Франсуа вылетел сразу же, как Лагов закончил с отбором кандидатов и вернулся в аэропорт. В этот раз Оливер остался с Константином — в ЮАР Лебуа должен был разобраться самостоятельно. А вот в Германии, откуда приходили новости о массовых исчезновениях Защитников, валлиец мог сильно пригодиться.

Необходимости десантироваться в этот раз не было — это позволило пересесть с неудобного военного самолёта на комфортный джет. Не то, чтобы Лебуа возмущался, но… К хорошему быстро привыкаешь. Особенно, если речь про перелёты на высококлассных самолётах. А твой статус настолько высок, что даже вышколенные стюардессы, которых учили ни на кого не реагировать и не флиртовать с пассажирами, пытаются немного разбавить беседу.

Да и денег сейчас было немало. Компенсация за центр Иркутска, наверняка выйдет солидной. Но при этом прямо сейчас в продажу запущено мясо черепах. Первая из них уже разошлась, принеся Корпусу хорошие деньги. Сейчас в продажу отправились ещё две, уже по сниженной цене.

Не говоря уже о той массе препаратов, которые планировались к выпуску и страховой компании, запуск которой вовсю готовился. Штаты уже дали своё разрешение. Такое же было получено от Китая. Европейская бюрократия пока тормозила — механизм привыкший обдумывать каждую мелочь по паре месяцев, никак не мог приспособиться к ускорившемуся темпу жизни. Но Лебуа был уверен, что в итоге они тоже дадут добро. Потом дело останется только за физическим запуском и началом продаж.

Единственное, что смущало канадца — недавние открытия. Он успел перекинуться парой слов с шефом, но Лагов сам не знал, как с этим быть. С одной стороны теперь было понятно, что им противостоит разумный враг. Ну а с другой — они могли только обороняться. Как нанести ответный удар по тому, кто спрятался за серыми Столбами? Позиция Корпуса была изначально проигрышной.

При таком раскладе, самыми ценными членами Корпуса становились археологи. Они были единственными Защитниками, способными ответить на вопросы, которые оказались жизненно важны для человечества. Вернее, таким был Варзов.

Но те уже не раз оказывались в опасной ситуации. И если отталкиваться от того, что против них играют разумные существа, команду археологов наверняка попробуют убить. Достаточно вспомнить ту вылазку в Золотой мир, когда все они оказались в зоне поражения над морем. Это ведь была ловушка, выстроенная для того, чтобы их прикончить. Причём поставил её тот самый лэйк, который желал стать Достойным. То есть неизвестные заранее готовили его планету к появлению там людей.

Это значило — опасным может оказаться любой мир. Везде стоит опасаться ловушек или чего-то подобного. Например песка, который запросто выходит за пределы Столба, ликвидирует цель и втягивается обратно.

Почти всю дорогу канадец размышлял о том, как ему быть в такой ситуации. Поэтому, когда встретивший его министр по вопросам сверхсил, предложил заехать в ресторан и перекусить, не отказался. Перед тем, как приступать к отбору будущих членов Корпуса, следовало переключить мозги.

Название ведомства, которое создали в ЮАР, казалось забавным, но возглавляющий его человек оказался неожиданно серьёзным. Как и всё сопровождение.

Уже в ресторане, Франсуа вдруг понял, что официанты тоже кажутся ему излишне мрачными. Даже не улыбнулись ни разу, хотя они сделали у них более чем объёмный заказ — уловив запахи еды Защитник вдруг ощутил острый приступ голода.

Пережёвывая кусок стейка, канадец осознал, что у них всех просто отсутствует мимика. Каждый ходил с каменным лицом. Да и движения… Пластика у них тоже казалась странной.

Меноса ни в ком не было. Но сама ситуация была донельзя странной. Ни один человек, который находился в поле зрения не напоминал живого. Будто вокруг ходячие восковые статуи. При этом Франсуа отчётливо слышал биение их сердец — они точно были живы.

