Последний удар колокола прокатился по коридорам лицея. Преподаватель оборвал объяснение на середине фразы, захлопнул журнал и отпустил группу.

Обычно после последней пары помещение мгновенно превращалось в хаос: скамьи скребли по полу, тетради захлопывались одна за другой, люди расходились по мелким компаниям. Кто-то договаривался позаниматься домашним заданием, кто-то пытался первым дойти до двери, стараясь не растерять степенность и не выглядеть излишне суетливо.

Сегодня люди тоже шумели, но настроение царило совсем другое. Слишком многие собирались подчеркнуто медленно и то и дело посматривали на меня.

Слух успел расползтись. Вчера люди спорили, соглашусь ли я вообще поставить пятьдесят золотых, не бахвалился ли. Обсуждали, действительно ли Фенвик согласится принял вызов.

Сайрус ждал у двери, прислонившись плечом к косяку. Выглядел он спокойным, даже скучающим, но спокойствие поддерживал с заметным усердием: руки скрещены ровно, подбородок приподнят ровно настолько, насколько и в столовой, и при посещении нашей группы час назад. Слишком тщательно выстроенное спокойствие.

— Пора, Даллос, — кивнул он, стоило мне выйти за дверь. — Ренн не будет ждать.

Я даже отвечать не стал, чтобы не втягивать себя в бессодержательную перепалку, просто кивнул.

Две бумаги на предъявителя по пятьдесят золотых каждая лежали во внутреннем кармане моего сюртука.

Первые любопытные пристроились к нам ещё возле лестницы, следующие появились после поворота, а к середине коридора за спиной уже двигалась небольшая процессия. И все почему-то делали вид, что не собираются смотреть соревнование специально: один просто шёл в ту же сторону, другой внезапно вспомнил о делах в старом крыле, третий очень медленно разговаривал с приятелем и совершенно случайно держался шагах в десяти позади.

Делла выбрала именно этот способ. Она шла чуть в стороне с таким старательно безразличным видом, что я не смог скрыть улыбку.

— Их уже человек двадцать, — негромко сообщил я. — До тренировочного двора доберёмся — будет вдвое больше.

Сайрус оглянулся через плечо, увидел вытянувшийся за нами хвост и даже не замедлил шага. От просящей колкости вроде «боишься?» он тоже удержался, что меня даже слегка удивило.

— Пусть смотрят.

Старое учебное крыло встретило нас совсем другой архитектурой. Коридоры здесь были уже, потолки ниже, серый камень стен прорезали узкие высокие окна, через которые падали вытянутые полосы вечернего света.

Наставник ждал нас в зале, возле большого стола с деревянным макетом. Ренн выглядел так, словно с момента согласия на соревнование успел несколько раз пожалеть о собственном решении. Его тяжёлое лицо и в лучшие дни напоминало недовольную собачью морду, а сейчас глубокие складки будто стали еще глубже.

Перед столом выстроились десять первогодок — шестеро юношей и четверо девушек. Они были примерно одного возраста, но отличались по тому, как держались и какое снаряжение выбрали.

Широкоплечий парень с большим учебным щитом то и дело поправлял ремень на предплечье; движение повторялось слишком часто, чтобы объяснить его неудобной застёжкой, скорее мальчишке требовалось чем-то занять руки.

Рядом стояла невысокая копейщица, прямая и неподвижная, с древком у плеча; она не переминалась, не разглядывала зрителей и вообще выглядела так, будто уже получила задачу и ждёт только команды начинать.

Долговязый очкарик прижимал к груди планшет с листами и время от времени поглядывал на расположение выходов, словно заранее строил карту помещения. Совершенно точно не боец. Может, архивный работник.

Рыжеволосая девушка с перевязью учебных метательных дисков чуть улыбалась, откровенно изучая Фенвика и, кажется, совершенно не смущалась тем, что он это заметил.

