...пятью минутами это точно не закончится.

Я понимаю это в тот момент, когда Кирилл, ещё несколько секунд рассматривавший Тимура с плохо скрываемым любопытством, кивает в сторону своего столика.

— Может, пересядете к нам? — предлагает он. Потом переводит взгляд на Леру и сразу поправляется: — Все вместе. Раз уж случайно встретились.

Нет.

Вот именно этого мне сейчас и не хватает. Провести остаток вечера одним дружным столом с бывшим мужчиной, его новой девушкой, лучшей подругой и человеком, которого меньше часа назад я ударила сумкой, а теперь выдала за своего парня.

С таким набором участников нам останется только заказать торт и пригласить семейного психолога.

Лера, всё это время наблюдавшая за происходящим из-за своего бокала, медленно переводит на меня глаза. По её лицу отлично читается просьба не соглашаться. Уверена, стой Кирилл чуть подальше, она бы уже озвучила эту просьбу вслух и с использованием пары очень убедительных выражений.

— Спасибо, но мы с Лерой давно не виделись, — отвечаю я, решив хотя бы одно разумное действие за сегодняшний вечер совершить самостоятельно. — Я только сегодня приехала, мы даже нормально поговорить не успели.

— Конечно, — первой отзывается Вика.

Она легко касается Кирилла за предплечье, будто напоминает ему, что вообще-то они тоже пришли сюда вдвоём, и улыбается мне.

— Не будем мешать. Я и сама уже хочу нормально поесть, пока всё не остыло.

Нормальная.

Вежливая.

Симпатичная.

Чёрт бы её побрал.

Гораздо удобнее было бы, окажись она надменной дурой, которая смотрит на меня сверху вниз и демонстративно виснет на Кирилле при каждом удобном случае. Тогда я могла бы чистосердечно её не любить и совершенно не испытывать по этому поводу угрызений совести.

А так приходится признать неприятную вещь: бывший нашёл вполне приятную девушку.

Рука Тимура всё ещё лежит у меня на талии.

Я ощущаю её слишком отчётливо.

Сам он стоит справа, немного за моим плечом. При его росте мне даже на каблуках приходится чуть поднимать голову, когда я смотрю на него. Тимур при этом ведёт себя настолько спокойно, словно изображать бойфрендов случайных блондинок перед их бывшими входит в его обычный вечерний распорядок.

Его пальцы не двигаются и не сжимают меня без причины, но ладонь большая, тёплая, и тонкая ткань розового платья вообще никак от неё не спасает.

Очень мешает думать.

Ещё больше мешает то, что мне самой пока не хочется отодвигаться.

— Давно вы вместе? — спрашивает Кирилл.

Ну вот.

Началось.

Я замечаю, как его взгляд на короткий миг опускается к руке Тимура у меня на талии.

Лера тоже это видит. Подруга медленно подносит бокал ко рту, явно решив не вмешиваться и получить от происходящего максимум удовольствия.

Предательница.

Я уже собираюсь ответить чем-нибудь безопасным вроде «недавно», но Тимур меня опережает.

— Не так давно, чтобы она успела начать меня раздражать, — спокойно произносит он.

Я поворачиваю голову.

Он смотрит на Кирилла совершенно серьёзно.

Даже бровью не ведёт.

На секунду мне начинает казаться, что я ослышалась.

— Но активно работает над этим, — добавляет Тимур и только после этого переводит взгляд на меня.

Уголок моих губ предательски дёргается.

Вот гад.

И ведь если сейчас возмущусь, это будет выглядеть так, будто мы постоянно перекидываемся подобными фразами.

— У него тоже есть свои недостатки, — замечаю я с мягкой улыбкой. — Например, временами он очень настойчивый.

В тёмных глазах Тимура моментально появляется понимание.

Ага.

Больницу вспомнил.

— Алина просто не сразу понимает, когда о ней заботятся, — невозмутимо отвечает он.

