Глава 25
Низкие рыхлые тучи заслонили небо над Нежином. Город уже пару дней был в заложниках холодной мороси, что пробирала до костей.
Нежин уже ощутил последствия исхода ведьм. Везде только и разговоров было, что ни сиропа дитю от мучающего кашля не найти, ни тучи от города к полям отогнать. Это в городе из-за дождя слякоть, а в поле влага лишней никогда не будет.
- Река поднимается, - вздыхал корчмарь. - Раньше завсегда ведьмы упреждали, обходили дома, подвалы заговаривали, отводили воду от домов. Сейчас как будет?
- Инквизиторы пойдут, граблями черпать, да решетом носить, - зло огрызнулся кто-то в ответ. - Мыши с полей в тепло идут, спасу нет. Телогрея в конюшне висела, так чуть богам душу не отдал! Развернул, а там мышей с два десятка внутри. Греются! Запасы зерна в амбарах смотреть страшно! Убытки одни!
- Убытки, убытки! Только о мошне своей и думаешь! - ударил концом клюки по полу какой-то старик. - Лихоманка в городе танцует! Вон уже и ленты на дверях появились, где лекарей ждут! Да лекарей у нас два дурня на город и три дня пути окрест. Кому они нужны-то при ведьмах? Когда ни один из их братии супротив ведьмы ни знанием, ни умением похвалиться не может?
- А в библиотеку-то ходили? - спросил у дедка корчмарь.
- А то ж! Сам Касиан Грегорианович пошёл, да только двери не нашёл, - хмыкнул дед. - Семь раз обошёл вокруг библиотеки, а везде кладка каменная и на дверь ни намёка. Он и в стены стучал, и кричал, ведьму Ягниду звал. Ага, так и разбежалась ведьма! Ворон её вылетел из-под крыши, да велел прочь убираться. Мол, нет здесь для него никого. Раньше приходить надо было.
- Инквизитор, говорят, перепугался. В лице изменился, начал ворона уговаривать ответить жива ли ведьма вообще. А тот сидит и издевается, только каркает, словно и речь позабыл. Вот и пойми, это ведьмин ворон говорить с инквизитором не захотел, или с ведьмой что, оттого и птица её силу теряет, - добавил кто-то из толпы.
- Да знамо, чего он такой пугливый стал! - хмыкнул старик. - Слышал разговор старших по возрасту орденцев. Так вот дела скоро будут интересные. Папеньку его со дня на день ждут. А старик Грегориан с молодости славится тем, что за обиду, ведьме понапрасну учинëнную, череп обидчика голыми руками проламывает. Особенно в раж впадает, ежели кто Ягниду Виевну забижать отважится. Говорят зазноба она евойная, с молодости ещё.
- Вот, дед, заняться тебе нечем! Сплетни, как худая баба разносишь! - фыркнул корчмарь. - Грегориан в молодости охотником был, славным воином супротив нечисти злобной. А тогда кто-то решил некромантским искусством в наших землях баловаться. Вот и попёрла нечисть с нежитью, о коей только в сказках тогда и речь шла. А в землях Вия Черногорыча источник есть силы немеренной. Не зря старика Черногора за глаза Чернобогом называли. Вот туда злодей и стремился, да не ожидал на ординского охотника нарваться, да при поддержке единственной дочери Вия, ведьмы Ягниды. Что ж ты думаешь, так просто победа над злодеем досталась? Поди выхаживала Ягнида Грегориана, вот в память о том времени и уважение оказывает. А собственный сын такие дела учинил. Вот радости-то будет Грегориану по возвращению.
Город ждал. Ждал возвращения воеводы, ждал приезда Верховного инквизитора. И надеялся, что уж вместе-то они придумают, как с нежданной бедой быть и как ведьм в город вернуть. Но многие и недовольства своего не скрывали, пряча за ропотом страх от напоминания о Саленхеймском проклятии.
Воевода, во главе малой богатырской дружины, и инквизитор Грегориан встретились недалеко от Заставных ворот. Оглядев друг друга и обменявшись приветствиями, дальше они поехали рядом.