Посмотрев на вдруг замолчавшего министра напротив, он собирался сказать что-то по этому поводу. И не успел — перед тем, как Защитник открыл рот, в его голове зазвучал мягкий женский голос.

* * *

Сообщение от Го Биня пришло первым. Почти сразу после него — ещё одно от Тадеуша Сковски. Если в первом случае китаец написал мне лично, то во второй послание передали через Дмитрия. Он же, спустя десять минут скинул отчёт, подготовленный аналитиками ЕС. Правда уже совсем по другому поводу. Если в первых двух случаях речь шла про исчезновения Защитников на территории Германии, то в третьем приводился анализ парижских беспорядков. Тех самых, которые остановили Франсуа с Оливером.

Что было особенно занимательно — Кремер тоже пытались заманить в Германию. Сначала я счёл это попыткой перевербовки. Но теперь, после пришедших сообщений, картина виделась несколько иначе. Особенно, если вспомнить, что аналитики Корпуса раскопали схожие ситуации с Защитниками из всех стран Европы. Французы, итальянцы, испанцы, болгары с румынами и сербы — всех под тем или иным предлогом заманивали на территорию Германии, где те бесследно исчезали.

При этом охотились преимущественно на Защитников относительно высокого ранга. В основном на «гамм». В случае с Корпусом, их можно было бы назвать слабыми. Но в других отрядах «гаммы» считались элитой. В случае с мелкими группами, они обычно вовсе занимали лидерские позиции. Конечно, если поблизости не было «дельты».

В нескольких случаях немцы сумели заманить к себе и «дельт». А с Кремер рассчитывали получить «эпсилона». Что вызывало интерес. Если некто уверен, что сможет разделаться с Защитником подобного ранга, значит он действительно представляет опасность. Либо сможет ею стать в будущем.

Немка от всех щедрых посулов отказалась. Даже когда ей предложили должность специального представителя канцлера по вопросам Защитников и зарплату в двадцать миллионов евро ежемесячно. Единственное, в чём девушка ошиблась — не сообщила мне сразу. Тогда можно было прощупать этих неудавшихся вербовщиков.

К моменту, когда она про всё рассказала, мы уже давно покинули Иркутск. Да и немецкий борт тоже поднялся в воздух.

Прямо сейчас мы тоже были в процессе полёта. Первоначально я собирался сразу устремиться в Москву, приземлившись где-то для дозаправки, но теперь решил, что стоит посетить Берлин.

Дела в Штатах были завершены. Главой местного отделения стал русский эмигрант, который сейчас жил в Техасе и на момент нашей вылазки на ту сторону уже стал «гаммой». Каких-то подгнивших амбиций у него не имелось — преобладали здоровые. Что и обусловило мой выбор.

Всего же в Корпус было выбрано целых шестьсот семьдесят четыре кандидата. На ранге «эта» было нужно просто посмотреть на человека, чтобы понять происходящее у него в голове. Не требовалось ни наводящих вопросов, ни каких-то иных дополнительных инструментов. Поэтому и процесс шёл намного быстрее — достаточно было медленно пройтись взглядом по сотне людей, указывая на тех, кого с моей точки зрения можно было взять.

Некоторые хотели примкнуть и моей «личной команде», как они сами её называли. Например несколько девушек, которые последовательно подошли ко мне с вполне понятным эмоциональным настроем. Не знаю кому поручил их подбор президент США, но с работой его подчинённые не справились. Даже Каори куда лучше прятала свои истинные мотивы, забивая их куда-то поглубже в подкорку.

Этих же было видно сразу. Однако настроения играть у меня в этот раз не было. С Окадой японцы хотя бы придумали неожиданный ход, выставив её дипломатом. Здесь же речь шла о куда более простых и примитивных заходах.

Сама Каори сейчас сидела и дулась в хвосте, попивая зелёный чай и обиженно ни с кем не разговаривая. Способность, которую получила азиатка, оказалась весьма ценной. Превращать в камень ту или иную часть своего тела, делая её максимально прочной — это совсем не шутка. Особенно, если учесть, что показатели породы могли меняться и по мере роста ранга способность позволит превратить всё своё тело в самую настоящую каменную плоть.