Темноволосый юноша с белой санитарной повязкой смотрел не на будущих командиров, а на Ренна.

Полноватый мальчик в дорогом защитном жилете расправлял плечи каждый раз, когда чей-нибудь взгляд проходил по нему, а ладонь держал на рукояти учебного меча с нарочитой демонстративностью человека, которому очень хотелось, чтобы окружающие заметили именно меч. Причем в мече ничего особого и не было — тренировочный деревянный клинок.

Бледная девушка с набором рунных пластинок на поясе старалась не встречаться глазами ни со мной, ни с Фенвиком.

Жилистый парень с висящей на поясе крюк-кошкой расположился чуть в стороне.

Маленькая подвижная девочка в великоватой куртке едва удерживалась на месте: переносила вес с пятки на носок, смотрела то вправо, то влево, поправляла рукав, снова замирала на несколько секунд и опять начинала двигаться (СДВГ?).

Последний юноша не выделялся ни оружием, ни телосложением, ни дорогим снаряжением, но он внимательнее прочих наблюдал за нами.

Вдоль стен зала тем временем собиралась публика. Толпа уже заполнила ближайшую сторону двора, несколько старшекурсников устроились на ступенях, кто-то занял место у колонны. Ренн окинул их долгим взглядом, будто мысленно составлял список людей, которым завтра можно назначить дополнительную работу, после чего перевёл его на нас с Фенвиком и протянул ладонь.

— О вашем состязании я уже знаю, и не буду повторять в подробностях, насколько мне не нравится идея превращать лицейскую тренировку в игорный стол. В первый и последний раз позволяю провести подобное пари на территории лицея. Бумаги!

Я вынул оба документа и положил ему в руку. Ренн проверил сумму, подписи, печати, после чего убрал бумаги в небольшую металлическую шкатулку.

По рядам зрителям прошёл тихий гул. Для многих сто золотых до этого оставались слухом, теперь сумма лежала в шкатулке перед наставником, который косвенно заверил пари.

— Победитель получит обе бумаги после объявления результата, — будто нехотя продолжал Ренн. — Если один из командиров самовольно уйдёт до окончания испытания, он считается проигравшим. Если испытание придётся остановить по внешней причине или по моему решению без вины одной из сторон, бумаги возвращаются владельцам. Любая попытка спорить с решением судьи автоматически переводит разговор из денежного в дисциплинарный, и уверяю вас, этот вариант вам не понравится.

Мы кивнули.

Ренн указал на первогодок.

— Эти десять учеников были отобраны мной из тех, кто вызвался добровольно. Никто из вас прежде не работали с ними в одной группе. Вы будете по очереди выбирать бойцов, пока у каждого не окажется пять человек. Кто выбирает первым, определит жребий.

Сайрус нервно дернул головой.

— А задание?

— Узнаете после распределения. Настоящий командир не всегда получает людей после описания будущей задачи. Считайте это частью испытания, господин Фенвик.

У губ Сайруса на мгновение появилась недовольная складка, но спорить он не стал.

Ренн поставил на край стола небольшие песочные часы, убедился, что оба смотрят, и перевернул их. Светлый песок тонкой струёй побежал между колбами.

— Три минуты на оценку кандидатов. Разрешаю осматривать их и их учебное снаряжение. Каждый командир может задать всей десятке один общий вопрос, на который ответят все. Обсуждать кандидатов с друзьями, зрителями или друг с другом запрещено. После осмотра бросаем жребий и начинаем набор.

Три минуты.

Я медленно прошёл взглядом по строю.

Можно было спросить об оружии, лучших дисциплинах, слабых местах, результатах последних тренировок, привычных ролях в группе. Только любой вопрос работал сразу на двоих: ответ услышит не только я, но и Фенвик. Сайрус старше, опытнее в командовании живыми людьми и наверняка умеет вытаскивать полезное даже из коротких ответов. Зачем добровольно кормить противника информацией, если мне доступен другой источник?

