— Рассказывай.

Лера произносит это сразу после того, как входная дверь квартиры закрывается за нашими спинами.

До этого она держалась.

Целых двадцать пять минут.

Мы спокойно доели ужин, вышли из кафе на прохладную после дождя улицу, вызвали такси и проехали через вечерний город. В машине Лера несколько раз открывала рот, но каждый раз натыкалась на мой предупреждающий взгляд и снова замолкала.

Я даже начала надеяться, что вопросы отменились.

Зря.

Мы поднимаемся на восьмой этаж, Лера первой заходит в квартиру и только после щелчка замка разворачивается ко мне.

— Всё, — добавляет она, снимая босоножки. — От момента, когда эта машина появилась, до момента, когда Тимур положил тебе руку на талию. Я хочу полную версию.

Я стягиваю туфли и ставлю их возле светлой тумбы.

После целого вечера на каблуках ступни благодарят меня так искренне, что ещё немного — и начнут писать отдельное письмо.

— Я тебе уже всё рассказала в кафе.

— Кусками.

— Там нечего рассказывать.

Лера подхватывает с пола сумку и идёт по длинному коридору в гостиную.

— Конечно. Тебя едва не сбил мужчина, ты ударила его сумкой, через двадцать минут назначила своим парнем, а потом выяснилось, что я его знаю. Совершенно рядовой вечер.

— Когда ты так формулируешь, звучит хуже.

— Оно и без формулировки звучит прекрасно.

Я иду следом и по пути включаю настенный светильник.

Квартира у них с Русланом новая. Переехали сюда они полгода назад, но жильё уже успело стать удивительно Лериным: семейные фотографии на стенах, мягкий плед на сером диване, несколько ароматических свечей на полке и огромный фикус в углу, который она каким-то чудом ещё не убила. На журнальном столике лежит стопка свадебных каталогов, рядом стоит открытая коробка с образцами лент.

Руслана сегодня нет. Он остался у родителей: завтра там семейный обед, а утром обещал помочь отцу с какими-то делами во дворе.

Честно говоря, это к лучшему.

Мне вполне хватает одного допроса.

Я опускаюсь на диван, вытягиваю ноги и прижимаюсь затылком к спинке.

— Хорошо. Полная версия. Я шла к тебе. Из арки выехала машина. Тимур успел затормозить, я не упала и ни обо что не ударилась. Он вышел, решил, что я должна ехать в больницу. Я отказалась. Он предложил ещё раз. Потом ещё. Потом захотел меня проводить. Потом попросил номер.

Лера, уже дошедшая до кухни, останавливается.

— Сразу номер?

— Чтобы вечером узнать, не стало ли мне плохо.

— Ну да.

Я прищуриваюсь.

— Я знаю этот тон.

— Какой?

— Тот самый, которым ты уже мысленно поженила нас и выбрала ресторан.

Подруга поворачивается ко мне.

— Я пока только оцениваю материал.

— Ничего не оценивай.

— Хорошо. Дальше.

Я вздыхаю.

— Дальше я пошла в кафе. Он снова остановил меня за локоть. После машины нервы были так себе, поэтому я развернулась и ударила его сумочкой.

Лера несколько секунд смотрит на меня.

— И он после этого всё равно согласился помочь?

— Да.

— Интересный мужчина.

— Вот это из всей истории тебя больше всего впечатлило?

— Нет. Больше всего меня впечатлило твоё выражение лица, когда я назвала его по имени.

Я вспоминаю этот момент и невольно морщусь.

— Я уже решила, что сейчас подойду к совершенно случайному человеку, постою с ним две минуты и больше никогда в жизни не увижу.

— У тебя потрясающая интуиция.

— Спасибо.

Лера скрывается на кухне.

— Чай будешь?

— Воду. И побольше.

— После двух бокалов вина?

— Именно поэтому.

Пока она открывает холодильник, я беру с журнального столика резинку и собираю длинные светлые волосы в низкий хвост. После влажной улицы и сегодняшних приключений от утренней укладки осталось одно воспоминание. Несколько прядей прилипли к шее, у висков всё пушится, и я уже не хочу думать, как выглядела к концу разговора с Кириллом.

