Карьер открылся сразу за грядой и с земли оказался гораздо больше, чем выглядел сверху. С воздуха Вик видел только серую проплешину с обрушенными террасами, а теперь под ней открылось ещё пять таких же уступов, уходящих воронкой вглубь. На самом дне стояла чёрная неподвижная вода.

Вдоль уступа шла широкая дорога, вымощенная битым камнем. Рассчитывали её не на телегу, а на что-то весом в сотню тонн. У обочины между опорами провисла лента транспортёра, и там, где она много лет назад легла на землю, теперь пробивались молодые берёзы.

Производственную зону за отвалом строили на совесть, казалось, люди не должны были покидать это место. Дробильный узел — бетонная башня в четыре роста. Воронка бункера сверху, разинутая пасть течки снизу. За ним под навесами стояли обогатительные барабаны в корке окаменевшей грязи. Дальше склады, контора, кран на рельсах и ремонтный бокс.

Девять ржавых машин стояли там, где их и оставили. Два гусеничных экскаватора с ковшами, четыре самосвала на колёсах, каждое размером с человека, погрузчик и буровой станок с задранной мачтой. Девятая машина распласталась под рухнувшим навесом и не поддавалась опознанию.

— Их даже не разграбили, — сказал Вик.

— Сюда так просто не попадёшь. До ближайшей деревни день пути, дороги нет, а увезти такое можно только на такой же машине. Я сам тут ни разу не был — отец запрещал, я и не лез.

— Зря. Тут, между прочим, деньги под ногами валяются.

Бойцы Клегга разошлись по периметру. Кэндалл свернул к ремонтному боксу: настоящего техника всегда тянет к поломанным машинам. Вик же пошёл искать склад.

Вскоре они его нашли — приземистое строение в стороне, обвалованное землёй с трёх сторон. На толстой стальной двери красовалась рыжая табличка, на которой ещё читалось: «Взрывчатые вещества. Посторонним вход воспрещён».

Дверь оказалась не заперта.

Внутри было сухо, пусто и очень чисто. Ряды деревянных стеллажей уходили в темноту. Полки были совершенно пустыми, зато на стене висела фанерная доска, и на её крючках болтались картонные бирки с выцветшими номерами, развешанными по порядку.

Вик прошёл вдоль стеллажей до конца и вернулся. Сай потрогал крайнюю бирку.

— Все ценное вывезли, когда уезжали!

— А если что осталось?

— Оно всё равно давно негодное, командир, — вмешался Финн. — Промышленные заряды не хранятся вечно. Я бы такое ставить в бомбу не советовал.

Вик постоял посреди пустого склада. Взрывчатки тут не оказалось, но Вик не оставлял надежды найти хотя бы титан.

— Ищем металл.

Обойдя всё, титан они тоже не нашли. Лишь в одном из бункеров на дне лежал слой чёрного песка. Кэндалл спустился, набрал горсть и сунул под щуп анализатора.

— Концентрат, — сообщил Финн через полминуты. — Ильменит с рутилом, обогащённый. Тонн двадцать пять, может, тридцать, на глаз не скажу.

— Это титан?

— Это порода, из которой его делают. Чтобы получить титан нам понадобится целый металлургический завод.

Вик пересыпал чёрный песок с ладони на ладонь — тяжёлый, мелкий, слегка поскрипывающий и оседающий между пальцами.

— Погоди… Тут за столько лет не сделали ни одной болванки?

— Здесь и не делали, — виновато сказал Сай, поняв, что знал об этом и не предупредил об этом заранее. — Карьер только добывал титан, а дальше концентрат увозили на завод и там уже выплавляли металл.

— И где завод?

— Не здесь.

Вик швырнул песок обратно в бункер.

— Замечательно! То есть у нас двадцать пять тонн ненужного песка. Мне его, по-вашему, в дрон насыпать?

Вик отошёл к краю уступа и постоял, глядя вниз, на чёрную воду.

Через полтора часа прилетит ещё один снаряд. Попасть он может куда угодно: в казарму, в мастерскую, в медблок, где лежит лорд. А ответить им нечем: чтобы превратить эту руду в готовый металл, нужен целый завод, а не карьер с девятью брошенными машинами.

