Айдар до последнего скрывал свою силу, ожидая, когда враг начнёт действовать в полную силу.

Но когда Зевиус, один из козырей армии, оказался в затруднительном положении, пришлось помочь, отчего на него наткнулось сразу несколько сильных противников, и все как один обладали силой аспекта пространства.

Сам Айдар был русским. Точнее, он вырос в империи, а его род проистекал из древнего татарского рода, чьи корни уходили очень глубоко в историю. Чем вся семья безмерно гордилась.

Вот только не Айдар. Ему было плевать. Точнее, он просто относился к факту своей древней крови если не равнодушно, то что-то близко к этому. Он видел, как у его родных братьев развивался дар. И всё бы ничего, но они, овеянные славой предков и родительскими деньгами, совсем не старались на этом поприще. Старший предпочёл стать топ менеджером в их семейном бизнесе, а младший, он же любимый отпрыск, и вовсе не планировал становится магом, учась в казанской академии одарённых спустя рукава.

Айдар же с самого детства мечтал стать величайшим магом на свете. С возрастом мечта трансформировалась в цель, которую он к тридцати годам успешно достиг. Нет, юношеская горячность прошла, но направление осталось. С момента поступления в академию он метил в столпы, и уже к тридцати годам смог стать одним из этих монстров в человеческом обличии.

Здесь, на этом поле, вчерашний студиозус, а ныне стажёр Мелиссы, одной из самых страшных существ на этой планете, оказался свидетелем и непосредственным участником битвы, что можно было бы сравнить только с той, в которой человечество одолело богов. Недобитки, собравшись в свой последний бой, решили отомстить.

В том, что для них он окажется именно последним, Айдар не сомневался. Без старших богов они всего лишь кучка одарённых фриков. Да, сильных, и даже в какой-то степени везучих, раз у них получилось погубить прошлого императора, но на этом всё.

Айдар верил в империю и силу людей.

Боги вновь падут, и на этом всё закончится, и уже окончательно.

Айдар в полную силу вступил в сражение, точечно помогая своим соратникам, как недавно зеленокожему здоровяку.

И вышло так, что на их стороне оказалось качественно-количественное преимущество. И всё бы ничего, можно было бы порадоваться скорой победе, но расслабляться было рано. Враг силён и хитёр, а ещё у него была целая прорва времени на подготовку.

Айдар поднял руки к небу и стал ими водить, словно перемешивая несуществующие на ясном небе облака. И от его движений в воздухе оставались тёмные разводы, что замирали, постепенно складываясь в замысловатый рисунок.

Магию, что он готовил, ему вручил лично покойный Николай Александрович со строгим наказом — использовать только в крайнем случае, ну и конечно с полным описанием действия заклинания. Чем не крайний случай, когда Красноярск превратился в руины, и над ещё не остывшим телом столицы идёт полномасштабная война за выживание империи? Действительно, лучшего времени и не сыскать.

Как только заклинание приблизилось к своему завершающему этапу, на него обратили внимание.

Хитрое подпространство, что позволяло скрываться, при этом без помех творить магию в обычном мире, затрещало, словно деревянная лачуга под порывом ураганного ветра. Пространство закачалось, а затем пошло тёмными трещинами.

Айдар прикусил губу. Пока он создаёт императорское заклинание, большая часть внимания и вся его сила отданы ему. И самое неприятное, у него было лишь два варианта действий: либо прекратить волшбу, перенаправив накопленную энергию в несколько простеньких боевых заклятий, либо попытаться ускориться. Но как провернуть последнее, Айдар не представлял. Это как работа с техникой. Что бы ты ни делал, механизм будет работать с той скоростью, которую в него заложили создатели.

Можно, конечно, попытаться вмешаться во внутреннее устройство, но вот так, с наскока, это было чревато последствиями, а с такой безумно мощной и сложной магией — катастрофическими. И Айдар даже не брался их предсказать. Поэтому он, поморщившись, хотел было уже начать перераспределять силу, как неожиданно услышал знакомый голос:

— Прикрою! Долги надо возвращать!

