22

В конце концов слёзы иссякли, но я ещё какое-то время не шевелилась. Руки Ли согревали меня, и я невольно задумалась: когда это я начала так жаждать подобных прикосновений?

«Ты рыдала у меня на руках и умоляла не оставлять тебя одну».

Я не помнила этого и злилась, что не знаю, что ещё наговорила в бреду. Стыд не проходил, но в то же время я невольно взглянула на Ли иначе. Я не знала, что делать со всеми этими открытиями.

Я отстранилась, достала из кармана один из платков Сэма и попыталась вытереть мокрое лицо. Ли остался прислонённым к стене, ожидая. Он ничего не говорил, но и не выказывал ни малейшего нетерпения.

— Скажи честно, — наконец произнесла я, подняв на него взгляд, — я выгляжу так, будто плакала?

Он внимательно осмотрел моё лицо.

— Глаза немного красные и припухшие, и вид у тебя печальный.

Я поморщилась.

— Но всё равно красивая, — добавил он с кривой улыбкой.

Я сердито взглянула на него.

— Прекрати.

— Не моя вина, что ты чертовски мила, когда краснеешь.

— Ли! — резко оборвала я, чувствуя, как лицо заливается жаром, но он лишь ухмыльнулся, совершенно не раскаиваясь.

— Боунс?

Я выглянула из-за Ли и увидела Эппл, стоявшую в нескольких шагах от нас. Её глаза были огромными и встревоженными.

— Привет, Эппл, — сказала я, надеясь, что голос звучит почти нормально. — Ты в порядке?

Она переводила взгляд с меня на Ли и не отвечала.

Я обошла Ли и подошла к ней, обеспокоенная. Когда я присела перед ней на корточки, она снова обхватила меня руками за шею.

— Ты… — начала я.

— Ты в порядке? — перебила она свистящим шёпотом, который Ли наверняка слышал. — Он тебя обидел?

— Нет, — поспешно заверила я её, отстранившись, чтобы взглянуть ей в лицо.

Эппл насупилась, бросив яростный взгляд через моё плечо, и я едва сдержала улыбку.

— Я… просто расстроилась, а Ли со мной разговаривал. Я в порядке, Эппл.

Она снова посмотрела на моё лицо, серьёзно вглядываясь в выражение.

— Из-за Трея?

Мне пришлось сглотнуть, прежде чем выдавить:

— Да.

Глубина боли и скорби в её голубых глазах была слишком велика для ребёнка, и я ощутила укол вины за то, что не поинтересовалась, как дети переживают смерть Трея.

— Я скучаю по нему, — я заставила себя не скрывать слёзы в глазах. — Всё время.

— Я тоже скучаю, — прошептала она, и её маленькое лицо исказилось.

Я подхватила её на руки и встала, крепко прижимая к себе, пока она рыдала у меня на плече. Ли бесшумно подошёл ко мне и обнял за талию, поддерживая. От этого я почувствовала себя ещё более разбитой, слёзы катились по моему лицу. Сколько ещё слёз мне предстоит выплакать, прежде чем они наконец иссякнут?

Через некоторое время Эппл подняла голову и заметила Ли, её тело напряглось.

— Привет, — сказал Ли мягким, игривым голосом. — Я Ли, а ты, должно быть, королева Убежища.

— Я не королева, — ответила она хриплым голосом.

Ли прижал руку к груди и ахнул:

— Не королева?

Она слегка хихикнула, уткнувшись щекой в моё плечо, одной рукой рассеянно перебирая мои волосы, пока Ли разыгрывал, будто достаёт воображаемую карту и задаёт Эппл глупые вопросы о замках и драконах, пока она не начала смеяться так сильно, что едва могла говорить.

— Хочешь пойти со мной в лечебницу? — спросила я Эппл, когда Ли «свернул» свою невидимую карту.

— Да! — весело откликнулась она. — Росомаха приготовил тебе бульон.

Я невольно рассмеялась.

— Ты имеешь в виду Вольфа?

Она улыбнулась.

— Именно это я и сказала!

Ли хитро ухмыльнулся.

— Ну, не будем заставлять Росомаху ждать.