Лера возвращается с двумя бутылками воды. Одну протягивает мне, вторую открывает сама и садится в кресло напротив.

— Так вот. Тимуру тридцать один.

Я откручиваю крышку.

— Хорошо.

— Двоюродный брат Руслана по матери. Альфия Наилевна и Разиля Ринатовна — родные сёстры.

— Вот это уже действительно полезная информация.

— Я тебе это рассказывала.

— Ты последние полгода рассказываешь мне о таком количестве родственников Руслана, что я начала хранить их в голове группами. Родители. Сестра. Бабушка. Остальные.

Лера возмущённо поднимает брови.

— Я тебе фотографии показывала.

— Родителей, сестры и бабушки. Ещё был какой-то дядя с усами, но я не уверена, что смогу опознать его в реальной жизни.

— Ильдар.

— Видишь? Уже не зря поговорили.

Подруга закатывает глаза.

— Тимур работает вместе с отцом. У них строительная компания. Семья обеспеченная, но без тайных миллиардов и личных самолётов, если у тебя сейчас появились вопросы.

— Не появились.

Это враньё.

Его машина, часы и одежда и без Леры довольно доходчиво объяснили, что мужчина не считает последние деньги до зарплаты.

— Несколько лет жил в Москве, потом вернулся в Казань, — продолжает она. — Здесь квартира, работа. Родители живут за городом. С Русланом они близки с детства.

— Понятно.

Я делаю несколько глотков воды.

Лера замолкает и начинает рассматривать меня.

Не люблю, когда она так делает.

— Что?

— Почему ты реагируешь так спокойно?

— А как надо?

— Ну, не знаю. Ты сегодня случайно объявила бывшему, что встречаешься с двоюродным братом моего будущего мужа.

— Именно случайно.

— А он очень легко согласился.

Вот это, кстати, действительно странно.

Я провожу большим пальцем по холодной бутылке.

— Может, ему просто стало меня жалко.

— Тимуру?

Лера коротко смеётся.

— Не думаю.

— Почему?

— Он нормальный человек, Алин, но благотворительностью в отношениях с незнакомыми женщинами я его раньше не видела.

Я приподнимаю бровь.

— Ты хорошо осведомлена о его отношениях с незнакомыми женщинами?

— Я с Русланом столько лет, что часть информации сама приходит в руки.

Вот так лучше.

Без конкретных девяти лет, которые потом придётся помнить до последней главы.

— Прекрасно.

— И он свободен, кстати.

Вот.

Началось.

— Спасибо за ценную информацию.

— Я просто сказала.

— А я просто услышала.

— Давно свободен.

— Лер.

Она делает самое невинное лицо, на которое способна.

— Что?

— Не надо.

— Я ничего не делаю.

— Ты сейчас буквально пытаешься продать мне родственника будущего мужа.

— Я сообщаю факты. Тридцать один. Свободен. Красивый. Работа есть. Квартира есть. Не пьёт каждый день, не играет в казино, алиментов на пятерых детей тоже нет.

Я начинаю смеяться.

— Остановись. Ещё немного — и попросишь меня расписаться в акте приёма-передачи.

— Я просто хочу, чтобы ты оценила товар.

— Господи.

— Что?

— Ты через восемь дней замуж выходишь.

— И что? Глаза мне после регистрации брака никто не удалит.

Вот.

Теперь хронология закреплена.

Сегодня пятница.

Свадьба следующей субботой.

Завтра семейный обед, после которого до свадьбы останется ровно семь дней.

— Передам Руслану.

— Передай. Он сам знает, что Тимур красивый.

— Вот теперь я не знаю, что меня пугает больше.

Лера бросает в меня диванной подушкой.

Я ловлю её и укладываю себе на колени.

— А он тебе понравился? — спрашивает подруга уже серьёзнее.

Я смотрю на неё поверх подушки.

— В каком смысле?

— В обычном.

— Я вижу, что он красивый.

— Этого я не спрашивала.

— А больше ничего сказать не могу. Я знаю его меньше часа.

— Но ощущение?

Я задумываюсь.

Перед глазами почему-то сразу появляется Тимур возле машины. Спокойное лицо, закатанные рукава, тёмные глаза.

