Море-Понт в эпоху Зевса еще в большей степени, чем Океан, устранился от какой-либо божественной деятельности, оставшись лишь водным бассейном (впрочем, он и раньше ничем, кроме рождения детей, себя особенно не проявил). Но некоторые из его детей от Геи стали выдающимися морскими божествами.

Среди детей Понта, связавших свою судьбу с водной стихией, стоит особо отметить Форкия – Гомер называет его «стражем немолчно шумящего моря»[936] и сообщает, что на Итаке ему был посвящен «превосходный» залив[937]. Форкий взял в жены свою родную сестру Кето, которая родила ему нескольких детей – они и их потомки сыграли важную роль в истории «поколения героев»[938]. Но дети Форкия уже были существами сугубо сухопутными. Авторы настоящей книги видят объяснение этому факту в том, что их мать, вопреки распространенному мнению, была, возможно, не слишком предана морю. Античные источники, насколько известно Олегу Ивику, не сохранили никаких свидетельств того, что Кето разделяла интересы мужа. И отнесение ее к морским божествам основано лишь на том, что имя ее созвучно словам κεῦθος («глубина» или «недра») и κῆτος (так называли морских чудовищ).

Во всяком случае, дети этой супружеской пары обитали на суше. Среди них Гесиод отмечает двух «прекрасноланитных» сестер, которых называли «грайи», потому что они родились седыми[939]. Эсхил упоминает уже не двух, а трех «Форкид, седоволосых девушек, на лебедей похожих»[940]. Несмотря на свои цветущие ланиты и на сходство с лебедями, девушки страдали некоторыми существенными недостатками: Аполлодор сообщает, что они были «старухами от рождения». Кроме того, «на всех трех они имели один зуб и один глаз и обменивались ими поочередно»[941].

Другими дочерьми Форкия и Кето были три горгоны, уединенно жившие на далеком западе: за Океаном, «близ конечных пределов Ночи». Две из трех сестер – Сфенно и Евриала – были бессмертны и не подвержены старости, и только третьей, по имени Медуза, не повезло: она оказалась смертной и была убита Персеем. От Посейдона Медуза родила крылатого коня Пегаса и великана Хрисаора, но познать радости материнства ей было не суждено: дети появились на свет из уже обезглавленного тела горгоны[942].