Всем скарбом Паши оказались две спортивные сумки. И все. Негусто тут у них. Демид забрал сумки и пошагал к машине, я же, прихватив ребенка за локоть, последовала за ним. Сев в машину, Пашка закусил губу и посмотрел на здание детского дома.

– Сможешь в гости приезжать, – попыталась я правильно расшифровать его взгляд.

– Я тут полгода жил, – вздохнул он. – Пока бабушка болела.

Я понимающе кивнула и посмотрела на Демида, который не торопился заводить машину.

– Похороны состоятся послезавтра с утра, – ответил он на мой невысказанный вопрос. – У нее было выкуплено место на кладбище в Анютинском. Там и похороним.

– Ну и хорошо, – улыбнулась я, но потом себя одернула. У ребенка тут горе вообще-то. – Насколько это возможно, конечно.

Пашка лишь задумчиво кивнул. Он вообще молчал с отсутствующим видом, пока мы ехали до дома. Въехав во двор, Демид остановил машину и кивнул вышедшему нас встречать Петру.

– А дите к нам надолго? – Уточнил смотритель дома.

– Навсегда, – ответила я, выбираясь из машины.

– Так это что же? – Глаза Петра пробежались по напрягшемуся подростку. – Это ж семья нормальная получается, да? С дитем настоящим? Кажется, надо пересмотреть набор продуктов в доме, – развернулся он на пятках и поковылял в сторону дома.

– А он… сумасшедший? – Тихо поинтересовался Паша.

– Все мы тут не без греха, – усмехнулась я. – Идем в дом.

В доме ребенок с трудом, но выбрал себе комнату на первом этаже. Все сомневался, что ему можно выбрать любую.

– У бабушки всего одна комната была. И кухня, – Павел стоял посредине выбранной для себя комнаты и растерянно осматривался. – Тут вся комната больше нашего дома, – все же выразил он свое удивление.

– Привыкнешь, – потрепала я его по плечу. – Нужно поставить сюда компьютер, повесить телевизор, оформить приставки всякие с играми, – я направилась в сторону ванной, относящейся к этому помещению. – Необходимо прикупить мыльно-рыльные принадлежности для мальчика, найти качественное белье и одежду. Ты чего хочешь? – Вернулась я к Пашке.

Он пожал костлявыми плечами.

– Я бы съездил к бабушке домой. Там вещи кое-какие остались, – он вздохнул.

Я задумалась. Блин, мне завтра на работу бы надобно попасть, пока Веревкин не смирился с моим отсутствием и не уволил.

– Давай послезавтра, сразу после похорон заедем и ты заберешь все, что дорого твоему сердцу, – предложила я.

Павел вздохнул и кивнул. Демид отвлекся на телефонный разговор с кем-то, так что я вытащила из сумки блокнот и принялась вписывать свои мысли по поводу благоустройства комнаты.

– Сейчас пообедаем и поедем в город. Нужно многое купить, – решила я использовать этот день по полной программе.

– Мне ничего не надо, – надулся Павел.

– Позвонили из опеки. К нам приедут с проверкой только через два дня, так как у них сотрудники в летний отпуск ушли, – в комнату вошел Демид с телефоном наперевес.

Я повернулась к Паше.

– Если опека увидит, что у тебя нет нормальной одежды, нормального компьютера и штор на окнах, то они могут вернуть тебя обратно в детдом, – объяснила я ему. – Мы так рисковать не будем, так что готовься к шопингу и тому, что ты сегодня вымотаешься донельзя.

Парень уныло кивнул, а Демид лишь усмехнулся.

– Поедете с Максом. Мне нужно заскочить в офис, – муж подошел ко мне и прижался носом к моим волосам. Я привалилась к нему, чувствуя твердую опору рядом. Непередаваемое чувство после стольких лет жизни без своего якоря. – Я к вам позже подъеду.

Обед мы съели с огромной скоростью, после чего Демид уехал, а мы загрузились в машину Максима, где меня и настиг звонок босса.

– Ненормальная, ты долго отдыхать собралась? – Начал он сразу с наезда.

– Завтра приеду, – проворчала я. – Что-то конкретное случилось?

– Твой Феликс без твоего одобрения мне документы по отелю подписывать не дает. Рая говорит, что в этом ничего не понимает, а налоговую отчетность отправлять надо. Прибыль-то с самого начала пошла хорошая, – заявил он мне. – Может быть, сегодня приедешь?

– Сегодня не могу, – фыркнула я. – Мне надо ребенка одеть и обуть так, чтобы органы опеки ни к чему придраться не смогли.

В трубке ненадолго повисло молчание.

– Тебе кто-то отдал на попечение своего ребенка? – Дошло до Веревкина.

– Так получилось, – терпеливо пояснила я.

– Психи какие-то, – проворчал шеф. – А холодильник ты нормальной едой забила? Эти проверяльщики даже в холодильник залезают и начинают оттуда все выбрасывать.

– Да? – Впечатлилась я.

– Сам видел, – Иван Михайлович, кажется, не шутил.

– Ладно, с едой тоже разберемся, – я достала блокнот и добавила этот пункт в список.

– Говори, куда вы едете, – шеф явно не собирался ждать моего возвращения. – Я Феликса туда направлю, чтобы ты все подписала.

Пришлось сказать название торгового центра, куда мы направлялись. Не совсем представляю, почему Феликс забраковал документы, но обязательно разберусь в этом.

Сначала мы зашли в магазин электроники, дабы купить Пашке все самое необходимое. Начали с телефона.

