Анна

Впервые за долгое время я осталась совсем одна, да еще и взаперти. Диар закрыл дверь снаружи, а засов я задвинула сама, как он учил. Желания сбежать не было совсем. На незнакомой планете, о которой не владею ни малейшей информацией, густонаселенной иномирянами, не имея никаких средств и навыков к выживанию, не больно-то преуспею в этом деле. К тому же несмотря на то, что кхагарт является моим похитителем, главным виновником, круто изменившим мою жизнь, больше верить мне здесь некому. Хорошо, что все его дикости пока только ограничиваются укусом и каждодневным кровавым десертом.

Я села на огромные подушки, что предназначались вместо диванов, взяла эластичный прозрачный киберпланшет для графических рисунков, предусмотрительно оставленный Диаром для меня, и принялась чертить крупной ручкой со стилусом световыми чернилами созвездия Млечного Пути, размышляя.

Кхагарты – хищники внушительных габаритов, с развитой мускулатурой, страшные, как злодеи из комиксов популярного Марвела. Клыкастые, рельефные, разноцветные, с наростами в виде шипов. Но при этом разумные.

Меж делом я отрывалась от рисования, методом тыка на огромном мониторе, переключавшем ранее пейзажи, просматривала местные новости, не понимая ни одной буквы или же цифры, разбирая лишь частично информацию на слух.

Вряд ли такого технологического прогресса, который меня окружает, кхагарты достигли сами. Вероятнее всего, им кто-то помог. С какой целью таких опасных иномирян приобщили к цивилизации? Что поспособствовало? Я осмотрела пространство большой гостиной, вся планировка и дизайн были подобраны комфортно для таких больших хвостатых существ. Ничего бьющегося или хрупкого в зоне видимости нет. Но что-то не вяжется у меня вся эта аскетичная роскошь и образ Диара вместе. Теперь – ванная. Да, она гигантских размеров. Но ведь не просто бадья какая, а самая настоящая ванна. Рубашка на крючках. Явно маловатая, хоть и с прорезями на локтях, для шипов. Не его? Тогда что она тут делает? Платье – очень схожее кроем с нашими. Подходит другим иномирянкам? А что они тут делают? Явно не с этой планеты. Я снова посмотрела монитор с новостями. В большинстве случаев фигурировали кхагарты и торшредоры. Вторых тоже легко запомнить. Очень уж похожи на тех гуманоидов, которых рисуют у нас на Земле, говоря о пришельцах. Только вместо ног черт пойми что.

Отношения кхагартов – следующее окошечко без галочки. Почему Диар груб с сестрой? Насколько я поняла, она его ближайшая родственница. Да и гости были к ней не особо доброжелательны. К слову, о беседе гостей: о какой натуре Диара они вели речь? Что он скрывает от меня? И как долго еще собирается держать тонкости своего мира от меня в секрете? Перспектива птички в каменной клетке не очень впечатляет. Быть чьей-то игрушкой, как назвал меня белый ящер, – далеко не весело, и вскоре мне и ящеру это наскучит. Перспектива моей дальнейшей жизни выглядит так себе.

Есть еще один очень призрачный шанс, что Ирина, Ольга и Дайске живы. Но смогут ли они меня найти в этой неизученной части Вселенной? Будет ли у них такая возможность? Нас так грубо разделили.

Я тяжело вздохнула, отложила планшет с готовыми рисунками и взяла пульт. Повертев его в руках, нажала одну из кнопок и с удивлением поняла, что активировала микрофон для голосовой команды.

– Что бы первым спросить… эксперимента ради, – я нахмурилась, вспоминая первый опыт общения с Диаром. – А хотя бы это: «Хас-с-ша».

Команда поиска сработала мгновенно. Один за одним замелькали слайды, на которых была изображена желтая, словно канарейка птичка из снов, что снились мне в шлюпе. Края перышек на крыльях имели белую пушистую кайму. Она питалась нектаром, перелетая от одного огромного фиолетового цветка к другому.

– Словно наша колибри, – пораженно следила я за кадрами первого же воспроизведенного мной видео. – Как? Это все равно, что земляк назовет меня птичкой. В этом должно быть что-то нежное. Возможно даже интимное. Почему Хас-с-ша?

