– Он погиб уже давно, – произнесла я час спустя.– Примерно в тоже время, когда я нашел тебя.– Почему от него исходит такой запах?– Любой живой организм состоит из органических веществ, которые при наступлении смерти подвергаются разложению, брожению и гниению. Плюс к тому, на каждом живом существе живут микроорганизмы, которые никак себя не проявляют, пока носитель жив. Некоторые даже приносят пользу. Но в этом случае они стали паразитировать ради того, чтобы выжить, и тем самым ускорили процесс гниения, – ответил мне Далас, после чего задумчиво добавил: – Видимо, те верзулы шли на трупный запах, а повстречали нас.– Ты точно был контрабандистом? – спросила я с подозрением.– Точно. И подобные случаи уже встречал, ведь прожил я побольше тебя, кое-что повидать успел.– Я впервые вижу такое. До этого я только краем глаза видела тела поверженных кхагартов.– Где это ты успела с ними пересечься? – поинтересовался мой сет.– Шесть лет назад, возвращаясь из чужой галактики после продуктивных поисков пропавших сарфирийцев, в числе которых была моя сестра, на наш поисково-спасательный космический корабль напали пираты. Кхагарты взяли нас в плен и стали распределять в пары. Нам тогда крупно повезло чуть ранее повстречать обломки патрульного корабля и подстраховаться, вызвав новый патруль навстречу.– Зато не повезло тому патрульному кораблю.– Да уж.– Расскажи про свое путешествие.– Мы открыли новый мир… агрессивный, под названием Земля.Я рассказывала, делилась своей историей, подробностями первого космического путешествия, периодически упоминала родителей, грустила, но приободрялась от ответных реплик своего сета. Он активно интересовался моей жизнью, спрашивал, что я люблю и где отдыхаю. Я в свою очередь изучала его вкусы. Один раз мы увлеклись игривыми колкостями, от чего пришлось сделать остановку и удовлетворить распаленного страстью льва. На какое-то время я забыла, куда иду и зачем, пока ближайшей «ночью» сквозь сон не уловила тоскливые ноты подвывающего ветра. Не открывая глаз, я подхватила мелодию сильной чародейки, что выплескивала всю свою печаль вместе с магией где-то там, наверху. Уже совсем близко!Я подскочила сразу же, как только мозг проанализировал ситуацию. Распахнув веки, я встретилась с одержимым блеском в глазах моего мужчины. Он тоже услышал волшебную песнь. Его чуткий слух его не подвел, а лишь подтвердил опасения льва, когда я подскочила на месте. Мощным гребком Далас перехватил меня и прижал к своей груди.Его взгляд стал совершенно диким, лев обеспокоился и вынудил итарца частично трансформироваться. Оборотень старался держать своего зверя в узде, но сказывалось это мощным напряжением, от которого мышцы всего его тела словно закаменели.– Кассиль, – прошептал он взволнованно, сбрасывая с себя наваждение. – Не оставляй меня, помни об этом.– Я буду рядом, – кивнула уверенно и мягко коснулась поджатых губ своими, побуждая своего мужчину ответить.Поцелуй был жарким и собственническим… словно последним. Страх. Поразительно, но этот сильный самец умеет бояться. И сейчас он не хочет разлучаться с той, что стала для него лучиком живительного света спустя все эти годы. Дальше проводником была преимущественно я. Улавливая тоскливые ноты и удерживая в руках «фонарики», мы направлялись все выше по ледяному лабиринту, изредка сворачивая, обходя тупики. Далас держал меня за руку и не выпускал ни на миг. Но мы оба понимали, что чем выше идем, тем холоднее становится вокруг.– Снаружи вьюга, – прислушался к внутреннему чувству оборотень.– Да, теперь и я это чувствую, – согласилась с ним я.Через пару часов мы остановились. Далас бережно коснулся свежего рубца на моей шее, скользнул ладонью к Рише, уверяя себя в том, что волноваться не из-за чего. Но льва просто так не переубедишь. Его женщина сейчас слишком аппетитна и притягательна. Пусть только для итарцев, представителей его расы, но разве это имеет значение для одержимого страстью и желанием хищника? Зверя, наконец, познавшего счастье, стремящегося уберечь свою пару от любой опасности, любой угрозы.