— Айзек, посмотри, там фура!

Я мгновенно проснулся, так как задремал на пассажирском сидении. Сонными глазами я оглядел дорогу и увидел, что впереди стоит большой грузовик, такие обычно развозят товары по магазинам.

— Хотелось бы добраться до темноты, но и бросать её здесь не хочется, давай посмотрим, может быть, там действительно что-то интересное.

Мы остановились, и за нами тут же остановился военный грузовик. На дороге, помимо фуры, мы обнаружили военный хамви с распахнутыми дверями. Под колёсами фуры лежал ходячий, которого переехали, и сейчас у него шевелились только одна рука и голова. А то, что здесь ещё бродило несколько ходячих в военной форме, давало понять, что стало с водителями хамви.

Быстро расправившись с ходячими, мы подошли к фуре и заметили, что сзади на дверях висит пломба, видимо её ещё не успели вскрыть. Спереди у большегруза была довольно большая вмятина, видимо, на большой скорости они снесли ходячего, который сейчас был под колёсами.

Все вышли из машины и с интересом осматривали округу. Теодор вместе с Эдвином залезли в хамви и начали копаться внутри. Мы же ещё раз осмотрели окрестности, чтобы избежать сюрпризов, ведь сейчас нужно бояться не только мёртвых, но и живых, скорее всего, их даже больше.

Пока я стучал по кузову большегруза и прислушивался, ко мне подошёл Эдвин.

— Слушай, Айзек, я нашёл в той машине сопроводительный лист. Похоже, они как раз и сопровождали эту машину.

— Там в документах случайно не написано, что везли?

— Нет, только то, что это везли к лагерю беженцев.

Я с удивлением поднял бровь.

— В смысле, есть лагерь беженцев?

Эдвин усмехнулся, поправляя автомат на плече.

— Ага, аж целых четыре дня простоял.

Нда... Печально, но ожидаемо. Если военные в самом начале не смогли остановить этот хаос, то что говорить о том, когда уже всё пошло по одному месту.

Я ещё раз постучал по кузову и ждал какой-либо реакции, но её не последовало. Как говорится, здоровая паранойя — залог здоровья параноика.

К нам подошёл Морган с эмкой в руках.

— Нашли что-нибудь интересное? — спросил я.

— В салоне хамви — только пару пистолетов, — ответил он.

— Давайте поторопимся, а то скоро стемнеет, а спать на сиденьях — не самое приятное занятие, — предложил я.

Морган согласился.

— Хорошо, тогда давайте действовать по старой схеме, — сказал он.

Я подошёл к прицепу, сорвал пломбу и начал открывать задние двери. Морган и Эдвин мгновенно навели оружие, и после некоторых усилий мне наконец удалось раскрыть двери. К счастью, никто не бросился на нас.

— Хо-хо-хо... Матерь божья... Это же просто охренеть, — произнёс Теодор, когда подошёл к нам и заглянул внутрь фуры.

И это действительно было поразительно: внутри мы обнаружили целые поддоны с бутилированной водой, консервами, армейскими сухпайками, а также множество одеял и какие-то непонятные коробки, предположительно с лекарствами. В общем, предметы первой необходимости, которые были бы очень кстати в лагере беженцев.

— И она просто так здесь стояла? — с недоверием спросил Ти-Дог.

— Кто знает, — пожал плечами Эдвин. — В салоне хамви мы обнаружили отстрелянные гильзы, а водительское сиденье было забрызгано кровью. Возможно, на них просто напали, а может, произошла случайность или потасовка между военными...

— А почему ничего не забрали? — вырвалось у Ти-Дога, хотя этот вопрос собирался задать я сам.

Эдвин задумался.

— Честно говоря, я и сам не знаю почему. Возможно, их спугнули, или же они своими выстрелами привлекли ходячих, и им пришлось уйти, а возможно, даже не ушли, или, может быть, всё выглядит совсем не так, как на самом деле. Сейчас мы вряд ли узнаем ответ на этот вопрос.

Наш вирусолог повернулся ко мне.

— Слушай, Айзек, а ты сможешь реанимировать её? — спросил он, кивнув в сторону машины. — Не хотелось бы оставлять всё это добро здесь гнить.

