Пустота… Это все, что осталось в моей душе на сегодняшний день. Тоска исчезла, плач перестал сотрясать мое тело, а слезы закончились еще вчера. И снова я осталась без шанса на спасение. Совсем недавно у меня была надежда. Надежда, что сестра найдет меня, прилетит за мной и увезет из этого треклятого мира… Но теперь и она угасла… совсем.Первые сутки лев только рычал, метался по пещере и темным тоннелям, охваченный злостью, все время пребывая в своей второй, хищной, ипостаси. Затем он успокоился, пришел в себя и долго молчал. Первая попытка заговорить не увенчалась успехом. Я просто отвернулась в другую сторону, не желая его видеть.Огромный черный зверь всю ночь кружил вокруг меня, пытался приободрить, щекоча шершавым языком мое лицо, а мне было все равно. Он явно хотел оправдать свое поведение, но с его губ не сорвалось ни слова. Слишком он горд, оправдываться и ныть не входило ни в его планы, ни в его характер вообще. Чуть позже понимание ко мне пришло само. Его проклятые инстинкты, древние, как сама вселенная, обрекли нас на вечное существование во тьме. Хотя – нет… я теперь точно долго не протяну. Отсчет уже пошел. Далас не настаивал больше ни на чем. Готовил сам, пытался снова проявить заботу, но, увы, напрасно. Я пила только воду, потому что не в силах была противостоять жажде.– Кассиль, – тихо звал он меня иногда по имени, пытаясь вытянуть из мрака, что окутал мою душу.К вечеру второго дня его снова охватила злость. Лев не выдержал моего отстранения. Он хотел внимания, порывался выбить его из меня, но все время сам себя одергивал. Не той я расы, чтобы выполнять любые капризы итарца. Последней каплей стало его саркастичное, но печальное замечание.– Не хочешь больше меня видеть? Хорошо.После этого Далас попятился к выходу, не спуская с меня глаз. В них погасли яркие искры, до которых мне не было дела, пока он не исчез в темноте на бесконечно долгое время. Вскоре костер стал угасать, и это заставило пробудиться мое первое чувство – страх.Я с трудом добралась до него, сотрясаясь мелкой дрожью. Поддержать огонь мне удалось, подбросив в него клочок чьей-то шкуры и пару горстей угля с магнолием, но лучше от этого не стало. Взгляд пал на чашу с остывшим бульоном. Голод стал снедать меня изнутри. Не задумываясь, я съела все, после чего прилегла на ближайший ворох шкур и заснула. Проснулась там же, одна. Костер по-прежнему горел, но Даласа не было рядом. Он приходил, иначе бы я очнулась во мраке. Эта мелочь приятно согрела мне душу, несмотря на терзающую мысль о том, что мое состояние и наша ссора целиком и полностью лежит на его совести. Есть здесь и моя вина, но…Его надо найти. Первым делом я отправилась к леднику, который показывал мне итарец. Петляя по коридорам, я заблудилась. Факел делать-то я не научилась и просто обмотала продолговатую кость первым попавшимся шерстяным лоскутом вкривь и вкось. Рисковать с нефтью я не стала, опасаясь, что мое «творчество» развалится и горячий огонь просто попадет мне на ноги. Тогда я вся вспыхнула бы. В итоге, факел прогорел, и я осталась в темноте… одна. Минут через пять, направляясь вперед вдоль неровной стены, огибая на ощупь редкие сталагмиты, дошла до одной из развилок. Я всхлипнула и сползла на жесткий земляной пол, обхватив себя за плечи. Запутанные волосы свисают сосульками, мешают и жутко раздражают. И почему я не додумалась подобрать их шнурком из кожи?Темнота давит, тишина сводит с ума.«Святая Солун, ну где же ты?» – взмолилась я мысленно в страхе, боясь звуков собственного голоса.Сначала послышались тихие шаги, которые довольно быстро стали более отчетливыми и громоздкими. В ту же минуту мое слабое обоняние уловило знакомый аромат мужского тела, что вызвал мой печальный стон. Далас присел рядом, оставаясь по-прежнему неразличимым в кромешной тьме. Крепкие руки подхватили меня и оторвали от земли.– Маленькая, что же ты бродишь по темным коридорам одна? – спросил он, мягко коснувшись горячими губами моего лба.– А с кем? Ты оставил меня.Далас стоял на месте, не спуская меня со своих сильных рук.– Я больше не мог выносить пустоты в твоих глазах, не мог смотреть в них, – произнес он тихо. – Но заглянуть в их серый омут хочется снова и снова. Прости меня, Кассиль. Я снова бежал, оставив тебя.