До драки дело всё же не дошло. А жаль.

Хотя клоки волос из бороды на пол полетели. Совет пошумел, а затем… фактически принял предложение Медведя и Алены. Как только прошло голосование с двумя против, Криса сделали начальником штаба и ответственным за всю оборону. Розенкранца — представителем Совета, причём единогласно. Даже Рада проголосовала за него.

Карлик встал, поклонился и заявил:

— По обычаю и закону оставляю своё место в совете поселения и свой голос другому жителю. Мастер Тефтлер будет выступать от моего имени. А присутствующих командиров прошу переместиться ко мне, в контору. Сейчас кликну остальных и поговорим. Порешаем, что и как дальше делать будем.

Мы вышли из дома старосты, оставив склочную атмосферу совета за спиной.

Ну, Алена. Ну, политиканка. Как она их развела на выплеск эмоций? Не повезёт её мужу — я покосился на Криса. Интересно. Она с Медведем сговорилась или просто вклинилась очень вовремя? Впрочем, пусть останется тайной. Я во всё это лезть не собираюсь. Мне бы вообще прилечь, а не вот это вот всё. Ресурс организма стремительно заканчивался.

Увидев Морта, явно подслушивающего, что творится на совете, я подозвал наглую морду:

— Морт. Сгоняй за Шором. У нас намечается что-то вроде военного совета. Он будет всякое умное говорить, а я кивать с важным видом.

— Вот ты не вовремя, гля. Драчка в совете уже серебро собрала, махать-дубасить! Хотя там терь какая-то нудятина началась. Слетаю, так и быть. Ты мне уже по гроб свой должен, работать-услуживать, гля, Илья!

— Я кому должен — всем простил. Ты давай-ка не спорь с полноправным жителем Рубежного, ипатий коловрат, и властелином башни мага, пёс безродный. Одно ухо здесь…

— Другое тама-а-а-а… — Морт испарился в ночной тиши.

* * *

Каменную коробку здания конторы уже очистили от древесного угля, подновили стены и настелили новую крышу. Работы шли на втором этаже. На первом солидные прилавки заменили времянки. Там же мы и расположились. Мебель из довольно изысканной превратилась в добротную деревенскую классику — лавки с табуретками. Здание выгорело капитально, спасти из обстановки ничего не удалось. Цверги же и примкнувшие к ним жители в ночь Ананты выбрались наружу по подземному ходу. Даже ночью наверху стучали молотки и визжали пилы. Работа не прекращалась. Вот за что цвергов можно уважать — умеют организовать процесс, как никто здесь.

Розенкранц отпустил ночных рабочих на пару часов. Снаружи конторы на страже встали угрюмые бородачи с карамультуками, одетые в пластинчатые доспехи.

Мы же устроились в главном зале на первом этаже. Из прилавка соорудили себе некое подобие стола. Розенкранц приказал подать холодные закуски и пиво. Все работы по дому выполнялись людьми в ошейниках. Поэтому я для себя решил, что к еде и напиткам этим не прикоснусь. В чужой монастырь со своим уставом не ходят, но рабство я до сих пор находил омерзительным. Тем более, почему-то рабство людей у цверга. Хотя несколько человек в ошейниках я в Рубежном встречал на улице — видимо, «собственность» кого-то из горожан.

Через минут двадцать в «совещательной» штаба собралась довольно представительная компания. Семеро глав охотничьих команд пристроились возле Медведя. Рихард явился со своим замом, с которым мы провели последние два дня в дороге. Рядом со мной притулился Шор. А подле Криса сел пожилой грузный мужчина с деревянным протезом вместо ноги. Все обращались к нему Мастер Йоган или господин Лихтенауэр. Короче, магистр Йода местный. Этот мужик был мастером над оружием в предыдущей страже «до Лютого» и другом отца Криса. Тренер, короче, если на мой лад.

— Давайте уже начинать, — цверг откашлялся. — Совет Рубежного постановил создать штаб обороны. Главным назначили Кристофера Веселовского, вы все его знаете. Он командир, за ним — заднее слово. Я — представитель совета. Вопросы снабжения или строительства — это ко мне. Думаю…

— Думаю, я возьму слово, — вежливо, но твёрдо произнёс Крис.

Розенкранц сдержанно кивнул и огладил бороду. Я же облокотился на пузо Шора, который сразу же придвинулся поближе — сил сидеть вертикально уже не было.

— Значит так. С кем-то мы знакомы, с кем-то нет. Познакомимся в процессе. Под стенами — сотня диргов. Сколько их там будет завтра — только Владыки знают. Нам надо… нам надо их разбить и выкинуть к гребеням с нашей земли. Желательно до того, как в Рубежном закончится еда.