Когда мы пришли, Росомаха, Кай и Сэйбл устанавливали новое окно. Сэм и Скар стояли в стороне, разговаривая, и все лицо Сэма осветилось так, как я давно не видела. Я внесла Эппл в лечебницу и остановилась как вкопанная. Новое окно выходило на юг, и внутри сияло солнце. Я не думала, что одно окно так сильно изменит ситуацию, но в лечебнице стало теплее и уютнее.

— Вау, — выдохнула Эппл.

Я вышла в центр света, льющегося через окно. Солнце согревало мое лицо, и слезы снова наполнили мои глаза. Я никогда больше не увижу солнечную улыбку Трея, согревающую лечебницу, но я буду думать о нем каждый раз, когда лучи будут вот так сиять внутри.

Эппл вдруг крепче обвила руками мою шею и запечатлела небрежный поцелуй на моей щеке. Я повернулась, чтобы посмотреть на нее, пораженная.

— За что это? — спросила я, пытаясь изобразить улыбку.

Она посмотрела на меня в ответ, снова посерьезнев.

— Потому что я люблю тебя, а ты выглядела грустной.

Моя грудь болела, но с удивительной мягкостью рядом с острой болью. Я посадила ее на столешницу, чтобы дать рукам передышку, но осталась на месте.

— Я должна была сказать тебе это несколько месяцев назад, но мне так жаль, что я не остановила Зипа от того, чтобы он ударил тебя. — Слова слетели с моих губ, и ее глаза расширились. — Я должна была лучше защищать тебя от него, и я никогда не должна была так кричать на тебя. Я ничего такого не имела в виду. Я просто… просто так боялась, что он причинит тебе еще большую боль. — Мой голос дрогнул. — Я знала, что Зип не был хорошим человеком, и мне не следовало оставаться с ним. Но это моя вина. Ты не несешь за меня ответственности, ясно? Я никогда не прощу себе, если с тобой что-нибудь случится, потому что я… Я тоже тебя люблю.

Она смотрела на меня своими огромными серьезными глазами, но когда я дошла до последней части, все ее лицо просияло, и она снова обняла меня.

— Я прощаю тебя, — сказала она так мило и невинно, что я заплакала еще сильнее.

Через несколько секунд я с трудом сдержала слезы, когда она отпустила меня и сделала прерывистый вдох. Мне нужно было отвлечься. Я провела рукой по столешнице и нахмурилась, увидев слой опилок от установки окна, покрывающий мою ладонь.

— Я принесу метлу! — Эппл сказала с усмешкой.

По мере того, как шел день, я все больше нервничала из-за того, что снова увижу Лану. Вольф и его стая беспокойно бродили по лечебнице, перешептываясь друг с другом. Эппл оставалась почти весь день, болтая со мной или Сэмом. Было уже далеко за полдень, когда мы, наконец, услышали приближение внедорожников.

— Ты готова? — тихо спросил Сэм.

Я кивнула, прикусив щеку, и мы направились к главным воротам. Неудивительно, что Вольф и вся его команда последовали за нами. Когда мы приблизились, к дому как раз подъезжал одинокий внедорожник. За рулем был Мак, и его глаза сразу же нашли меня. Он припарковался, но выходить не стал. Немо подошел и заговорил с ним. Мы с Сэмом начали приближаться, и страх сжал мои легкие. Где были остальные?

Немо встретился со мной взглядом и поманил к себе. Я ускорила шаг.

— Лана и остальные снаружи крепости. Они не хотели привозить ее сюда, пока она была еще больна, на случай, если заразна, — сказал Немо, и от облегчения меня затрясло. — Мак может отвести тебя к ней на лечение, а потом вы все сможете вернуться.

Я кивнула, уже забираясь во внедорожник, но, когда садилась, заметила, как Вольф и Ли шагнули вперед с мрачными лицами.

— Сэм, ты не мог бы…

Он оглянулся и скорчил гримасу.

— Да, я понял.

Он перехватил моего брата и Ли. К счастью, они остановились, но оба уставились на меня.

— Готова? — спросил Мак, и я кивнула.