Но как всегда имелся небольшой нюанс — управлять процессом превращения было совсем непросто. Плюс, он в какой-то мере зависел от её эмоционального состояния. Стоило девушке разозлиться, как она моментально становилась каменной. При этом слыша и понимая всё происходящее вокруг.

Объяснить смысл ситуации и указать решение я попытался немедленно. Но процесс стабилизации и привыкания к этой новой способности занял неожиданно много времени.

Оливер с Кремер тоже получили способности. Но немного разные по своей сути. Если немка теперь могла управлять каменной породой, то валлиец буквально обрастал камнем. Самостоятельно он его не производил, а притягивал со стороны. Но тут годился почти любой материал, на химическом уровне схожий с каменной породой. Тот же бетон, как минимум на две трети состоял из щебня и песка. Грубо говоря — гранита, известняка, базальта и кварца. Что превращало его в идеальный вариант.

Провернув нечто подобное, парень превращался в настоящего каменного воина. Налипшие куски образовывали своего рода живую броню, которая полностью его защищала и при этом не сковывала движения. Будто внутри этой массы образовывались свои нервные окончания. Да что там — на ней даже глаза появлялись. Да и дышать он тоже был в состоянии.

Что куда удивительнее — способность получили его клоны. Сейчас, на ранге «эпсилон», он мог создать до тридцати копий с рангом «гамма», либо около тысячи в ранге «бета». Если речь шла о ранге «альфа» — число переваливало за десять тысяч.

Каждый из них, независимо от своего уровня силы, обладал той же самой способностью. Три десятка закованных в бетон воинов, которые способны создавать из него же оружие, используя его как продолжение самих себя — это не такая уж и малая сила. Даже если речь про Защитников ранга «гамма».

Кремер же была в состоянии плавить, охлаждать и перемещать каменную породу. Тоже эффективная способность. Всегда можно обрушить на противника пару тонн лавы, или уронить на его голову здание.

Сейчас немка пыталась связаться с кем-то из своих коллег в Германии, чтобы выяснить детали происходящего. Сковски сообщил, что главе профильного ведомства в правительстве доверять нельзя — тот либо под давлением, либо добровольно сотрудничает с неизвестными. Тем не менее, оставались разнообразные клерки и мелкие должностные лица. Ну и конечно сами Защитники, которые должны были быть в курсе ситуации. Солидная их часть чувствовала себя отлично и регулярно появлялась в медиа. Было бы странно, не почувствуй ни один из них неладное.

Правда результаты пока оставались околонулевыми. Либо никто не отвечал, либо Йоханну встречали удивлением и фразами о том, что всё в порядке.

Команда Дмитрия, которая отвечала за контакты с правительствами других стран, сейчас занималась почти тем же самым, но на уровне чиновников. А я отдыхал около иллюминатора. Физическое тело чувствовало себя в полном порядке. Но вот морально… Когда мы разберёмся с этим кризисом, я выделю себе день на то, чтобы отдохнуть. Просто улечься где-нибудь около панорамного бассейна и ничего не делать. Целый день. Разве что коктейли потягивать.

В кармане завибрировал аппарат. Звонил Дмитрий. Раз не отправил сообщение, значит что-то срочное. Надеюсь не Германия. До неё ещё почти четверть пути.

— Константин? Не хочу тревожить, но у нас кажется нарисовалась проблема.

— Берлин захватили гигантские ядовитые бабочки? — устало поинтересовался я.

На том конце линии немного помолчали. Потом послышался осторожный голос Воронова.

— Испания. Аналитики считают, что там действует тот же менталист, что в Париже. Только теперь — в масштабах всей страны.

* * *

Мануэль Бланко был своего рода ветераном испанской политической сцены. Трижды он входил в состав коалиционных центристских правительств. Тех самых, что не позволяли чрезмерно усилиться ни левым, ни правым радикалам, готовым погрузить страну в кровавый хаос.

Однако прямо сейчас Испания тонула в нём самостоятельно. И что самое страшное — с ним во главе правительства.

