Глава 38

Небольшой отряд продвигался почти без остановок. Какая-то странная, неясная тревога гнала княгиню вперёд, не позволяя отдохнуть и неизменно сокращая и без того короткие привалы.

- Двуглавый холм впереди, - напомнил своему магистру Елизар. - Как всегда, объезжать будем?

- Нет, - покачал головой Касиан, напряжено хмурясь. - Объезд здесь неудобный, оврагами. Пешему или конному ещё возможно пробраться. А вот на тяжёлой телеге уже врядли. Да и не ездят острожные возницы зарослями. Опасно это для них. Поэтому для них только один путь возможен. По тракту. Но нам это и на руку, значит мимо врат Дивноморья проехать точно не могли.

- Думаешь, на вратах обратили внимание на каторжанскую телегу? - засомневалась княгиня.

- Уверен. Полагаю, мы это сразу и узнаем. И последние крохи сомнений развеются, - всматривался в крепостные стены инквизитор. - Морские цари никогда не чурались своей крови. И если случалось так, что в своих походах к дальним берегам, морской владыка наживал ребёнка... Говорят, что правители Дивноморья каждой девице, что делила с ними ложе, оставляли артефакт, показывающий стороны света, кольцо с именем владельца и нож. Такой ребёнок мог прийти к воротам этого града, и быть уверенным, что его примут в семью. И принимали. А гарантией того, что это действительно потомок владык, выступали старинные артефакты, созданные ещё в те времена, когда магия крови не была под запретом. Знаменитые золотые петушки Дивноморья. Они должны были пробудиться в тот момент, когда телега с Рогнедой приблизилась к стенам.

- Так это же хорошо! Вот удача! - обрадовался Ваня. - А вы чего такой смурной?

- А то ты не понимаешь, что на тёплый приём в Дивноморье нам можно не рассчитывать? - проворчал Елизар. - Или ты думаешь мы город по болотам и оврагам обходили от делать нечего?

- А мне почëм знать? - пожал могучими плечами Иван. - Есть же добряки с чудинкой, что в лес идут в лютый холод, чтобы птичкам зерна насыпать, лосям сена оставить, а волкам, лисам и рысям кости несут. Мол, порадовать зверей лесных.

- Так то зверьё и птицы лесные, а в болотах посреди весны кого кормить? - удивился Елизар.

- Чудинка она знаешь, разная. А пиявки жрать хотят не меньше пушистых белочек, - спокойно ответил сын заставного воеводы.

Елизар в своих предсказаниях не ошибся, отряд заметили сразу. И только присутствие княгини и спасло магистра от горячего и душевного приветствия от стражи Дивноморья. Если в дружинах для кого-то больший вес имело то, что магистр был воином и не раз делил всю тяжесть службы у Разлома с богатырями из Приморских и Зареченских земель, то здесь картина была другая.

- Старшего позови, - крикнул магистр, остановив коня у одной из надвратных башен.

- А ты кто, чтоб твой лай слушать и указявки бегать исполнять? - ответил ему стражник со стены.

- Ты б, мил человек, отошёл подальше. А то не ровен час, рука дрогнет. А стрела она такая, зверь ли перед ней лесной, тварь разломная или ещё нечисть какая, не разбирает, - предупредил другой.

- Эх, и правда, отошли бы вы, Касиан Грегорианович, в сторону. Вон, к княгине поближе. Чай, в сторону Василисы Добрыневны и стреле мозгов хватит не лететь, - подъехал к нему Иван.

- Я, - начал заметно разозлившийся магистр.

- Вы, вы, - согласился с ним Иван. - Но чего служивых людей злить? Уступите, вы ж старший магистр. А пока упрямкой своей меряться будете, дело не сделается.

Зло посмотрев в сторону стен, Касиан действительно отъехал к княгине. А Иван наоборот, чуть тронул коня и приблизился к воротам.

- Други, не серчайте. Не откажите в помощи, - поклонился сидя в седле Ваня.

- Ты глянь какой, - засмеялся тот, кто обещал стрелу в инквизитора пустить.

- Иван Елисеевич хоть и боярыч из славного рода, но славу имеет добрую, - вышел из тени явно только поднявшийся на стены дородный воин, в котором Касиан не без труда узнал няньку своей жены. - Какая же служба тебе надобна, богатырь?

- Не видали ли вы несколько дней назад здесь телеги каторжанской? Проезжать должны были, - спросил Иван. - Может странное что приметили?

- Была телега. Приметил её весь город. Флюгера, что и при буре стоят не шелохнувшись, развернулись в сторону Нежина. - Резко нахмурился старый воин. - А как телега показалась, так заголосили, словно деревенские петухи на заре. Только мы караульную десятку отправили, проверить, что с той телегой не так. Возчиков знаем давно, хоть и редко, а ездят здесь, на обратном пути по кабакам сидят. Да девчёнка без сознания, не сразу понятно жива ли вообще. Ведьма говорили. Отчего артефакты всполошились непонятно, видно и их срок подходит. Всему своё время.

- Возможно, но с артефактами Дивноморья всё хорошо. - Не удержался Касиан. - Та ведьмочка приговорена по навету двух боярычей. А флюгера её приветствовали, потому что она дочь последней царевны Дивноморья, Марьи Мореславовны.

- Ты что говоришь, нелюдь? - вцепился в край стены старый соратник покойного Мореслава Владиморовича. - У Моревны одно дитя было! Ваша с ней дочь, что умерла при рождении! О чем повитухи со слезами свидетельствовали. И которую ты, как бездомную собачонку, прикопал неведомо где.

- Девочка была жива. Затихла и всего. У неё проявился дар в момент рождения. А я о своём происхождении и о том, кто моя мать тогда не знал. Оттого и решил, что изменила мне супруга. И дитя не моё. - Подъехал обратно к воротам Касиан. - Девочку я оставил в ту ночь в Заречье, в сиротской корзине. Можешь проверить. Рогнеда дочь Марьи. И моя.

- Вы сожалеючи о делах своих последних головой об стенку бились? - обернулся к нему Иван. - Совсем разум отшибли? Нашли время и место каяться.

- Ты! - пришёл в себя, хоть и держался за грудь старый воин. - Погань бессмертная, кабыздох невмиручий! Так ночь была, да в начале весны! Ты, тварь безродная, как вообще посмел о жизни дитя решать? Ты кто вообще? А дочь боярыни Марьи от рождения наследница владык Приморья и по происхождению выше вас всех вместе с князем взятых! И плевать кто там у неё отец! Ты как посмел руку поднять на высокородную царевну? Ты же, злыдень, всему Приморью и Заречью теперь кровник!

- Я отец, и судьба дочери в моей воли. Раз уж на то пошло. И отвечать мне лишь перед дочерью и Марьей, своей женой! А что касается того, кто я, то неужто ты не знаешь? - мрачно усмехнулся Касиан. - Мой отец Верховный инквизитор Грегориан, а моя мать Верховная ведьма княжества, старшая в своём кругу, Ягнида Виевна, единственная дочь боярина Вия Черногорыча. Угодил я тебе своим происхождением?

- Аааа, так ты стало быть ещё и на правнучку старика Вия руку поднял? Да ту, что дар жизни унаследовала? - зло рассмеялся нянька боярыни Марьи. - Ну, лёгкой смерти тебе точно не видать. Ты уж не утруждай дедушку, сам прибейся как-нибудь!

- Для начала нужно найти девочку, - напомнила о своём присутствии княгиня. - Мы здесь всё узнали, магистр? Можем уже путь продолжать?