– Смотри, тут куча всякого есть, память на терабайт, игрушки разные потянет. Хороший мощный телефончик, – приглянулась мне одна модель.

– Ты цену видела? – Ужаснулся ребенок, посмотрев на ценник. – А если я его уроню и разобью?

– Новый купим, – не поняла я проблемы.

Деньги у меня на карточке были с тех пор, как Зоя погасила ипотеку на мою квартиру. Особо тратиться (кроме процедур в клинике) мне было некуда, а Веревкин платил мне очень хорошо, так что проблемы я действительно не видела.

– Это дорого, – помотал головой детёныш.

Я вздохнула.

– И что ты предлагаешь? – Решила я дать ему возможность выбирать самому.

– Вон тот телефон подойдет, – ткнул он в сторону самых дешевых аппаратов неизвестных мне марок.

Я скрипнула зубами и попыталась успокоиться. Так, не надо давить на парня с самого начала.

– Давай искать компромисс, – повернулась я к нему под насмешливым взглядом Макса, который отгонял от нас консультантов. – Вон та полка средней ценовой категории. Будем выбирать там.

Пашка попыхтел, но аргументов против не нашел, поэтому телефон мы ему приобрели не самый плохой. Зато на покупке компьютера я оторвалась, как крышечка от йогурта. Вряд ли ребенок будет бить по устройству специально, так что взяли мы хороший игровой компьютер по цене, которую я Павлу даже показывать не стала. И кресло геймерское со вставками я тоже велела отнести в машину. Максим, конечно, оставлять нас одних не хотел, но тут вовремя к нам подошел Феликс, так что вопрос решился сам собой.

– Теперь одежда, – указала я на второй этаж здания, когда секретарь Веревкина отстал от меня с кривыми документами.

– У меня все есть, – проворчал ребенок, печально обведя взглядом ряды бутиков.

– У меня нет прилично одетого ребенка, так что потерпишь, – я все же решила, что толерантность – это не мое, да и пострадавшее после покупки телефона эго, надо было как-то восстанавливать в правах. – Сначала приличное белье.

Пашка густо покраснел.

– Я сам, – промямлил он, когда я втащила его в магазин.

Я притормозила и осмотрелась. Мда, консультантами тут работали красивые молодые девушки. Для подростка ситуация не очень.

– Макс, бери Пашку и покупаете два десятка трусов и носков на все случаи жизни, – решила я припрячь свою охрану.

– Лия Рудольфовна, – обиделся Маским.

– Давай поговорим про Нику, – тут же повернулась я к нему.

– Два десятка, так два десятка, – тут же отвернулся он от меня и, прихватив Пашку за плечо, повел в сторону боксеров с героями мультфильмов.

Я тихо хмыкнула, села на скамеечку, стоящую посреди зала, и забурилась в рабочую почту, пытаясь разобрать весь тот бедлам и хаос, которые там случились за время моего отсутствия.

Мужики подошли ко мне через двадцать минут фирменными пакетами магазина и читаемым в глазах немым укором.

– Купили? Отлично! – Я закрыла почту и подскочила со скамейки. – Теперь идем покупать остальное.

Домой мы возвращались уже в сумерках и на машине Демида, так как автомобиль Макса был полностью забит вещами для Пашки. Ребенок молча смотрел в окно и явно пытался прийти в себя после масштабного забега по магазинам. Ну, то ли еще будет.

Дома во время ужина Пашка тоже молчал. И пока Демид ему подключал компьютер так же не сказал ни слова. Я в это время сортировала купленные вещи, пытаясь разложить их так, чтобы самое нужное всегда было под рукой.

– Что я вам буду должен за это? – Вдруг спросил парень, когда я уже срезала последнюю бирку с футболки.

Я нахмурилась.

– За что конкретно? – Уточнила, так как Демид, развалившись в игровом кресле что-то настраивал в свежеприобретенной технике.

– За вещи эти все, – кивнул он и быстро опустил голову.

Мда, а проблема-то у нас немаленькая.

– Паш, в семье за обеспечение ребенка с этого самого ребенка ничего не просят, – как можно мягче пояснила я.

Паренек нахмурился.

– Но ведь я же – не семья, – мучительно подбирая слова, разъяснил он.

Кажется, Пашка до сих пор не верил, что мы его забрали на добровольных началах. Нам-то от него ничего не нужно. Но как бы это нормально объяснить ребенку? Сделав глубокий вдох, я решила выдать самое понятное для него сейчас объяснение.

– Паш, у меня психологическое заболевание, из-за которого я никогда не решусь на своего собственного ребенка, – начала я издалека. Демид тут же навострил уши и развернулся к нам. – Но иметь рядом близкого человека помимо мужа – моя необходимость. Вот слечу я с катушек, а Демид будет в командировке, кто мне скорую вызовет и в дурку отправит?

Пашка теперь смотрел на меня с выпученными глазами.

– Ясно, – наконец, кивнул он, хотя вид у него был несколько пришибленный.

– Но это не значит, что я не буду пилить тебя за плохие оценки, – тут же добавила я. – Или, что не буду ругать тебя, если ты забудешь зимой надеть шапку.

– Угу, – ребенок отступил от меня на шаг.

– И все же мне бы очень хотелось, чтобы у нас получилось стать хоть чем-то, похожим на нормальную семью, – прикинула я перспективы.

– Я все установил. Проверять будешь? – Прервал наш душещипательный разговор Демид.