Внедорожник снова тронулся с места, сделал петлю и направился к открытым воротам. Ехать впереди было странно, но я была благодарна, что мне не нужно было сидеть сзади и думать о Трее.

Как только мы доехали до деревьев, Мак внезапно съехал на обочину и остановился. Я поискала глазами другой внедорожник, но там были только мы. Я в замешательстве повернулась к Маку, но он уже вылезал из внедорожника.

— Мак, что…

Он обошел машину с моей стороны и открыл дверцу.

— Я просто… мне нужно с тобой поговорить, — сказал он напряженным голосом.

Я неловко расстегнула ремни и выбралась наружу, мое сердцебиение снова участилось. Он отошел, затем вернулся и встал передо мной, проводя рукой по своим растрепанным волосам. Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга.

— Эм, мне так жаль, — сказал он низким, хриплым голосом, полным боли.

В моей голове начали прокручиваться ужасные возможные сценарии. Рэйвен была ранена. Гриз был мертв. Что еще…

— Ты не пешка, не приз и не вещь, — яростно продолжил он, и мой желудок сжался, когда я поняла, что он говорил о нашей ссоре перед его уходом. — Я должен был сразу сказать тебе, что я знал о другом наделенном силой человеке. Я не подумал о том, как это может выглядеть — будто мы пытались обмануть тебя, — и мне чертовски жаль.

Я почувствовала, как тепло разливается в моей груди.

— Мак…

— Сэм связался по рации и передал мне, что ты ему сказала, и я хотел сразу вернуться домой, чтобы убедиться, что ты знаешь, что я никогда никому не позволю так тебя использовать. Я знаю, что облажался, притащив тебя сюда, и мне очень жаль, но я клянусь, Эм, я никогда позволю никому…

Я прервала его, шагнув вперед и поймав его руки. Он крепко сжал мои в ответ. Его эмоции ощущались как осязаемая вещь, которая кружилась вокруг нас, и было так очевидно, что он настраивал себя на этот счет все время, пока его не было. Впервые я почувствовала, что утешаю его, а не наоборот.

— Все в порядке. Все в порядке, Мак, — мягко сказала я. — Прости, что я так перепугалась…

— Не извиняйся, пожалуйста. — Его голос в моей голове был грубым.

— Нет, я не должна была предполагать о тебе самое худшее. Ты не сделал ничего, что заставило бы меня так думать о тебе.

Его глаза сузились, сверкнув.

— Это неправда.

— Мак, — я раздраженно посмотрела на него в ответ. — Ты уже достаточно извинился.

— Я не думаю, что когда-нибудь смогу достаточно извиниться, — сказал он, и грубая честность в его голосе заставила мои глаза округлиться.

— Я прощаю тебя за все это, — я выдержала его взгляд, надеясь, что он увидел и почувствовал мою искренность. — Я не ненавижу тебя, помнишь? — Я попыталась улыбнуться.

Он тяжело вздохнул, сжимая мои руки.

— Я думал, что все испортил, — признался он.

— Это была моя вина, не твоя, — поймала я себя на том, что говорю, и желание объяснить удивило меня. — Как только я остановилась и подумала об этом, то поняла, насколько это было глупо. Я просто испугалась и запаниковала… и я ненавижу чувствовать страх, так что это разозлило меня. Я обещаю, я знаю, что понимаю, что ты никогда бы этого не сделал.

Мы оба замолчали, изучая друг друга. Взгляд Мака был менее настороженным, чем я когда-либо видела, как будто он намеренно открывался и позволял мне видеть его. Эта открытость напомнила мне о Трее, и я заколебалась, когда боль усилилась. Он не пошевелился, не отстранился. Он просто ждал, пока я пыталась отдышаться от горя и найти в себе силы посмотреть.

Боунс, впусти их.

Почему все это было так тяжело?

Я собралась с духом и посмотрела в глаза Маку, но это было совсем не то, что смотреть в глаза Трею. Как только я посмотрела, я почувствовала связь между нашими силами, как будто мы были сплетены воедино. Его эмоции захлестнули меня, и я могла чувствовать его сожаление, озабоченность и боль. Я набрала в грудь воздуха, чтобы что-то сказать, но затем другое чувство пронеслось между нами, как электрический разряд, сила которого была такой знакомой и пугающей⁠…

Я дернулась, как будто прикоснулась к раскаленному железу, и он тут же отпустил меня.