Без лишних разговоров я начал осматривать автомобиль. К моему удивлению, он оказался полностью в порядке, за исключением большой вмятины и севшего аккумулятора, который мы зарядили от своих машин.

— Ребята, вы ничего странного не заметили? — спросила Лиза, до этого хранившая молчание. Она продолжала сжимать в руках револьвер, который дал ей Морган.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Эдвин, залезая в прицеп фуры.

Девушка решила объяснить:

— Смотрите, когда мы обычно ездили, машины попадались в основном раскуроченные. Из них вытаскивали всё, что можно было снять, иногда даже колеса. А по этой дороге нам встречаются в основном брошенные автомобили, иногда те, что побывали в аварии. Такое чувство, будто люди отсюда бежали...

— ПАП, — к нам подбежал Дуэйн и начал дергать отца за рукав. — Пап, а что это там?

Он указал пальцем в сторону пустынной местности. Когда-то здесь были поля для каких-то культур, но их давно забросили, и теперь это был обычный пустырь до самого горизонта. Примерно в километре от нас поднимался столб пыли, словно что-то ехало... Или что-то...

Теодор тут же залез в наш фургон и вышел оттуда с биноклем, в который он моментально уставился.

— Это... Это пиздец...

Все с недоумением уставились на Ти-Дога, а он, ошарашенный, просто протянул бинокль. Не став медлить, я взял его в руки и приложил к глазам. Честно говоря, лучше бы я этого не делал, так как мои нервы были бы намного спокойнее.

— Уходим... — коротко констатировал я.

— Что там, Айзек? — Морган был взволнован не меньше остальных.

— Орда, охрененно большая орда...

Послышались тихие маты, и все моментально закрутилось и завертелось. Теперь была понятна причина, почему никто не тронул эту фуру. Если поблизости ошиваются эти ребятки, то вряд ли у кого хватит смелости пытаться в ней копошиться. Да и нам повезло, что они отошли на довольно приличное расстояние. Если бы они перегородили нам дорогу, вряд ли бы мы проехали, если только военный грузовик не запустили вперёд, тогда ещё был бы шанс, да и то не стопроцентный.

Мы не стали медлить и сразу же отправились в путь. Я выбросил в окно одну из звуковых ловушек, чтобы остановить толпу ходячих, которая могла бы последовать за нами. Мы понимали, что мёртвым не нужен отдых, и не хотели, чтобы они застали нас врасплох во время ночёвки.

Мы ехали вперёд, и всё было хорошо, пока я не заметил в зеркале заднего вида, что у взятой нами фуры начало дымить заднее колесо. С каждым пройденным километром оно превращалось в лохмотья. К счастью, у фуры было по два колеса с каждой стороны, но если лопнет и второе, нам придётся бросить машину. Видимо, колесо было пробито изначально, но мы не заметили этого, так как спешили покинуть ту дорогу.

Мы заехали в небольшой городок, где могли бы попасть в пробку, если бы не военный грузовик, который аккуратно растолкал разбитые легковушки. Передний бампер грузовика был предназначен для этого, и мощность двигателя позволяла ему справиться с задачей.

По пути нам встречались ходячие, но нам повезло, что их было не так много, как в прошлый раз. Там, где мы их видели, их было сотни, возможно, даже под тысячу. Машина, конечно, является неплохой защитой, но не панацеей. При упорстве ходячие могут разбить стекло, и тогда мы окажемся в ловушке. А если машина застрянет в мёртвых телах, то это будет ещё хуже.

С такими мыслями мы продолжали свой путь. Я сидел за рулём фуры с припасами для беженцев и наблюдал, как Теодор постоянно смотрит в зеркало, боясь, что ходячие могут увязаться за нами. Морган и её сын ехали в нашем фургоне, а Эдвин и Лиза были за рулём военного грузовика.

— Блядь, — выругался Теодор, — мне кажется, ещё немного, и не выдержит второе колесо. На него сейчас идёт слишком большая нагрузка, ведь прицеп то полный.

— Не каркай, — ответил я, — доедем до отеля, а там уже перекинем что сможем. От фуры всё равно придётся избавляться.

Спустя всего пять километров случилось то, чего я так опасался — лопнуло второе колесо.

