Бумажные дела всегда казались ему скучными и нелепыми. Благо у него хватало тех, кто с удовольствием возьмет их на себя. Призрачная надежда на повышение месячной ставки была хорошей мотивацией.

Капитан никогда не испытывал угрызений совести, заставляя своих рядовых подчиненных делать за него бумажную работу. Это ли не самодурство? Ему было все равно. Каждый раз, когда он сталкивался с делами, к которым приложили свои мерзкие лапы Твари, он не мог сосредоточиться.

Единственный глаз заволакивала красная пелена, и он хотел убивать.

Мэри и Томас были здесь ни при чем. Да, они тоже были из этих, но Капитан уже давно не воспринимал их истинными Тварями. Мэри и вовсе была полукровкой. Рисующей. Пока ее волосы не отрастали ниже плеч, становясь разноцветными, он почти забывал, кто она такая.

Почти.

Но крысиный король – это слишком дерзко. Слишком нагло. Слишком вызывающе.

Верхний Город, в котором жила знать, действительно возвышался над всем остальным Рурком. Над примыкающей к нему Спиралью, над Лагуной, над Угольными Доками, Горшечным Кварталом, Обителью и Термитником.

Люди, живущие на вершине, и не подозревали, что в стене, ограждающей сильных мира сего от остальных, есть дыры. И не просто дыры, а лазы.

Лазы эти вели туда, о существовании чего не догадывался даже помощник градоправителя, с которым работал Капитан.

Они вели не в Верхний Город. А под него. В место под названием Глубь.

Тот, кто построил эти грязные темные лабиринты, был гением и хитрецом. А еще – сумасшедшим, потому что ему вообще пришло это в голову. Из Глуби нельзя было подняться в Верхний Город, хотя именно под ним она находилась. Два мира – роскоши и грязной нищеты так близко, рукой подать. Между ними – несколько десятков метров земли, камня и песка. Но они никогда не соприкоснутся.

Именно в Глубь и держал свой путь Капитан, свалив бесконечные отчеты на Крома и Ниарко.

Белоснежная когда-то стена, отделяющая Верхний Город от Спирали, давно поросла мхом и красным плющом, и, не зная, куда смотреть, лаз найти было невозможно. Но Капитан знал.

А оказавшись в темных и затхлых коридорах Глуби, улыбнулся, почувствовав себя почти свободным.

Здесь он мог забыть про закон. Самый нищий бедняк Термитника выглядел богачом по сравнению с обитателями Глуби. Казалось бы: именно здесь, во тьме и сырости, и место Тварям, но за много лет Капитан не встретил здесь ни одной. Или же они слишком хорошо изображали из себя нормальных людей.

Капитану не нужен был свет тусклых масляных ламп, чтобы ориентироваться в переплетениях узких коридоров Глуби. Дорогу до зала боев он нашел бы и с закрытыми глазами. Но закрывать глаза не стоило: народец здесь обитал своеобразный.

Многие считали, что самые большие деньги просаживают в игорных домах Верхнего Города. Но Капитан знал, что это не так. Бои без правил, вот где ворочались огромные капиталы. Бойцы получали лишь треть заработанной суммы, но Капитан приходил сюда не ради денег, а для того, чтобы выпустить пар.

– Кажется, сегодня кое-кто получит, – ухмыльнулся Ник, держатель зала. Выглядел он младше Капитана лет на десять. Пожалуй, Ник был единственным в Глуби, кто выглядел прилично. Серые брюки с подтяжками, полосатая рубашка, красный жилет, из кармашка которого тянулась золотая цепочка часов.

– Сегодня ты получишь, – хмыкнул Капитан, снимая пиджак. – Много денег, как всегда. Подбери мне противника покрепче. Я очень зол.

– Ты всегда зол, – пожал плечами Ник. – Третья комната свободна. Ты сегодня будешь темной лошадкой или мне объявить, что на арену вернулся Зверь? Сам знаешь, во втором случае ставки будут просто ошеломительные.

