Мы стояли на безупречно подстриженном газоне «Мансур-отеля» и с каждой секундой осознание масштабов нашей катастрофы становилось все отчетливее. Прямо над нами, подавляя своим величием, уходила в ночное небо сверкающая башня главного монополиста побережья.

Я резко обернулась к Зорану. Страх внутри меня мгновенно трансформировался в чистую, концентрированную ярость.

— Ах ты, Сусанин в бирюзовом! — я угрожающе шагнула к бывшему, едва сдерживая желание вцепиться в лацканы его дурацкого пиджака. — Ты специально привел нас в логово врага?!

Мне сейчас ничего не оставалось, как только с силой хлопнуть себя ладонью по лбу.

— Боже, какие же мы идиоты, Вадик! Как мы сразу не поняли? Он ведь сказал, что прилетел ко мне. Но откуда, черт возьми, он узнал, что я в «Кэролл-отеле»?! Я этого не говорила никому! Никто не знал, кроме Лоренцо и Кумрана!

Зоран попятился, выставляя перед собой руки в примирительном жесте. Вся его клоунская бравада мгновенно слетела.

— Птичка, тихо! Не кричи! — зашипел он, оглядываясь на освещенные дорожки сада. — Да не предатель я! Ты чего? И не ради спасения Маринкиных инвестиций здесь. Я правда прилетел спасать тебя.

Мы с Вадиком замерли.

— Что ты несешь? — нахмурился майор.

— То, что слышали! — Зоран перешел на отчаянный шепот. — Когда Маринка выпросила у горничной телефон, она звонила мне не чтобы пожаловаться на запертую дверь. Она кричала шепотом, что Саид ее начальница — то есть ты, Дарина — сует свой красивый нос в дела его соседа Эштона в «Кэролл-отеле». Саид смеялся и сказал: «Твоя подруга долго там не продержится. И ее идиот-помощник тоже доставляет нам дискомфорт.».

Тифлисов приподнял бровь в немом вопросе и с вызовом посмотрел на Зорана.

— Он про Кумрана, понятно же, подожди, — вмешалась я и тут же успокоила Вадика.

— Я не вникал. — шепнул Зоран. — Но было очевидно, что кто-то открыл охоту на мою Птичку.

— Зоран! — шикнула на него я.

Зоран тяжело сглотнул и посмотрел мне прямо в глаза. — Маринка умоляла меня лететь в Эмираты. Она сказала: «Зоран, найди Дарину в Кэролл-отеле в «Рас-эль-Хайме», Саид убьет ее, а она даже не поймет что происходит.» Я прыгнул в первый же самолет.

Слова ударили меня под дых. Воздух внезапно стал очень плотным и обволакивающим даже для эмиратской ночи. Марина. Моя взбалмошная, амбициозная Марина, которую я последние часы мысленно клеймила предательницей… Она сидела запертая в золотой клетке, понимала, что ее саму могут убить в любой момент, но ее единственным звонком на волю была мольба спасти меня.

На глаза навернулись злые, горячие слезы. Я шмыгнула носом и решительно посмотрела наверх, туда, где за темными окнами строящегося пентхауса держали мою подругу.

— Мы не уйдем отсюда без нее, — твердо сказала я.

— Именно это я и собирался предложить, — хищно усмехнулся Вадик. — Охрана Саида не ждет удара, а если и может такое предположить, то только снаружи. Никто не догадается, что мы можем материализоваться прямо из-под земли, да еще и в центре их собственной территории. Но надо бы сперва раздобыть план здания. Вслепую на верхние этажи лезть нельзя.

— О, об этом не беспокойся, майор! — Зоран с довольным видом похлопал по рюкзаку Вадика, который все еще висел у него на плече. Потом расстегнул молнию и достал сложенный вчетверо лист глянцевой бумаги. — Я бы не вылетел, не распечатав заранее эвакуационные и пожарные выходы с сайта обоих отелей. Там есть все: служебные лифты, черные лестницы, технические зоны.

Сказать, что мы замерли с удивлением — ничего не сказать.

— Ты восхищена, Птичка? — Зоран прижал ладонь к груди. — Я же сказал: ради спасения тебя мне пришлось вытерпеть все муки эконом-класса. Но я справился.

— Зоран, ты бывало свой паспорт забывал взять в дорогу, а тут целые планы… — подозрительно посмотрена на него я. Примерно тоже самое выражало и задумчивое лицо Вадика.

— Дарина, ну не спорю. Но ты же меня знаешь, я могу забыть что-то, но всегда найду выход. Поэтому в аэропорту на пересадке я, между прочим, не бездельничал, а скачал хоть что-то полезное. Полных планов там, конечно, не было, но служебные схемы и пожарные выходы нашлись прямо на сайтах отелей.

— Конечно, — сухо бросил Тифлисов. — А принтерами теперь оснащают все кресла в салоне и ты печатал по дороге? Если уж врешь, то ври грамотно, клоун.

— Не вру, а немного романтизирую детали! — немедленно оскорбился Зоран. — Ну а вообще … одна стюардесса оказалась очень милой. По-английски она говорила так, что я понимал через раз, по-русски — еще хуже, но мои сербские фразы вызвали у нее сумасшедший восторг.

Он самодовольно поправил пиджак и расплылся в улыбке. — Подсобка у нее, конечно, была размером с тыкву, зато принтер там стоял вполне настоящий. Так что, майор, пока ты прохлаждался на море, я занимался международной оперативной работой.

Я выхватила у него бумаги.

— Зоран, давай без лишних подробностей.

Мой девелоперский мозг мгновенно просканировал типовую схему отеля. Тифлисов склонился над картой рядом со мной.