Его большой палец при этом едва заметно двигается по ткани платья у моей талии.

Всего одно короткое движение.

Я ощущаю его всем телом и тут же мысленно злюсь уже на себя.

Что за нервная система такая отзывчивая?

— Потому что некоторые формы заботы больше похожи на похищение, — отвечаю я таким же спокойным тоном.

Кирилл озадаченно переводит взгляд с меня на Тимура.

Вика слегка приподнимает брови.

Лера опускает лицо к бокалу.

Я вижу, как у неё начинают дрожать губы.

Тимур выдерживает паузу, словно обдумывает ответ. Потом опускает взгляд на мою небольшую розовую сумочку, висящую на спинке стула.

— Но сумкой ты всё-таки бьёшься хорошо.

Всё.

Лера давится вином.

Она резко ставит бокал на стол, прикрывает рот ладонью и отворачивается к окну, кашляя и одновременно пытаясь не рассмеяться.

Я медленно поворачиваюсь к Тимуру.

Он встречает мой взгляд с совершенно невинным лицом.

— Сумкой? — не выдерживает Вика.

— Долгая история, — быстро отвечаю я, пока этот человек не решил пересказать всё в деталях.

— Минут на двадцать, — уточняет Тимур.

Я прищуриваюсь.

— Ты сейчас очень рискуешь снова стать участником этой истории.

Его взгляд опускается к сумочке.

— Она далеко.

— Я успею.

На этот раз Тимур улыбается.

И я снова замечаю, насколько сильно меняется его лицо. Жёсткие черты становятся мягче, возле глаз появляются едва заметные складки, и выглядит он в этот момент значительно моложе.

Почему я вообще это замечаю?

Кирилл смотрит на нас уже совсем иначе.

Именно этого я и добивалась, когда шла через зал к незнакомому мужчине и просила спасти внезапно проснувшееся самолюбие. Хотела, чтобы бывший поверил, что у меня всё прекрасно. Что я не провела первые недели после расставания в состоянии человека, которому вынули из жизни огромный привычный кусок и забыли объяснить, чем его теперь заполнять. Что я не удаляла номер Кирилла два раза, а потом зачем-то возвращала обратно. Что однажды ночью не полезла смотреть страницу Вики и не просидела там сорок минут, сравнивая себя с женщиной, которая вообще ни в чём передо мной не виновата.

Теперь Кирилл, судя по его лицу, поверил.

И мне вдруг становится неловко.

Не перед ним.

Перед собой.

Мне двадцать семь лет. Я совершенно не обязана доказывать бывшему мужчине, что после него моя жизнь превратилась в очередь из красавцев с кольцами.

Признать это стоило до того, как я втянула в собственную глупость родственника жениха лучшей подруги.

— Ладно, мы пойдём, — произносит Кирилл после небольшой паузы.

Он улыбается, но уже сдержаннее.

— Рад был тебя увидеть, Алин.

Я смотрю на знакомое лицо и неожиданно понимаю, что могу ответить совершенно спокойно.

— Я тоже рада.

На этот раз без желания что-нибудь доказать.

Встреча оказалась неприятной, но не смертельной. Сердце не разбилось второй раз, вино не пришлось выливать себе на голову, а Кирилл больше не выглядит человеком, к которому мне хочется вернуться.

Уже хороший результат.

— Хорошего вам вечера, — говорит Вика.

Она кивает мне, потом Лере и Тимуру.

— И вам, — отвечаю я.

Кирилл тоже прощается, после чего они возвращаются к своему столику.

Я провожаю их взглядом до тех пор, пока Вика не садится на место, а Кирилл не отодвигает для неё бокал.

Только тогда вспоминаю о мужчине рядом.

Точнее, о его руке.

Она всё ещё на моей талии.

Я поворачиваю голову.

— Уже можно отпустить.

Тимур смотрит мне в лицо.