Злость и отчаяние резко сменились немедленным поиском нового решения. Вик обернулся и снова посмотрел на машины.

Девять штук. Восемь целых, девятая — уже с трудом узнаваемая груда металла. Но все простояли под открытым небом много лет и не рассыпались в труху.

— Сай. А почему их бросили?

— Карьер закрыли.

— Это не ответ, — Вик уже шёл к ближайшему экскаватору. — Руда не кончилась, вон она под ногами. Машины хорошие, дорога есть, люди были. Так почему закрыли?

— Отец говорил только, что не смогли восстановить оборудование, — отозвался Сай, помолчав. — Что именно, не уточнял, а я был мал и не спрашивал.

— Кэндалл!

— Здесь я. Лезь наверх, командир, тут интересно.

В кабину экскаватора лезли по скобам, приваренным вдоль стойки на высоту третьего этажа. Скобы не подвели: столько лет прошло, а оставались крепкими.

Внутри было сухо. Стекло хоть и помутнело, но оставалось целым, кресло рассохлось, приборная панель под слоем пыли выглядела нетронутой.

Кэндалл щёлкнул тумблером, и панель загорелась.

— Реактор малый, карьерного класса, рабочий, — сказал он. — Запустил его четверть часа назад — вышел на рабочий режим и держит его без сбоев. Магистрали целы, изоляция сухая, управление отвечает.

— Тогда почему она стоит?

— Потому что не берёт давление, — Кэндалл ткнул в красную строку. — Командую стрелой, команда проходит, а в контуре три бара вместо четырёхсот. Хочет двинуть и не может, как человек с перебитым хребтом.

Спустившись, они полезли под платформу.

Там, в стальном коробе на раме, стоял насосный агрегат. Кэндалл отжал зажимы, снял кожух и посветил фонарём внутрь.

Из среза штуцера медленно выкатилась капля, легла Кэндаллу на ладонь тяжёлым блестящим шариком и, дрожа, осталась в его ладони.

— Это что? — спросил Вик.

— Наполнитель для гидравлики, — Кэндалл перекатил шарик на ладони. — В контуре не масло. Тут применяется жидкий металл — галлиевый сплав.

— Серьезно? Зачем?

— Эта дура ворочает ковшом в десять кубов! Масло в таких приводах вскипает и горит, а жидкий металл и усилие держит, и помогает от перегрева. — Кэндалл ссыпал шарик обратно. — Только вот насос сюда обычный не поставишь, даже не думай. Там давление в четыреста бар, на коленке такое не выточишь.

— А починить возьмешься?

Техник покачал головой.

— Попробую, конечно. Только я тебе и сразу скажу, что насосы изношены. Тут нужно не ремонтировать, а выбросить и поставить новые. А их нет.

— И что, карьер встал из-за этого?

— Из-за этого. Смотри, как оно бывает: встала одна машина — её разобрали на части и переставили насос на вторую, слегла вторая — сняли с третьей. Но однажды они кончились, а купить негде. Вот и вышло что девять исправных машин, ценой в целое состояние, стоят без дела. И всё из-за одной-единственной детали, которую нигде не найти…

Вик сидел на корточках в грязи под многотонной платформой и смотрел на цилиндр.

Вся его жизнь была устроена по этому же принципу. Мать умирала не потому, что медицина не умела её вылечить, — просто нужная операция стоила больше, чем он зарабатывал за год. И «Колосс» тридцать лет простоял с целой рамой и рабочими приводами по той же причине: из него вынули реактор, а поставить новый оказалось не по карману.

— А напечатать? — без особой надежды спросил он.

— Не выйдет. Там особая технология, порошковая металлургия не подойдет.

Кэндалл выпрямился, взялся за цилиндр обеими руками, покачал в креплениях и выдернул из гнезда.

— Держи, полюбуйся на покойника. Вот из-за этой хреновины тут всё и сдохло.

Модуль оказался тяжелее, чем выглядел. И вроде все несложно: два штуцера с косыми накидными гайками, квадратная клеммная колодка сбоку, с утопленным замком и рыжей крышкой на пружине. А повторить невозможно.

