Ирина

– Плохо. Все очень плохо, – хмурилась Шелли, читая мои конспекты. – Получается, в вашем мире вообще нет магии?

– Выходит, что нет. Бывают чудеса, возможно, ниспосланные нам свыше.

Мы расположились в гостиной чародеек и попивали горячие напитки перед новой парой.

– Наши ауры усиливают чувства партнеров многократно. Сложно представить, что бы мы чувствовали и как себя вели, – мерила шагами комнату Ксения. – Возможно, у чародеек было бы тогда более трех мужчин, и они меняли их как перчатки. Совсем как на Земле. – Она остановилась, обернулась ко мне. – Так что у вас там, с профессором?

– А что с профессором? – я не выдержала ее прямого взгляда.

– Как там дело с лекарством продвигается?

– А, это… – и почему мне показалось, что спросить она хотела не об этом?

– Угу, – покивала Шелли. – Последнее время он такой возбужденный. Совсем не спит. Раньше он был спокоен и рассудителен в любой ситуации, а теперь порой не замечает никого вокруг себя. Они с Молом работают не покладая рук.

– Может, он его в преемники готовит? – предположила Ксения.

Девушки переглянулись.

– Не хочешь ли ты сказать, что Мистиф Ноган планирует в ближайшем будущем подать в отставку?

– Даже если так, не пойму, хорошо это или плохо? – Ксения вновь посмотрела на меня каким-то оценивающим взглядом.

– Ему уже довольно много лет. – Пожала плечами Шелли. – Он до сих пор одинок. Заметила? Его тьма последнее время начала показывать себя. Порой мне кажется, что пространство в учебной комнате резонирует. Только потом поняла, что это он источник резонанса.

– Она раньше вообще не показывалась. Заметила, конечно. Особенно после того, как приняла покровительство Адалиса.

– Погоди, – икнула я. – Ты?

– Да-да, мы вступили в брак ровно в день моего совершеннолетия, – закатила глаза Ксения.

– А родители…

– Еще не в курсе. Я их пока не видела и стараюсь избегать. Алекс рассказал Мистифу. Его эта новость не сильно удивила.

– Так вот почему ты теперь носишь мантии, – осенило меня.

– Да, – протянула Ксения чуть смущенно, погружаясь в свои мысли. – Адалис ждал, когда я вырасту, целое столетие. А я решила, что он будет моим, еще лет в пять.

– Разве такое возможно?

– Я же магичка от рождения. Моя мана и его тьма идеально подходят друг другу. К тому же он сам по себе очень заботлив, очарователен, внимателен, силен и нежен, – последнее слово она произнесла с явным благоговением.

– Чезар убьет его, – хмыкнула Шелли.

– Нет.

– Да!

– Нет! Вот увидишь. Он же не желает страданий своей любимой дочке.

Я улыбнулась, наблюдая за ними.

– Ксюша, мне очень неудобно просить тебя о таком сокровенном, но можно мне посмотреть, какая она – Риша?

– Почему бы нет? Ты новичок в этом вопросе, да и тема у тебя в учебном материале как раз об этом.

Она приспустила с плеч мантию цвета морской волны, и белая ажурная тату на плече правой руки открылась нашим взорам.

– Потрясающе! – воскликнули мы с Шелли.

– Она словно соткана из снежинок, – залюбовалась я и мечтательно вздохнула. Вот бы мне такую… от него.

– Почти как у тети Эливейн. Интересно, сколько сетов будет у меня? – в голосе Шелли прорезались игривые нотки.

– Ни одного, – колко заявила Ксения, словно треснув ту обухом по голове.

– Это еще почему?

– Алекс перегрызет всем глотки. А с теми, кого не осилит, расправится твой папа.

– А я, может, как ты, по-тихому определюсь?

– Девочки, вы не забывайте главное, – решила я вмешаться. – В этом вопросе важно не сглупить. А что уж там думают брат и папа, дело второе.

– Да, верно.

– Я давно уже для себя решила, что сет у меня будет один. Заслужил быть единственным.

Когда Ксения думает об Адалисе, она словно тает.

