один такой грузовик? — я, как мне показалось, понял смысл всех этих заходов. Как и то, что попросить напрямую граф Соснович не может или не хочет, чтобы не быть обязанным, а я предложить не догадываюсь, поскольку не знаю о его нуждах.

— Было бы неплохо иметь такую технику в своих владениях. И те же временные зимники пробивать куда как проще будет.

— Не вижу проблем в том, чтобы собрать два. Резерв запасных частей есть, агрегаты нужные изготовим — благо, у меня сейчас квалифицированные помощники появились.

— И сколько?..

— Думаю, дней десять, вместе с обкаткой и испытаниями. А если по деньгам… По-соседски, отдам по себестоимости.

Я уже знал, что моя себестоимость — это в два, а то и в три раза меньше, чем можно купить что-то похожее на рынке, при том, что зачастую «похожее» заметно хуже, а порою и сходство очень отдалённое, либо полных аналогов и вовсе нет. Тем не менее, соседские отношения тоже дорогого стоят, особенно с таким соседом, который при формальном равенстве в титулах имеет значительно больше связей, длинную родословную и значительный вес в обществе не только губернии, но и Великого княжества. Те же подряды на дороги, о получении которых он говорит так же мимоходом, как я о сборке грузовика, сам я получить бы вряд ли смог, даже если бы попытался. Плюс долг перед ним, не финансовый, но моральный, за уже оказанные им услуги, и речь не только об обучении краткому курсу аристократа.

— Буду весьма вам благодарен!

Не стал отвечать привычной среди простолюдинов пошлостью типа «не стоит благодарности» или тому подобной, в среде титулованных лиц такое не просто не принято, а считается непристойностью. Ну, и воспринимают, если такая глупость будет сказана, в прямом и буквальном смысле слова, что твои услуги ничего не стоят. Вообще.

— Да, Евгений Борисович, а в чём смысл временной дороги? Нет, кое-какую пользу я от неё получить успею, но что делать весной⁈

— В том-то и дело, что главное — создать прецедент и зацепиться за него! Как только по зимнику пройдёт первый транспорт, хоть ваш грузовик, хоть сани местных крестьян, тут же начнём подсчёт загруженности дороги и подготовку документов о востребованности дороги в течение остального года. Плюс у нас в нынешней заявке недаром говорится про бывшую военную дорогу, станем среди прочего упирать на её необходимость для работы складов. Пока земля просохнет — будет решение о строительстве. Надеюсь, потянем его, совместными усилиями?

Вот, о чём я и говорил — соседские отношения, которые дорогого стоят, и в деньгах тоже: уверен, что Соснович пробьёт не просто разрешение на постройку дороги, но и подряд на него, с оплатой из казны Великого княжества. И предлагает поделиться выгодой, иначе никак его слова о совместных усилиях понять не получается. Плюс строительные материалы, о которых отдельно не упоминается в силу очевидности темы. Так что даже если бы я отдал грейдерный грузовик бесплатно — он всё равно бы окупился с лихвой, но такое предложение уже могло быть сочтено оскорбительным, как намёк, что сосед не может себе позволить желаемое. И, самое главное, еще год-два назад я бы вляпался обеими ногами буквально во все возможные ошибки!

Обменявшись пристойными взаимными благодарностями, я уточнил, куда мне нужно обратиться для получения подряда на строительство зимника и какие понадобятся документы, после чего завершил разговор.

Время ожидания куполов разного размера оказалось тоже разным, так что будет два приезда установщиков, их дважды придётся встречать и сопровождать. Не велика сложность, главное — знаю даты и смогу сообщить их соседям, чтобы они планировали пробивку своего прохода. Кстати, для установки больших куполов можно будет воспользоваться новым проходом. Разумеется, если там не будет строительства, которое перекрыло бы дорогу.

С оформлением подряда на строительство зимника тоже всё прошло легко и просто. Один граф приехал по рекомендации другого графа за формальным разрешением, чиновники не видели никаких причин не оказать любезность. Конечно, особую суету не наводили, но и никаких препон тоже не строили, так что хватило полчаса на всё про всё. Ну, а то, что лично приехавший за документами граф не стал вспоминать о такой мелочи, как стоимость подряда (там на самом деле сумму прописали такую, чтобы никто со стороны не заинтересовался) сделало его, то есть — меня, однозначно лучшим кандидатом. И на какое-то время — лучшим другом начальника соответствующего отдела. Всё же статус и титул многое решают в этой жизни. Как и способность небрежно отмахнуться от суммы в полторы тысячи рублей, которую поделят между собой те, кто мне сейчас так старательно и на самом деле искренне улыбаются.

И ведь понимают, что в случае чего случившееся даже не будет расценено как взятка, пройдёт как злоупотребление, в результате чего меня вообще трогать не станут, максимум — спросят, хочу ли я выступить в роли пострадавшего. Но все твёрдо уверены, что никакого «если что» не будет, в том числе и от того, что я пришёл не с улицы, а по рекомендации человека, имеющего устойчивую деловую репутацию, то есть — графа Сосновича. Опять же, к слову о том, что графы бывают разные и граф графу рознь.