— Когда–то сложные изделия совершено спокойно перевозили с других планет и даже из других систем. — заметил Финн. — Наши потомки сильно деградировали!

Сай грустно вздохнул. А Вик смотрел на цилиндр и понимал, что уже видел эту деталь!

Не похожую, а именно эту самую.

— Кэндалл.

— Ну?

— Дай сюда фонарь.

Вик поднёс луч к маркировке и стёр рукавом грязь. Буквы проступили: обозначение стандарта, диапазон давления, две строчки цифр.

Он вдруг снова оказался мыслями в трюме «Дикобраза», в котором вперемешку лежали пустые мешки Боббса, ящики с запчастями, чьи-то короба, бухты кабеля, и… ящики, а в них — короткие серые цилиндры с рёбрами и косыми накидными гайками, которые он не то, что трогал — он на них ещё и сидел! Самое смешное, что он даже ни разу не задумывался, что это.

— Командир? — окликнул Кэндалл. — Ты чего застыл?

Вик повернулся к нему вместе с цилиндром.

— На «Дикобразе» у левого борта, за мешками стоят ящики. Я их собственными глазами видел. Там таких же как этот штук двадцать или даже больше.

Сай посмотрел на модуль.

— Такие же?

Вик мотнул головой.

— Не знаю, точно ли… Марка, может, и другая. Но с виду всё точно такое же.

— Финн, — быстро сказал Кэндалл. — Данные с маркировки, я диктую.

Кэндалл диктовал, а Вик стоял и держал модуль на весу.

— Росс.

— Слушаю, командир.

— Бери «Баггер» и четверых. Летишь на «Дикобраз». У левого борта, за мешками, лежат ящики. Тащи всё, что найдёшь, до последней штуки.

— А если их там уже нет?

— Куда они денутся?

Ящиков оказалось двадцать два. На удивление, все целые — крепления пережили даже гибель самого корабля.

Осмотр показал, что часть насосов должна подойти сразу, остальные — после изготовления переходников.

Кендалл тут же взялся за дело и через час первый модуль встал в гнездо.

— Питание! Медленно давай, медленно!

Насос загудел ровно и тихо. Стрелка поползла: тридцать бар, шестьдесят, сто десять.

На ста восьмидесяти под платформой зашипело, и защита выбила контур.

— Стык! — заорал Кэндалл, ныряя под раму. — Второй стык, чёрт бы его драл! Я так и знал! Свет сюда!

Старая прокладка не выдержала давления дождалась давления и разошлась. Кэндалл вырезал новую, притянул фланец в четыре руки с Виком возбужденно закричал:

— Ещё раз! Пробуем!

Стрелка пошла снова. Сто. Двести. Триста…

На трёхстах шестидесяти она качнулась и осталась стоять.

— Рабочее! — выдохнул Кэндалл. — Давление выдерживает.

В глубине машины провернулось и лязгнуло. Стотонная башня медленно качнулась, неповоротливо пошла вправо, сбрасывая землю и палую листву с кожуха.

Люди отскочили. Боец Клегга слетел с гусеницы, как ошпаренный.

— От машины! — заорал Кэндалл. — Все назад, живо! Теперь проверим стрелу. Майордом, принимай командование над техникой! Давай-ка, зачерпни ковш!

Стрела медленно пошла вверх, и тут же вниз посыпались пласты слежавшейся земли. Огромный ковш, вросший зубьями в грунт, сперва не поддавался, потом дёрнулся, с чавканьем оторвался от земли и повис в воздухе, роняя вниз ошмётки дёрна.

— Пошла! Пошла, родимая! — заорали внизу все разом.

— Нагрузку! — потребовал Вик. — Рано радоваться, под нагрузкой сначала проверь.

Маойордом опустил ковш на откос, подобрал под себя и потащил.

Машина подцепила кубов десять слежавшейся породы, подняла на высоту второго этажа и высыпала в отвал на щебень, подняв облако пыли. По карьеру, отражаясь от уступов, впервые за долгое время покатился грохот.

Сай стоял внизу с задранной головой и молчал.

Кэндалл радовался секунды четыре, а потом снова полез искать, что ещё сломано.

