— Но, если я ей не помогу, она погибнет! — воскликнула Мара. — Мои исследования, время, ресурсы — всё пойдёт прахом.

— Мы уже мстим за них, — холодно произнёс Безымянный и добавил с ноткой брезгливости: — Не будь мелочной. У тебя впереди вечность.

— Гефеста давно уже нет в живых. Где я возьму истинную частицу старшего бога? — насупилась Мара, нехотя убирая руку и развеивая видение.

Безымянный прав, если кронпринц почует её взгляд, то кто знает, на что этот выскочка способен ещё, и какие у него остались козыри в колоде?

— Это действительно печальная утрата, но позволь мне возместить её.

На этих словах он белозубо улыбнулся и выудил из своего фрака, в котором ходил почти всегда, словно музыкант, маленькие, размером со спичечный коробок, песочные часы.

Мара недоверчиво уставилась на них, а через мгновение её брови поползли вверх.

— Это ведь… — воскликнула она.

— Да. Частица силы Хроноса.

Она шумно сглотнула и бережно приняла дар. Если для получения этой вещицы требовалось потратить кучу времени, сил и ресурсов на волчицу, которая в итоге потерпела фиаско, то Мара ни капли об этом не жалеет.

Правда это совсем не означало, что она спустит этому выскочке его очередную удачу. Ничем иным Мара не могла объяснить победу над маткой.

Заметив что-то в её взгляде, Безымянный гневно произнёс:

— Не переживай, кронпринц будет умирать бесконечно долго. Уж я об этом позабочусь!

После чего он посмотрел на свою руку и силой сжал пальцы в кулак. — Я ему никогда не прощу!

— Значит тебе он тоже отрезал руку, — поняла Мара и от этого ей почему-то стало спокойнее, и не дожидаясь ответа продолжила: — Мне он отрубил кисть, — она показала новую конечность.

— Мне полностью отсёк, — и он показал место, куда пришёлся удар. — Золотой меч Хроноса — крайне неприятная вещь, а в его руках — особенно.

— Думаешь, он его потомок?

— Хронос не заводил детей, ты же знаешь его отношение к этому, — покачал головой Безымянный.

— Тогда почему клинок его так слушается, словно это сам Хронос.

— Этого не может быть. Я убил Хроноса и забрал у него меч и сапоги, — насупился Безымянный.

— Я не отрицаю твоих заслуг. Но возможно этот хитрый бог времени смог что-то сделать перед смертью. Например, поместить частицу себя в императорский род.

— И до этого она дремала, — продолжил её мысль Безымянный. — А покушение и грань смерти пробудили.

Глаза Мары расширились.

— Вот откуда такая дикая и необъяснимая удача! Он невольно манипулирует потоками времени!

В комнате повисла тягучая тишина.

— Я однажды уже убил его, и сделаю это ещё раз. Благо, способ надёжный.

— И какой же?

Безымянный бросил на неё оценивающий взгляд, словно взвешивая на невидимых весах их отношения, где на одной чаше выгода от озвучивания своих планов, а на другой возможные проблемы. Ведь тайна остаётся таковой только тогда, когда её знает один, не более.

— Хорошо, — наконец произнёс он, и Мара вся подобралась. — Хронос — единственный старший бог, что по одному ему известной причине не учувствовал в войне. Но не потому, что был слаб, а потому, что никто его не мог победить. Да и как выиграть у времени? Даже если ты бессмертный, его ход всё равно отражается на тебе, кардинально меняя, не оставляя от прошлого тебя ничего. И это аксиома, без исключений.

— Я клянусь, что никому не расскажу твою тайну, — решила пойти на встречу Безымянному Мара, и вокруг неё вспыхнула зеленоватая сила, принимая клятву и впечатывая её в душу.

Безымянный впервые на её памяти искренне улыбнулся и начал свой рассказ.

* * *

Я даже сам не заметил, как отключился. Просто в какой-то момент свет исчез из-за навалившейся сверху груды тел темных волков, и уже в следующий миг я открыл глаза в окружении своих людей.

— Матка? — вырвалось у меня сразу.

Вместо ответа Даниил, что был ближе остальных, кивнул в сторону.

Я с трудом сел. Тело от пережитых перегрузок гудело, словно я прошёл жесточайшие тренировки и теперь ощущал последствия. Знаете, как после «дня ног» лестницы превращаются в злейших врагов? Так вот, у меня точно так же было сейчас, только со всем телом.

