Анна

Последние несколько дней путешествия мы с Диаром почти не общались. После его «тонких» намеков на то, что я могу быть продана кому то как рабыня, мне было не по себе. Оказаться в лапищах незнакомого ящера очень не хотелось. К Диару я привыкла, имею о нем хоть какое-то представление. При этом о нем самом я не знаю ни подробностей, ни деталей. Только разве что он пират со стажем примерно лет в сто пятьдесят. Похищал иномирцев, свозил их на Кхагар и тайные космодромы.

В атмосферу Кхагара мы вошли почти плавно, после чего сразу попали в густые темные облака. Планета встретила нас пасмурной погодой. Диар отправил несколько сообщений на ближайшую станцию, после чего обратился ко мне:

– Старайся вести себя тихо и не привлекать излишнего внимания. Любая твоя выходка может усложнить жизнь нам обоим, – он смотрел мне прямо в глаза. Вертикальные зрачки сужены, жуткие. – Атмосфера Кхагара должна тебе подойти.

Я ничего не ответила. В моем взгляде он четко видел отрешение от происходящего, обреченность. Диар связал кисти моих рук, видимо полагая, что так будет надежнее, и я не наделаю спонтанных глупостей.

По иллюминатору затарабанили дождевые капли, морось быстро переросла в ливень. Вскоре мы смогли различить космодром, отстроенный на краю бездонной пропасти. Он почти ничем не отличался от тех, что рисуют наши режиссеры в фильмах, однако необычным декором на нем оказалось обилие крупнолистовой растительности. Я даже заметила несколько вьющихся лиан, свисающих вниз, словно канаты в пустоту. Неужели я скоро смогу покинуть свою «тюрьму»? Вдохнуть свежий воздух, полный всесторонних ароматов, распрямиться, потянуться и ступить на твердую зем… Твердый кхагар?

К стыковочному отсеку, к которому наш шлюп приближался, направились два серых кхагарта, менее крупных, нежели мой похититель. Молодые? Спецформа на них сидит идеально, словно вот-вот выйдет режиссер и начнет съемку. Чуть позже из здания вышел еще один ящер. Белоснежный, довольно крупный. Он неспешно выступил под струи дождя, вызвав непроизвольное шипение Диара. Они явно знакомы, и он не рад его видеть.

– Не высовывайся, пока я не позволю.

И не думала. Когда шлюп разгерметизировался, внутрь сразу проник прохладный ветерок. Пахло сыростью, но и это немного вскружило голову и заставило мои глаза заблестеть от непрошеных слезинок.

Диар вышел первым. Несмотря на слегка потрепанный вид, он потянулся и вдохнул холодный воздух полной грудью.

– Райсан Диар! Добро пожаловать домой, – воскликнули хором серые кхагарты, почтительно склонили головы и уперли кулаки в грудь.

– Реван Ррой, реван Сиддар, – кивнул он каждому из них довольно дружелюбно.

– Искренне рады твоему возвращению, – затараторили они наперебой.

– После неутешительной вести о судьбе корабля мы не ожидали увидеть тебя в живых.

– Но ты снова словно возродился из звездной пыли. Как тебе это удается?

– Райсан Диар, с возвращением, – едко протянул белый кхагарт, поравнявшись с ними. Он надменно вздернул голову, от чего его морда стала смотреться довольно мерзко. В его позе и взгляде не было ни одного намека на почтение. Рядом с ним чешуя Диара сильно контрастировала, от чего казалась смолисто-черной.

– Райсан Мессала, – несколько мгновений воцарившуюся тишину рассекал лишь шум дождя. – Чем обязан твоему появлению?

– Возвращался с обхода и случайно услышал твой сигнал. Решил задержаться, поприветствовать.

– Стоит ли оно того? – Шипы на гребне и локтях Диара вытянулись и стали отбрасывать блики света прожекторов. С чего бы такая резкая настороженность?

– Полагаю, с-с-стоит, – Мессала хищно потянул ноздрями воздух и выглянул из-за плеча кхагарта, найдя меня в его тени своим взглядом. Встретившись с ним глазами, я непроизвольно дернулась и отползла дальше.

– Даже спасаясь на шионе, не забыл прихватить очередной трофей. Откуда такое везение? Какой вкусный незнакомый аромат. Кто она? Мифическая землянка?! – Зрачки белого змея расширились, но Диар сместился, прикрывая меня собой.

– До этого момента мне действительно очень везло, – проигнорировал он последний вопрос. – Но вот встречу с тобой везением назвать не могу.

– Я лишь очередной раз напоминаю тебе о нашем существовании. Как и о том, что у нас есть пара не решенных вопросов.

– Все ответы я дал еще столетие назад. И после – не единожды.

– Мы еще вернемся к этому. При других обстоятельствах, – сменил он внезапно тему, которая заставила кровь в моих жилах застыть. – Так кому в этот раз причитается новая игрушка?

– Оставлю себе, – теперь уже у Диара в голосе проскочила самодовольная нотка.

– Даже несмотря на то, что стоит она целое состояние?!

– Райсан Диар, неужто решил оставить космос? – воскликнули серые кхагарты, придя в себя.

– Да. Полагаю, время пришло.

– Очень жаль, я бы поучаствовал в аукционе, – как бы невзначай обронил белый ящер.

– Не в этот раз.

Райсан Мессала раздраженно зашипел и еще раз украдкой окинул меня взглядом.

– Не прощаемся. – Это он мне сказал?! – Добро пожаловать домой, – кивнул он уже Диару и скрылся.

Как только его хвост исчез из нашего поля зрения, ящеры расслабились и обернулись ко мне.

– Правда землянка?!

– Да, она. Чудом выжила в той зоне. Сиддар, найдется шинель для моей спутницы?

– Конечно, – тут же отлучился тот, стукнув кулаком в грудь.

– Ррой, как дела с реваной?

Не успел Диар спросить, как тот припал на одно колено и склонил перед ним голову.

– Не устаю благодарить Тхакара за то, что даровал Кхагару такого сына, как ты, Диар. Большего счастья в своей жизни я и представить не мог.

– Поднимись, пугаешь райсану.

– Притерлись, – оскалился тот в подобии улыбки.

– Рад за тебя.

Реван Ррой поднялся, а Диар протянул ко мне лапищу, помогая подняться и выйти. Сиддар тут же передал ему шинель, в которую меня и закутали, накинув капюшон.

– Какая хрупкая, – позволили они себе заметить. – Она уже понимает нас?

Вопрос прозвучал как риторический. Догадались?

– Почти, прошла две инициации.

Кхагарты изумленно прищелкнули языками. Какие еще инициации? Это про ритуалы с кровью?

– Полагаю, Мессала этого даже не заметил.

И имел неосторожность взболтнуть лишнего! Вряд ли я теперь когда забуду этого крокодила. Белокожего… Фу!

– Что ж, райсана. Едем домой.