Посмотрев еще немного, решила спросить следующее, что до сих пор поднимало в моей душе смятение. Реакция Диара на него была понятна, но хотелось бы видеть, что значит «чудовище» в понимании кхагартов.

– «Ша’ар-ким»…

В ответ открылись кадры, совсем не те, которые я ожидала увидеть. То были не монстры, каких я привыкла видеть в фильме ужасов, а сами кхагарты… но в таком ужасном свете, что я невольно прикрыла рот рукой от изумления, рассматривая сменяющиеся кадры. Кровь, жертвы, где живые, где кусками… где одна, порой более трех иномирян, а над ними разъяренные огромные ящеры, нависающие коршуном. Окровавленные когти, клыки, искаженные яростью морды, длинные гибкие хвосты, помогающие ящерам держаться за ветви, балки, ломать кости. Они то изображены нападающими напрямую, то со стороны, иногда с потолка, когда никто не ждет. И исход один – объекту их интереса наступал страшный болезненный конец.

– Если это хотя бы часть правды… – поспешно выключила я монитор. – Больше никогда не выйду отсюда!

Со лба бисеринкой скатился пот. Но я сразу его утерла, и взяла свою фантазию в руки.

– Будь это так, вряд ли они бы жили в такой роскоши. Хотя, если у каждого в доме по вот такой вот «игрушке», как я, то ничто не удивительно.

Просидев недвижимо пару минут, я все же решила заняться платьем. На подшивку у меня ушла чуть ли не вся ночь. Кончики пальцев с непривычки разболелись, но ходить в рубашке с голыми ногами больше не хотелось. Мало ли кого занесет к нам в гости. Наряд был довольно необычным, как у сказочных красавиц. Длинное платье, до пола, без рукавов и с неглубоким вырезом. К плечам подшит полупрозрачный шлейф, легкий, словно вуаль из шелковых нитей, которой можно прикрыть плечи. Я поработала с вытачками, укоротила длину до своих щиколоток, добавила для удобства разрезы чуть выше колена с двух сторон, после чего устало рухнула на койку и заснула. Повезло, кошмары не снились, и проспала я до полудня.

Диар не вернулся, что меня озадачило. Еду я нашла сама: молоко, яйца и вяленое мясо имелись, но Диар ведь собирался вернуться до рассвета. Разве нет?

Послонявшись пару часов по дому, я не смогла найти себе места. Более того, до икоты меня довел звонок в дверь. Осторожно подойдя к монитору, я изумленно уставилась на трех ящериц, одной из которых оказалась Салиха.

– Ну же, я знаю, что ты дома! Не надо притворяться глухой, – выдала она раздраженно, приблизив морду к камере снаружи. – Нажми на кнопку внизу экрана, мы сможем пообщаться.

«Нажми на кнопку, получишь результат…» – пронесся текст старой русской песни у меня в голове, а после него предостережение Диара, что общение с этой особой на меня плохо повлияет. Я обдуманно ответила ей только потому, что меня волновал один-единственный вопрос, но не тот, который я задала первым.

– Что тебе нужно?

– И это вместо приветствия? – фыркнули ее подружки.

– В гости пришла, открывай.

– Я пароля не знаю, – попыталась отвязаться я.

– Я знаю. Затвор убери, – по-хозяйски велела Салиха.

– Диар не велел.

– Глянь, какая послушная, – зашипели ехидно ящерицы.

– Кстати, где он задерживается? – я постаралась притвориться глухой к комментариям. Мало ли что они в своих головушках вертят. К тому же есть риск, что мои извилины еще не все слова кхагартов осмысливают правильно.

– Может, на охоте задерживается. Годы в космосе сказываются, свобода и дикая природа опьяняют разум у самцов после долгих путешествий, – пожала та плечами.

– А может, по самочкам пошел, – хихикнула ящерица с серебристой чешуей.

– Девочки, девочки! Она еще ничего о нашем укладе не знает. Не травмируйте ее раньше времени.

– Ты слишком добра, – не согласилась с Салихой вторая кхагартка, тоже серебристая. – Вскоре Реван Диарат и Реван Мессард представят твоего сахима перед белыми. Они давно затеяли акт сиш-шты между ним и Нарисой. Пусть она знает и готовится морально.

«О чем это они?» – с трудом разбирала я смысл слов, не поспевая за скоростью их «щ-щебетания». Салиха тоже не удержалась от гаденькой ухмылки, обнажившей ряд острых клыков. Создал же бог таких красавиц.