— Прости, — сказала я с колотящимся сердцем, не уверенная, за что извиняюсь.

Его лицо стало тщательно непроницаемым.

— Все в порядке.

Я уставилась на него, пытаясь понять, что, черт возьми, только что произошло.

— Извини, я тут растерялся, — сказал Мак, словно стараясь придать своему голосу легкость.

— Ты достаточно раз видел, как я теряла самообладание, — сумела сказать я. — По крайней мере, один раз я была у тебя в долгу.

Он испуганно, но искренне рассмеялся, и часть странного напряжения, казалось, рассеялась.

— Итак, Лана? — спросила я, отчаянно пытаясь не допустить возвращения странностей.

Он сразу же посерьезнел.

— Ты уверена, что хочешь это сделать? Я не хочу, чтобы ты чувствовала, что должна исцелять ее.

— Я знаю. Я хочу.

Он отвел взгляд и тяжело вздохнул. Я ждала, но он ничего не сказал, и я начала нервничать.

— Ты злишься на меня за то, что я это делаю? — Неуверенно спросила я.

Он вскинул голову.

— Нет, я не сержусь. — Он улыбнулся, но в его улыбке было что-то грустное. — Просто… — Он опустил глаза и снова провел рукой по волосам. — Никто из нас не заслуживает тебя.

Я нахмурилась.

— Что это значит?

Вместо ответа он вернулся к внедорожнику и открыл мою дверцу. Я последовала за ним, забралась обратно и выжидающе посмотрела на него.

Он закрыл дверь и прислонился к ней, наконец-то снова встретившись со мной взглядом.

— Это значит, что ты чертовски хороший человек, Эм.

Я нахмурилась, но он обошел внедорожник спереди и забрался на водительское сиденье. Не глядя на меня, он завел машину и снова тронулся с места.

— Мак, что случилось? — наконец спросила я.

Он мельком взглянул на меня.

— Просто это были тяжелые пару дней.

Я почувствовала укол вины за то, что набросилась на него, а потом спряталась, чтобы он не смог снова поговорить со мной перед уходом. Я не собиралась намеренно причинять ему боль, делая это, но я сделала.

— Так вот где ты была, — сказал он чуть более спокойным голосом, — Яблони у стены. Добавляю это в список.

— Список?

Он снова взглянул на меня, и на этот раз он почти улыбался.

— Я собираюсь выяснить все твои тайники, и тебе лучше поверить, что я найду тебя, когда ты попытаешься исчезнуть.

Я вспомнила, как он обещал всегда приходить за мной, и это мягкое чувство снова нахлынуло.

— Ты можешь попробовать, — высокомерно сказала я, надеясь, что это заставит его улыбнуться.

Я была вознаграждена улыбкой, не такой широкой, чтобы показать ямочки на его щеках, а искренней.

— Это вызов, Эмбер?

Дрожь пробежала у меня по спине, когда он назвал меня полным именем, сбив с толку. Обычно мне не нравилось, когда меня называли «Эмбер», вероятно, потому, что Вольф использовал это имя только тогда, когда злился на меня.

— Я просто говорю, что умею хорошо прятаться.

— Я знаю. Это сводит меня с ума.

Я рассмеялась, и, наконец, на его щеках появились ямочки, когда он широко улыбнулся.

— Пока нас не было, все шло нормально? — спросил он через мгновение.

Мне пришлось остановиться и вспомнить, как он уходил, пытаясь вспомнить все, что произошло, и я поморщилась. Моя ссора с Сэмом, этот сон о Трее, Немо, кошмары…

— Итак, нет, — перебил Мак, между его бровями образовалась озабоченная складка, и я поняла, что он слушал мой список. — Это будет более долгий разговор? Потому что мы почти на месте.

— Да, — я тщательно пыталась сохранить ясность в голове. Я не хотела открывать банку с червями прямо сейчас. — Мы можем поговорить об этом позже.