— Как вас зовут? — спросил я.

Фенвик повернул голову и тихо хмыкнул.

— Странно, что ты счёл важной именно эту информацию. Хотя нет, не отвечай! Не так уж я и удивлен, знаешь ли.

— Имена бывают полезны, когда собираешься отдавать людям приказы.

Ученики по очереди представились. Фенвик ещё немного потратил на наблюдение, явно не желая задавать вопрос слишком быстро. Потом его взгляд остановился на щитоносце, скользнул к копейщице, задержался на юноше с санитарной повязкой.

— Назовите упражнение, на котором вы показали лучший результат, и свою роль в нём.

Неплохой ход. Ренн получит не только перечень умений, ученики сами выберут достижение, которым считают нужным похвастаться, а значит, одновременно расскажут о своей самооценке, привычной роли и том, что воспринимают собственным преимуществом.

Ренн одобрительно качнул подбородком:

— По порядку, пожалуйста. Коротко, без истории вашего героического становления.

Первым заговорил широкоплечий щитоносец.

— Тарен Холт. Оборона ворот. Стоял в проходе, откуда трое противников дважды пытались меня выбить.

Он не уточнил, получилось ли у противника. Однако главное было не это: своим лучшим результатом парень считал не количество поражённых целей, а способность оставаться на месте.

Копейщица, Ида Корвен, ответила без паузы:

— Парный бой против двух противников. Удерживала дистанцию и прикрывала напарника после его ранения.

Ни слова о собственных попаданиях. Интересно.

Долговязый Эрвин Сорел поправил очки.

— Поиск маршрута на учебном полигоне. Э-э… Составлял карту и распределял движение группы. Мы закончили третьими, но не потеряли ни одного условного припаса.

Как я уже отметил, не боец. Вряд ли сегодня мы будем упражняться в чем-то без боестолкновений, так что парень уходит в самый конец моего приоритетного списка.

Рыжая Мейна Роу чуть приподняла подбородок.

— Поражение движущихся целей. Худший результат в этом упражнении — семь попаданий из десяти.

Кел Арден, ученик с лекарской повязкой, сказал:

— Эвакуация раненых. Оказал первую помощь и вывел пострадавшего. Лучшее время среди первогодок.

Виктор Харн словно ждал своей очереди дольше всех.

— Турнир учебного меча. Дошёл до полуфинала… — и нехотя добавил, — … и проиграл по очкам.

Селла Вирт заговорила настолько тихо, что я невольно сосредоточился, чтобы не пропустить ни слова:

— Эм… построение защитного контура… Моя группа удерживала его дольше остальных…

Она тут же опустила взгляд, словно уже пожалела, что сообщила о себе что-то.

Дейн Марр ответил без всякой попытки украсить достижение:

— Лучший результат на полосе препятствий.

Нэсса Тирн, девочка, выглядящая как оживший СДВГ, практически выстрелила фразой:

— Передача флагов между тремя постами! Я прошла все маршруты и ни разу не попалась перехватчикам, хотя на втором круге они уже знали, куда я обычно ухожу!

Наконец Корр Вейк, тот самый ничем не выделяющийся юноша, спокойно закончил:

— Упражнения в поле. После выбытия старшего дважды принимал его место и заканчивал упражнение во главе оставшейся четвёрки.

Песок продолжал сыпаться, и я мысленно признал: Сайрус использовал свой вопрос грамотно. Теперь перед ним было не десять безликих первогодок, а щитоносец, копейщица, картограф, метательница, санитар, мечник, рунница, ловкий универсал, бегун и потенциальный младший командир. Похоже, Ренн изрядно постарался, выбрая самых разных людей.

Ренн перевернул опустевшие часы.

— Время закончилось.

Сначала я решил, что он прямо сейчас начнёт жребий, но преподаватель дал нам ещё несколько секунд, пока убирал часы и доставал из кармана медный жетон. Этого мне хватало.