– Ну, так откроешь? – вновь обратилась она ко мне.

– Таких желанных гостей даже врагу не пожелаешь, – не удержалась я от колкости. Ага, так и пустила я этих ядовитых гадюк.

– Раш-шида! – буркнула одна из ящериц, а мозг на удивление быстро перевел замечание как «хамка!»

– Ой, как жалко! – вздохнула притворно Салиха. – А я собиралась тебе о мире нашем рассказать, о других двуногих девушках и о том, что тебя вообще ждет. Из Диара вечно лишнего слова не выудишь. А тут такой шанс, такой шанс! – попыталась взять меня она на интерес.

– Приходи, когда Райсан Диар будет дома.

– Гляди-ка, – опять заухмылялись ящерицы, тараторя наперебой. – Райсан Диар. Как только язык повернулся. Ничего, скоро Нариса статус-то ему подправит.

– Может, не успеет? – с вызовом окинула подруг Салиха взглядом.

– Пошли, ставки сделаем? – троица забыла про меня и стала удаляться, отчего я с облегчением вздохнула. Ох уж эти бабские замашки!

О чем бы они ни говорили, мне это не дало информации ровным счетом никакой. Имя Ревана Диарата звучало уже из уст Салихи. Насколько я поняла, это кхагарт со скрипучим голосом. И, похоже, он глава их рода. Выходит, Реван Мессард глава рода белых ящеров. Два рода затеяли что-то с участием Диара. Но, помня, как Диар «радушно» приветствовал райсана Мессалу на космодроме, он ни в чем участвовать не хочет. Теперь в неприязнь этих ящеров внесено немного ясности.

День прошел совершенно бездарно. О чем я только не думала. Вспоминала то, как рассталась с семьей, как не удались мои первые отношения, как познакомилась с командой. Лавирование в астероидном поле, повреждение корабля, потеря товарищей… Самоубийство капитана… Духота, нехватка воздуха, шлюпки, тени, кхагарты. Предательство земляков, благодаря которому мы и очутились в этом путешествии. Кадры один за другим мелькали, душа подступающими слезами. Шлюп, кхагарт, укус, вкус чужой крови на губах и… этот тихий шипящий голос, который сперва нагонял много жути, но затем стал пробуждать во мне другие эмоции: страх и облегчение одновременно?

Уже лежа в кровати после душа, я машинально коснулась своих влажных волос, вспомнила, как кхагарт оглаживал их, явно стараясь утешить. А менструальные боли? Ведь он помог в тот день.

– Какой же ты загадочный, – произнесла я, проваливаясь в дрему.

Как долго спала, не знаю, но проснулась от шорохов, раздавшихся с первого этажа. Несмотря на предупреждение ящера, что засов никто не сможет открыть снаружи, кроме него самого, я испуганно подскочила. В чужом доме на новом месте я все еще чувствую себя неуютно. Не сказать, что кхагарт производил много шума, но я решила убедиться, что Диар вернулся. Только бы он не понял, что я не сплю! Я снова на цыпочках босиком спустилась с лестницы и выглянула на первый этаж из-за косяка.

По всей видимости, он вернулся домой уже давно. Морозильный склад был открыт настежь, а стол был завален шматками мяса и заляпан кровью. В руках Диара находился здоровенный тесак, которым он рубил кости, нарезал свежее мясо на куски, подвешивал на крюки в ледяном хранилище. Выглядело это жутковато. Ящер и его добыча. Где кхагарт не справлялся тесаком, помогал себе когтистыми руками. Мощь его мышц под черной чешуей и изорванным комбинезоном я сумела обозреть во всей красе в момент, когда он с усилием надломил какой-то крупный сустав добычи, затем тем же тесаком подрезал оставшиеся сухожилия. Я наблюдала за ним, не сразу сообразив, с открытым ртом. Не сказать, что картина пугает меня до икоты, но выглядит жутко.

Встрянув головой, прислушалась и не сразу сообразила, что в гостиной работает монитор, на котором звук убавлен до минимума. Услышав знакомые звуки, я досадливо закатила глаза.

– Только не это… – прошептала беззвучно одними лишь губами.