- Смотрю, не я один вести тревожные из Нежина получил, - хмурился Грегориан.
- Меня гонец уже на обратном пути встретил. Мой вестовой, которого я домой, упредить о возвращении отправлял, самовольно решил меня предупредить о неладных делах, - мрачно произнёс Гордей. - А более никто нужным сообщить о том, что в городе творится, не посчитал. И бояре в городе оставались, и наставники из академии, и собственная супружница, и друг старинный, соратник мой надёжный!
- Мне донесли, что боярыне Миладе некогда было тебе, воевода, гонца отправлять. Чуть ли не её волей беда в город пришла. Да и сын там твой замешан по самый хвост, - поделился тревогой инквизитор. - Если и правда ведьмы из города ушли...
- Правда, - кивнул, всматриваясь в башни города воевода. - Вон та башня, под синей черепицей, видишь? Там у ведьм око стояло. Хозяева ветров показывали, что происходит на расстоянии. И всегда поднимался зелёный флаг. Знак того, что ведьмы ждут обоз, готовы встречать, раненные и болезные без помощи не останутся. А сейчас даже в окнах блеска от слюды нет. Только ведомо мне, что и твой сын от души покуролесил, хоть и хвоста не имеет, но по самое не могу перед ведьмами виноват.
- Так и мне, воевода, придётся с сыном беседовать. По отечески. - Поджал губы инквизитор.
- Ты там не особо беседою увлекайся. А то рука у тебя тяжёлая, а норов буйный. Второй раз вашу обитель восстанавливать не на что. Поход сложным выдался, - предупредил инквизитора воевода. - Только смущает меня одно. Неладно как-то выходит. Чтобы Касиан и под бабские хотелки прогнулся? Чувство такое, словно он , той ведьмочкой лично счёты сводил. Да откуда таким счетам взяться, если она его младше на четверть века? Он же ей в отцы годится.
- Вот и узнаем, боярин. Всё узнаем. Без малого двадцать лет меня вопросы мучают, пора и ответы услышать, - прищурился Грегориан.
Договорившись, что дознание о том, что в городе происходило в их отсутствие, будут вместе вести, Верховный инквизитор и воевода направили коней на главную площадь.
Откуда-то горожане прознали о возвращении управителей города, и к тому моменту, когда боярин Гордей и Грегориан оказались на площади, их уже встречала толпа. Но даже обменяться приветствиями с горожанами они не успели.
Толпа с противоположного края площади заволновалась и расступилась, пропуская вперёд богатую колымагу, с гербами Великого князя на дверях. От противоположных ворот, носивших название Княжеских, так в них упирался широкий тракт, что связывал столицу княжества Белоозёрск и Нежин, до площади было примерно столько же, сколько и от Заставных, дорога от которых шла к Разлому. Инквизитор и воевода спешились одновременно, и направились встречать явно высокопоставленного гостя.
- Неужели и до князя вести дошли? Ох, спину что-то заломило, - тихо произнёс воевода.
- А это к тому, что прилетит по загривку, - ответил ему молодой и рослый богатырь, что следовал за воеводой по пятам. - У меня завсегда так, перед батиной наукой.
- Новый ближник? - удивлённо вскинул брови Грегориан.
- Да, нет. Иван Елисеевич, воеводы Заславского сын. Со мной его отец отрядил, ведьмам кланяться. - Вздохнул воевода. - Славен силой богатырской, удалью молодецкой да честностью бесхитростной. Как дитя малое, что на уме, то и говорит.
- Иван Елисеевич? - усмехнулся Грегориан. - Это ж который по счëту?
- Младший я у родителей, седьмой, - ответил Иван. - Говорят, уж больно родители мои дочь хотели. А народились только мы, сыновья. Отец даже к ведьме ходил, та и сказала, что при его любви к матери, только невесток, как дочерей принимать.
- А ты зачем к ведьмам отправился? - уточнил у него Грегориан.