— Лента с левой стороны провисла, пальцы выбиты, — ворчал он, спускаясь. — И течёт по нижнему фланцу, переберу…

— Сколько таких мы поднимем?

Техник посчитал, шевеля губами.

— Двадцать два насоса. Сюда пошло четыре, на второй экскаватор пойдёт четыре, на самосвалы по два, на буровой три. Итого семь машин и три штуки в запас — на первую же поломку.

— Значит, карьер работает!

— Нет, командир, — Кэндалл вытер лицо и вдруг сделался очень серьёзным. — Не обольщайся. Машины — это одно, а карьер — совсем другое. Дробилку я не запущу, обогатительная установка не работает, транспортёр порван в трёх местах, а два туннеля завалены породой. Придется еще повозится!

— Понятно. Финн, в бункере двадцать пять тонн концентрата. Он чего-нибудь стоит?

— Ещё как, командир. Это готовый товар, обогащённый и сухой, а за такое платят.

— Кто именно?

— Тот, у кого есть завод.

— Планетолёт у нас на ходу, — Вик смотрел вниз, на чёрный песок в бункере. — Росс его поднимет. Значит, есть товар, и есть на чём его доставить.

— Впервые за всё время у Дома Гринсволд появилось что продавать, — согласился Финн. — Поздравляю.

_- Ты лучше скажи, куда его сбывали?

— Сейчас уточню. Сай, прикажи Майордому открыть мне архивы карьера!

Вскоре Финн во всем разобрался.

— Готово, — сказал он. — Карьер работал по одному договору. Отгрузка ежеквартальная, транспорт наземный, маршрут один и тот же все годы.

— Куда?

— На запад. Металлургический комбинат «Лайтинг».

Вик подошёл к карте.

— Чей он?

— Десмондов, — тихо сказал Сай. — «Лайтинг» — это Десмонды.

— Ясно, — Вик пожал плечами. — Значит, продаём другому. Финн, кто на Кене ещё берёт концентрат?

Пауза.

— Уточню. Мне нужно посмотреть, что есть в архивах поместья по промышленности планеты.

Ответ пришёл через семь минут.

— Плохо, командир. Работающий металлургический комбинат на Кене один, и это Лайтинг. Был второй, южный, но его закрыли ещё до войны, а оборудование вывезли.

— Совсем один?

— Есть литейные при нескольких домах, включая Вексфордов. Они переплавляют лом и льют что закажут, а вот металл из концентрата не восстановят: нет у них ни печей, ни очистки. Им, как и нам, нужен готовый титан.

Вик смотрел на карту и видел, как сходятся линии.

— То есть так, — сказал он медленно. — Мы копаем камень и обогащаем его — это, допустим, сможем сами. Но металл из концентрата варит только завод Десмондов.

— Верно, — подтвердил Финн.

Кэндалл, сидевший на подоконнике, разразился длинной бранью, помянув и чёрта, и всех Десмондов разом.

А Вик смотрел на карту на стене. Там обозначался получатель концентрата: завод Десмондов. Надо же такому случиться что продукция Гринсволдов оказалась завязана на предприятие их заклятых врагов!

— Командир, — окликнул Кэндалл. — Ты уснул?

— Погоди.

В кармане ожил коммуникатор, и раздался всё тот же обиженный голос Джема.

— Командир, с поста передают. Опять прилетело!

— Куда?

— В восточное крыло поместья. Оно пустует, никого не задело.

— Понял. Спасибо, Джем.

— Ага, — буркнул Джем и отключился.

— Ещё один, — сообщил Хорнет. — А что делать с этим, пока непонятно.Титан у вас, может быть, когда-нибудь и будет, но взрывчатки по-прежнему нет. А батарея как стояла за грядой, так и стоит.

— Знаю…

— Тогда возвращайтесь. Завтра будем думать, из чего делать бомбы.

— Нет. Сегодня. Росс, Кэндалл, организуйте разборку обшивки Дикообраза. Она в основном состоит из титанового сплава. Придется конечно помучиться, чтобы скормить его репликатору, но… мы что-нибудь придумаем.

Вик снял карту со стены, сложил её по старым заломам и сунул за пазуху.