Щебет Хас-сши с монитора сменился кадрами из роликов, что искала я по запросу «ша’ар-ким». Он просматривал историю моих просмотров: решил узнать, к чему я проявляла интерес в его отсутствие, чем занималась. И тут это! Диар замер, присмотрелся к кадрам, затем тихо ругнулся и зло вонзил в сочное мясо тесак острием. Ящер уперся ладонями в стол и напряженно застыл так на какое-то время.

Отчего так стыдно-то? Я тихо поднялась назад, улеглась в кровать и зарылась в одеяло. Уснуть не смогла. Ждала. Спустя время Диар тихо поднялся и прошел в ванную. Я не сразу услышала его, лишь легкий вжик двери намекнул на его присутствие в комнате. Факт из фильмов, где кхагарт незаметно подбирается к жертве, сам себя подтвердил. Ох, как не хочется, чтобы все эти ужасы с монитора оказались правдой! Диар вышел нескоро. Я наблюдала за ним из-под ресниц. Свет из ванной снова бликами отразился от черной чешуи. Кхагарт, оголенный по пояс медленно подошел к кровати, сел на самый край и окинул меня взглядом.

– Не спишь, – произнес он внезапно, не спрашивая, а утверждая.

Я промешкала немного, но затем медленно протянула ему руку. Мне надо знать, как он отреагирует, рассеет ли все мои страхи или наоборот высмеет мой жест? Он осмотрел мою ладонь, будто увидел впервые. Затем протянул свою ручищу и сцепил наши ладони.

– Я задержался, – произнес он. – Не испугалась?

Это он про фильмы или полутора суток, проведенных в одиночестве?

– Немного.

Не расцепляя ладоней, он лег напротив, пугая блеском голубых глаз в полумраке.

– Я рядом. Спи, Хас-сша.

– А… – изумилась я, но была перебита:

– Спи.

– Погоди, – приподнялась я на локте. – Ведь ты же говорил, что снова будешь поить меня?

– Сегодня сделаем исключение.

– Вторую ночь подряд? Ты намекал, что это важно, – боже, что я несу. Сама напрашиваюсь.

– Важно.

– Так почему вдруг передумал? Ты же заставляешь меня пить твою кровь не с целью откормить и слопать?

Диар подался немного вперед, пугая своей клыкастой улыбкой.

– Была бы моя воля, я бы съел тебя всю… целиком еще на нашем первом корабле.

– Что же тебя останавливает? – фыркнула я с досадой и возмущением.

– Хас-сша, – отпустил он мою руку и лег на спину, схватившись за виски. – Не сейчас!

Тут я внезапно засмущалась. Я зашипела, как гадюка, а он схватился за голову. Как супруги, ей-богу! Еще птичка эта желтая. Приняв для себя твердое решение, я решила исправиться, проявить лояльность. Он явно расстроен тем, что я лазила в поисковике.

– Райсан Диар, – я придвинулась поближе, а кхагарт напрягся. И вновь эта голубая радужка. – Если это важно, я готова.

Диар тут же навис надо мной темной тучей, от чего по коже побежали тысячи мурашек. Вдруг и правда съест?

– Уверена? Я впервые за долгое время ходил на охоту, азарт еще не улегся.

– И? – спросила с опаской.

– Вдруг укушу?

– Уж постарайся не пугать меня еще больше.

Моя грудь вздымалась от частого дыхания и волнения. Диар медлил. Разглядывал мое лицо, затем большим пальцем коснулся моей нижней губы, приоткрывая рот. И было в этом что-то совсем нежное, необычное. Это пугало. «Мы разные!» – билась в моей голове мысль, от которой почему-то стало немного неловко и печально?

– Хорошо, – он прокусил вновь клыками кожу на своем запястье, там, где не было чешуи, и протянул его ко мне.

И снова я сделала это сама: впилась губами в ранку и стала слизывать медленно стекающие капли. На этот раз прокус был неглубоким, потому капельки скудно сочились из раны. Мы больше не нуждались в спешке: я не сопротивлялась, а он не навязывал кровь силой. Обхватив его предплечье руками, слегка сжала мышцы на нем, прикрытые черной блестящей чешуей, словно стальной тонкой кольчугой. Процедура вампиризма больше походила на ласку, а не ритуал. Больше ни вкус, ни сам процесс не вызывал у меня отвращения, став чем-то привычным. Кхагарт наблюдал за тем, как мои губы окрашиваются его кровью, за эмоциями, отраженными на моем лице. Переводил взгляд на шею, следя за глотками и борясь с соблазном укусить.