— Я должен предупредить тебя, что Лана… не в восторге от этого.

Мое беспокойство усилилось при серьезном взгляде в его глаза.

— Она… осознает, что происходит?

— Достаточно, чтобы понять, что ты в этом замешана.

Я поморщилась.

— Она… — он замолчал, его губы сжались в жесткую линию. — Я просто хочу напомнить тебе, что ты не обязана этого делать.

— Какие у нее симптомы? — Мне нужно было мыслить как целителю. Так было легче игнорировать свои собственные эмоции.

— Наверное, все началось с температуры и рвоты. Сейчас она очень слаба, ничего не может принимать, температура то поднимается, то спадает. — Он помолчал. — Это напоминает мне о болезни, вот почему я не хотел приводить ее в крепость в таком виде.

— Кто-нибудь еще чувствует себя плохо? — спросила я, и меня охватил ужас, когда я вспомнила, как быстро болезнь распространилась по крепости.

— Нет, и мы стараемся быть осторожными, но тебе, наверное, стоит проверить всех, прежде чем мы вернемся. — Он указал вперед, и я увидела часть другого внедорожника между деревьями. — Ты готова?

Я кивнула. Морщины беспокойства на его лице углубились, но он ничего не сказал. Мы притормозили рядом со вторым внедорожником и увидели Рэйвен и Гриза, сидящих впереди. Лицо Гриза расплылось в улыбке, его белые зубы блеснули на фоне темно-коричневой кожи, когда он провел рукой по своим коротко остриженным черным волосам. Рэйвен не улыбнулась, но напряжение с ее лица спало. Она откинула свои длинные черные волосы за плечо. Непокрытая сторона ее головы выглядела свежевыбритой.

— Привет, Эм, — позвал Гриз.

— Не торопился, Мак, — проворчала Рэйвен, но ее глаза внимательно изучали меня, как будто ей нужно было убедиться, что со мной все в порядке.

Я выскочила из машины, и Гриз заключил меня в теплые объятия.

— Прости, что мы не рассказали тебе о радио.

— Все в порядке, — заверила я его.

— Ты уверена насчет исцеления Ланы? — тихо добавил он мне на ухо.

Думал ли кто-нибудь, кроме меня, что это хорошая идея?

— Да, — сказала я, надеясь, что это прозвучало так, будто я в это поверила.

Рэйвен тоже выбралась из внедорожника, но она скрестила руки на груди и свирепо посмотрела на меня.

— Ты приняла много глупых решений, Бони, но это, возможно, сыграет решающую роль.

Думаю, это ответ на этот вопрос.

— Я тоже рада тебя видеть, Рэйвен. Я в порядке, спасибо, что спросила, — сказала я, удивив сам себя.

Ее брови приподнялись, но губы дрогнули.

— Ну что, ты готова? — спросил Гриз.

Я кивнула и последовала за ним на заднее сиденье второго внедорожника. Они превратили сиденье во временную кровать, и Лана лежала, свернувшись жалким клубочком, на куче одеял.

Она спала, но лицо ее было осунувшимся, бледным и блестело от пота. Губы шевелились, бормоча что-то слишком слабое, чтобы разобрать. Раньше она не была такой мускулистой, как Рэйвен, но выглядела сильной и здоровой. Теперь я могла видеть, как выступают ее кости, и у меня свело живот. Часть меня задавалась вопросом, не притворяется ли она, но при таком уровне болезни притворяться было невозможно.

Я глубоко вздохнула и забралась на заднее сиденье, опустившись на колени рядом с ней и осторожно откинув одеяло. Она сильно дрожала, и я отвела ее руку и прикрыла ее спину, пытаясь сосредоточиться. Я обхватила ее руками и позволила течь моей исцеляющей силе.

Я сразу поняла, что это то же самое, что и предыдущая болезнь. Мои силы столкнулись с тьмой, сочащейся из тела Ланы, и она немедленно дала отпор. Я стиснула зубы. Это было сильно, и я не могла сказать, было ли это хуже, чем все предыдущие версии, или я забыла, каково это. Если эта проклятая болезнь собиралась продолжать возвращаться, ей нужно было название. Мой разум лениво перебирал возможности, пытаясь отвлечься от мыслей о том, кого я лечу, и о напряжении моих сил.