Нужно было выбрать цели для «Метки приоритета».

Всех десятерых сразу я всё равно не просмотрю, да и смысла нет. Я решил потратить фокус не на самых ярких кандидатов, а на тех, ценность которых труднее всего определить по внешности и одной фразе.

Первым я выбрал Тарена Холта.

Причина была простой: щит — самый очевидный инструмент и одновременно самый обманчивый. Большой мальчишка с крепкими плечами способен оказаться великолепной стеной, а способен быть просто большим мальчишкой, которого научили держать перед собой сколоченные доски. Для неизвестного задания надёжная передняя линия может иметь огромную ценность, но только если человек в этой линии действительно умеет сохранять позицию, выполнять приказы под давлением и не начнет импровизировать в самый неподходящий момент.

Я зацепил Тарена «Меткой приоритета».

Мир вокруг не исчез и не замедлился, однако среди остальных фигур Тарен словно приобрёл дополнительный вес для внимания. Несколько мгновений — и навык выдал то, чего Фенвик мог получить только разглядывая парня часами.

Развитые направления:

— Удержание позиции.

— Защита назначенного союзника, перекрытие узких проходов.

— Точное исполнение коротких и однозначных приказов.

— Продолжение боя при усталости и умеренной боли.

Предполагаемые классы после прохождения Арки: Страж, Щитоносец, Полевой боец.

Отлично. Именно тот случай, когда внешность не врала. Изобретательности от него ждать не стоит, зато приказ «стой здесь и не пускай никого» Тарен способен превратить в личную религию. Для незнакомой (и скорее всего — боевой) задачи это может стать полезнее, чем опыт турнирного мечника.

Я снял метку и перенёс её на Иду Корвен.

Её хотелось проверить по противоположной причине. Если Тарен выглядел специалистом с узкой функцией, Ида производила впечатление человека, способного оказаться полезным почти в любом прямом столкновении. Спокойная стойка, копьё, ни одного лишнего движения, ответ про прикрытие раненого напарника вместо рассказа о собственных победах. В ней не было ни показного боевого задора Мейны, ни тщательно выставленной уверенности Виктора, но все же чем-то она внимание привлекла.

Развитые направления:

— Ближний бой древковым оружием, удержание противника на выбранной дистанции.

— Умение контратаковать после уклонения или отвода чужого оружия.

— Быстрая оценка направления атаки по положению корпуса противника.

— Сохранение боеспособности при сильном давлении и численном превосходстве.

— Самостоятельное исправление простых тактических ошибок.

Предполагаемые классы после прохождения Арки: Полевой боец, Копейщик, Охотник.

Хороша. Даже слишком.

Почувствовав мой взгляд, Ида на мгновение встретилась со мной глазами. Не улыбнулась, не выпрямилась сильнее, не повела копьём, пытаясь напомнить о себе перед выбором. Только чуть плотнее перехватила древко ладонью и продолжила ждать.

Оставалась третья метка.

Можно было потратить её на Корра — потенциальный резервный командир представлял очевидный интерес. Можно на Кела, чтобы понять, насколько хорош его медицинский навык. Можно на Селлу, поскольку рунная работа способна оказаться решающей в половине задач, которые может дать Ренн.

Но я выбрал Нэссу.

Причина заключалась в том, что неизвестная задача почти наверняка не сведётся к построению двух шеренг и предсказуемости. Ренн любит давать сложные задания, где нужно менять позиции, передавать сведения или решать несколько проблем одновременно. Маленькая девочка с моторчиком в ногах может оказаться полезной там, где нужно передать приказ быстро или скрытно от соперника.

Развитые направления:

— Скоростное перемещение, прохождение препятствий без значительной потери темпа.

— Быстрая передача сведений между разделёнными группами.

— Отслеживание неожиданных угроз.

Предполагаемые классы после прохождения Арки: Связной, Разведчик, Проводник.