Он замолчал и бросил растерянный взгляд на соседа. Мастер Йоган оглядел собравшихся и продолжил вместо Криса.

— Перво-наперво нам нужно подсчитать наш военный, мать его, ресурс. А потом уже планы строить. Чего у нас есть. А есть вон — мастер Рихард?

— Компания — пятьдесят четыре строевых. Латники. Тяжёлая пехота. Обозников и обслугу не считаем. Трое стёрли ноги. Ещё четверо после перехода дрищут дальше, чем видно. Один успел повздорить с деревенскими и теперь… не в форме. А завтра ему ещё и плетей всыплют перед строем. В строю — сорок шесть солдат.

Цверг зашуршал пером по широкому листу пергамента.

— Охотники? Медведь, ты за всех говоришь?

— Ага. Ну, чо. Семь команд. Если Илью считать с его красавцами — восемь. Но я бы не стал, Илья сам по себе. Короче, семь. Почти шестьдесят человек, обученных выслеживать зверя, ставить ловушки, стрелять и обращаться с копьём. Сколько могут воевать прям щас — не скажу… — он посовещался с лидерами команд, пошевелил толстыми пальцами и наконец объявил: — писят восемь. Но строевому бою охотники не учены. Не знаю, как на стрелков можно рассчитывать.

— Ополчение, — Крис достал какие-то бумажки. — Из Рубежного есть почти сто двадцать мужиков со своим оружием. Ну, какое оружие… Топоры, копья, — он скривился. По беженцам я пока не знаю.

— Беженцы дадут ещё семьдесят три человека. Но у них нет оружия. Про доспехи я вообще молчу, — Розенкранц брюзгливо поджал губы. — Запаса оружия и доспехов в посёлке нет. Всё, что от банды Лютого оставалось, на трофеи растащили.

— Итого, — подытожил мастер над оружием. — У нас сорок семь профессиональных вояк, шестьдесят охотников. Десяток дружинников под стать латникам Рихарда наберём. Десять карабинеров у уважаемого господина Розенкранца. Я правильно посчитал?

— Правильно, — неохотно процедил карлик. — Это большая сила, но я их под чужое командование не отдам. Только разовые акции, уважаемые.

— Отлично, твою мать, бородатую. Хоть так. Быдла практически безоружного — двести для круглого счёту. И ухари Ильи ещё семеро. Я вам так скажу: если мы завтра выведем эту толпу в поле, сотня диргов от нас говна не оставит. Оборонить село мы от этой сотни сможем легко. Даже противу двух сотен, думаю, устоим. Но неясно, сколько там их ещё придёт. Дирги добычу не бросают. Сейчас эти блокируют нас за забором, пока остальные не подтянутся.

— И что делать? — спросил Крис.

Командир, ёпта. По лицу было видно, что парень хотел предложить лобовую атаку. Ладно, мне есть что сказать.

Я поднял руку.

— Уважаемый Илья, — кивнул Крис обрадованно.

— Я вижу нашу ближайшую задачу так. Нам нужно уничтожить эту сотню до прихода подкреплений, — я перевёл дух.

Йоган и Рихард одобрительно кивнули, но один из охотников вылез со своим ценным мнением:

— Ишь как повернул. Така люди поумней тебя сказали, что эти серые твари от нас мокрого места не оставят!

— Я не предлагаю битву в чистом поле, кулак на кулак. И вообще, тебе хлебальник жмёт, что ты без спросу поперёк меня лезешь? Могу поправить.

Тот смолчал — даже имитацию подскакивания не сделал. Теперь одобрительно кивнул Медведь. Политика, блин, опять. Ладно, пляшем.

— Главное — правильно поставить задачу. Нужно этих диргов урыть. Вернее, закопать. Встаёт вопрос: как? Битва в поле будет не в нашу пользу. На стены они не полезут, не дураки. А что они сделают? Шор, скажи?

— Поставят укреплённый лагерь прямо напротив ворот, вне досягаемости наших стрелков. Уже ставят, собственно. Я слышал стук топоров и шум земляных работ. Отрядят часть воинов в секреты вокруг посёлка. Часть — в патрули между секретами. Уже сегодня ночью так и будет. И дождутся остальных. По моим оценкам — два-три дня. И их здесь будет достаточно для штурма Рубежного.

На каждую фразу Шора вояки одобрительно кивали. Охотники хмурились. Крис морщил нос и чесал затылок.

— Ну так сегодня и начнём, чего ждать, — после паузы заявил я. — Если можешь, бей первым! Сколько примерно диргов будет в секретах и патрулях? Как думаешь, Шор? А ну тихо, уважаемые!