После чиновничьего логова заехал вместе со своим гвардейцем на обед в одно из уже известных тихих заведений, забрал по дороге первую дюжину серийных расширенных магазинов к «Кроне» у артефактора, а потом двинулся решать самый сложный вопрос. Вопрос аренды техники для добычи известняка.

И вот тут пришлось повоевать. Да, мне выказывали всяческое уважение. Да, улыбались. Да, были предельно вежливы. Но этим вот вежливым тоном и в предельно корректных выражениях — пытались выкручивать руки. Ну, или как минимум принялись «впаривать», как выражается дед, что попало, надеясь не то на мою безграмотность в этом вопросе, не то на свои таланты убеждения…

Для начала мне долго пытались всучить не тот экскаватор, который я просил, а другой, якобы лучше и мощнее. Вот только этот «лучший» имел ковш в виде эдакой ванны без торцевой стены, который забрасывался на тросах вперёд, а потом другими тросами подтаскивался к машине. Такой аппарат позволял копать каналы или грузить рассыпные грузы: песок, щебень и прочее. Ломать камень с его помощью было в принципе невозможно, только загребать породу, разрушенную взрывом — метод добычи, который был исключён из-за пещеры и который не позволял рассчитывать на крупные блоки правильной формы.

— Господа, у меня уже есть два песчаных карьера и торфяные поля. Я знаю, что такое драга и для чего она предназначена. Мне нужно оборудование для добычи строительного камня — блоков, а не щебня.

Потом, когда драгу всучить не удалось, стали предлагать взять машины малоизвестных фирм без осмотра и проверки, то есть — мы сейчас подпишем договор, а потом уже я могу ехать и смотреть. То есть — типичного кота в мешке, при этом залог потребовали такой, что за эти деньги большую часть техники можно просто купить, да ещё стали навязывать десяток грузовиков со своими шофёрами. Наконец, мне это надоело, я мысленно плюнул и вынул мобилет, чтобы позвонить Суслятину.

— Валентин Константинович, доброго вам дня. Как у вас дела, сложностей с техникой нет? Да, понятно. Да, разумеется, для вас — вне очереди, присылайте заявку с указанием количества и спецификаций. Десяток самосвалов сможем предоставить, думаю, в течение месяца, точнее надо с управляющими говорить. И, кстати, насчёт техники. Не можете ли порекомендовать, где можно взять с долгосрочную аренду, если можно — с правом последующего выкупа, комплект машин для добычи строительного камня? Да, разрез уже вскрыли, стена двадцать пять метров высотой, надо будет резать аккуратно, потом заглубляться начнём. Да, можете приехать, посмотреть, и заказ сделать — тоже, но без техники мы его выполнить не сможем. Буду весьма благодарен, а то в той конторе, которую газеты рекламировали, какие-то грустные клоуны сидят.

Последние фразы я договаривал уже по пути к дверям. Владельцы конторы, конечно, не слышали моих слов из-за магии мобилета, но явно поняли, что я собрался к конкурентам, пытались привлечь внимание и что-то там предлагать, но я их уже не слушал. Поскольку нет им доверия.

Зато Суслятин звание давнего партнёра отработал полностью. Вскоре после того, как я сел в автомобиль и почти успокоился, он позвонил мне и продиктовал не только название конторы, но и адрес, и фамилию человека, что мною буде заниматься, добавив, что меня уже ждут.

Продавцы техники располагались недалеко от конторы самого Суслятина и пользовались для размещения товара той же зоной ангаров, в которых хранил своё имущество «Сусликстрой». И, как я подозреваю, это старые партнёры. К моему приезду там подготовились: сразу вручили список техники, полностью обеспечивающей работу известнякового карьера. И сразу предложили пойти осмотреть.

Трактора, экскаваторы, механические молоты и всё прочее оказались на самом деле комплектом, производства одной фирмы, довольно свежих, но уже испытанных моделей — такую технику продавали лет десять. Дед, конечно, бухтел, что всё это убого и архаично, но в основном его претензии относились к приводам: всё работало на системах блоков, тросов, зубчатых колёс и цепей, похожих на велосипедные, только намного больше. Деду же привычнее была гидравлика — гораздо более удобная, надёжная и энергетически выгодная, по словам деда. Но я уже свой лимит продвижения технического прогресса исчерпал, так что на всякий случай даже упоминать гидравлические цилиндры вслух не стал.

Цена, правда, оказалась вполне бодрящей, но не чрезмерной. Да, за семь лет аренды я выплачу полную стоимость техники, а потом, если договор продлять не стану, машины придётся вернуть, причём техническое обслуживание и текущий ремонт тоже за мой счёт. Но я планировал, если дело с добычей камня пойдёт по задуманному, через год-два выкупить технику, возможность чего вписали в договор.

Но сразу подписывать не стал, конечно — пусть Беляковы с Сребренниковым поработают. И дело не столько в моём желании заставить их «деньги отрабатывать», сколько в желательности проверки проекта договора, на случай, если я упустил какие-то моменты. В результате домой ехал умиротворённым.