"Ты уверена в этом?"

К досаде Ищейки, краска с её лица была смыта целителем Ватори, обнажив смуглую, но безупречную кожу. Черты ее лица были немного осунувшимися и напряженными из-за последствий потери сознания под воздействием магии друида, но в остальном она выглядела полностью восстановленной. Впервые увидев ее лицо, Гайм пришел к выводу, что она на несколько лет моложе, чем он предполагал раньше, хотя ее народ славился долголетием, так что вполне возможно, что ее черты не отражали ее возраста. Перед тем как покинуть особняк, она настояла на том, чтобы намазать лицо смесью местных порошков, но это была слабая пародия на когда-то густо нанесенную маску.

"Уверен, раб знает, кто купил Экири", - ответил Гайм, кивнув на Лексия. Он шел позади Ватори и Каландры во главе этой хорошо вооруженной и тщательно охраняемой процессии и казался почти ребенком по сравнению с закованными в броню стражниками по обе стороны. Все они были иностранными наемниками, в основном из портов на южном побережье Второго Моря. Их оливковую кожу испещряли многочисленные шрамы, а взгляд был суровым как у опытных убийц. Вооружены они были алебардами и стальными арбалетами, которые, очевидно, являлись популярным оружием в этом городе.

"И, - продолжал Гайм, - я уверен, что он не скажет нам, пока мы не найдем то, что хочет найти его хозяин".

"А карта соответствует?"

"Трудно сказать", - признал он. "Город заполняет ее сейчас, а также множество линий, которые исчезают почти сразу же, как появляются. Полагаю, это означает, что мы близки к цели, если не больше".

Он посмотрел вниз, отметив пустое место рядом с ней. "Лисса?" Кошка так и не появилась в особняке, и на протяжении всего путешествия по улицам ее не было видно.

"Я предупредила ее, чтобы она не высовывалась, - ответила Ищейка. "Но держись поближе. Я по-прежнему не уверена в нашей нынешней компании..."

Она замолчала, когда узкая улочка, по которой они шли, внезапно вывела на широкую круглую площадь. Капитан наемной стражи, жилистый мужчина с двумя скимитарами на спине и скрипучим голосом человека, который провел много лет, крича, прорычал команду. Охранники немедленно перешли на размеренную рысь, разделившись на две колонны и рассредоточившись, чтобы образовать периметр вокруг того, что Гайм первоначально принял за большой бассейн в центре площади. В столь ранний час горожан было немного, и все они при виде личной гвардии Ватори Ди Азралло быстро растворились на прилегающих улицах.

Кейо и его дочь встали у края бассейна, который, как увидел Гайм, подойдя ближе, на самом деле являлся большим и глубоким колодцем. Он был футов двадцать в поперечнике и окружен невысокой стеной с железными перилами - видимо для того, чтобы отпугивать детей или безрассудных взрослых. На взгляд Гайма, колодец казался темнее, чем должен был быть, кирпичная кладка, образующая его края, уже через несколько футов была поглощена пустотой. Наклонившись к перилам, чтобы заглянуть вниз, он зажмурился от налетевшего снизу сильного ветра, и его слезящиеся глаза не нашли ни малейшего намека на то, что скрывается в его безымянных глубинах.

"Добро пожаловать в Портал Ветров, - сказал Ватори. Он говорил с резкой настойчивостью, его пристальный взгляд блуждал по окрестным крышам. "Возможно, это самое древнее сооружение в Картуле и вход во внутренние районы города".

"Что там внизу?" спросила Ищейка, прищурившись, чтобы заглянуть через перила.

"На этот вопрос многие пытались найти ответ на протяжении веков, миледи", - ответил ей Ватори, его глаза все еще осматривали окружающие дома. "К сожалению, за несколько жизней никто так и не вернулся, чтобы рассказать нам об этом. Каждый год несколько десятков безумцев взбираются на перила, чтобы броситься вниз, но ни одному не удается выбраться обратно. К счастью, Лексий накопил достаточно знаний, чтобы подтвердить, что портал на самом деле не бездонный и, если его пройти, он приведет к сердцу кракена".

"Значит, кто-то должен был когда-то выбраться наружу", - сказал Гайм.

"Несколько человек, очень давно. Так давно, что их записи были похоронены в различных архивах и так бы и остались, если бы не Лексий с его удивительной памятью". Взгляд Ватори сузился, и он повернулся к дочери, в его голосе прозвучала настоятельная просьба. "Они приближаются, я чувствую это".

"Дом Дестрино?" спросил Гайм.

"И другие. Перспектива того, что один дом завладеет сердцем, должна была объединить остальных против нас. Каландра..." Он прервался, встретившись взглядом с дочерью, и Гайм увидел в его выражении лица какую-то пораженную беспомощность.