— Зеленокожий? — удивлённо произнёс Айдар, и в этот миг трещины стали зарастать, а сам самый молодой столп империи продолжил создавать императорское заклятье. — Даже после своей смерти, Николай Александрович, вы нас оберегаете. Спасибо вам и покойтесь с миром.

Перед глазами возник образ императора, что произвёл его в столпы, а затем Айдар вложил всю свою силу в сложившейся рисунок и безвольно упал. Как только заклятие начнёт действовать, его должна отыскать Мелисса и вытащить, в противном случае, он может умереть даже от случайной пули.

* * *

Мелисса, потомственная ходящая по Нави, успела. Буквально за секунду до того, как сотворённое её подопечным заклятие обрушилось на него самого, она вытащила его из-под удара, спрятав его в Нави.

Наложив сильнейшие чары сокрытия, что знала, Мелисса вернулась в Явь и замерла, кажется, даже рот открыла от изумления. Она, конечно, читала описание императорского заклятия и много всего повидала за свою долгую жизнь, но…

— Какого… — выругалась она, не особо выбирая выражения.

Мелисса вообще не доверяла людям, что не выражались крепко, почти так же, как тем, кто не употреблял беленькую. Ну, как верить тем, кто не может от души выматериться, искренне описав свои чувства? Верно! Никак!

А ещё, она ненавидела свой возраст. И не так, как это делают обычные смертные женщины, морща носик и зло поглядывая на смертника, который не подумав ляпнул нечто вроде: «Да тебе всего сорок! Ещё вся жизнь впереди!»

Мелисса же ненавидела не столько цифру, обозначавшую количество прожитых лет, сколько те воспоминания, что всегда всплывали вслед за озвучиванием вслух своего возраста.

Поэтому Мелисса всегда следила за собой, отчего выглядела сексуально и бесподобно.

Она встряхнула головой, отгоняя наваждение и глупые мысли. Перед ней развернулся настоящий локальный апокалипсис.

Мироздание разрывало на части, а вместе с ним и тех несчастных, что оказались рядом.

Имперскую же армию выдёргивало пространственными гарпунами из зоны поражения. Эта магия отложенного действия, что Айдар заранее установил на каждого мага и воина их армии. Как этот мальчик вообще умудрился сотворить нечто подобное?

Она скривилась от собственных мыслей. Мальчик? Если он мальчик, то кто она? Старуха?

Тем временем заклинание, переданное ныне убиенным императором Николаем, работало, не позволяя врагам телепортироваться или даже сбежать. Единственное на что они оказались способны — глухая оборона. Тут и там потомки богов и их прихвостни сбивались в группы и ставили общий защитный барьер.

— Ну, где же ты, — бормотала Мелисса, напрягая зрение и магическое чутьё до максимума. — Твои бойцы обречены, если…

Мелисса замолкла, поскольку небо раскололось. Буквально.

Она оторопело смотрела на гигантскую трещину, ведущую прямиком в Навь, из которой вырвался целый сонм разнообразных кошмаров.

— Невозможно, — прошептала Мелисса. — Для младшего бога, что лишь недавно вернул своё имя… Это невозможно! — тут её глаза изумлённо расширились, а догадка напугала до дрожи в коленях. — Нет, — мотнула она головой, и грива черных волос прошелестела по спине и плечам. — Тут какая-то хрень, — остановила она себя, и её сила впилась в края портала из Нави, заставляя тот дрожать и закрываться.

Кошмары тем временем почувствовали неладное и стали разлетаться по округе в поисках Мелисы, единственного человека в людской армии, что способен закрыть эту трещину.

Вот только её союзники тоже не спали. Вся их совокупная мощь обрушилась на кошмаров, а рядом с ней появились Зевиус и Святогор, взяв оружие на изготовку.

— Жалкие смертные, — пронёсся голос над полем боя, а заклинание Айдара стало стремительно терять силу, отчего часть тех, кто мог лишь защищаться, развеяли щиты и стали активно сопротивляться, подавляя пространственный аспект своим собственным. Слабых среди выживших не осталось.

Тем временем Мелисса нашла причину, по которой императорское заклинание стало сходить на нет. Ответ оказался прост — кошмары. Они бросались под жернова пространственных разрывов, погибая и попутно истощая чары.