– Не открывай глаза, – велел он. – Продолжай.

Я почувствовала дыхание у самой шеи, как и прошлый раз, рубцов коснулся шероховатый раздвоенный язык, заставив меня сотрястись мелкой дрожью от волнения. Он сдержался. Лишь слегка прикусил кожу, прошипев что-то с томительной мукой. Лодыжки коснулся юркий хвост. Мое тело охватила необъяснимая истома, приправленная легкой горечью.

Освободив свое запястье из моей хватки, он провел когтями по моей щеке.

– Отдыхай. Я буду рядом.

Развернув спиной, ящер подгреб меня к себе и укрыл нас одеялом. То, что происходит, явно неправильно, но почему-то так необходимо ему и начинает нравиться мне. Могу ли я… желать кхагарта? Испытывать вожделение от его таких осторожных прикосновений? Ящер уткнулся мордой в мои волосы и довольно быстро уснул, и я вместе с ним. Проспали остаток ночи и все утро. А к полудню раздался непонятный звонок. И звучал он с одного из планшетов на первом этаже. Когда я открыла глаза, то сразу встретилась глазами с Диаром. Он проснулся первым и просто наблюдал за мной.

– Все миры этой вселенной подождут, – рыкнул ящер, не желая покидать постели и отвечать на звонок.

Из моей груди сорвался тяжелый вздох.

– О чем задумалась? Плохо спалось?

– Вроде пока нет ничего сложного в роли игрушки, – сгорала я под его пристальным взглядом от стыда, делясь мыслями. Ночью все не так воспринимается, как днем. Я потихоньку отползла в сторону, намереваясь слезть с кровати и скрыться в уборной. – Но хотелось бы больше знать о своей дальнейшей судьбе. И я имею на это право, не находишь?

– Забудь о том, что сказал Мессала! – прошипел Диар, снова глаза окрасились золотом. Раздражен.

– И все же? – остановилась я у двери.

– Иди, умывайся, – он поднялся, без труда встряхнул одеяло, укладывая его ровно и разглаживая ближайший угол хвостом. Ответом одаривать меня явно никто не собирался.

Внизу снова раздалась трель, и кхагарт подхватил свежий костюм из шкафа и спустился. В ванной в одной из корзин лежала истерзанная хищником, пропитанная кровью одежда Диара. Я осторожно осмотрела ее, поражаясь тому, какие на ней были жуткие разрывы в то время, как на кхагарте не было ни одной царапины. Вроде бы даже все темные чешуйки были на месте, одна к одной. Приведя себя в порядок и сменив рубашку на платье, я явилась в гостиную, где застала его сидящим за столиком на подушках. Он был чем-то озадачен, смотрел в одну точку, сжав планшет до хруста.

– На родной планете я бы разорилась, чтобы купить что-то подобное, – произнесла с осуждением. – Эта техника стоила бы немало денег.

Ящер перевел на меня глаза и застыл. Его взгляд несколько раз оценивающе прошелся по моей фигуре, затем остановился на разрезах у подола. Планшет окончательно развалился на осколки в его ручище.

– Что это такое? – вдруг неоднозначно зашипел Диар.

– Платье, что принесла Салиха, – пожала я плечами.

– Это я вижу, – он поднялся, подошел вплотную, заставив меня на шаг отступить. Кончик хвоста ловко проскочил в вырез и обвился вокруг моего бедра, от чего я взвизгнула и попыталась дернуться. Вдруг шипы на кончике оцарапают? Они небольшие, но все же. Но не тут-то было. Диар держал крепко, а от падения подстраховал лапищей, прижав меня к своему торсу.

– Что не так-то? – уперлась я руками в его широкую грудь, скрытую под новым чистым костюмом, подчеркивающим весь ее рельеф.

– Носить будешь только дома, и только когда нет гостей.

– Вот уж не думала, что тут такие строгие нравы.

Ящер ничего не ответил, лишь зажмурился и зашипел. Ругается?

– Не нравится?

– …Нр-равится, – ответил он не сразу, отстраняясь. Из его груди сорвался досадливый выдох. – Сегодня сделаем исключение. Мы идем на встречу. Я планировал взять тебя с собой.