После недолгого молчания с моих губ сорвался ответ.– Я… не могу.– Кассиль, – в голосе оборотня промелькнуло страдание, но договорить он не успел. Итарец вздрогнул после следующего откровения:– Я горю, Далас. Сгораю изнутри. Даже без брачной метки ты умудрился полностью перевернуть всю мою жизнь…– Нет… – обронил он взволнованно, не желая верить моим словам.Разубеждать я его не стала, просто уткнулась носом в могучую шею и засопела, стараясь сдержать новую волну рыданий. Боги, как я любила жизнь до тех самых пор, пока не встретила первый кошмар. Я боялась одного мужчины, а сгораю по вине другого. Душу скручивает жгучая боль. Почему судьба со мной так поступила?Далас сорвался с места и направился куда-то вперед.– Погоди, сейчас мы с тобой пойдем и поговорим обо всем. Ты мне расскажешь, чем я могу тебе помочь, а я постараюсь исправиться. Кассиль, – перевел дух итарец. – Я долгое время был один, и вдруг передо мной возникла ты. Я чуть не свихнулся от счастья, а мой зверь потерял рассудок. Ты не представляешь, каких усилий мне стоило сдерживать его, ведь за эти двадцать с лишним лет я позволял ему слишком многое. Я редко ходил на двух ногах, боялся сойти с ума. Только Лев мог вынести весь этот Ад, добывать себе пропитание раз за разом, держать территорию. Он хотел жить, и судьба подарила нам тебя… Когда ты заметила этот проклятый корабль, мы взбунтовались. Поняли, что нам было отведено слишком мало времени для того, чтобы завоевать тебя. А там, в мире полном других мужчин, сарфирийцев, более подходящих тебе, у нас бы не осталось шансов. Наши пути бы разошлись. Несомненно, ты достойна лучшей жизни, но… просто знай, что для меня ты стала надеждой… мечтой, которая позволила бы мне начать жить заново.Слушала его откровение и чувствовала, что в моей груди будто все сжалось, после чего сердце совершило мощный удар, от которого я непроизвольно охнула. Далас понял мой вздох по своему и прибавил шагу. Вскоре мы уже были у ледяного тайника, откуда оборотень извлек приличную порцию нашего мясного запаса.– Назад я пойду сама, – уверенно заявила я, пресекая его попытку снова взять меня на руки.– Ты уверена? – не стал спорить со мной итарец.– Да. Ведь я не так давно перекусила. Я даже могу снова попытаться приготовить для тебя что-нибудь.Я старалась говорить мягко. Его откровение придало мне сил, заставило кровь бежать по венам быстрее, сердце биться чаще, а улыбку вновь появиться на моих губах.– Только если тебя это не затруднит, – нахмурился Далас. – Как ты?– Лучше. Я справлюсь.– Хорошо.Назад мы шли преимущественно молча, держась за руки. На вопрос, что он может сделать для меня, я лишь слегка улыбнулась и скромно отвела взгляд. Оборотень не спеша вел меня сквозь мрак до нашего дома, о чем-то размышляя.«Дом»…Процесс готовки снова проходил под строгим контролем, приправленным ехидными комментариями. Я приободрилась и немного усердней стала резать мясо на кусочки, от чего чуть не порезала палец.– Кхагартова бездна! – воскликнула я, встряхнув рукой.– Куда же ты так торопишься?– Тебя накормить. Я подумала, ты голоден и пошла за мясом, а потом заблудилась.После моего откровения оборотень слегка растерялся и не нашелся с ответом.– Ну вот, ногти и так были обломаны, а теперь еще и этот подрезан криво, – простонала я, вспоминая любимый маникюрный салон на Сарфире.– Сядь, – увлек меня итарец на валун, накрытый шкурой Тирона. – А теперь давай, сиди смирно. Я буду осторожен.– Далас!– Спокойно! Нож выточен из осколка титанита. Все пройдет как по маслу.Итарец встал напротив, возвышаясь надо мной, как скала, и осторожно подхватил мою ладонь. Следующие десять минут я сидела с плотно зажмуренными глазами. На это безобразие я смотреть не могла. Зато вполне себе представила, что нахожусь в любимом салоне, где Далас сидит за столиком напротив меня и бережно наводит на моих руках красоту. Боги, до чего же неловко! Его аккуратные прикосновения заставляли меня трепетать. Как оказывается много разнообразных ощущений можно получить просто соприкасаясь кончиками пальцев. Вскоре мои руки были тщательно вымыты, а ноготки коротко и аккуратно «острижены»… ножом!– С ума сойти!Я сидела и рассматривала их. Признаюсь честно, вплоть до последней секунды боялась остаться без пальца… а то и двух, но шероховатые ладони, что придерживали мои, отвлекали все мое внимание на себя.