— Отлично. Грузовой лифт в центральном ядре. Он скорее всего идет прямо на уровень пентхауса, минуя пассажирские зоны.

— Но в лобби наверняка полно охраны. — хмыкнул Тифлисов. — Нам нужно отвлечь их от служебных коридоров.

— Оставьте это профессионалу, — Зоран поправил свой серый от пыли бирюзовый пиджак, гордо вскинул подбородок и пригладил стоящие торчком волосы. — Сейчас я устрою им такое шоу, что весь секьюрити-отдел сбежится в лобби. Минут десять у вас будет. Смотрите и учитесь, как работает чистая, неразбавленная балканская харизма.

Он развернулся и уверенной походкой направился к центральному входу, слегка пошатываясь для убедительности.

Мы с Вадиком короткими перебежками добрались до служебной зоны. Спустя пару минут из парадного лобби донеслись истошные крики. Голос Зорана, усиленный великолепной акустикой и тяжелейшим акцентом, разносился, кажется, на весь эмират. Он требовал немедленно подать ему в номер охлажденное шампанское, восемь устриц и почему-то личного слона, попутно обвиняя портье в краже его невидимых золотых часов.

— Пошли, — скомандовал Вадик. — Минут десять у нас действительно есть.

Мы проскользнули в служебный коридор. Охраны не было — двое дежурных секьюрити как раз пронеслись мимо нас в сторону лобби успокаивать «буйного олигарха».

Грузовой лифт вознес нас на верхний этаж с тошнотворной скоростью. Двери бесшумно разъехались.

Здесь пахло свежей краской, строительной пылью и дорогим клеем. Весь этаж был затянут плотной строительной пленкой. Вадик двигался впереди, как бесшумная тень. Я шла след в след, стараясь не дышать.

Возле двустворчатых дверей будущего президентского люкса скучали двое охранников в строгих костюмах. Вадик показал мне жестом оставаться за рулонами стекловаты.

То, что произошло дальше, заняло ровно три секунды. Майор выскользнул из укрытия. Короткий, глухой удар одному, подсечка и железный захват шеи второму. Оба охранника осели на застеленный картоном пол без единого звука.

Вадик толкнул незапертую дверь, и мы ворвались в номер.

В дальнем углу огромной пустой комнаты, прямо на строительных лесах, сжавшись в комочек, сидела Марина. Ее обычно идеальная укладка растрепалась, туфли с миланского показа этого года валялись где-то в стороне, а на плечи был накинут мужской пиджак.

Увидев нас, она побледнела так, что стала сливаться со свежеоштукатуренной стеной.

— Даринка… — выдохнула она, и из ее глаз брызнули слезы.

Я бросилась к ней, забыв обо всех правилах безопасности, и крепко обняла. Она вцепилась в меня ледяными пальцами, всхлипывая прямо мне в плечо.

— Дура ты ненормальная, — прошептала я, гладя ее по дрожащей спине. — Зачем ты вообще к нему поперлась?

— Я хотела как лучше… — рыдала Марина. — Он обещал золотые горы и готов был стать инвестором. Дарина, за этот кусок земли Машку убили… Он убьет и нас!

— Не сегодня, — жестко отрезал Вадик, поднимая Марину на ноги и всучая ей ее же туфли. — У нас мало времени. Зоран ждет внизу с заведенным мотором. Бегом!

Мы неслись вниз по служебной лестнице, изображая из себя подвыпивших туристов на вечерней пробежке, потому что использовать лифт второй раз было слишком рискованно. Когда мы вылетели через заднюю дверь на парковку для персонала, нас уже ждал черный арендованный внедорожник Зорана. Сам серб сидел за рулем, нервно барабаня пальцами по рулю, с победной ухмылкой на лице.

— Прыгайте! — крикнул он, распахивая заднюю дверь. — Кажется, я переборщил со слоном, они вызвали полицию!

Мы ввалились на заднее сиденье. Марина, увидев Зорана, снова разрыдалась, на этот раз от облегчения. Вадик захлопнул дверь, и машина с визгом покрышек сорвалась с места.

Я откинулась на спинку сиденья, пытаясь отдышаться.

— Как ты смог организовать эту машину здесь? — я подозрительно уставилась на Зорана.

— Дарина, птичка моя, как отельер с опытом, должен тебе сказать, что самый простой способ проникнуть в отель — это просто забронировать в нем номер заранее. И ни у кого не возникнет вопросов, если ты сразу укажешь, что тебе нужна парковка и пришлешь номер арендованной машины.

— Ты раскошелился на номер в таком отеле?!

— Птичка моя, ты не волнуйся, мы успеем уехать до заселения. И охрана спокойно выпустит машину, которую сама же запустила пару часов назад. Это отель.

Но несмотря на отпускное настроение Зорана за рулем, расслабиться хоть немного, я смогла только после того, как за нами закрылся шлагбаум «Мансур-отеля» и мы наконец оказались на свободе.

— Ну что, майор? — Зоран посмотрел на Вадика через зеркало заднего вида, выруливая на ночную трассу. — Есть идеи? Каков следующий пункт нашей экскурсии?

Вадик перевел дыхание и посмотрел на меня. В его глазах отражались неоновые огни ночного шоссе. Но еще до того, как я успела ответить хоть что-то, меня опередила Марина.

— Едем в Дубай, — произнесла она. — Надо к нам в офис. Но подозреваю, что там полиция.

— Значит, в Дубай, — кивнула я.

— Будем грабить твой собственный офис, Шторм. — кивнул Тифлисов и у меня по коже пошли мурашки.