– Что, серьезно? Мы прогуляемся?

Мой восторг он не разделял.

– Если будет время.

В это время от двери раздался звонок. Как оказалось – это была доставка, чему я возрадовалась. Еще одно сходство между нашими мирами. А доставили нам легкие сапоги из мягкой кожи на плоской подошве.

– На первое время, – протянул мне коробку Диар.

– Это мне?

– Да. Они однозначно большие. Прежде на Кхагаре не было землянок. Никто еще не видел таких миниатюрных женщин, как ты. Так что для твоих… ножек, – ящер снова скосился на вырезы платья, – обувь мы тоже будем шить на заказ.

– Ну, – засмущалась я, принимая подарок. – Это не проблема, каблука-то нет. Шнуровку потуже затяну, не выпаду.

Высота голенища доходила до колена. Цвет – бежевый. С платьем цвета морской волны сочеталось неплохо.

– Поедим уже в гостях. Реван Диарат не любит ждать. Идем, не будем испытывать его терпение.

– Райсан Диар, – окликнула его я, заставив обернуться. – Спасибо.

Он не ответил, но было видно, что моя благодарность ему приятна. Ящер подошел и низко склонился надо мной.

– Надеюсь, на тебя не надо браслеты снова надевать?

– Я буду послушной! – тут же заверила его, непроизвольно растерев запястья. Не хочу ходить, как на привязи.

– Было бы очень кстати.

Добираться далеко не пришлось. Как я и предполагала, белые кхагарты жили в соседнем каньоне. Мы повернули на ту же улицу, где я мельком успела увидеть Мессалу. К моему великому изумлению, песчаник каньона был практически белого цвета.

– Жуть какая, – вдруг вымолвила я, разглядывая выщербленные стены, рамы, двери, колонны на отвесной скале.

– Почему так думаешь? – решил поинтересоваться Диар.

– Я невольно подумала, что на этом фоне, при определенном освещении, могла бы не разглядеть их. Они случаем не умеют сливаться с обстановкой? – заглянула я в желтые глаза с вертикальными зрачками.

– Как догадалась?

– Проклятье! Я просто ткнула пальцем в небо. Решила проявить полет фантазии и угадала, – вот досада-то!

– Я тоже могу сливаться с обстановкой, – вдруг огорошил меня кхагарт. – Но с более мрачной. Например, в лесах и пещерах.

– А серые? – проявляла я любопытство, не сводя с него глаз.

– Серым хорошо в крупных технически оснащенных городах, на космодроме. Подальше от лесов.

– Почему?

– Слабее, – не раздумывая ответил Диар, сбавляя шаг.

– А вы с белыми, значит, сильные?

– Вроде того, – сквозь зубы прошипел он и остановился.

– Скромничаешь? – весело хмыкнул кто-то напротив.

Я поспешно перевела взгляд вперед и уперлась им в белого знакомого кхагарта.

– Эм… – попятилась я от неожиданности. – Райсан Мессала?

Диар внезапно зарычал, заводя меня за спину, в то время как радужки Мессалы на некоторое мгновение сменили цвет на голубой, а узкие зрачки расширились, оглядывая меня в новом наряде с ног до головы. Голубой на его клыкастой физиономии выглядит не так жутко, как желтый. Как только я исчезла с поля его зрения, Мессала гаденько улыбнулся Диару, явно тем самым раздражая его.

– Какой нежный голосок, – его шипение было сравнимо для меня со сладким ядом. – Все не мог дождаться нашей с вами первой официальной встречи.

Белый кхагарт явно обращался ко мне, наплевав на темного, напряженно застывшего перед ним. Неприязнь между ними видна невооруженным взглядом, но ни один, ни второй не боялись друг друга.

– Диар, – со стороны раздался скрипучий голос ревана Диарата, что вышел с другим темным ящером. Оба кхагарта выглядели довольно сносно и почти не уступали по габаритам Диару. Только мышцы под их чешуей бугрились, как у местных бодибилдеров. Чересчур уж массивны.

Диар и Мессала синхронно перевели взгляды на старшего.

– Проходите в дом. Не стоит устраивать представление на потеху самкам. Успеется.