Гул голосов, начавшийся после моего заявления про «начать сегодня», постепенно смолк.

— От двадцати пяти до тридцати голов. Больше вряд ли выделят. И то им до прихода подкреплений придётся сидеть часов по двенадцать.

— Значит, что я предлагаю. У меня есть Ингвар и Шайя со своими питомцами. Готовая шайка ассасинов, ночных убийц, — поправился я, увидев недоумение на некоторых физиономиях. — Морт — разведка. Наверняка среди охотников найдутся ловкие парни, которым можно поручить ночное дело. Я видел ликана среди охотников. Вылазку прикроет Айвена. В плане магии она умеет делать других малозаметными. Особенно ночью. Формируем две-три команды. Их задача — найти и вырезать секреты и патрули. За ночь. Прямо сегодня. Уверен, от нас ничего такого не ждут. Зелья «ночного зрения» не жмём — цверг оплатит.

Розенкранц крякнул и сердито показал мне кукиш.

— Щас жди. Цверг тебе гроб оплатит, с удовольствием, — коротышка сильно дёрнул себя за одну из косичек в бороде. — Но казна посёлка оплатит, гарантирую. План отличный, надёжный, как шахтный крепёж! Я в тебе, Илья, не сомневался. Пока придётся загашники потрошить. Пяток зелий я прям щас выдам из личных запасов.

— Это не весь план. Что они сделают, когда мы ночью их караулы порешим, Шор?

— Запрутся в лагере, конечно. И будут ждать.

— Ну, отлично, просто. У нас шестьдесят стрелков. Ночью подходим на максимальную дистанцию и начинаем их горящими стрелами обстреливать. Долго они в лагере просидят? Сомневаюсь. Ломанутся в атаку. Стрелки отступают к воротам. Ворота блокируют латники, наш фургон, десяток карабинеров господина Розенкранца. Ополчение на стенах — тоже с какими-нибудь камнями, дротиками. С этим мастер Йоган и Рихард, думаю, разберутся. Я знаю, что такое плотная стрельба почти в упор. Мы из них уже на подходе фарш сделаем.

— А если не попрут? — спросил один из охотников.

— Хоть всю ночь их будем обстреливать, делов-то. А утром пустим вперёд костерогов, сломаем стенки их лагеря, а следом латники и карабинеры зайдут. Единственно, чур моих животинок заковать в железо спереди и по бокам, чтобы они чисто таранами живыми поработали.

— Это дело! — сказал разом повеселевший Рихард. — Это настоящая работа для моих ребят. Я подпишусь.

Цверг серьёзно кивнул, подтверждая, что даст своих людей.

— Есть одна поправка, — заметил Шор.

Я кивнул, мол, «давай».

— Стрелки будут на открытой местности. Необходимо за день изготовить мантелеты, чтобы защитить их от ответного огня. Все видели арбалетчиков у диргов, а кое-кто здесь знает, какие у тварей мощные машинки.

— Чего изготовить, Шор? Ты учти, что я в этой вашей терминологии не секу.

— Переносные щиты, — ответил вместо Шора Рихард. — Временное укрытие. Потери точно снизит. Плюс я бы посоветовал рассыпать чеснок перед позициями стрелков.

— Я понимаю, что это не чтобы дирги закусили и от вампиров получили временную защиту?

— Нет, конечно. А при чём чеснок к вампирам? — не понял Рихард.

— Это Илья свои дурацкие шуточки провальщичьи шутит, — ответил Шор и фыркнул. — Чеснок, Илья, — это шипы, торчащие остриём вверх. Очень эффективная штука против конницы. И против тяжёлой пехоты тоже, особенно ночью.

— Понял, принял. Отличные дополнения, — я почесал бороду. — Но и это не всё. У нас два алхимика в посёлке. Уверен, они смогут сварить какую-нибудь убойную дрянь, которая быстро растворяется в еде. Даже лучше не смертельную, а которая просто с ног валит. Смесь рвотного со слабительным. Дирги наверняка же из общих котлов жрут. И воды у них запас должен быть.

— Это всё хорошо, но кто закидывать будет? — опять влез охотник-скептик. — Ликаной своей рискнёшь?

— У меня есть Морт!

— Хто?

— Ксар. Я ни разу ещё не засёк, как он рядом появляется. Доставка отравы будет на нём. Сорвётся — не беда. Эта мысль скорее для подстраховки.