— Вот это мне нравится, — внезапно сказал Мак.

Я моргнула и посмотрела на него. Он стоял снаружи внедорожника с Рэйвен и Гризом и наблюдал.

— Ну и какое название?

— Лихорадка теней.

Я выдавила из себя полуулыбку.

— Хорошо.

— Ты всегда так себя чувствуешь? — спросил он, сдвинув брови.

— Что? Почему я так быстро устаю?

— Когда лечишь это. У тебя всегда такое чувство?

— Некоторые случаи хуже других, но да. — Его руки скрещены на груди, губы плотно сжаты. — Что такое?

— Ты делала это месяцами. — Его голос звучал сердито. — Ты проделывала это более трехсот раз.

— Я знаю, но почему ты злишься из-за этого? — Огрызнулась я.

— Что? — спросил Гриз, и я с замиранием сердца поняла, что ответила вслух.

Мой взгляд метался между ними троими. Рэйвен и Гриз уставились на меня, нахмурив брови, а Мак застыл совершенно неподвижно.

— Что ты хочешь им сказать? — спросил Мак.

Я втянула воздух и выдохнула.

— Просто скажи им.

— Рассказать нам что? — рявкнула Рэйвен.

— С кем ты разговариваешь? — спросил Гриз.

— Она разговаривает со мной, — ответил Мак.

Рэйвен и Гриз одновременно повернулись к нему, прищурив глаза. Мак переступил с ноги на ногу, его руки сжались в кулаки, а затем снова разжались.

— Я могу… слышать мысли некоторых людей и общаться с ними. — Когда Рэйвен и Гриз просто уставились на него, он добавил: — Это началось совсем недавно.

— Я просила его не говорить вам, — вставила я, пока у меня не сдали нервы.

— Почему? — спросила Рэйвен.

Гриз переводил взгляд с меня на Мака, молча изучая нас.

— Потому что я была напугана, — призналась я. — Я знаю, на что способны некоторые л — люди… когда они находят кого-то со способностями.

Они все замолчали, и когда я оглянулась на них, мне показалось, что они вели безгласный разговор. Я могла догадаться, о чем это было.

— Я знаю о Клэрити, — сказала я.

Все трое пристально посмотрели на меня с разной степенью удивления и тревоги. Рэйвен немедленно повернулась к Маку, излучая гнев.

— Я, черт возьми, говорила тебе, — прошипела она ему.

— Рэйвен, держи себя в руках, — приказал Мак, возвращаясь ко мне. — Что случилось?

Я объяснила, что произошло тем утром и как я исцелила Клэрити. Рэйвен задавала много вопросов, и я не знала, как ответить на большинство из них. Страх в глазах Рэйвен заставил меня странно почувствовать себя защищающейся. Мак снова попытался извиниться, но я прервала его, давая им понять, что не понимаю, почему они хотели, чтобы Клэрити чувствовала себя ответственной за свою жизнь.

— Только не прячьте больных людей, пожалуйста. Я не могу… — мой голос дрогнул. — Я не могу исцелить их, если они мертвы.

— Прости меня, Эм, — пробормотал Гриз.

— Я никогда не хотела, чтобы это было секретом, — кипятилась Рэйвен.

— Это правда, — сказал Мак усталым голосом. — Рэйвен была против всего этого с самого начала.

— Похоже, я еще не закончил извиняться, не так ли? — добавил он в моей голове.

— Я не настолько зла… вообще-то.

Он вздохнул, потирая лоб.

— Так вот что происходило между вами двумя? — спросил Гриз. — Вы вели мысленные беседы?

Я кивнула, но Мак бросил на Гриза взгляд, которого я не поняла.

— Кто может…

Лана внезапно выпрямилась, ее широко раскрытые глаза, полные знакомой ледяной ярости, были сосредоточены исключительно на мне.

— Ты! — взвизгнула она, затем бросилась мне в лицо.