Потом его рука на моей талии.

И короткий момент, когда он наклонялся, чтобы сказать что-то тихо, а я чувствовала рядом тепло его тела.

Я отпиваю воды.

— Слишком самоуверенный.

— Это да.

— Упрямый.

— Тоже.

— Очень любит решать за других.

— Угу.

— И раздражающий.

Лера улыбается.

— Значит, понравился.

— Каким образом из всего перечисленного ты сделала именно такой вывод?

— Ты слишком подробно его описываешь.

— Я дизайнер. У меня профессиональная деформация.

— Конечно.

Я вздыхаю и откидываюсь на спинку дивана.

— Мне сейчас вообще отношения не нужны.

Улыбка у Леры постепенно исчезает.

— Из-за Кирилла?

— Не только.

Я опускаю глаза на бутылку.

— Я три года была с человеком. Строила планы. Привыкла, что он рядом. Потом всё закончилось за один разговор, и мне понадобилось четыре месяца, чтобы перестать каждое утро просыпаться с ощущением, что в квартире что-то не так. Сейчас я только начала нормально жить одна. Работать, встречаться с людьми и не думать постоянно о том, что раньше мы всё делали вдвоём. Мне не хочется сразу снова куда-то нырять.

Лера молчит.

В комнате слышно, как за открытым окном проезжает машина, потом во дворе кто-то смеётся.

— Я не предлагаю тебе замуж за Тимура, — произносит она мягче.

— Ты бы предложила через пять минут.

— Через десять.

Я улыбаюсь.

— Вот.

— Но лёгкий роман тебе бы не повредил.

— Казань не курорт.

— Для тебя сейчас курорт.

— Нет.

— Даже секс?

Я медленно смотрю на неё.

— Лера.

— Что? Взрослые люди. Я же не предлагаю вам сразу ипотеку брать.

— Взрослые люди ещё умеют не обсуждать мою половую жизнь ночью перед семейным обедом.

— Нудная ты.

— Зато стабильная.

— Ты сегодня сумкой человека ударила.

— Его одного.

— А он вместо заявления в полицию согласился твоим парнем побыть.

Я опускаю взгляд на подушку.

Вот это и правда не выходит из головы.

Он мог отказаться.

Мог просто посмеяться и уйти за своим заказом.

Мог сказать, что проблемы с бывшим его совершенно не касаются.

Но согласился.

Причём сделал это настолько уверенно, что мне самой несколько раз становилось странно от того, как естественно он держал меня за талию.

— Он всегда такой? — спрашиваю я.

— Какой?

— Спокойный.

Лера немного думает.

— В основном. Он вообще редко повышает голос. Руслан говорит, если Тимур начинает говорить совсем тихо, лучше не продолжать его злить.

— Очень обнадёживающая характеристика.

— Да нормальный он, — смеётся подруга. — Просто характер тяжёлый. Упрямый, привык сам решать. Если считает, что прав, переубедить сложно.

Я киваю.

— Это я уже поняла.

— Больница?

— Больница.

— Кстати, сколько раз он предлагал?

Я вспоминаю.

— Я сбилась.

— Вот и я после твоего рассказа тоже.

— Значит, больше трёх.

Лера смеётся.

Я вздыхаю и ставлю бутылку на журнальный столик.

— Во сколько завтра выезжаем?

— В двенадцать. Обед обычный. Родители Руслана, несколько близких родственников. Будем обсуждать машины, время выезда, кто кого забирает перед свадьбой. Ты мне нужна как моральная поддержка.

— То есть моя работа — сидеть и есть?

— Иногда кивать.

— Наконец-то должность по способностям.

Лера поднимается с кресла, забирая обе бутылки.

— И ещё...

Я тут же напрягаюсь.

— Что?

— Ничего.

— Лера.

Она останавливается в дверном проёме.

— Я просто вспомнила, что Разиля Ринатовна тоже будет.

— И кто это?

Подруга смотрит на меня секунду.

Потом её губы расплываются в подозрительной улыбке.

— Мама Тимура.

Я закрываю глаза.

Конечно.

А кто же ещё.