Машину сразу начало заносить, а фура крениться набок. Ещё немного, и мы завалимся на бок, прицеп точно, а он, в свою очередь, потянет нас за собой.

— Сука... — не в силах сдержать эмоции, выругался я.

Резко выкрутив руль до упора, я попытался затормозить, но безуспешно — машину по инерции тащило вперёд, либо тормоза были совсем изношены. Казалось, ещё немного, и я ощущу неровности дороги своим лицом. Но мне повезло — я сумел кое-как вырулить, и машина остановилась посреди дороги в форме буквы «г».

— Блядь... — я с досады ударил руками по рулю. — Тео, ты как?

— Знаешь, Айзек, ещё немного, и я бы обосрался.

— Я тоже...

А после мы с ним начали смеяться, как два дебила. Это, скорее всего, было из-за стресса, ведь если бы мы перевернулись, мало бы нам не показалось. А тут буквально чудом уцелели. Дверь в салон распахнулась, рядом с нами стояли испуганные ребята.

— Вы не пострадали? — спросил у Морган.

— Немного пострадало моё самолюбие, но так, в принципе, нормально — старался я отшутиться, сердце билось так, что ещё немного, и оно сломает мою грудную клетку.

Мы выбрались из машины и начали осматривать дело рук своих, и цензурных слов было мало. Ясно и понятно стало то, что эта фура больше никуда не поедет, по крайней мере прицеп так точно. Все стояли мрачнее тучи, ведь мы прекрасно осознавали, что придётся все бросить. Не знаю, что послужило разрывом второго колеса — нагрузка, или, возможно, мы наехали на что-то, но машина уже никуда не поедет.

— Неужели придётся всё это кинуть? — Теодор буквально потерялся.

— Возьмём немного припасов, а за остальным я думаю можно вернуться позже, ведь кидать это как-то не с руки.

— Ребят, — чуть повысив голос, сказала девушка, — у нас гости.

И действительно, к нам на огонёк уже спешило с десяток ходячих. Мы с Морганом, даже не сходя с места, просто подняли наше оружие и расстреляли их как мишени в тире, а после вернулись к нашим рассуждениям.

Удивительно, но моя группа не проявляет паники перед ходячими, особенно перед одиночками или небольшими группами. Видно, что ребята поверили в себя, но при этом сохраняют осторожность, и я очень рад этому.

— Нам придётся всё это оставить? — Теодор до сих пор не мог поверить в это.

Я кивнул головой, доставая из кармана дополнительный рулон гвоздей.

— К сожалению, это так. Сейчас мы можем взять несколько одеял, армейский сухпаёк и выбрать место для ночлега, потому что скоро стемнеет. Можем попробовать завтра найти подходящий автомобиль, даже микроавтобус, вернуться и забрать хотя бы часть продуктов.

Эту идею восприняли с энтузиазмом, но никто не хотел оставаться на ночь в машине, потому что в трейлере всего два спальных места. Можно было бы перекидать часть продуктов в военный грузовик, но на это нет времени, а шуметь ночью — не лучшая идея. В итоге мы взяли немного продуктов и воды, а также пару одеял, сели по машинам и двинулись дальше. Нам предстоял ещё неблизкий путь, и я боялся, что с колёсами снова что-то случится.

Мы проехали эти пять километров без особых происшествий, даже пробок не было. Эти пять километров показались весьма оживлёнными. Нет, мы не встретили выживших или ходячих, но все автомобили на дороге были обчищены, а из небольшой придорожной закусочной вынесли всё, что только можно вынести. Об этом ярко намекали выбитые окна, распахнутые двери и пустые полки, которые я едва успел разглядеть, когда мы проезжали мимо. Это создавало впечатление, что здесь кто-то есть.

— Айзек, смотри, мотель...

— Вижу... — сказал я, сбавляя ход.

Мы действительно добрались до нужного мотеля, но, к нашему большому удивлению, он был не пуст. Мотель имел «п» образную форму, а там, где находились парковочные места, стояли баррикады, перекрывая вход во внутрь. Баррикады были сделаны из досок, кусков дверей и мусорных баков — в общем, преграда против одиночных ходячих, не более того.

Наконец, мы полностью остановились. И тут мы заметили, что среди баррикад мелькают выжившие, которые, вероятно, тоже нас увидели.