"Я знаю, отец, - сказала она. "Пора". С целеустремленной, но дисциплинированной быстротой она шагнула к перилам, подняв руки. Короткая, ослепительная вспышка света заставила Гайма отвести взгляд. Когда он снова посмотрел, то увидел, как в мрачную глубину падают обломки раскаленного железа, а Каландра ступает в образовавшуюся брешь.

"Нам нужно взяться за руки", - сказала она, протягивая свои. Лексий быстро подчинился, а Гайм заколебался.

"Ты сможешь нести нас всех сразу?"

"Нести, нет", - ответила Каландра. "Но я могу предотвратить наше падение". Она настойчиво растопырила пальцы. "Пожалуйста. У нас мало времени".

С другого конца площади Гайм услышал скрежет и треск упавшей на землю черепицы. Стражники с арбалетами тут же подняли оружие, а алебардисты приняли боевую стойку, и все взоры устремились на крыши. Гайм не видел врагов наверху, но не сомневался, что на этой площади вот-вот разразится настоящая бойня.

Шагнув вперед, он взял Каландру за руку, а другую протянул Ищейке. Гримаса на ее лице, когда она сцепила руки с ним и Лексием, замыкая круг, многое сказала о том, что она думает об этом предприятии. Однако возможность получить хотя бы крохи информации о своей дочери была слишком велика, чтобы упустить ее.

За спиной Гайма раздался щелчок и свист арбалетного болта. Оглянувшись через плечо, он увидел, что стражник, стоявший слева от Ватори, упал, когда болт впился ему в щеку. Затем он оказался в воздухе, его ноги заскребли по стене, когда Каландра подняла их вверх. Ее глаза приобрели непрозрачный молочный блеск, когда она высвободила свою силу, которой оказалось достаточно, чтобы подвесить их над порталом на краткий миг, прежде чем сработала гравитация. Шипение множества летящих болтов и боевые крики превратились в краткую какофонию, которая стихла, когда они погрузились в пустоту, унесенные порывистым ветром.

Следующие несколько мгновений были смешением бьющего в лицо воздуха и быстро меркнущего света. Гайм почувствовал, как его хватка на Ищейке и Каландре испытывается силой шторма, который обрушился на них со всех сторон. Он почувствовал, как они несколько раз приблизились к каменным стенам портала, ощущая, как кожа зудит от дискомфорта, когда маг использовала свою магию, чтобы предотвратить столкновение. Когда ураган наконец стих и превратился в сильный бриз, он начал различать окружающую обстановку.

Шахта, по которой они спускались, освещалась снизу бледно-голубым свечением, открывая взору грубый гранит, испещренный ручейками воды, стекающими по бесчисленным трещинам. Они падали с контролируемой скоростью, но все равно казалось, что скорость слишком велика, так как камень проносился мимо них как в тумане. Когда Гайм посмотрел вниз и увидел стремительно приближающуюся ровную поверхность, он инстинктивно понял, что их неизбежное падение приведет к переломам костей у всех, оставляя мало шансов на то, что они когда-нибудь выберутся из этого места.

К счастью, Каландра обладала достаточным запасом сил, чтобы в последний момент остановить их падение. Воздух загудел от всплеска энергии, когда она замедлила их спуск, позволив ногам встретить камень лишь легким толчком.

Ищейка отпустила хватку, как только они приземлились, отстегнула лук и потянулась за стрелой. Она присела в готовности, вглядываясь в затененное окружающее пространство в напряженном ожидании.

"Здесь что-то есть?" спросил Гайм, вспомнив о ее сверхъестественной способности чувствовать присутствие хищников.

"Что-то", - подтвердила она, медленно поднимая и опуская лук, в то время как глаза продолжали блуждать по теням. "Но что это за нечто..." Она пожала плечами, испустив разочарованный вздох. "Сомневаюсь, что оно дружелюбное".

Они стояли на слегка наклонном гранитном выступе, выступавшем в шахту. Глубины под ним оставались такими же непостижимыми, как и прежде, но выступ вели к уступу с зазубренным треугольным отверстием, изнутри освещенным слабым голубым свечением, которое Гайм заметил во время их спуска.

"Откуда исходит свет?" - спросил он Лексия, который ответил со своей обычной бесстрастной готовностью.

"На этой глубине скала густо покрыта фосфором, минералом, который вступает в реакцию с воздухом..."

"Я знаю, что такое фосфор". Он кивнул в сторону отверстия. "Как я понимаю, наш следующий шаг?"

Раб кивнул, но не двинулся с места, а посмотрел на Каландру. Маг смотрела вверх, на далекий круг света над головой. Ветер, налетавший снизу, заглушал большую часть звуков, но Гайм уловил обрывки нестройных криков и звон стали.

