Правителя царства мертвых, Аида, сына Крона, греки также называли Дитом, Подземным Зевсом[1160] и Плутоном. Вопреки распространенному заблуждению, последнее имя использовалось задолго до римского завоевания – оно встречается еще у Эсхила[1161] и Аристофана[1162]. Платон пишет о властителе подземного царства: «Что же до его имени Аид, то многие, я думаю, подозревают, что этим именем обозначается “невидимое”, причем люди, опасаясь такого имени, зовут его Плутоном»[1163]. Слово «Плутон» перекликается с именем Плутоса, бога-Богатства, это наводит на мысль о том, что Аид был весьма и весьма небеден – по-видимому, в его руках были сосредоточены все богатства земных недр. Кроме того, как это ни странно на первый взгляд, бог этот был теснейшим образом связан не только со смертью, но и с плодородием – ведь урожай прорастает из земли. Конечно, у плодородия была своя богиня, Деметра, но недаром Аид приходился ей зятем. Орфики воспевали его так:

Будучи хозяином несметных богатств и полновластным владыкой мертвых, Аид тем не менее признавал главенство Зевса и подчинялся брату в тех редких случаях, когда Зевс вмешивался в жизнь загробного царства. Впрочем, эти вмешательства чаще всего касались лишь судеб отдельных жителей. Так, например, Зевс пожелал сделать своего сына Полидевка богом, но тот захотел поделиться бессмертием с братом-близнецом Кастором; в результате братья по решению Зевса один день стали проводить под землей, а один – на Олимпе[1165], и Аид не возражал против такого нарушения традиций.

Другому своему сыну, Гераклу, владыка богов и людей тоже обеспечил бессмертие и тоже сделал это нетрадиционным образом. Тень Геракла (или его душа, что для греков одно и то же), как тень простого смертного, отправилась в царство Аида, а сам Геракл был взят отцом на Олимп и женился на своей единокровной сестре Гебе. Одиссей рассказывал про свою встречу с тенью Геракла в Аиде:

Это вопиющее нарушение загробного распорядка тоже не вызвало возражений у Аида, который вообще был богом весьма покладистым – или равнодушным. Авторам настоящей книги известен лишь один случай, когда Аид проявил активное недовольство, но направлено оно было не на бога, а на человека. Знаменитый врач Асклепий достиг больших успехов в исцелении людей, так что даже воскрешал мертвых[1167]. И тогда «Аид выдвинул против Асклепия обвинение, заявив Зевсу, что власть его все уменьшается, поскольку умирающих становится все меньше, так как Асклепий исцеляет их». Зевс признал обвинение обоснованным и в гневе «убил Асклепия, поразив его молнией»[1168]. Правда, Асклепий на этом не слишком пострадал, поскольку после смерти, соизволением мойр, вернулся из загробного царства[1169] и стал богом врачевания[1170].

Надо сказать, что претензии Аида к Асклепию были не вполне справедливы, ведь сам владыка подземного царства при необходимости тоже обращался к врачам. Во время войны Геракла с жителями Пилоса Аид, выступавший на стороне пилосцев, был ранен стрелой Геракла[1171] и кинулся на Олимп за медицинской помощью (у богов имелся свой врач по имени Пэеон, или Пеан):

Как умудрился незадачливый бог получить стрелу, не вполне понятно – ведь он был владельцем шлема-невидимки, подаренного ему киклопами[1173]. Впрочем, Аид не был воителем и в пилосскую заварушку угодил, вероятно, достаточно случайно. Судя по всему, он не участвовал даже в Гигантомахии – по крайней мере, во время этой битвы шлемом его пользовался Гермес[1174]. Не участвовал он и в Троянской войне, уступив свой шлем Афине[1175].