— Что будем делать? — спросил Морган, который, кажется, интересовал всех.

На мгновение воцарилась тишина, пока я обдумывал наш следующий шаг.

— Я поговорю с ними, — наконец сказал я. — Если возникнут проблемы, поддержите меня огнём. Где бронежилет?

***

— Где дети? — спросил молодой человек.

Он был довольно молод, но на его лбу уже залегли морщины, свидетельствующие о пережитых испытаниях. На нем были очки, а в руках он уверенно держал винтовку со скользящим затвором, что выдавало его военное прошлое. Его чёрные короткие волосы спадали на лоб, а над тёмно-карими глазами виднелись тёмные круги, говорящие о том, что он очень устал.

— Они в комнате на втором этаже, вместе с Катей и Карли, — ответила молодая девушка с тёмно-коричневыми волосами.

На вид ей было чуть меньше тридцати, её волевое лицо, как и у всех присутствующих, выражало крайнюю усталость, показывая, что им пришлось через многое пройти. У неё было спортивное телосложение, а чёрная майка подчёркивала её фигуру.

— Кто это такие? — произнёс мужчина с пышными усами, на голове которого красовалась кепка. Любой знающий человек сразу бы принял его за водителя грузовика, ведь стиль его одежды напоминал стиль дальнобойщиков.

— Заткнись, Кенни, — произнёс другой член группы. — Не видишь, они вооружены.

Говоривший был довольно массивным, и это не из-за жира, а благодаря мышцам, пускай у него и имелось небольшое пузо. Его лицо исказилось от ярости, а густые брови хмурились, когда он смотрел на окружающих. Ему уже было много лет, о чём свидетельствовали его седые короткие волосы и морщины, покрывавшие его лицо. Единственные моменты, когда его лицо разглаживалось, были когда он смотрел на молодую девушку в чёрной обтягивающей майке, а в его глазах читалась отцовская забота.

— Отец, мы уже обсуждали это, — произнесла девушка, снимая пистолет с предохранителя. — Сейчас не время.

— Да ладно тебе, Лили, он сам нарывается. Я не знаю, что у этих людей на уме.

— Пожалуйста, не начинайте, только не сейчас, — заговорил чернокожий парень.

Ему было далеко за тридцать, у него были короткие чёрные волосы, как у многих афроамериканцев, на лице — густая щетина и пара мелких шрамов. Одет он был в синюю рубашку и длинные брюки, которые казались довольно неуместными в данной ситуации, но было видно, что ему привычнее всего в такой одежде.

— Не тебе Ли открывать свою пасть, если... — начал было мужчина, но его перебили.

— Отец, хватит! — девушка перевела взгляд на визитёров. — Смотрите, они остановились и чего-то ждут.

Из машины вышли два человека, одетые в военную форму, правда без каких-либо знаков отличия. Форма была дополнительно укреплена кусками кожи. Мужчины выглядели уверенно и, подойдя немного к мотелю, остановились, явно ожидая, что к ним выйдут поговорить. В руках они держали оружие, но не спешили его поднимать. У одного из них было довольно странное оружие — длинная продолговатая коробка, которая выглядела весьма массивной. На то, что это оружие, указывало выступающее вперёд дуло и рукоять, за которую он держался. Также было видно, что возле машин, остановившихся недалеко от отеля, находились ещё люди.

В воздухе повисло неловкое молчание, которое первой нарушила девушка:

— Я выйду и поговорю с ними.

— Это опасно, Лили, — торопливо произнёс её отец. — Пусть лучше Ли идёт, он всё равно бесполезен.

— Заткнись, Ларри, — прошипел мужчина в кепке. — Ли вполне нормальный парень, в отличие от тебя, мудака.

— Что ты там вякнул?

— Хватит, — громко произнесла девушка. — Клянусь, если вы не прекратите, то оба получите. И не смотри так на меня, отец, сейчас ты действительно не прав.

— Всё же я схожу, — произнёс чернокожий парень, выпрямляясь в полный рост.

— Я с тобой, если что, я смогу тебя поддержать.

— Спасибо, Кенни, а теперь, пора поприветствовать наших гостей и узнать, чего они хотят.