Да. Она слышала, что кошмары готовы на всё ради своего отца-создателя, но всегда считала это сказками.

Мелисса напряженно вливала энергию в нити силы, и в какой-то момент отрешилась от происходящего. Морфей не появился, хотя они очень на это рассчитывали, что означало одно — сражение продолжится и прольётся больше крови.

Она раздражённо дунула на выбившийся локон и вдруг ощутила, как её тело напряглось. Она тут же бросила всё и рванула в Навь.

Руки дрожали, как и ноги, а сердце как бешеное пыталось разломать грудную клетку, чтобы убежать в ужасе.

— Что чёрт возьми там творится?

Несколько секунд Мелисса успокаивала организм, который никак не хотел возвращаться в Явь.

Усилием воли она поборола ужас и вернулась, но не в то же место, где была пару минут назад и чуть ни погибла от неизвестной угрозы, а значительно дальше.

Мелиса посмотрела по сторонам и увидела его.

Десятиметровый исполин, ниже пояса — змеиный хвост, а выше — мужской торс, с искажённым в гримасе ярости лицом и заплывшими тьмой глазами.

А ещё, над ним парили в воздухе огненные черепа, не меньше десятка, каждый из которых в разные стороны извергал огонь.

То место, где она совсем недавно стояла с двумя охранниками, оказалось выжженной землёй. Ни полубога, ни богатыря видно нигде не было. Неужели сгинули? Да быть такого не могло, особенно Зевиус, тот точно не мог сдохнуть с его читерным рассеиванием энергии.

Все эти мысли летели фоном, а основной поток сознания пытался понять, как победить монстра, что поливал округу магическим пламенем, в котором магии было больше, чем огня.

С её силами это невозможно, а значит, нужен кто-то другой. Но кто может победить воплощение хаоса? Она помнила эту тварь и не могла представить откуда и, главное, как Морфей её заполучил в своё войско.

— Тифон, — выдохнула Мелиса, а в голове возник голос Данилки.

— Это точно Тифон? — обеспокоенно уточнил он.

— Точно, — кусала губы она. — Чистый хаос, отдельный аспект, чем-то похожий на императорский дар обладания всеми аспектами.

Черепа сменили цвет, и теперь вместо огня из открытых пастей вырывался азот. Температура воздуха тут же понизилась и стала стремительно опускаться.

Несколько огненных шаров, размером с микроавтобус, прогудели над головой и устремились к Тифону. Вот только ещё на подлёте они бесследно испарились. Видимо зона вокруг мифического монстра стала настолько холодной, что даже мощнейшая огненная магия бессильна.

«Ты можешь его затянуть в Навь?» — Данилка решил блеснуть острым умом, но не получилось.

«Гениальная мысль. Вот только чтобы его затянуть, нужно обязательно коснуться этого монстра. У тебя наверное есть варианты, как мне это сделать и не превратиться в ледяную фигуру?»

Она представила, как Данилка морщится, и хмыкнула. Менталист ненавидел ошибаться и всегда забавно реагировал в таких случаях.

Но как же быстро изменилась ситуация на поле боя, и вот теперь уже имперские силы в невыгодном положении.

Неожиданно вокруг Тифона начал клубится зелёный туман, в котором Мелисса узнала силу смерти и чего-то ещё.

Черепа тут же поменяли расцветку, превратившись в разноцветную люстру.

Спустя мгновение поле вокруг Тифона залило разноцветным потоком энергии. Вот только туман не собирался сдаваться.

Зелёная субстанция стала бледнее, но упорно продолжала приближаться к змееподобному чудищу из легенд. И откуда Морфей их всех вытаскивает? Сначала гарпий, затем вот это.

Мелисса вновь сосредоточилась на разломе в Навь и принялась сращивать края реальности.

В этот раз её не беспокоили ни кошмары, ни кто-то ещё, и поэтому медленно, но верно у неё стало получаться.