Причин происходящего он упорно не понимал. Сначала одна стычка в Барселоне, где местный Защитник во время конфликта в кафе покалечил нескольких посетителей, а потом расправился с патрулём полиции и бежал.

Это почему-то было истолковано, как убийство полицейских борцом за независимость региона. Уже через полтора часа улицы города были полны людей. Местная полиция отступила. Присланные в помощь отряды, которых поддержала гражданская гвардия, завязли.

Потом — полицейское спецподразделение из Мадрида, в состав которого входили Защитники, устроило кровавую бойню. Сотни убитых демонстрантов в центре Барселоны. Заснятые на множество телефонов — ролики захлестнули социальные сети.

Следом своих сторонников на улицы повели левые и правые, а коалиция начала трещать по швам. Пока Бланко ещё оставался премьером, но уже к вечеру ситуация могла измениться.

И самое главное — он до сих пор не понимал, что происходит. Взаимное ожесточение вдруг достигло каких-то безумных пределов. Его попытки остановить насилие со стороны полиции, которая помимо слезоточивого газа и резиновых пуль начала применять боевое оружие, столкнулись с прямым неподчинением. Причём на всех уровнях — служащие будто забыли, что они должны охранять людей, а не расстреливать их, заливать газом и пачками арестовывать, пытая потом в отделениях. Люди, которым граждане платили зарплату из своих налогов, стали основной угрозой для этих самых граждан.

Ответная волна с другой стороны была едва ли не более безумной. В стране уже появились «красная гвардия» и «фронт национального спасения», которые формировали какие-то батальоны, пытались захватить оружие и фактически объявили полиции войну.

Не говоря уже о стихийно возникающих группах. Или полиции Барселоны, которая в какой-то момент обрушилась на собственных коллег из других городов страны, расстреливающих их сограждан. Параллельно открыв арсеналы для протестующих.

Масла в огонь подливали Защитники — то один, то другой атаковал одну из сторон конфликта, как правило убивая множество людей. Ещё они устраивали поединки между собой, которые приводили к массовым человеческим жертвам.

Армия. Последний козырь, который имелся в его распоряжении. Но… Не сделает ли он ещё хуже, выведя военных из казарм? Да и смогут ли они справиться с ситуацией, если учитывать всех Защитников. С другой стороны — что ещё ему остаётся делать? Официальный запрос о помощи на уровень ЕС отправлен. Но у них нет никаких оперативных сил, которые могли бы вмешаться. Президент Франции выразил готовность послать свой отряд Защитников. Однако их будет слишком мало. Да вообще — это будет легко интерпретировать, как иностранную интервенцию. Одного француза, который ступит на территорию Испании, уже будет достаточно.

Дверь кабинета распахнулась и на пороге появился Хавьер, служащий у него секретарём.

— Две новости, господин премьер-министр. Хорошая и плохая.

Классический выбор. Один из тех, которые Бланко категорически не нравились. Правда в этот раз муками выбора он терзаться не стал.

— Начни с плохой.

— Министр обороны только что провёл брифинг для прессы и заявил, что армия берёт власть в свои руки. Гражданское правительство объявили отправленным в отставку, а парламент распущенным. Войска уже выходят на улицы.

Ну что ж. Его последний козырь разыграл себя сам. Печально.

— А хорошая?

— Корпус только что подтвердил свою помощь. Совсем скоро здесь будет сам Лагов. Они считают, мы оказались под атакой одной из Угроз.

* * *

Лететь в воздухе — красиво. Вид с высоты открывался прекрасный. Многие наверняка дорого бы заплатили за такое удовольствие. Но вот Кремер каждый раз было не по себе. Она отлично понимала, что никакой угрозы на самом деле нет. Вокруг неё воздушный барьер, внутри которого достаточно кислорода, а скорость спуска не контролирует никто кроме неё самой.

Да и в целом — девушка сомневалась, что падение с такой высоты способно убить Защитника в ранге «эпсилон». Тем более она успешно прошла часть пути к «дзете».