– SOS! Мы ее теряем, – склонилась к моему уху Шелли.

Ксюша сняла с ноги балетку и запустила в сестру, от которой та увернулась с хохотом.

– Я на тебя посмотрю, когда влюбишься.

– Нам пора на пару. Ирина, ты идешь?

– Да, сегодня я должна присутствовать. Вы меня заинтриговали.

– Чем?

– Резонансом. Хочу убедиться, смогу ли я его увидеть или почувствовать. Может, магия во мне вдруг проснется? – попыталась я перевести правду в шутку.

– Рожденный ползать летать не сможет, – с тяжелым вздохом произнесла Ксения.

– Я знаю эту поговорку, она с Земли, – грустно улыбнулась я ей в ответ прежде, чем мы покинули гостиную.

И все вроде как обычно. Столы, стулья, планшеты. Та же компания и я. Но внутри душа огнем горит, а тело мучается от накатывающей слабости и тошноты. Сегодня мое самочувствие резко ухудшилось. Видимо, новость об Анне его пошатнула. Если бы только я знала наверняка, что с ней все в порядке. Когда тень, самый желанный для меня во всей Вселенной, вошел в учебный зал, мое сердечко затрепетало. Эта ночь снова выдалась для него бессонной. Но небольшие мешки у век его отнюдь не портят. Голубые глаза одарили всех присутствующих доброжелательностью. Светлая кожа, белый костюм, пшеничные, слегка взъерошенные волосы – снова бел, как снег. Глядя на него, никогда не подумаешь, что внутри него живет непроглядная тьма. А ведь она является его главной частью, сущностью.

Тема занятия была довольно занятная. Этапы формирования плода у разных рас. Мистиф умел поддержать интерес у молодежи. Мы даже роды у манекена приняли! Последний раз подобная практика была в моем университете далеко в прошлом. Алекс, норовивший пару раз пошутить у манекена, дважды получал от наставника указкой по рукам, но все равно тот не был к нему излишне строг.

– Вы должны уметь принять роды у иномирянки в любой экстремальной ситуации. Даже при нападении пиратов!

– А если ящер рожать станет? – что-то Алекс сегодня излишне весел.

– Не станет. Они не берут в рейды самок. Их никто никогда не видел. Вопрос: «существуют ли они вообще?» – остается для нас загадкой. Итак, сейчас мы поработаем со сканером. Я пригласил по такому случаю одну из своих пациенток. Сидим, молчим, без нужды с расспросами не лезьте. После осмотра я расскажу более подробно, как им пользоваться.

Мистиф украдкой приглядывал за мной. Мягко улыбался по возможности, но не обделял вниманием своих учеников. Резонанса я не увидела и не почувствовала. Видимо, это совсем тонкая грань, которую могут распознать лишь тени и чародейки. Ну, почему мне было не суждено родиться в их мире, а всего лишь оказаться в нем при столь плачевных обстоятельствах?

Чуть позже мы стали свидетелями того, как крупненький малыш насасывает свой палец у мамы в животике. Чародейки смотрели в монитор сканера с нескрываемым любопытством и умилением, а Алекс с изумлением. Лишь Мол был спокоен. Видно, что у него уже больше опыта и медицина ему действительно интересна. Сильные гены у медиков в их роду. Папа – медик, дядя – медик. Здорово.

К концу пары, несмотря на интересный опыт и разнообразие информации, меня совсем накрыла слабость.

– Пойдемте, перекусим? – предложил Алекс. – Домашку сделаем позже. К тому же, – сбавил он немного тон, – сегодня у нашего отца день рождения, и он прислал немного маала.

– Это того, что из фруктов маллона настаивают? – заинтересовались девушки.

– Его самого.

– Здорово! Давай наберем всякого вкусного и пойдем в нашу гостиную? Ирина, ты с нами?

– К сожалению, нет, – стерла я ладонью легкую испарину со лба. – Полагаю, подобные настойки, даже если и слабые, только усугубят мое здоровье.

– Так, чаю попьешь из сарфирийских трав или сока, – сразу нашли они выход.