Трое просмотренных учеников оказались хороши, каждый по-своему. Тарен — надёжный защитник, которого можно буквально поставить на нужное место. Ида — готовый универсальный боец. Нэсса почти бесполезна в прямом силовом столкновении, но обладает лучшей подвижностью из троих (а скорее даже из всей группы), к тому же она быстро соображает и замечает происходящее вокруг.

Я снова посмотрел на характеристики всех троих и вздохнул.

Если бы не наш добрый семейный лекарь, мои собственные показатели сейчас выглядели бы примерно так. Варрен сам признал, что ребёнком Корбин обладал отличной энергетикой: чистыми каналами, быстро растущим резервом. Он годами травил организм малыми дозами ядов, мешал каналам расширяться, срывал восстановление и тщательно выращивал из здорового ребёнка болезненного доходягу. Если бы он меня не травил, проводимость наверняка уже была бы не жалкой двойкой, а минимум семёркой или восьмёркой, резерв — заметно больше шести, да и Сила с Выносливостью не выглядели бы так, будто их выдали мне из остатков. Меня раздражало понимание, что многое из того, что я сейчас вынужден выгрызать по единице, могло принадлежать мне.

Ладно. Варрен сейчас сидит там, где ему и положено, а мои характеристики понемногу двигаются вверх. Для ближайших пятнадцати минут больше пользы от этого не извлечь.

Ренн достал медный жетон и показал обе стороны. На одной красовался герб лицея, на второй была отчеканена Арка.

— Герб — Даллос. Арка — Фенвик.

Монета взлетела над его ладонью, поймала свет из-под стеклянной крыши, сверкнула ярко. Десятки голов за ограждением одновременно задрались вверх.

Ренн поймал жетон на тыльную сторону ладони, накрыл второй рукой и открыл.

Герб. Очень хорошо!

Сайрус коротко выдохнул через нос. Его взгляд немедленно ушёл к Иде, потом перескочил на Тарена. Значит, по крайней мере двоих из просмотренной мной тройки он тоже поставил достаточно высоко, пусть и без системной подсказки.

— Первый выбор делает Даллос, — объявил Ренн. — Затем Фенвик. Дальше чередуетесь до формирования двух пятёрок. После я объявлю задачу.

Десять первогодок повернулись ко мне.

Самым очевидным выбором была Ида. Самый сильный универсальный боец, меньше всего зависящий от условий задания. Но если заберу Иду, Фенвик почти наверняка возьмёт Тарена. Тогда у него окажется крепкая передняя линия, а у меня универсальный боец, которого ещё нужно чем-то дополнять.

Если же первым взять Тарена, я гарантированно получу редкую для этой десятки функцию — человека, способного удерживать участок, проход или противника. Фенвик, скорее всего, ответит Идой, зато второй мой выбор останется за мной раньше, чем он сможет забрать Нэссу.

То есть вместо одного великолепного универсала я могу гарантировать себе две разные роли.

— Тарен Холт.

Широкоплечий парень явно вздрогнул, будто рассчитывал в лучшем случае попасть в середину набора. Потом быстро одёрнул ремень щита и вышел из строя.

— В команду Даллоса, — Ренн указал налево.

Тарен подошёл ко мне, встал чуть сбоку и постарался принять вид человека, которого совершенно не волнует, что его первым выбрали среди десяти кандидатов. Но нервный тон и фраза выдала его:

— Постараюсь не подвести, господин Даллос.

Я кивнул.

Фенвик не потратил на ответ и пяти секунд.

— Ида Корвен.

Предсказуемо. И немного неприятно — я был бы не прочь забрать еще и копейщицу.

Девушка спокойно вышла из строя и заняла место справа от Сайруса. Ни тени разочарования из-за того, что я предпочёл другого, ни удовлетворения от выбора старшекурсника (хотя тут что-то, может, и было — как минимум, легкая поощряющая улыбка). Фенвик встретил её коротким кивком, и на этом знакомство закончилось.