Я перевела взгляд на окна, где мелькнул силуэт Салихи и белой… ящерицы? Стальные жалюзи быстро перекрыли обзор. Отчего так страшно? Столько здоровых хищников вокруг меня. При желании перекусят хребет и не заметят. Я на их фоне все равно, что блоха перед богомолами. Ох, давно мой мозг мне сравнений не подкидывал.

Мой похититель сжал своей лапой мою ладонь и повел вслед за собой. Мессала держался позади, от чего по моей спине прошелся холодок. Пройдя сквозь огромную белоснежную гостиную, мы оказались в необъятной оранжерее, которая меня просто ошеломила. Крупнолистные растения, ароматные цветы, извилистые дорожки, мощенные белым камнем. По центру сада располагался овальный низкий стол, обильно уставленный блюдами с разнообразной едой и крупными металлическими кубками. Вокруг него восседали на уже знакомых подушках кхагарты. Все они поднялись, приветствуя Диара, который в свою очередь учтиво склонил голову лишь перед одним из белых.

– Реван Мессард.

Пользуясь этим, Мессала занял свое место, бессовестно разглядывая меня.

– Диар, – белый протянул когтистую ладонь, пожимая свободную лапу темному. – С возвращением на родину. Присаживайтесь, – указал он на отведенное ему место.

Кхагарт сел на подушки по левую руку от хозяина дома и напротив ревана Диарата. Скрестив ноги, он потянул меня за собой, по-хозяйски усаживая на левое бедро и обхватывая рукой поперек талии. Вот теперь я чувствую себя в безопасности, даже несмотря на пристальное наблюдение Мессалы и окружающих. Вот уж не думала, что стальная хватка этого кхагарта снимет с меня добрую долю напряжения.

– Что ж, прежде чем мы перейдем к насущным вопросам, – произнес Диарат. – Представь нам свою гостью.

«Гостью?!» – чуть не вырвалось у меня возмущение, но вовремя вспомнила, что обещала Диару вести себя хорошо.

– Ее имя райсана Ханна.

Мессала раздраженно прицокнул раздвоенным языком.

– Она уже понимает нашу речь?

– Достаточно хорошо.

– Отлично, – улыбнулся обезоруживающей улыбкой второй черный кхагарт. – Реван Дардан, отец Диара, – слегка кивнул он шипастой головой. В его желтых глазах сиял интерес.

Как же тяжело было удержать челюсть на месте. Почему я раньше его не спросила о родных? Сейчас бы уже знала, что отвечать, кому и как.

– Позволь представить тебе главу нашего рода, ревана Диарата, и главу рода этого дома ревана Мессарда.

– Дедушки райсана Диара и райсана Мессалы? – подала я голос, поразив его писком всех окружающих. Столько ошеломленных чешуйчатых морд!

– Все верно.

– Как вы находите наш мир и наше общество? – опередил Дардана, реван Мессард, смерив меня оценивающим взглядом.

– Довольно… неоднозначно, – не стала скрывать я правды, отметив, что среди нас самок нет вообще.

– Позвольте заметить, что вы хорошо держитесь. Не многие иномирянки спокойно воспринимают наше общество, тем более в таком количестве.

– Поверьте, мне это дается с великим трудом, – о чем засвидетельствовала капелька пота, скатившаяся с виска.

– Как я погляжу, – вклинился в разговор Мессала. – Ты уже провел одну из инициаций?

– Две, – тут же произнес Диар, заставив изумиться всех белых ящеров, а Мессалу одарить его убийственно тяжелым взглядом. Но вскоре тот быстро нашел самообладание и снова гаденько улыбнулся.

– Решил покинуть звезды? – снова подал голос реван Мессард.

– Да.

– Что ж, – задумчиво протянул тот. – Это хорошая новость. Но изволь снова напомнить тебе о нашем предложении. Наш и ваш род нуждается в продолжении. Нариса придерживается тех же нравов, что и семья. Нам нужен чистокровный наследник.

Вот так поворот!

– Она? С каких это пор самкам есть дело до рода? – презрительно хмыкнул Диар.

– Ты прав, – Мессала не отрывал от меня взгляда. – Моя сахима просто берет то, что пожелает. А желает она лучшего.

– Я давно обозначил свою позицию. Лет сто назад. И остаюсь непреклонным. Актам сиш-шты меж нами не бывать.

Так вот что это значит! Именно это слово упоминала Салиха.