Я нехотя повернулся и увидел матку. Сейчас она была совершенно обычной волчицей со страшной колотой раной на боку, из которой вытекала кровь. Её потомства нигде видно не было.

— Когда ты вонзил в неё свой меч, — хрипло произнёс дед Антип, — твари начали разлагаться на глазах. А сама матка вон, сдулась. Мы не стали добивать, сейчас она не опасна. Я её антимагическим металлом окутал, — он мгновение подумал и чуть тише добавил: — Да и не долго ей осталось.

И правда. Я пригляделся и заметил на волчице чуть поблёскивающие тончайшие стальные нити.

Сделав глубокий вдох, я собрал всю волю в кулак и заставил себя подняться. Волчица была достойным противником, и нужно было оказать ей последние почести.

Слегка пошатываясь, я подошёл к ней. Животина подняла на меня голову и в её умных, почти человеческих глазах промелькнуло нечто.

В тот же миг я вскинул золотой клинок, с которым в последнее время вообще не расставался.

Голова волчицы, что всем своим видом молила меня о смерти, с влажным треском взорвалась, и в меня выстрелило черное, до боли знакомое щупальце.

Народ не успел испугаться, а я уже на лету рассёк тварь. Две части упали на каменный пол и затрепыхались, словно рыбы, выброшенные на берег. Крайне уродливые рыбы, надо признать.

— Как⁈ — подскочил ко мне дед Антип, и в его голосе был целый океан удивления.

— Просто это не магия, а паразит, что давал возможность порождать всех этих темных волков, — объяснил я и подумав добавил: — Точнее, это какая-то часть паразита, что не имела своих желаний и воли.

В глазах старого солдата отразилось понимание и озабоченность.

— То есть, есть где-то хозяин этой твари?

— Есть, конечно, и он, — вздохнул я. — Либо уже в нашем мире, либо находится на пути сюда.

Антип не удивился моей осведомлённости, лишь сказал:

— Мы будем готовы.

— Всегда готовы, — подошёл Багратион и бодро улыбнулся.

— Видимо, это победа, — искренне обрадовался Даниил, на его лице чётко виднелась печать усталости. Видимо, ментальная борьба с маткой была ещё тем квестом. Да я и сам ощутил её силу, когда она меня чуть не спалила дотла.

Я осмотрелся. Пещера выглядела абсолютно пустой, словно и не жил здесь никто. Возможно, постоянное логово было где-то в другом месте.

— Откройте порталы солдатам, пусть здесь всё осмотрят и если кто-то выжил, добьют, — распорядился я.

— Что⁈ — прогремел голос Пронина на всю пещеру, да так, что возникло ощущение, что своды не выдержат и случится обрушение, и ещё более грозно, требовательно продолжил: — Доклад, солдат, подробно! — Некоторое время майор молча слушал, а потом его голос внезапно стал тихим: — Мы скоро будем.

Все скрестили взгляды на мрачном как туча Пронине, и тот, тяжело выдохнув, решительно заговорил, словно делая шаг в бездну:

— Красноярск — уничтожен. Император мёртв. Из оборванных сведений, он защищал свою семью до последнего. О дочерях и императрице нет никаких сведений. Тел не найдено. Дворец полностью разрушен. Враг не оставил камня на камне.

— Кто? — произнёс я и словно со стороны услышал в своём голосе лёд.

Я не был с ними особо близко знаком. И пусть у нас с Романовым были общие дела, и он даже научил меня парочке трюков с аспектами, это мало что значило для меня. А вот тот факт, что теперь именно на мои плечи ляжет ответственность властителя, сильно раздражала. Одно дело, если бы я сам выбрал этот путь, и совершенно другое, когда за меня это сделали другие. Поэтому, мне было крайне любопытно, кто именно такой отчаянный.

— Нелюди, — с ненавистью ответил Пронин.

Я холодно произнёс:

— Моя жена тоже из рода потомков богов. И будущий наследник престола, возможно, тоже будет иметь кровь богов. — Нужно пресекать на корню любые предрассудки на расовой почве. — И если ты не помнишь, то покушение на царевича Алексея организовали именно люди.

Он стушевался, но глаз, как и положено одному из столпов империи, не отвёл. Кстати, а где остальные?

