Утро начинается очень тяжело. И неправильно. Впервые за очень долгое время Мэри просыпается, когда рассвет уже наступил. Конечно, это неудивительно: Томас, Джек и Капитан ушли очень поздно, оставив Киру, так и не пришедшую в себя, на попечение Мэри.

Это неудивительно. Но в то же время неправильно. Мэри не пропускает рассветы и закаты.

Ей нельзя.

Ведь каждый из них может стать для нее последним…

Кира спит. Она вчера так и не позволила Мэри ее раздеть, бившись в ее руках, как испуганный зверек, поэтому спит она прямо в красивом выходном платье. Мэри смогла снять только рубиновые подвески.

Решив, что будить подругу не стоит: может, выспавшись, Кира придет в себя, Мэри варит кофе и подходит к окну. Сегодняшний день – серый. Облака заволокли небо, и солнца можно не ждать. Крематорий черной громадиной возвышается над степью и кладбищем, и Мэри вспоминает Жана. Несчастного мальчишку-крысиного короля.

Что с ним? Почему он ушел тогда?

Или ему помогли?

Услышав шевеление на лежанке, Мэри оборачивается. Кира открывает глаза, несколько раз моргает, а потом садится.

– Доброе утро, – осторожно говорит Мэри.

Подруга поднимает на нее взгляд. Облизывает губы, а потом вертит головой, будто только сейчас соображая, где находится.

– Еще кофе есть? – глухо спрашивает она.

– Конечно! – Мэри торопливо ставит свою чашку на подоконник и наливает Кире другую – Как ты себя чувствуешь? Лучше?

– Замечательно, – уголки губ Киры дергаются, и Мэри с облегчением видит, что в глазах подруги появилась жизнь. – Прости за вчерашнее. Я и не думала, что на меня все это так подействует…

– Все нормально. Мы конечно, переволновались за тебя… странная реакция на пение золотой птицы.

Кира шмыгает носом и улыбается. Немного смущенно, почти беспомощно.

– Как же хочется курить… – вздохнув, сообщает она и делает глоток кофе.

А Мэри слушает шаги того, кто поднимается по лестнице.

От него пахнет женским парфюмом и табаком.

– Я думаю, эту проблему можно решить, – улыбается рисующая и идет открывать дверь.

Капитан

Стук в кабинет прервал процесс раздумий на самом интересном месте: Капитан как раз рисовал портрет девушки-золотой птицы на очередном листе. Тварь, поющая для высшего общества. Есть в этом что-то неправильное.

Личность посетителя настолько удивила Капитана, что он даже открыл рот.

– Пора бы тебе заканчивать с дурью, Фрост, – заявил лорд Эшер, закрывая за собой дверь. – Не пристало, такому, как ты, заниматься подобным.

Пожав плечами, Капитан поднялся на ноги и протянул руку для приветствия.

– Ты все-таки исчез с вечера, не дождавшись разговора, – Эшер брезгливо поджал губы, глядя на стул для посетителей, но все-таки соизволил на него опуститься.

Капитан пожал плечами и устроился на своем кресле.

Интересно, как Эшер представлял этот разговор в свете того, что было?

– Возникли неотложные дела, – он слегка опустил голову. – Мне жаль, что пришлось покинуть вас так рано. Имениннице понравилось?

Он не стал уточнять, что именно должно было понравиться Пенелопе.

Эшер усмехнулся.

– Не знаю. Честно говоря, совершенно ничего не помню. И когда успел так напиться?

Капитан нахмурился.

– А твоя жена и дочь? Остальные?

Эшер покачал головой.

– У них то же самое. Впрочем, это не важно. Я пришел поговорить, Фрост, и этот разговор тебе не понравится.

Значит ли это, что никто из гостей, попавших под влияние золотой птицы, ничего не помнит?

– О чем ты? – когда смысл слов дошел до его сознания, Капитан нахмурился.

Эшер поудобнее устроился на стуле и закинул ногу на ногу, положив руки на колено.

– Я сейчас тебе кое-что расскажу, – ответил он. – А потом ты закроешь дело Йеша Горса и забудешь про него навсегда.

Капитан подобрался. А потом усмехнулся и положил руки на стол.

– Посмотрим. Что у тебя?

Эшер вздохнул, собираясь с мыслями. А потом начал:

– Я знал Йеша Горса лично. И его смерть меня искренне опечалила. Мне нравилось то, что он делает. Он был человеком искусства. История с Лилией Брайт подмочила ему репутацию, но ему дали еще один шанс.

– В этом году «Девушку и Холод» тоже ставил он? – спросил Капитан.

– Да, – кивнул Эшер. – И несмотря на то, что на него давили, в этом году он не взял на роль Девушки молодую Брайт. Нет. Он вытащил откуда-то совсем юную девицу, очевидно даже не из Спирали.

– Спиралью мир не заканчивается, – осторожно заметил Капитан.

Эшер оскалился.

– Да, в этом году постановка оказалась удачной. И это очень обидело Лилию Брайт, если ты понимаешь, о чем я. Закрой это дело. Мне неважно, кого ты найдешь. Но мне велено передать, что если ты продолжишь копать, кто-нибудь пострадает. Как чувствует себя Кира? Странное дело, мне сообщили, что у резчика по дереву Уайта нет дочери с таким именем. У него вообще нет дочери, представляешь? Это очень некрасиво с твоей стороны – врать своим друзьям.

Капитан сжал зубы до такой степени, что они заскрипели.

– Сначала покажи мне друзей, – оскалился он.

Эшер расхохотался.

– Расслабься, Фрост. Тебе не нужно ни о чем волноваться! Просто закрой дело Горса. Рурк, конечно, потерял одного из лучших музыкантов, но в целом его смерть ничего не стоит.

Капитан вдруг подумал, что даже жена несчастного его не оплакивала. Была рада избавиться от мужа.

– Кто стоит за тобой, Эшер? Это дело спустили мне сверху, и я не имею права его закрыть.

– С твоим «верхом» тоже поговорят, – хмыкнул Эшер. А потом внезапно сменил тему. – Тебе понравилось выступление? Или ты к этому времени уже ушел?

Едва сдерживаясь от того, чтобы не схватить Эшера за горло и не придушить, Капитан прорычал:

– А тебе понравилось?

Эшер пожал плечами.

– Я его не помню. Говорю же, напился. Слишком быстро, но и такое бывает.

В голове Капитана что-то щелкнуло.

– Это ведь она выступала, да? Новая прима «Девушки и Холода»?

– Конечно! – Эшер пожал плечами. – Я хотел, чтобы вчера все было лучшим.

– Я тебя понял… – ничего не выражающим голосом ответил Капитан. – А теперь вон из моего кабинета.

Эшера, казалось, ничуть не смутило это оскорбление. Он поднялся на ноги и повторил.

– Чем быстрее ты закроешь это дело, тем будет лучше… для всех.

Капитан кивнул. Дождавшись, пока Эшер покинет его кабинет, он посмотрел на свои записи и портрет певицы.

Твари.

Да, это дело действительно было связано с Тварями.

Но не так, как обычно.

Это дело должен был вести кто-то другой.