– Спасибо, – я улыбнулась и, подняв лицо вверх, заглянула в темные глаза, где уже искрились маленькие фиолетовые блики.– Я все еще надеюсь, Кассиль, – мурлыкнул итарец, откинув непослушную прядь черных волос за спину. – Надеюсь, что когда-нибудь твои мягкие пальчики ласково пробегут по моей коже, а эти самые ноготки расцарапают мне спину в порыве страсти.Я смущенно отвела взгляд, до чего же приятно слышать от него эти слова. Похоже оборотень становится по-настоящему большим искушением для меня.– Поцелуй меня, чародейка, – внезапно попросил он, оглаживая ладонью мое лицо. – Поцелуй сама.Перед глазами окружающее пространство на мгновенье расплылось, голова закружилась, а тело непроизвольно, приятно, вздрогнуло. Как он догадался, чего я хочу? В голове четко вырисовывалась картинка с нашим поцелуем, и я действительно этого хочу. Неужели наши мысли наконец-то сошлись? Боги, до чего же страшно и волнительно.Темные глаза снова смотрят в упор, изучают меня, следят за моими эмоциями и находят лишь смущение и нерешительность.– Ну же, смелей… – наклонился ко мне итарец, не в силах больше ждать.Я потянулась навстречу и крепко поцеловала его, вызвав довольное утробное урчание черного льва. В этот поцелуй я вложила всю свою усталость, печаль и взаимную жажду внимания. Тоска стала угасать, уступая место новому, пока еще скромному чувству. Далас пересадил меня пониже и опрокинул на ворох мягких шкур, снова нависая, очаровывая своей мощью. Я целовала его, дразнила его зверя, сплетая наши языки, кусая губы, ведь он хотел именно этого – игривой ласки, что держит обоих на пределе, заставляя идти на поводу, что разжигает желание и надежду. Больше чувств, больше нежности, ведь он так ждал этого, так долго был лишен той радости, что могу ему подарить я. Мягкие прикосновения, которые обжигают кожу, прерывистое дыхание, распаленное страстью. Глухие стоны, кружащие голову.– Ох, Кассиль, – Далас развел в стороны мои бедра и прильнул ко мне всем телом. Даже через плотную одежду я чувствовала все его напряжение. Лев держался стойко и не проявлял инициативы, боясь все испортить, прервать ту сладкую минуту, что тянется неизмеримо долго, продлевая сладкое мучительное мгновенье. Оборотень немного подался вперед бедрами, заставив меня ощутить величину его желания и вынуждая выгнуться ему навстречу. Мои золотистые волосы соскользнули с плеч, обнажая перед ним шею. Поцелуй разорвался, в темных глазах снова вспыхнули яркие фиолетовые искры. Теплые губы сместились на мою ключицу, оставляя влажную дорожку на пути к бьющейся жилке. Шершавый язык пробежался по ней, ноздри хищно затрепетали, стараясь как можно сильнее вобрать в себя головокружительный аромат. Острые клыки царапнули нежную кожу и резко сомкнулись в миллиметре от нее.Я вздрогнула всем телом. Далас отстранился и окинул меня взглядом. Я старалась отдышаться, постепенно спускаясь с небес на землю. Моя грудь тяжело вздымалась, притягивая к себе, словно магнитом, темные глаза. Далас с усилием оторвал от нее взгляд и поднялся. Оборотень потер руками лицо, откинул длинные волосы назад и сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь прийти в себя.– Далас? – позвала я тихо.– Все нормально. Прости, я почти сорвался.– А я и не заметила, – но приободрить итарца не получилось.Спустя пару минут молчания я поднялась и продолжила заниматься едой. На этот раз Далас не ушел. Он сел чуть в стороне и не лез с советами. Любой контакт мог его спровоцировать на необдуманные действия. Темный взгляд черного льва следил за каждым моим движением, периодически сопровождаемый возбужденным рыком. Только после ужина, к слову, весьма качественного, я спросила у него о том, что так меня волновало:– Далас, почему ты остановился?– Ты о чем? – поинтересовался он сухо.– О том, что ты видел: я ведь не сопротивлялась.– Но и не сказала «да», – итарец посмотрел на меня прямо, первый раз за последний час. – В тот момент, когда Лев был готов сделать следующий шаг, что повлиял бы на наши отношения, я вспомнил о тебе, твоем страхе и твоем желании. На этот раз я смог с этим справиться.Я едва заметно улыбнулась и подкинула в костер очередное «полено».– Спасибо тебе.Ответом мне была тишина.