— Можно, — соглашается он.

Но пальцы разжимаются не сразу.

Секунда.

Может, две.

Потом тёплая ладонь исчезает, а я ещё некоторое время чувствую её через платье.

Очень странный эффект.

Я делаю небольшой шаг к столу, увеличивая между нами расстояние, и снимаю сумочку со спинки стула.

— Спасибо, — говорю уже без шуток. — Вы меня действительно выручили. И простите ещё раз за всё это.

Тимур переводит взгляд с сумочки на меня.

— Снова «вы»?

Я слегка хмурюсь.

— Мы знакомы меньше часа.

— Ты только что сообщила бывшему, что я твой мужчина.

— Во-первых, я сообщила это до того, как узнала твоё имя. Во-вторых, тебя вообще никто не просил настолько убедительно вживаться в роль.

— То есть сделал плохо?

— Наоборот.

Ответ получается слишком быстрым.

Я осекаюсь.

Тимур слегка приподнимает бровь.

— Тогда почему жалуешься?

— Я не жалуюсь.

— Хорошо.

Он явно наслаждается разговором.

Вот что особенно раздражает.

Лера наконец перестаёт изображать человека, которому ужасно интересен вид за окном, и поворачивается к нам.

— Так, — произносит она, отодвигая бокал подальше. — Теперь, когда я снова умею дышать, кто-нибудь объяснит мне, что здесь произошло?

— Ничего серьёзного, — отвечаю я.

Подруга смотрит на меня.

— Ты стояла в обнимку с двоюродным братом моего жениха и рассказывала бывшему, что это твой парень.

— Да.

— После того как ударила этого парня сумкой.

Я прикрываю глаза.

— Очень краткое, но точное изложение.

— Возле кафе она меня ударила, — спокойно уточняет Тимур.

Я открываю глаза и медленно поворачиваюсь к нему.

— Обязательно было добавлять географию происшествия?

— Лера попросила объяснить.

— Я сама умею объяснять.

— Пока выходит интересно.

Подруга переводит на меня ошарашенный взгляд.

— Ты действительно его ударила?

— Сумкой, — отвечаю я и поправляю ремешок у себя на плече. — Он взял меня за локоть, когда я уходила. Я после машины была на нервах и отреагировала раньше, чем подумала.

Тимур опускает взгляд на мою руку.

— Очень сильная реакция.

— Это как-то меняет дело? — спрашивает Лера, уже снова начиная улыбаться.

— Конечно. Я же не кастетом ему зарядила.

Тимур переводит взгляд на небольшую сумочку.

— Если бы внутри лежал кирпич, разницы бы не почувствовал.

— Там кошелёк, косметичка, зарядка и ключи.

— Ключи многое объясняют.

Я медленно выдыхаю через нос.

Вот почему некоторые люди настолько быстро осваиваются в чужой жизни? Ещё недавно мы разговаривали на «вы», а сейчас Тимур стоит возле нашего столика и издевается надо мной с таким видом, будто несколько лет тренировался.

Причём делает это спокойно, без громких шуток и желания привлечь внимание всего зала. Просто говорит очередную гадость своим низким ровным голосом и смотрит, как я буду реагировать.

Опасный тип.

Для моего терпения.

— Господи, — выдыхает Лера, откидываясь на спинку стула. — Руслан должен это услышать.

— Не должен, — сразу говорю я.

— Почему?

— Потому что мне хочется сохранить перед женихом лучшей подруги хотя бы остатки достоинства.

— После сегодняшнего? — уточняет Тимур.

Я поворачиваюсь к нему.

— Тебя здесь вообще никто не держит.

Он слегка склоняет голову.

— Уже выгоняешь собственного мужчину?

Я замираю.

Лера тоже.

На её лице появляется настолько счастливое выражение, будто ей подарили билет в первый ряд на любимое шоу.

Тимур тем временем совершенно невозмутимо достаёт телефон из кармана брюк и смотрит на экран.