– Я откажусь, ребят. Простите, не сегодня. Пойду лучше прилягу.

– Тебя проводить? – обеспокоилась Шелли.

– Я провожу, – раздался бархатистый голос за моей спиной, заставив слегка вздрогнуть. – Отдыхайте. Только не буяньте!

– Что вы, профессор, – тут же ответил за всех Алекс.

– Я все слышал. Если будут поступать жалобы от экипажа – подарок отберу.

– Поняли, приняли, – подпихнула Шелли брата и Мола к выходу. – Доброго вечера!

Так я осталась с тенью один на один. Мы немного помолчали, я обернулась к профессору, чтобы начать разговор хоть с чего-то, но, как назло, ничего не приходило в голову.

– Сегодня ты останешься в медблоке, – начал он первым. Тон его был серьезен и непреклонен.

– Но мне всего лишь нужен покой.

– И он у нас будет, если останешься под присмотром. Я пригляжу за тобой. Идем.

Мы пришли в палату, ближайшую к его лаборатории. После того, как я выпила отведенные мне лекарства, медик подготовил для меня койку, где я и расположилась.

– Зачастила я сюда, – произнесла я с тяжелым вздохом.

– Это было ожидаемо, – ответил мужчина сухо, присев рядом. Он приклеил к моим запястьям датчики сканера. Из динамиков сразу тонкими сигналами обозначился мой пульс. Медик собрал капельницу и освоил мою вену. – Скоро тебе станет немного лучше. Тошнота отступит, я принесу тебе поесть чего-нибудь жидкого.

– Сегодня урок был довольно интересным. Наблюдать за кем-то, кто любит свою работу, довольно приятно и интересно.

– Рад, что тебе понравилось. Только вот на завтра от занятий я тебя отстраняю. Тебе нужен отдых.

– Так и заскучать легко, – произнесла я с грустинкой, глядя на то, как Мистиф ловко настраивает параметры сканера.

– Здоровый сон сбережет твои жизненные силы и даст мне больше времени для исследований. А потому советую тебе отоспаться за нас обоих.

– В таком случае меня надо поместить в анабиозную капсулу.

– Увы, это не выход для твоего организма.

– Мистиф, – наши глаза встретились. – Спасибо тебе.

Немного помедлив, он сцепил наши ладони.

– За что ты меня сейчас благодаришь?

– За хлопоты, прекрасные уроки, – он горько хмыкнул, но следующие слова заставили его расслабиться и улыбнуться. – За заботу, подаренное мне время и тот поцелуй. Он был по-настоящему волшебным.

Фигуру медика окутало едва заметное темное облако. Воздух в палате едва уловимо завибрировал. Вот он, резонанс, о котором говорили чародейки. Тень поднял мою кисть и без лишних слов оставил на ней едва ощутимый поцелуй, затем ненадолго прижал ее к своей прохладной щеке. Отпустив меня, Мистиф поднялся, сделал пару шагов к выходу, но внезапно обернулся.

– Ирина. Как думаешь, могла бы такая девушка, как ты, полюбить меня раз и навсегда?

Мои брови взметнулись вверх. От волнения я, кажется, забыла, как дышать. Динамики запищали чаще, выдавая мое беспокойство. Мистиф перевел взгляд на монитор сканера, еще раз улыбнулся и вышел из палаты, не дожидаясь ответа.

Святая Солун, что он делает со мной?

И что с ним делаю я? До чего же трепетно и страшно…

Больше мы не говорили. Мистиф принес мне супа, взял немного крови для новых образцов. Убрал капельницу, позволил сходить в уборную и душевую. Затем велел мне выпить еще две капсулы лекарства перед сном и снова скрылся в лаборатории. Чуть позже к нему присоединился Мол, и они снова продолжили работать вместе всю ночь и утро. Днем меня под присмотром девушек отпустили к себе. Оба парня выглядели озадаченными. Краем глаза за приоткрытой дверью на стеклянном столе лаборатории я заметила окровавленные салфетки. Кровь была синей. Выходит, не моя.