— Нэсса Тирн.

Маленькая девушка начала двигаться раньше, чем я закончил. Она выскочила из ряда, ловко обогнула Тарена и встала рядом, мгновенно осмотрев меня, щитоносца и оставшихся кандидатов.

— Господин Даллос, можете на меня рассчитывать! Я быстро бегаю, хорошо запоминаю приказы и ещё могу…

— Тишина! — рявкнул Ренн. Но испортить настроение девчонке наставник не смог — Нэсса широко заулыбалась.

Первый кусок группы получался почти карикатурно контрастным: Тарен, которого трудно сдвинуть, и Нэсса, которую трудно заставить оставаться на месте. Зато функции они закрывали великолепно. Один удержит точку, вторая донесёт приказ туда, куда мой голос не доберётся. Знать бы еще задание…

Теперь Сайрус задумался.

После выбора Иды я ожидал, что он немедленно заберёт либо Кела, как страховку от системы ранений, либо Дейна, как мобильного бойца. Вместо этого Фенвик внимательно прошёлся взглядом по оставшимся, остановился на темноволосом санитаре, перевёл глаза к Дейну, а затем посмотрел на неприметного Корра.

— Корр Вейк.

Корр без удивления вышел к нему и занял место рядом с Идой.

Я чуть нахмурился. Фенвик получил право взять второго человека и потратил его не на мечника, который дошёл до полуфинала, не на метательницу и не на лучшего санитара. Он выбрал первогодка, который однажды сумел заменить выбывшего командира (считай, почти с нулевым опытом командования).

Зачем? Боится разделения команды?

Или хочет иметь человека, способного руководить частью группы без постоянной связи?

Или решил, что Ренн специально создаст ситуацию, в которой командир потеряет возможность отдавать приказы?

Но думать за Фенвика можно бесконечно, а у меня оставались свои дела.

Селла.

Я не ставил на неё метку, однако в неизвестной задаче рунница могла дать то, чего не мог обеспечить никакой мечник.

— Селла Вирт.

Бледная девушка вскинула голову и впервые посмотрела прямо на меня.

— Я?

За ограждением кто-то тихо хихикнул. Ренн немедленно повернул туда голову, и смешок затих.

— Ты, — подтвердил он вместо меня. — Если Даллос произносит твоё имя во время набора команды, обычно это означает именно тебя, это так и работает. Переходи.

Селла неловко шагнула в нашу сторону. Нэсса тут же улыбнулась ей так широко, будто они дружили с детства. Селла ответила настороженным взглядом.

— В защитных контурах действительно лучшая на первом году? — негромко спросил я.

Она нервно сжала ремешок коробки с пластинками.

— Ну… В последнем упражнении наша группа удержала дольше всех…

Ладно, понял.

Теперь у меня была основа, скорость и работа с рунами. Для неизвестной задачи команда выходила достаточно гибкой.

Фенвик тоже это заметил. Он медленно осмотрел оставшихся шестерых.

Самым недовольным человеком на площадке тем временем становился Виктор Харн. Мечник всё ещё стоял в строю, но прежняя показная уверенность постепенно сменялось багряным румянцем. Два командира уже выбрали по три человека, а полуфиналист турнира до сих пор остался невостребованным.

Судя по тому, как он держал подбородок, парень воспринимал происходящее как личное оскорбление.

Сайрус после короткого раздумья указал на рыжеволосую девушку.

— Мейна Роу.

Мейна улыбнулась, ловко провернула метательный диск между пальцами и перешла на его сторону.

Ренн посмотрел на меня.

— Четвёртый человек, Даллос. Не медлим.

Теперь можно было брать Виктора. Да, характер у него, похоже, не подарок. Да, он уже выглядит человеком, который в случае плохого приказа сначала сообщит, насколько приказ плох, и только потом начнёт выполнять. Но в моей группе пока не было никого, кто способен быстро продавить противника в ближнем бою. Тарен — защитник. Селла — разноплановый, но никак не боевой специалист. Нэсса в прямой схватке бесполезна. Если Ренн всё-таки сведёт команды лоб в лоб, без человека с мечом я быстро проиграю.