Предо мной предстал черный лев, что заполнил своими габаритами узкий тоннель. Он готов выйти на поверхность вместе со мной и вернуться, но мы оба помнили, что у окружающих возникнут вопросы… Много вопросов. И что нас в итоге ждет, точно неизвестно. Забравшись к нему на спину, я крепко вцепилась в густую шерсть и прильнула всем телом, позволяя ему сорваться на бег. Мелодия умолкла, что заставило меня поволноваться, хотя умом я понимала, петь несколько часов подряд волшебную песню не каждая чародейка способна.Вырвались на поверхность планеты мы одним мощным рывком. Черный огромный зверь выглядел громадным мрачным пятном на белоснежном пейзаже. Он был охвачен яростью, шерсть искрила мелкими разрядами, что переходит ему от меня. Пространство и магия наполнили меня родной силой. Силой, что пожертвовала сестра Трамптану, в надежде дать мне знак. Меня ждут.Вокруг царила ночь. Беспощадный мороз охватил мои обнаженные плечи, руки и лицо, заставив меня съежиться и глубже зарыть ладони в пушистую гриву. Ветер хлестал по лицу, бросая колючие снежинки нам навстречу. Но сквозь весь этот ледяной хаос на горизонте был виден свет. Огни трех спасательных кораблей. Чем ближе мы подходили, тем медленней и осторожней становился шаг оборотня. Из его груди стало срываться явное рычание, что означало близкое присутствие мужчин. Вскоре несколько силуэтов, обтекаемых ярким светом, четко бросились в глаза. Белоснежные длинные локоны обладательницы одного из них породили во мне облегчение и радость. Рядом с сестрой стоял Дантон Стронг, бережно придерживая ее за плечи, Мистиф Ноган, Астет Рос и Ивиль.– Элли!!! – закричала я во всю силу, спрыгивая с оборотня в глубокий сугроб и вырываясь немного вперед.Первыми нас заметили мужчины, мгновенно переходя в тень. Далас зарычал и выскочил вперед, прикрывая меня собой. Лев припал на лапы и ощерился, нервно дергая смертельно опасным хвостом из стороны в сторону.– Стойте! Он со мной.Но меня не услышали. Тени, охваченные ярким зеленым пламенем, уже подорвались нам навстречу. Мистиф оттеснил меня в сторону, а Дантон и Астет напали на неведомого им опасного хищника, от присутствия которого у них отказали все инстинкты самосохранения. Огромный черный зверь обладает слишком ощутимой опасной аурой. Я волновалась за реакцию оборотня, а надо было думать о Тенях. Ведь подобного мутировавшего хищника они встречают впервые.– Мистиф! Останови их! Спаси его! – рвалась я из мощной хватки, не боясь его холодного зеленого пламени.– Кассиль? Ты в своем уме?! О чем ты… – семейный врач осекся, заприметив на моей шее метку, а следом за ней и Ришу.– Далас…Лев быстро отбился от слабоодаренного Астета, что отлетел далеко в сторону от удара мощной лапы. Но Чезар представлял для него серьезного противника. Сильнейший Тень бился со зверем голыми руками. Его костный остов смотрелся безумно жутко в моих глазах, а когда сильные руки схвати огромного зверя за горло, я сорвалась. Вся магия окружающего пространства стремительно наполнила мой резерв, после чего я разразилась в мощном крике, освобождая ее ледяным потоком. Тысячи ледяных игл хлынули во все стороны стремительной волной, раня каждого, кто был рядом, заставляя их спешно уворачиваться, падать на колени в сугробы и прекращать поднявшийся боевой хаос.Мистиф схватился за грудь, отшатнувшись в сторону, даже в теневой форме он ощутил острую боль. Охваченная магическим истощением, на ватных ногах, из последних сил я добралась до своего оборотня и обхватила огромную черную морду руками.– Далас. Все будет хорошо. Я с тобой и никого к тебе не подпущу, – прошептала я, теряя сознание.Сет сбросил с себя яростное оцепенение и преобразился, подхватывая меня на руки. Он прижал меня к своей обнаженной горячей груди, зарылся руками и носом в мои волосы.– Дурочка. Ну куда ты побежала? И эти слова должен был сказать тебе я.