- Так аспиды, и так твари неразумные, а в последнее время и вовсе ошалели. Мы на заставах натиск держим, но уж больно много пораненных, - озабочено хмурился Ваня. - Нам бы помощи ведьминой! Хоть по паре ведьмочек в лазареты при заставах! Понятно, что жильё у нас не гулянье ярмарочное, но и мы чем только можем подсобим и отблагодарим. Ведьм только уговорить надо. А мне что? Спина не переломится, ведьмам в ноги покланяться, да о помощи попросить. Только дела у вас здесь такие, что я-то приехал, а поклоны бить и некому!
- Боги Посмертия! - обречённо вздохнул воевода. - Точно князь Радимир о беде прознал. Видать, по обычаю своему сильно гневен был.
- Так говорят, что он не столько гневен, сколько справедлив, - снял шлем Иван.
- Да всё едино, что от гнева княжеского, что от справедливости, спины переламываются, да зубы боярские по полам в палатах великокняжеским скачут, - махнул рукой воевода. - Сильно видать осерчал, что аж сама княгиня Василиса отправилась о делах наших прознавать. Не зря её в народе Премудрой зовут.
- Хороша-то как, - вздохнул Иван.
- Очи бесстыжие отведи, - предупредил его воевода. - Василиса Златовласая не только жена Великому князю, но и дочь из старинного боярского рода, воеводы Горыни сестра. Говорят, так луком да копьём владеет, что мало кто устоит. Её отец да брат учили.
Тем временем Великая княгиня спустилась с подножки дорожной колымаги, окинула площадь взглядом, чуть нахмурилась, увидев, что на месте двери в Большую Ведическую библиотеку сплошной камень.
Мало кто знал, что юная ведьмочка Вася была личной ученицей ведьмы Ягниды Виевны. А потом и в один круг с наставницей встала.
Народ на площади расступился. Узнав неожиданную гостью, многие испугались.
- Проезжали мы мимо Ведической школы... - начала без приветствия княгиня. - Что-то непохоже, что там учатся, да к выпуску готовятся.
- Ведьмы самовольно покинули город, княгиня, - ответил ей воевода.
- Своевольно? - удивилась княгиня.
- Так говорят. Я сам только вернулся, подробностей ещё не знаю, - кивнул воевода.
- А не потому ли ведьмы из города ушли, что старший магистр Касиан объявил Хранительнице школы, что все ведьмочки будут допрошены с пытками и одурманивающими зельями? Это по какому закону? Откуда право такое взялось? Да и с каких это пор инквизиторам вернули право ведьм сжигать без ведома князя? - вежливо поинтересовалась княгиня.
Народ охнул, услышав её слова.
- Так в случае опасности, - начал инквизитор.
- Смертельной опасности, Верховный инквизитор, - поправила его княгиня. - Это чем же таким угрожала юная ведьмочка без фамильяра даже, что и дня её казнь не терпела?
Оглянувшись на визг за своей спиной, княгиня увидела на камнях мостовой приметную гадюку.
- Осторожно, не затопчите с перепугу великую княжну, - усмехнулась княгиня. - Трислава, не пугай жителей Нежина.
Всё, что увидели горожане, это лёгкую дымку марева над опасной змеёй. И рядом с княгиней встала юная девушка, сильно похожая на портреты князя Радимира. Те же васильковые очи, те же волосы, цвета лунного серебра.
- Чур меня, - поплевал через плечо Ежи Полянович.
- Ты чего это, сосед? - спросили его рядом.
- Да почудилось... Ведьмочку одну княжна напомнила, - поделился Ежи Полянович.
- Да ты совсем сдурел или пива перебрал? Где княжна, а где ведьмочка? - ответил тот же голос. - И привидится же такое.
- Честь великая нашему городу оказана, - выступил вперёд воевода. - Впервые похвастаться можем, что не только княгиня нас посетила, но и княжна Трислава покинула свой терем. С дороги все, устали. Прошу позволить принять вас под кровом моего дома. А после отдыха и говорить о делах наших скорбных будем.