— Столпов же всего двенадцать. Трое здесь, двое в гостях за границей, а остальные?

Пронин помрачнел ещё больше, а его и так сдвинутые брови и вовсе, казалось, соединились в одну линию. Но ответил не он, а Даниил, который потерял любой намёк на улыбку:

— Если остальные не смогли помочь императору, тот тут только два варианта: либо остальные мертвы, во что я не верю, либо — их кто-то заблокировал. Это реально, но, как и с первым вариантом, я не представляю, как это вообще достижимо.

Я поморщился. Столпы мне были нужны в будущем для противостояния с Чермаком. А ещё, сейчас я остро ощутил, как это самое будущее стало стремительно приближаться. Вот же дрянь. Как всё не вовремя. С другой стороны, когда было иначе?

— Тогда идёмте на развалины города, — произнёс я и добавил: — Здесь всё равно нужно всё обыскать.

Изначально мы не были уверены, что, после уничтожения матки, с ней погибнут и остальные.

— Отправлю людей, — кивнул майор и открыл портал, впуская подготовленную заранее группу зачистки.

— Ох, ко мне, — крикнул я.

Предположительно последний из рода тёмных волков пулей влетел в портал. Следом за ним шагнул и Зевиус.

Ох лизнул меня своим лопатообразным языком, заставив морщась улыбаться, а потом замер, уставившись на мёртвое тело волчицы. За всем этим, я о нём совсем позабыл.

— Она достойно сражалась, — мягко шепнул я, поглаживая огненную шерсть, что не причиняла никакого вреда, словно пламя было голографическим, а не божественным. — Отдай ей последнюю дань уважения.

Несколько секунд Ох не мигая смотрел на труп своей матери, после чего, как заправский дракон выдохнул тёмный поток огня, что в мгновение ока испарил тело матки. Причём жар был настолько силён, что даже праха не осталось.

Когда всё было кончено, мой волк запрокинул голову и тоскливо завыл. Он не мог разговаривать, как матка или та тёмная волчица, которую я встретил в одной из пещер и на некоторое время расстался со своим клинком.

Я всё это время молча поглаживал его шерсть, размышляя о том, как будет действовать противник дальше?

Столица уничтожена, император тоже. Но наследник престола, то есть я, до сих пор жив и здравствую. А значит следующая цель я.

А где я могу быть?

По логике должен рвануть в Красноярск. Но это на первый взгляд. Если копнуть глубже…

Если это дело рук Мары и Безымянного, то они в курсе про Святой Лес, и логично предположить, что именно туда последует новая атака.

«Я научу тебя заглядывать в прошлое», — внезапно раздался в голове голос Хроноса.

Первая мысль была: а почему не в будущее? Но потом я осознал, что прошлое не менее важно, если не более.

«Тогда я смогу оценить силы противника и передать информацию всем через Даниила», — тут же нашёл я применение этой возможности.

Конечно, хотелось рвануть домой и встать грудью на защиту семьи, но нужно было понять, каким образом враги победили. Император был чертовски силён, и даже так, он погиб сам и не известно, что с его родичами теперь.

— Все, кроме Пронина, отправляйтесь на защиту Святого Леса. Попробуйте найти остальных столпов, — наконец решил я. — Антип, всю дружину тоже туда. Всех, кого сможешь.

Тот коротко кивнул, привыкнув не спорить с моими решениями, пусть и внутренне почти всегда был не согласен с ними. Ведь обычно после таких вот слов, я иду на серьёзный риск, и этот случай не станет исключением.

— А как же вы, ваше императорское величество?

Слова Вениамина гулким эхом отразились от стен пещеры и прокатились в тишине по сознанию людей.

Я никогда не жил в монархической стране и мне не понять их чувств, но я мог видеть скорбь на лицах. Видимо, когда Пронин сообщил эту новость, до них не сразу дошло, а вот сейчас, когда императором назвали другого человека, проняло всех. Наверное, именно такие были эмоции у советских граждан, когда они услышали весть о смерти Сталина.

— Я должен выяснить судьбу семейства Романовых, — коротко ответил я. — А теперь все за дело.

Сказав это, я повернулся к Зевусу. Тот стоял в расслабленной позе, хотя в глазах было что-то такое, чего я до конца не распознал. Возможно уважение, а может и насторожённость.