— Виктор Харн.

Мальчишка словно только этого и ждал. Плечи развернулись, подбородок поднялся, а рука на рукояти меча сразу легла естественнее. Он вышел из строя с видом победителя.

— Не пожалеете, господин Даллос! В ближнем бою я один из лучших на первом году!

— Поэтому я тебя и выбрал. Только на испытании мне нужен не полуфиналист Виктор Харн, а член пятёрки. Справишься?

— Справлюсь!

Вот и посмотрим.

Фенвик оценил появившуюся у меня ударную силу и снова перевёл взгляд на оставшихся. Дейн, Кел, Эрвин. Три совершенно разных инструмента.

Сайрус сначала посмотрел на жилистого парня с верёвкой, но в итоге назвал другое имя:

— Кел Арден.

Санитар без лишних слов занял место в его группе. Насколько я знаю, санитар способен «откатить» ранение бойца во время выполнения задачи. Полезно, если у вас затянутая битва, но пригодится ли в этой ситуации?

Мой последний выбор фактически сводился к Дейну и Эрвину. Один быстр, умеет проходить препятствия (и даже добавил в свое снаряжение веревку). Другой строит маршруты и может считать припасы (как почти каждый из присутствующих). Дейн же может быть мобильным, вдобавок носит клинок — можно будет отправить его туда, где Нессу быстро прихлопнут.

— Дейн Марр.

Жилистый парень снял моток верёвки с плеча, перекинул удобнее и молча перешёл ко мне. Никакой речи, никаких обещаний, парень просто встал рядом с остальными.

Эрвин Сорел автоматически достался Фенвику.

Составы получились любопытными. У Сайруса универсальный копейщик, запасной координатор, дальняя атака, медицина и работа с маршрутами. Группа, способная действовать раздельно и самостоятельно. У меня щит, скорость, руны, меч и мобильность.

Оставалось узнать, что приготовил нам Ренн.

Наставник внёс последние пометки в журнал, захлопнул его и жестом приказал двигаться за ним.

— Составы определены. Теперь узнаете, для чего вы выбирали людей.

Толпа вдоль стен ожила одновременно, двинувшись следом.

Я ожидал увидеть тот же тренировочный полигон, где прежде командовал големами, однако мы повернули в другой проход и спустя несколько десятков шагов вышли к главному открытому двору.

За высокой каменной стеной скрывался целый учебный квартал.

Песчаные улицы расходились между невысокими каменными руинами, местами упирались в сухой ров, над которым были переброшены узкие деревянные мостки. Дальше поднималась двухэтажная башня без крыши, внутри которой через выбитые проёмы просматривалась лестница. Ещё несколько построек имитировали остатки какого-то строения: обвалившаяся стена, низкий склад, несколько перегородок, за которыми легко потерять человека из виду. Над всем этим свободно раскинулось чистое небо; ветер бил в зелёные знамёна лицея на башнях ограды, разворачивал полотнища почти горизонтально.

После тесных коридоров старого крыла пространство казалось огромным.

В центре полигона возвышалась потрёпанная двухэтажная башенка. Нижний вход закрывала тяжёлая решётка, через которую просматривались деревянные ящики. Сбоку находилась узкая дверь с рунной панелью, испещрённой несколькими рядами знаков. На втором этаже зияло открытое окно; под ним стена была достаточно шероховатой, чтобы отчаянный человек мог попытаться полезть без лестницы.

Правее станции в сухом рву лежал тяжёлый манекен в серой куртке Наблюдателя. Его пояс придавливала деревянная конструкция, изображавшая обломок балки.

Ренн дождался, пока обе группы выстроятся у центральной черты, и указал на башню.