Но всё равно — было не по себе. Поэтому она старалась сосредоточиться на технической стороне процесса, а заодно поглядывала на металлический куб, внутри которого находились яйца с муравьями. Единственное, что сказал Лагов перед тем, как умчаться куда-то в сторону Мадрида — распорядился присмотреть за ними. Ну и держать оборону в случае чего.

Она искренне считала, что когда достигнет более высокого ранга, их статус сравняется и русский больше не станет вести себя так, будто он супермен, а она — найденная в лесу снегурочка, что годится только тереть ему спину голой в бане. Но к моменту, когда немка достигла «эпсилона», Лагов стал ещё сильнее. Да и в баню пока не звал…

Взгляд невольно метнулся к японке, которая спускалась ниже и восторженно озиралась по сторонам. Азиатка уже перешагнула порог «дельты» и уверенно приближалась к «эпсилону». Наглости ей тоже было не занимать. Это же надо — взять и рвануть к самой лакомой добыче, чтобы забрать её себе. Не поинтересовавшись при этом мнением командира.

За такое с точки зрения Йоханны следовало нещадно карать. Как и за попытку соблазнения Лагова. Что за игры? В мире победившего феминизма и равноправия не должно быть никакого карьерного роста через постель!

На миг какая-то часть разума девушки напомнила ей собственные и совсем недавние мысли про баню. Но всё остальное сознание от подобной интерпретации с гневом отмахнулось. Она ведь совсем другое имела в виду. И совсем не ради своего личного роста хотела уединиться с… Да и не слишком-то хотела. Это же так. Мысли, чтобы отвлечься.

Первым приземлился Оливер, который нёс с собой такой же металлический куб с муравьями. Приставив ладонь ко лбу, огляделся, будто присматриваясь. Потом глянул на опустившуюся вниз Кремер.

— Там фермочка какая-то. Я щас быренько гляну одним глазком, не маньячины ли там какие и пойдём, чаю попросим. Чё нам тут посреди поля торчать.

Йоханна хотела ради интереса уточнить, что такого им сможет сделать самый отбитый испанский отморозок, но тут совсем рядом что-то громко захрустело. А потом послышалось удивлённое восклицание Каори, которая тоже успешно приземлилась на поле.

Посмотрев на неё, Кремер тут же проследила за направлением взгляда японки. И обнаружила, что та смотрит прямо на её металлический ящик. Один из верхних углов которого оказался смят и разгрызен, а на поверхность ловко выбрался маленький муравей. Застыв, огляделся по сторонам, не прекращая жевать кусок металла. После чего тонко свистнул.

* * *

Мадрид напоминал город охваченный боевыми действиями. Отчасти это было правдой — испанская столица оказалась разбитой на зоны контроля отдельных группировок, которые враждовали между собой. А ещё имелось множество локальных ячеек. Буквально десятки домов, которые удерживали небольшие группы, нередко состоящие из местных жильцов. При этом готовились к бою они настолько тщательно, будто были карфагенянами, принимающими последний бой на улицах родного города в Третью Пуническую.

Остановить это обычными методами, было невозможно. В Париже это сработало, но здесь и сейчас уровень жестокости перешёл все границы. Не говоря о том, что люди выглядели не совсем адекватно. Искажённые лица, перекошенные рты, выкрикиваемые лозунги.

Ради справедливости — я попытался. Причём в нескольких разных районах. Но серьёзного успеха не добился. От меня либо пытались спрятаться, либо пробовали атаковать. Совсем не те варианты поведения на которые можно было бы рассчитывать.

Уничтожить или вразумить каких-то отдельных лидеров тоже было нельзя. Потому как их не имелось. Пока мы были на подлёте, казалось, что подобной фигурой мог бы стать министр обороны. Но тот с какой-то абсолютно немыслимой скоростью потерял контроль над собственными войсками. Спустя всего десять минут после его выступления, начальник штаба сухопутных войск заявил, что создаёт собственный военный совет, который будет управлять Испанией до момента стабилизации. Потом выступления хлынули настоящим потоком.