— Жалкие черви! — вновь прогремел голос, и было в нём так много силы, что Мелисса чуть не потеряла концентрацию. — Сегодня империя исчезнет, и все ваши потуги — лишь бессмысленные трепыхания. Но я, истинной бог этого мира, Морфей, даю вам шанс выжить. Присоединяйтесь ко мне, дайте клятву верности, и тогда вы станете приближенными к Богу, его апостолами. Другие склонятся перед вами, а ваши враги умрут. Я дам вам час, после чего моя милость обратится яростью небес.

Мелисса скривилась и сплюнула.

— Напыщенный ублюдок, — проскрипела она зубами. — Думает, что кто-то здесь готов предать боевых товарищей⁈

И тут же ей пришла другая мысль.

«А что если он тянет время? Но для чего?»

Она на миг отвлеклась от своего занятия и сообщила о своих подозрениях Данилке. Вот пусть они на пару с Ильёй головой работают, а её роль в этой битве самая простая и сложная одновременно — поймать момент появления Морфея и не упустить его как в прошлый раз. Этот мудак должен ответить за смерть императора и каждую каплю пролитой из-за него крови.

— Время вышло, — внезапно прогремел голос. — Вы обрекли себя на божью кару.

И в этот миг он появился, а душа Мелиссы впервые в жизни ушла в пятки.

— С-старший? — невольно отшагнула она, глядя на появившуюся фигуру, овеянную золотым сиянием.

* * *

Морфей ощущал как всё тело разрывало.

Перед своей смертью от рук ходящих по снам его отец, величайший бог сновидений Гипнос, запечатал часть своей силы и спрятал в укромном месте. Так поступили и мать, и оба брата, и дяди с тётей.

Каждый из них отщипнул част своей сути и спрятал. Старшие их покинули, а потому никто не был уверен в победе над людьми. И ту закладку сделали на крайний случай, как последний аргумент, или же для мести последнего выжившего их семьи.

Увы, этой закладкой так никто и не смог воспользоваться, а потом Морфей потерял статус и имя. Да и не было подходящего момента, до этого самого дня ставки были незначительны, и он справлялся своими силами.

Но когда он понял, что Тифон, монстр которого он воскресил, пожертвовав несколькими полубогами, которых давным-давно держал в своей темнице в Нави, не может переломить ход битвы, Морфей решился.

Семейный тайник откликнулся на зов его души, и энергия бурным потоком полилась в тело. Увы, но он не был старшим богом, поэтому и потери энергии оказались огромными.

Некоторое время он отвлекал внимание врагов пустыми угрозами, а когда ощутил, что сила частично стабилизировалась, явился на битву лично.

Увиденное собственными глазами поражало Морфея.

Аспекты внизу бушевали, калеча мироздание, навеки уродуя природу и ландшафт. Скорее всего, магический фон здесь сохранится, и вскоре здесь появится новая территория магических тварей.

Энергия рвалась с кончиков пальцев, приятно покалывая изнутри, и Морфей не стал её ограничивать.

Луч темно-золотой энергии обрушился на скопление людей и легко пробил выставленный многослойный барьер из разных аспектов.

— Как и думал, — тяжело дыша после залпа, произнёс Морфей, обращаясь к себе. — Полумеры здесь не помогли бы.

Он поднял руку вверх, призывая больше кошмаров, и в каждого из них влил каплю силы, что струилась по его венам.

Если бы он был смертным, то такое количество дармовой энергии обязательно бы смутило его разум, заставляя действовать бездумно, но Морфей был чистокровным богом, пусть и младшим, и не имел таких слабостей.

Он — высшее существо, и то, что смертные их победили в прошлый раз, лишь результат предательства старших.

Построив империю на вере к себе, он больше не допустит вольнодумства или очагов сопротивления. Больше никакой магии для людского отребья, а всякий, кто решит её изучать или преподавать, будет жестоко казнён.

У него было ещё много планов на этот мир, но для начала нужно было стереть даже память об императоре и его армии.

Когда это произойдёт, князья сами придут на поклон, и он потребует от них такую вассальную клятву, что они без его воли и дышать будут боятся.

От этих мыслей его губы тронула улыбка.

— Преклоните колени и поклянитесь в вечной службе! — усиленным голосом произнёс он. И казалось, что сами небеса говорят с жалкими смертными. Хотя, так ведь оно и есть! Он и только он отныне для них небо!