– Я буду собой, – ответил Капитан.

И пошел в комнату номер три. Там он избавился от костюма, снял повязку с отсутствующего глаза, надел свободные штаны и вернулся к арене.

Его никогда не интересовало, откуда появляются люди, стоит найтись бойцам. Сейчас ему хотелось только одного. Убивать.

– Дамы и господа! – посреди пока что еще чистой арены стоял Ник, и его улыбка говорила о том, что он уже подсчитал прибыль. – Приглашаю вас на самое великолепное действо этой ночи! Сегодня к нам на огонек заглянул Зверь! Но я не советую вам ставить на него! Ведь сегодня с ним сразится сам Диавол!

Кто-то толкнул Капитана в плечо. Рослый мужчина, высокий и, казалось, состоящий из одних мускулов. Одарив соперника гнилозубой улыбкой, Диавол ринулся к арене, утробно рыча и размахивая руками, приветствуя публику.

Жаль, что он не Тварь, тогда у Капитана был бы повод его убить.

Он двинулся к арене медленно, почти степенно, не торопясь.

– Делайте ставки господа, делайте ставки! – зычный голос Ника резал гул собравшейся толпы, как масло нож.

Почувствовав под ногами песок арены, Капитан настороженно огляделся. В боях без правил было только одно правило: никакого оружия. С собой. Но кто-нибудь легко мог подсунуть своему фавориту нож.

В толпе мелькнула знакомая фигура, и Капитан похолодел. Нет, ее не может здесь быть. Она не знает о существовании Глуби. Не может знать!

Моргнув, Капитан с облегчением обнаружил, что обознался. Это была всего лишь потасканная бледная шлюха, которая, очевидно, не выходила из Глуби больше месяца.

Больная, судя по сыпи на лице.

Всех не спасти. Ото всего – тем более. Отвернувшись от той, что целый страшный миг казалась ему Кирой, Капитан посмотрел на противника и широко улыбнулся.

– Три… два… один… бой!

Звук медного гонга разнесся по залу, возвещая о начале драки.

Увернувшись от удара, жилистый Капитан ловко поднырнул под огромного, но неповоротливого противника и подарил ему точный удар в челюсть, чувствуя хруст под своим кулаком.

Это виноват Томас, в чьем доме вечно пахнет псиной и свежим мясом. Поэтому Капитан так зол.

На его спину обрушился массивный кулак, выбив дух, но удержаться на ногах удалось. Схватив Диавола за плечи, Капитан легко подпрыгнул и двумя ногами ударил противника в живот, одновременно разжимая руки. Перекувыркнувшись в воздухе, он ловко приземлился на песок арены. Спина наливалась болью, но это была приятная боль.

Это виновата Мэри, чей взгляд становится все беспомощней. Это он заставляет ее смотреть в будущее, убивая зрение. Он заслужил эту боль.

Диаволу не понравилось, что его противник вместо того, чтобы упасть от удара, уже дважды ударил его. Взревев, он бросился вперед, очевидно намереваясь хорошенько приложить Капитана кулаком. Но вместо этого он получил удар в печень.

Это виноват Джек. Вечно улыбающийся придурок, любящий бульварные романы и сладости. Но он чувствует Тварей. Он нужен Призрачным Теням.

Диавол перехватил правую руку Капитана и вывернул ее до хруста в суставах. Вот только он не ожидал, что его противник не хуже владеет и левой рукой. Кулак Капитана впечатался в нос соперника, ломая его.

– Первая кровь! Первая кровь! – закричали в толпе.

– Первая кровь! – возвестил Ник.

Это виновата Кира. Пока в Рурке не активизируются Твари, то, что эти двое называют отчетами, приносит Джек. Капитан почти не видит ее. Старается не видеть.

Она и так мерещится ему в каждой второй женщине.

Она не нужна Призрачным Теням. Шикарных женщин в полиции Рурка хватает. Она нужна ему.

И только поэтому первой кровью этот бой не закончится…