Никто ничего не контролировал. Чистый первозданный хаос. Что значило — путь решения проблемы был только один. Найти и убить Защитника, который всё это начал.

Звучало легко и реализуемо. Но тут же вставал другой вопрос — как его найти? Новости указывали, что тот воздействовал на всю территорию Испании. Что позволяло предположить — противник находится где-то в районе Мадрида. Возможно чуть дальше на северо-востоке. В точке откуда приблизительно одинаковое расстояние до любой точки континентальной Испании.

У любой способности есть свои ограничения, привязанные к рангу. В данном конкретном случае, речь скорее всего шла о дальности воздействия и его глубине. В Париже наш враг был ещё слаб. Теперь, находясь в Испании, развернулся куда масштабнее. Но в обоих случаях цель должна была располагаться приблизительно по центру территории, на которую оказывалось воздействие.

На мой взгляд существовало ещё и языковое ограничение. Иначе беспорядки неминуемо зацепили бы Португалию, которая несмотря на введённое чрезвычайное положение, оставалась спокойной.

Всё это было информативно и даже отчасти полезно, но не отвечало на главный вопрос — как отыскать манипулятора, который сумел заабьюзить целую страну.

Меноса я нигде не чувствовал. Ранг «эта» позволял накрыть всё в радиусе десятка километров полем собственной разрежённной энергии и определить местоположение Защитников. Однако в столице их было слишком много, чтобы проверять каждого.

Вот тут в мою голову пришла неожиданная мысль. Лично заявиться к любому из них и выяснить, не является ли тот Угрозой, я никак не мог — такое потребовало бы слишком много времени. Зато в голове только что появилась другая схема.

Поле разреженного меноса позволяло мне чувствовать Защитников. А способность, что давала возможность делать сильнее союзников, поднимала их ранг. При моей «эте», я мог усилить «дельту» почти до «эпсилона», что уже было серьёзно. Да и сам пятый ранг получал мощное усиление. Тогда как времени для этого требовалось совсем немного. Всё, что было нужно — сконцентрироваться на конкретном человеке.

Именно так и я поступил. Поочерёдно усиливая всех Защитников, которых чувствовал в столице на расстоянии десяти километров. Каждого ровно на две секунды — по тридцать объектов за минуту.

Если окажется, что враг не в Мадриде, всё это время будет потеряно вхолостую. Но почему-то мне казалось, что Угроза находится именно здесь. Чем крупнее мегаполис, тем проще в нём затеряться. Даже если ты Защитник — по самым скромным прикидкам, в испанской столице сейчас было не меньше тысячи Защитников. И это без учёта самых слабых, получивших ранг «альфы». Этих я не трогал — даже будучи Угрозой с уникальной способностью, они бы не смогли охватить целую страну.

Повезло мне только на седьмой сотне. В момент, когда я усилил очередного Защитника, люди разом заорали. Сотни тысяч глоток разом. Часть из тех, кого я наблюдал визуально, кинулась в бой, атакуя всех подряд. Вплоть до того, что некоторые обернулись против своих же союзников.

Вот и всё — цель была найдена. Прикрывшись оптической иллюзией, я устремился к объекту. Обнаружив его в Макдональдсе. Вернее её — девушку с бледноватой кожей, одетую в толстовку с капюшоном.

Столб прессованного воздуха пробил крышу заведения и проломил пол, заставив Угрозу обернуться назад. А сам я спокойно зашёл через главный вход, к которому она через мгновение кинулась бежать, сложив и засунув под мышку свой ноутбук.

Невидимым пальцам, которые сомкнулись на её глотке, девушка заметно удивилась. Но отбиться всё равно попыталась — я ощутил воздействие на собственный разум. Не сработавшее, ясное дело. Слишком большой была наша разница в рангах.

В следующую секунду я приставил к её шее инъектор и нажал на спуск. В кровь неизвестной ушла изрядная порция тончайшей медной пыли и она осела вниз. Вот и пригодилась разработка наших оружейников, которую я прихватил во время остановки в Петербурге.