– В связи с новыми обстоятельствами, – одарил меня взглядом реван Диарат. – Есть несколько подходов к этому вопросу. Первый из них: ты передаешь райсану Ханну белому дому. – Диар непроизвольно рыкнул. – А тебе отходит наследник и главенство двух родов.

«Куда? Кому они собрались меня отдать?!» – я крепко вцепилась пальцами в свободное предплечье Диара. Ящер сначала изумился, после чего уверенно расположил ладонь на моем бедре, прижав к себе еще теснее. Тепло, мгновенно разлившееся по телу, немного успокоило.

– Я не рвусь в лидеры. И никогда этого не хотел, – отвечал всем, а смотрел в мои глаза.

– К тому же, – вклинился отец Диара, привлекая его внимание. – Учитывая, что нашим самкам тяжело дается возможность забеременеть, понадобится не один акт. И нет гарантий, что родятся сыновья. Это могут быть дочери.

– Еще один акт решит вопрос, – отмахнулся дед.

– Один ли?

– Сколько потребуется! – зашипел Диарат на Дардана. – Второй вариант: ты оставляешь свою… гостью себе, – тут уже Мессала зашипел. – Но и Нарису берешь в свой дом, до рождения сына. При этом право главенствования перейдет Мессале, а затем твоему сыну, по достижению им двухсот лет.

Все вдруг замолчали, не мешая Диару обдумывать предложенные варианты. Но кхагарт долго не мешкал.

– Я выбираю третий вариант – где я буду свободен от всех ваших обязательств. Как вы дальше будете продолжать род, меня не волнует.

– Диар, – реван Диарат был недоволен внуком. – Отойдем на пару слов. Ханну можешь оставить. Здесь ее жизни ничего не угрожает. Дардан, – окликнул он сына.

Вот так я и осталась в обществе белых ящеров. Стало жутко не комфортно и страшно среди незнакомых хищников.

– Можно мне… пройтись по оранжерее? – обратилась я к ревану Мессарду. – Я еще мало знакома с вашей средой. У вас прекрасный двор.

– Разумеется, – улыбнулся белый кхагарт обезоруживающей улыбкой и развел рукой.

Я поднялась и решила зайти в кусты погуще – подальше от всего этого чешуйчатого кошмара. Боже! И тут браки по расчету. Идеальных миров не существует. Даже разумным хищникам приходится чем-то жертвовать… Но жить в доме белых? Или же под боком у своенравной хозяйки, которая слопает меня, например, в период ПМС, если таковой у них имеется? В любом случае мое положение не лучше, чем у рабыни, игрушки. Да и, к слову: я привыкла к Диару. Кое-как мы добились взаимного расположения. Какая-то там ящерица с царским замашками на все самое лучшее меня подле него не устраивает, вот совсем. Как вспомню рассказы про все наши земные дворцовые интриги, как наложницы, жены и простые слуги подставляют друг друга. Через что мне предстоит пройти? Чем дальше в лес, тем страшней фантазия. В задумчивости я вышла к краю оранжереи, за которой начинались коридоры и лестница на второй этаж.

– Настоятельно не рекомендую покидать сад, – раздался голос Мессалы за моей спиной. – Если не хочешь наткнуться на двух ядовитых ящериц.

– Я не собиралась… – начала оправдываться, резко обернувшись, и оступилась от неожиданности! Я чуть не закричала от увиденного! Мой рот накрыла одна рука, а вторая подхватила, страхуя от падения. Обычные руки! На ладонях лишь местами виднелись белые чешуйки. Когти стали аккуратней, меньше. Передо мной стоял некто, безумно похожий на человека!

Голубые глаза с вертикальными зрачками, белоснежные волосы вместо шипов, каскадом ниспадающие на рельефные плечи, прикрытые белым эластичным комбинезоном. Бледные скулы, покрытые толстыми полосками перламутровой блестящей чешуи, тонкие губы. От шипов на голове осталось лишь два, центральных. Мужчина убрал когтистую, но уже не такую массивную ладонь с моего рта и помог твердо встать на ноги, предусмотрительно придерживая под руку.

В пугающей близости от меня предстал опасный и в то же время очаровательный получеловек. Высокий, крепкого телосложения.

– Мессала?!

Эта ухмылочка… Ухмылка белого ящера! Они что… Оборотни?!