— Перед вами условная станция исследователей. Сценарий следующий: основной отряд потерял её после нападения, часть имущества осталась внутри. Есть Наблюдатель. Бедолага ранен и не может двигаться самостоятельно. Ваши группы прибыли к станции одновременно с противоположных направлений. Задача — собрать достаточно ресурсов и сведений, чтобы продолжить экспедицию, — он поднял два пальца и указал на окно башни. — Архивный цилиндр внутри станции приносит два очка. Цилиндр необходимо доставить к своим воротам. Раненый Наблюдатель приносит два очка. Манекен соответствует весу взрослого человека. Его требуется правильно освободить и эвакуировать к своей точке. Если помощник решит, что вы тащили пострадавшего способом, который в реальных условиях его добил бы, очков не получите.

Кел Арден у Фенвика слегка подался вперёд. Вот тебе и медицинский специалист, подходящий именно под эту задачу.

Ренн указал на сигнальную вышку.

— Мачта может принести одно очко. Необходимо подняться к кристаллу, перевести его на цвет своей команды и удержать в таком состоянии до окончания испытания.

На поле было пять очков.

Чтобы победить, требовалось три. Два любых упражнения.

То есть невозможно просто выполнить одну задачу идеально и спрятаться. Нужно либо взять одну из двух крупных целей и мачту, либо забрать обе крупные. А поскольку цилиндр и раненый находились по разные стороны башни, любая попытка получить три очка вынуждала группу разделяться или после выполнения первой задачи перебросить людей через поле.

— Побеждает первая команда, набравшая три очка или больше, — объяснил очевидное Ренн. — Если за пятнадцать минут этого не сделает никто, победителя определяем по очкам. При равенстве очков — по числу участников, оставшихся в строю.

Помощники наставника уже шли вдоль строя с коробками. Нам выдали синие рунные перевязи, команде Фенвика — красные. Тонкие знаки на ткани вспыхнули, когда я затянул свою на рукаве.

— Первый чистый удар учебным оружием активирует жёлтый сигнал и считается ранением, — Ренн поднял одну из перевязей, показывая встроенную руну. — Попадание по руке запрещает полноценно пользоваться этой рукой, по ноге — бегать. Удар в корпус ограничит быстрые действия и тяжёлую нагрузку. Второе зачтённое попадание полностью выводит участника из испытания. Удары в голову, шею и намеренно опасные атаки запрещены! Магические атаки запрещены тоже! Если кто-нибудь решит, что победа стоит настоящей травмы товарища, можете забыть об участии в демонстрационных группах и вообще о походе за Арку.

Ренн развернулся и указал на две небольшие командные площадки у противоположных ворот. Синяя находилась немного выше уровня полигона и позволяла видеть большую часть центральной улицы; красная располагалась зеркально на другой стороне.

— Командиры на поле не выходят, целей не касаются и в непосредственном столкновении не участвуют. Можете свободно перемещаться по своей площадке, отдавать приказы, но учтите, что бойцы не всегда будут вас слышать и видеть.

Нэсса рядом со мной едва заметно расправила плечи.

— На осмотр схемы и обсуждение даю четыре минуты. После этого ворота откроются одновременно.

Фенвик сразу увёл свою пятёрку к красной черте. Мои пятеро собрались вокруг меня плотным полукругом. Тарен поставил щит ребром в песок и держал руку на верхнем крае. Нэсса пружинила на носках, явно с трудом удерживаясь от желания немедленно пробежать весь полигон и самой проверить каждый проход. Селла уже смотрела не на противников, а на рунную панель у боковой двери башни. Виктор изучал Иду и Мейну, будто мысленно выбирая, с кем ему предстоит драться.

Дейн перевёл взгляд с рва на вышку.

Пятеро незнакомых первогодок и сто золотых на кону.

Фенвик уже получил хорошую пятёрку и начал строить план.

Тарен первым нарушил молчание:

— Какие будут приказы, господин Даллос?