— Ты идёшь в Святой Лес и лично охраняешь моих жён. Илья тебя проведёт, — и повернувшись к Муромцу, добавил: — Ты тоже будь с ними рядом.

В оглушающей тишине ещё не до конца пришедших в себя людей, я открыл портал и, прежде чем войти в него, бросил:

— И поторапливайтесь. Враг не будет вас ждать.

В любом другом случае я бы не стал их подгонять, но сейчас им необходим был небольшой толчок, чтобы продолжить жить и исполнять приказы своего императора.

«А ведь ещё есть князья, — недовольно подумал я. — Они уже в курсе всех дел, и сейчас думают о том, что неплохо бы прибрать к себе страну, устроив здесь парламентскую монархию, где сами и будут заседать. А император будет так, номинальным».

На это я зло усмехнулся. Я, конечно, не планировал становится властителем, но раз уж подвернулся случай, то не упущу своего.

Портал открылся на бывшем стадионе, где проходили Магические игры. Сейчас же я ступил на обугленную арену, сплошь покрытую кратерами, будто здесь прошёл метеоритный дождь.

Оглядевшись, обнаружил, что стадион полностью исчез. Вместо него теперь были сплошные руины, густо посыпанные пеплом. Словно конец света, ей Богу.

Я раскрыл свой плащ и взвился в небо.

М-да. С высоты вид открывался, мягко говоря, удручающий.

От города остались лишь остовы и выжженная земля. Я поморщился. Не пощадили даже жилые дома. Война войной, но это уже перебор.

Усилием воли я отвёл взгляд от черного пейзажа уничтоженного города и, использовав телепортацию, прыгнул в сторону дворца. Через несколько перемещений, я оказался над остатками некогда величественной постройки, и некоторое время разглядывал, как внизу копошились военные.

В отличие от остального города, здесь были полноценные руины. Некоторые стены до сих пор остались на своих местах, и даже двери. Видимо, в них было столько магии, что они смогли пережить этот локальный апокалипсис.

Спустившись вниз, я получил настороженные взгляды солдат, но потом один, ещё безусый с детским округлым лицом, внезапно заорал во всё горло:

— Император! Император прибыл!

Солдаты подняли головы, оторвавшись от разбора завалов, после чего шустро, хотя у каждого груз усталости читался на лице, потянулись ко мне.

Я не стал их одёргивать, и терпеливо ожидал пока они не выстроились.

Когда строй из двух шеренг, не ровный, поскольку это был не плац, вытянулся передо мной, я командирским голосом рявкнул:

— Здравие желаю, господа солдаты, — честно говоря, понятие не имел как правильно, да и не очень-то хотелось забивать голову ещё и этим. Тут маячит реальный армагеддон, всемирный от тентаклей Чермака, так что, так тоже сойдёт.

— Здравие желаем, ваше императорское величество! — рявкнули хором они.

— Доклад о ситуации, — уже нормальным голосом произнёс я.

Из строя вышел тот самый безусый и, приложив руку к шапке, начал чеканить слова:

— Рядовой Свинов, — представился он, после чего напряжённо и шумно сглотнул, словно готовясь к прыжку в пасть дракона, и продолжил: — Ваше императорское величество, смерть вашего отца подтверждена выжившим столпом Виктором Сергеевичем Игнатьевым. Мы разбираем завалы.

— Где сейчас Игнатьев?

— В полевом лазарете.

— Куда идти? — видя, что солдат не сообразил, что я не знаю где у них лазарет, уточнил я.

— В десяти километрах от границы города, на юг по трассе К-149, — кажется у него нервный тик начался, поскольку глаз отчётливо начал дёргаться.

— Вольно бойцы, — вновь врубил я командира и добавил: — Продолжайте разбирать завалы.

— Есть! — рявкнули солдаты и со всем рвением, на которое только были способны, ринулись исполнять мой приказ.

Всё-таки оказалось удачей, что император меня в своё время на всю страну признал наследником, да под объективами тысячи камер.

Хотя с князьями и большинством высокопоставленных чинуш это конечно не поможет, но вот так, с обычными солдатами, офицерами и простым народом будет проще.

Я вздохнул. Работы теперь у меня непочатый край, но есть и плюсы, целая империя теперь будет работать на моё магическое развитие, а значит, достижение поставленной цели уже не за горами.

На этой позитивной мысли я призвал Хроноса.