— Кса-ар. Ни разу не слыхал, чтобы ксары что полезное делали, — не унимался мой оппонент. — Вот гадить по тихой, воровать припасы, портить вещи… — его голос слабел и под конец затих, потому что все в помещении смотрели прямо на него с выражением на лицах: «ну ты дебил, нах»!

— Угу, угу, — согласился я. — Этим Морт и займётся. Гадить по тихой. Прям по его профилю работа. Он, если кто не знает, вражеского мага вывел из игры прямо в дороге. Одного — точно. Думаю, и здесь справится. Плюс разведка на нём, его глаз волшебный — это нечто. У меня всё, собственно. Я настаиваю, чтобы мы начали сегодня. Каждый день на счету, господа хорошие. Что скажешь, мастер Веселовский?

Крис не сразу понял, что это я ему мяч передал. Но Йоган ткнул его локтем, парень встрепенулся — сидел, блин, слушал меня с открытым ртом. Совсем пацан же ещё. Ладно, чую, к концу всей этой истории заматереет ещё.

— Да, так мы и поступим. Медведь, собери две группы этих сосинов из своих.

— Ассасинов, — поправил я, ухмыляясь и прикрыв ладонью рот.

— Да, ассасинов. Хотя бы две. Если выйдет три — будет здорово. Пусть через пятьсот капель соберутся к водонапорной вышке с северной стороны посёлка, готовые к выходу.

— Надо ещё обсудить, как этим вашим убивцам связь держать. Да и как они секреты вычислят? Ликаны по запаху, допустим. Но ваще… — Йоган стукнул протезом по полу.

— У Шайи два питомца, — снова встрял я. — Многие их видели. В группу по одному, например, вот и разведка. А связь, да и обнаружение, кстати, — это снова Морт. Плюс ловца надо в каждую группу выдать, контактами их обменять — вот тебе и снова связь.

— Ловца-а-а, — протянул Медведь. — Эт ты, конечно, на богатом чё-то сказанул. Маленьких ловцов — дай Владыки один на отряд, а и того нету. И ловец к владельцу привязан. Работать не будет без него. А вот ксар твой — это дело.

Далее мы отшлифовали детали сегодняшней акции. Состав команд, снаряжение, кто скидывается зельями, сколько очков выдать…

В общем, завертелось. План был принят, признан годным и осуществимым. Осталось воплотить первую его часть и начать готовиться ко второй.

Цверг посчитал расходы, на ходу прикинул, кого и к каким работам привлечь. Мастеровых он знал в посёлке всех.

Буквально за двадцать минут атмосфера в штабе из печально-обречённой, типа «мы все умрём», превратилась в радостно-шапкозакидательную, мол «наваляем супостатам по самые гланды».

Я же, посчитав миссию на сегодня выполненной, отправился к своим — сообщить новости, отдать распоряжения и бессовестно завалиться спать, пока мои спутники будут работать. Постепенно превращаюсь в начальника. А что делать? Как-то так у меня здесь путь складывается.

Едва контора скрылась из виду, я практически повис на Шоре — ноги уже не держали.

Прямо на пороге нашего дома сидела Алена с корзинкой на коленях и болтала с Шайей.

Увидев меня, она вскинулась, поднялась навстречу. И сразу включила пилу. Крайне недовольным тоном она произнесла:

— Ты не забыл часом, что недавно совсем при смерти был? Ты совсем чокнутый, Илья?

— Ой, да не серчай, Алена-краса. Нету времени отдыхать. Враг у ворот и всё такое. Сейчас, погоди со своими поговорю, и включай своё бухтение на полную.

— Всё тебе шуточки, Илья-богатырь. Я ж о твоём здоровье пекусь!

— Илья. Я всё организую. Иди уж отдохни. — Шор предатель!

Ящер, блин, хладнокровный. Но действительно — уж если кто всё организует, так это он. А у меня сил вообще не осталось.

— Ок. Я тогда действительно прилягу. День был тяжёлый, ёлки, клянусь подземными Владыками.

Алена в темноте ощутимо побледнела.

— Никогда так не шути, беспутник! Не призывай тех, о чьём внимании пожалеешь. Тем более ночью!

— Когда силы зла властвуют безраздельно, — пробормотал я, проходя мимо неё в «мужскую комнату».

— Кретин! Ты что, вообще ничего не понял? И твоя кровать не здесь! Тебе отвели отдельную комнату. Тебе лечиться надо, а не чужие носки нюхать.

Я примирительно поднял руки, ладонями вперед.

— Ладно, ладно, красотка. Показывай дорогу. В корзиночке отвары же? Ну не сердись, не буду я всякое дерьмо больше к ночи поминать. Отдельная комната — это шикарно. А то Шор храпит, как бормашина сверлит, змеюка такая.