Отступление Третье: Одиннадцатый сектор, новая база. После бояДантон нашел в себе силы подняться и осмотреться по сторонам в поисках своей чародейки. Сила Кассиль выбила его из Тени, тем самым невероятно поразив его. Астет и Мистиф тоже пребывали в обычном образе, Ивиль опасливо не поднималась со снега, сотрясаясь дрожью от холода. Эливэйн уже бежала наперерез своему сету.– Дантон, постой! Как ты? – обеспокоенно заглянула седовласая чародейка ему в глаза.– В порядке. Но резерв мой иссяк наполовину, – он обернулся в сторону монстра, но увидел на его месте лишь полуобнаженного здорового детину, держащего в своих объятиях спящую Кассиль.– Это итарец? – недоуменно спросил он, не обращаясь ни к кому.– Дантон, подожди, – подошел к нему Мистиф, держась за грудь. – У Кассиль метка на шее. Она его пара.– Что?! – воскликнула снежная чародейка в голос с огненной.Дантон подпустил к необычной парочке свою Тьму и поразился тому, что узнал. Оборотень вскинул на него уничтожающий взгляд сразу, как только почувствовал чужое любопытство. Несмотря на дикий холод, он еще и рычал, не боясь замерзнуть и пострадать от дикого холода.– Элли, он ее сет.– Как это возможно? У нее есть Риша?– Есть, – хором ответили Тени. – И у него тоже.– Вот это номер, – хмыкнул подошедший Астет.– Разве так бывает? – спросила Ивиль.– После того, что я пережила, убеждена, бывает все, – ответила Эливэйн.Дантон осторожно пошел паре навстречу, но получил весомое предупреждение:– Тронешь ее, порву, – гортанный рык пригвоздил Чезара к месту, последующая речь лишь сильнее раззадорила итарца, заставляя оборотня частично трансформироваться.– Я не причиню ей вреда.– Постой, Дантон, – остановила его Элли. – Позволь мне.– Детка, куда ты опять суешься? Ты не видишь, он безумен! – возмутился Тень. – Мы не знаем наверняка, не принудил ли он ее силой связать свою судьбу с ним! Ты не думала, откуда он Такой вообще взялся?– Дантон! Ты забываешь одну немаловажную вещь: ты тоже не был идеальным, – серые глаза смерили мужчину суровым взглядом. – Мы ничего не можем сказать с уверенностью, пока не поговорим с Кассиль.Чезар метался несколько секунд и решительно кивнул, снова уступая чародейке делать важный шаг самой. Эливэйн ласково поцеловала своего сета и развернулась к итарцу, что по-прежнему удерживал ее сестру в своих руках.– Меня зовут Эливэйн, я родная сестра Кассиль. Можно я подойду?Далас ей не ответил, лишь оскалился, вновь поразив окружающих величиной своих клыков. Темные волосы спутались под дуновением буйного ветра.– Почему? – расценила она его поведение как отказ. – Вы вступили в брачный период?– Да, – наконец ответил он через силу.Стало отчетливо слышно, как ругнулись Тени, а недоумевающая Ивиль, ранее не интересовавшаяся особенностями отношений между оборотнями, уточнила:– Что это значит?– Что у Кассиль месячные, – шепнул ей на ушко Астет.Огневичка позеленела, а в ее голове проскочила мысль, что никогда даже под угрозой смерти она не согласится на межрасовые отношения.– Вы замерзнете, Кассиль нужно отнести на корабль. Я провожу, – вновь обратилась к итарцу Эливэйн. – Обещаю, кроме меня, больше никого не будет рядом.– Я останусь с ней, – выдвинул лев условие.– Разумеется, – не стала она отпираться.– Тогда… поторопитесь, – согласился Далас.– Дантон, бегите с Астетом вперед, разгоните всех по каютам на Омерте. Поселим их в каюте, что принадлежала Кассиль. Там, по крайней мере, нет посторонних запахов.– Зато кровать маленькая, – задумчиво произнес Мистиф, Далас его услышал, а медик примиряющее поднял руки. – Кассиль сейчас требуется комфорт.Вскоре Эливэйн стояла перед закрытой дверью в каюту, что принадлежала сестре пять лет назад. Теперь какое-то время всем придется обходить ее стороной, хотя бы до тех пор, пока Кассиль не придет в себя. Любопытная Ксюшка лезла вперед, в стремлении увидеть тетю, но Адалис старался отвлечь ее.– Когда тетя выздоровеет, она сама придет к тебе.– Правда? – с наивностью во взгляде спросила младшая чародейка.– Я обещаю тебе, – улыбнулся ей Адалис, щелкнув по носу.