Мне хочется взять со стола салфетку и аккуратно затолкать ему в рот.

— Фиктивного, — напоминаю я.

— Тише, — произносит он, не поднимая головы. — Кирилл периодически смотрит сюда.

Я против воли оборачиваюсь.

И сразу встречаюсь глазами с бывшим.

Он действительно смотрел.

Увидев, что я заметила, Кирилл переводит внимание на Вику и что-то ей говорит.

Чёрт.

— Не надо было проверять, — тихо замечает Тимур.

Я возвращаю взгляд к нему.

Телефон уже снова у него в кармане.

— Что?

Он молчит секунду, будто решает, стоит ли продолжать.

— Если хочешь показать человеку, что он тебе безразличен, не следи, смотрит ли он на тебя.

Фраза попадает неприятно точно.

Я сжимаю губы.

Лера тоже перестаёт улыбаться и осторожно смотрит на меня.

— Спасибо за консультацию, — произношу я спокойно.

— Бесплатно.

— Какая удача.

Тимур видит, что замечание мне не понравилось.

Но извиняться не начинает.

И самое неприятное — я понимаю почему.

Он прав.

Поэтому вместо продолжения спора я сажусь и беру бокал.

— Всё, помощь оказана. Можешь спокойно заниматься своими делами.

— Именно этим и собирался.

Тимур смотрит на часы.

— Мне надо забрать заказ.

— Ты из-за него сюда приехал? — спрашивает Лера.

— Да. Мама заказала десерты на завтра и попросила забрать. Я машину уже переставил на парковку, пока ждал, когда всё упакуют.

Вот и объяснение, почему его внедорожник не стоит до сих пор у той несчастной арки с аварийкой.

Очень хорошо.

Потому что я уже представляла, как завтра половина Казани обсуждает водителя, бросившего автомобиль посреди выезда ради блондинки с сумкой.

— Передавай Разиле Ринатовне привет, — говорит Лера.

— Передам.

Тимур уже собирается уходить, но снова смотрит на меня.

Взгляд проходит по лицу, задерживается на глазах, потом опускается к руке с бокалом.

— Голова не кружится?

Я медленно ставлю вино обратно.

— Нет.

— Ничего не болит?

— Только терпение.

Он усмехается.

— Если станет плохо, скажешь Лере. У неё есть мой номер.

— Тимур, со мной всё хорошо.

— Я слышал.

— Много раз.

— Поэтому запомнил.

Я смотрю на него несколько секунд.

Бесполезно.

Абсолютно бесполезно спорить с человеком, который даже не считает себя участником спора.

— Хорошо. Если внезапно потеряю сознание, Лера обязательно сообщит.

— Адрес больницы, — уточняет он.

Я прикрываю глаза.

— Конечно.

— А фотографию потом, — добавляет Лера.

Я открываю глаза и бросаю взгляд уже на неё.

— Вы нашли друг друга.

Тимур чуть улыбается, затем обращается к подруге:

— Вы завтра к двенадцати?

— Да. Вместе приедем.

Он кивает.

Теперь я понимаю, откуда берётся следующий взгляд в мою сторону.

— Тогда до завтра, Алина.

Я машинально отвечаю:

— До завтра.

Он разворачивается и идёт к стойке выдачи, возле которой официант уже выставляет на деревянную поверхность два больших бумажных пакета с логотипом кафе.

Я смотрю ему вслед до того момента, пока он не берёт заказ.

Потом перевожу глаза на Леру.

Она смотрит на меня.

Очень внимательно.

— Даже не начинай, — предупреждаю я.

— Я молчу.

— У тебя лицо разговаривает.

— Тогда отвернись.

Я беру бокал.

Завтра.

Прекрасно.

Вот теперь мне совершенно ясно, зачем судьба сохранила мне жизнь перед кафе.

Чтобы нормально поиздеваться дальше.