"Твой отец произвел на меня впечатление человека, рожденного для того, чтобы пережить все, что угодно", - сказал он Каландре, заметив явное беспокойство в ее взгляде. "И мы не должны терять время, которое он нам дает".

Она неохотно нахмурилась, затем опустила взгляд и решительно вздохнула. "Сначала загадка?" - обратилась она к Лексию.

"Думаю, так будет лучше, госпожа".

Она хорошо это скрывала, но Гайме заметил, как слегка дрогнуло ее лицо при слове "госпожа". Ложь, заявил Лакорат. Кем бы она ни была для него, она не его госпожа. Возникает интересный вопрос, не так ли, мой повелитель? В месте, где выживание зависит от знаний, кто на самом деле обладает властью? Этот говнюк с крысиным лицом теперь хозяин. Мне действительно интересно, что может произойти, когда он это осознает, если, конечно, он еще этого не сделал.

"Загадка?" спросил Гайм, пристально глядя на них обоих.

"Мы предупреждали тебя, что сердце защищено многими опасностями", - ответила Каландра. "Загадка - одна из них".

"Загадка, заданная кем?" Он адресовал свой вопрос Лексию. Тот снова дождался ее кивка, прежде чем ответить.

"Мнения расходятся. Одни считают, что Акрий создал их, когда высвободил силу сердца, беспокоясь о том, что может случиться, если его когда-нибудь потревожат. Другие утверждают, что основатели города заручились помощью самых могущественных магов своего времени, чтобы гарантировать, что сердце останется на месте навсегда".

"Тогда эта защита может быть не более чем легендой. Да и само сердце может оказаться мифом, неким уродливым камнем, который суеверные умы принимают за великое сокровище. Я не в первый раз вижу, как обыденное почитается как божественное".

"Это реальность, милорд". Лексий говорил мягким тоном, но Гайм услышал в нем уверенность. Каковы бы ни были намерения его господина, раб не сомневался в точности исследований.

"Зови меня Гаймом", - сказал он. "Я сыт по горло титулами".

"Что ж", - сказала Ищейка, подняв взгляд к бледному кругу вверху. "Он, безусловно, упорный человек".

В портале появилась темная фигура, которая превратилась в силуэт человека, парящего в воздухе, когда Гайм прищурился. "Лорвет Ткач Ветра, - проворчал он, устремив взгляд на Каландру. "Может, пришел загладить обиду?"

"Или просто выполнить поручение своих хозяев", - спокойно ответила она, сгибая пальцы в предвкушении. Ее растущая агрессия исчезла, когда Лексий придвинулся к ней ближе, заговорив голосом, слишком тихим, чтобы Гайм мог расслышать его сквозь шум ветра. Что бы он ни сказал, Каландра лишь неохотно нахмурилась и отвернулась, направившись к проему. "Мы не можем больше терять здесь время. Если другие дома наняли одного колдуна, велика вероятность, что они наняли и других".

Гайм последовал за ней через зазубренный портал, жестом приказав Ищейке занять позицию позади Лексия и охранять тыл. Отверстие вело в извилистый туннель, залитый фосфоресцирующим сиянием, которое изгнало все тени, оставив лишь различные оттенки синего. Это вселяло ощущение нереальности, как будто они ступили в отдельное царство, далекое от реальности наверху. "Это состязание за право обладания сердцем кажется мне любопытным", - сказал Гайм, следуя за Каландрой. "Ведь выживание вашего города якобы зависит от его присутствия".

"Сердце останется в Картуле, независимо от того, кто на него претендует", - ответила она, двигаясь с уверенной быстротой, которая, как он предположил, была результатом того, что она запомнила маршрут, указанный Лексием. "Обладание той самой вещью, на которой основана Картула, было целью каждого великого дома на протяжении многих поколений. Это состязание, как ты его называешь, назревало уже давно, как древняя ловушка, ждущая, когда что-то приведет в действие ее пружину". Она бросила на него короткий взгляд, глаза ее стали мертвыми и нечитаемыми в голубом свете. "И, как выяснилось, это были вы".

"И что же твой отец сделает с сердцем, когда заявит на него свои права?" продолжал Гайм. "Начнет новую эру мира и процветания для всех картуланцев?"

"Вы действительно в том положении, чтобы проповедовать мораль, ваше высочество? Лексий научил меня многому, так что я знаю твою историю и не нашла в ней никаких свидетельств мира".

"Тогда ты знаешь, как я поступлю в случае предательства".

"Да". Он уловил слабый изгиб ее губ, когда они завернули за угол. "Полагаю, я бы сделала то же самое. Итак, давайте продолжим, согретые светом нашего взаимопонимания".

Изменилась, заметил Лакорат. Теперь она скрылась от глаз отца. Не удивлюсь, если он здесь не единственный, кто преследует свои цели, мой повелитель.