— Знаешь, чем охотник отличается от тех, кто в шапочках из фольги у телека сидит? — Спросил Олег Борисович, отодвигая в сторону пустую тарелку. — Так вот, мы опираемся на факты, а не притягиваем любую выдумку к событиям. За уши. Как сейчас делаешь ты.
За прошедшие дни мы с ним не раз пересекались в кафе, за обедом, и это была не моя инициатива. Просто подполковник, пользуясь случаем, знакомился с новичками, а заодно проводил среди нас разъяснительную работу. О тонкостях профессии, так сказать.
— Это не выдумка, и не паранойя! — Попытался возмутиться я.
— Этой байке всего несколько десятков лет. Думаешь, мы не проверяли? Проверяли! После второго случая прорыва нечисти, наши аналитики обнаружили совпадение. После четвертого, мы перелопатили все что можно! И ничего!
Да, в конце концов, понимая, что мы теряем время, я попытался привлечь внимание куратора к причине творящегося вокруг. Понимая, что так мы упустим Скворцова, и тот натворит еще что-то. Но вместо обвинений наткнулся на недоверие.
— Вы не понимаете!
— Это ты пока не понимаешь. — Нахмурился полицейский — А я в этом варюсь уже почти десять лет. И понимаю явно побольше твоего. Вот сейчас ты сидишь здесь и пытаешься убедить меня в существовании очередной городской легенды. Не имея ни доказательств, ни…
— Есть у меня доказательства. — Наконец решился я.
— Что, правда? Так… — Подполковник посмотрел на часы, подумал пару секунд, и наконец кивнул — Тогда через час они должны быть у меня на столе. Тогда и поговорим.
Полицейский уже ушел, а я остался сидеть за столом, невидящим взглядом смотря на нетронутую тарелку с супом.
Почему я вдруг так кардинально изменил свое отношение к происходящему? Ведь еще несколько дней назад я всеми силами старался не проколоться и не дать понять другим охотникам о том, что я как то замешан в нынешнем кризисе? Да все просто. Я ничего и не менял. Хотя, признаюсь, сомнения во мне поселились…
Особенно когда я раз за разом видел, как работают опытные специалисты. И как работает вся система в целом.
Казалось бы, в городке должен был разразиться локальный апокалипсис, но нет. Охотники взяли все под контроль буквально за сутки. И не только охотники. Кто-то же отслеживал происшествия по камерам, кто-то фильтровал жалобы гражданских, кто-то оперативно регулировал настроения в соцсетях, убирая на дно лент то что не надо, и поднимая на верх острое социальное, но не связанное с потусторонним.
Ну и охотники, да… Ночью нашу группу не трогали, а ведь все самое опасное как раз поднимало голову ночью. И охотники справлялись со всем этим быстро и профессионально. А мы выдвигались днем дочищать то, что появлялось, пока основные силы отдела отдыхали.
И по началу, после первых суток, мы активно общались с коллегами, перенимая опыт, собирая всю информацию, какую только можно. Обмениваясь контактами, чтобы если есть материалы, нам это все прислали по электронке, когда все закончится. И, постепенно начинали осознавать разницу между нашей самодеятельностью, и организованной структурой.
Но, честно признаюсь, я сам бы не смог отказаться от своего решения все скрыть, по принципу «как бы чего не вышло». И не только потому, что всерьез опасался, что нас обвинят во всем происходящем. Уже понял, к тому моменту, как отбрехаться.
Но сработал мой дурной характер, врожденное упрямство. Способность стоять на своем, даже зная что не прав. Просто из вредности.
Вот только в этот раз я был не один. И первой вопрос подняла Алена. Высказав опасение, что раз один камень способен натворить такое, то что будет, когда ведун объединит все девять?
В общем, сутки мне ели мозги чайной ложечкой, а видя что это не помогает, Алена собрала остальных членов команды, благо Игорь к тому времени уже благополучно отбыл домой. И в один из вечеров, в нашем номере прошло самое натуральное совещание. Со спорами, криками, нервами… Все как полагается.
Как ни странно, но мнения разделились поровну. Алена с Климовым настаивали на том, что нужно сообщить начальству обо всем, предупредив об угрозе, а мы с Машей были против. Причем, если Маша настаивала на том, что сами справимся, то я… Я спорил уже просто из упрямства.
Но, так или иначе, а сегодня, проводя утро в безделье, из-за отсутствия вызовов, я вдруг понял, что все кончилось. Нет, ночью парни еще работали, а вот нам уже монстров не досталось. Было ли мне обидно оказаться новичком среди профессионалов, после всех наших приключений? Наверное да… Но я еще помнил, как мечтал оказаться подальше от всего этого, вернув обычную жизнь. А потому, чувства были смешанные.
А вот в обед, встретив начальство охотников, я вдруг задумался о том, что голосование команды было не честным. Ну ладно, ладно… Просто Алена весь вечер капала мне на мозги, доказывая правильность своего мнения, и я сдался. И честно попытался признаться. А когда мне не поверили, еще и обиделся. Как так? Я тут иду с повинной, а меня посылают заниматься своими делами!
— Собирайтесь. — Вернувшись в номер, сообщил я поленившимся идти на обед товарищам — Кто там настаивал, что нужно рассказать все про Скворцова?
— А что не так? — Удивился Климов — Ты вдруг передумал?
— Ты бы тоже передумал, если бы тебе… — Начал было я, но заметив как нахмурилась Алена, вздохнул, и признал — Да, передумал. Потому что сами мы искать этого урода еще год будем. А так, система его породила, система его и убьет.
— Да ты что! — Взвилась Маша — Он же сам из этих! Ворон ворону глаз не выклюет! Мы еще и крайними будем!
— Да мы и так будем крайними. — Поморщилась Алена — А так, будем знать, что сделали все что смогли!
— Вот я и говорю, собирайтесь — Кивнул я — У вас энтузиазма хоть отбавляй, вот и будете убеждать полковника. А мне он не поверил.
— Вот! — Обрадовалась Маша — Это знак! Нефиг даже делиться с ними! Сами найдем урода, грохнем его, и все!
— А он возьмет, и такое же у нас в городе устроит. — Возразила Алена — И когда контора будет ликвидировать последствия, мы окажемся в заднице.
— А так, сможем сказать, что рапорт начальству был подан вовремя, а значит виноваты не мы, а отмахнувшееся начальство. — Дополнил Климов — Ну, не рапорт, но… Вы поняли, короче.
— Как хотите. — Насупилась журналистка, и поднявшись с кресла направилась к выходу — Я у себя. Когда вы придете жаловаться, будете знать где меня найти…
Не буду врать, что у меня не было соблазна поступить так же… Но, вредность вредностью, а раз взялся командовать, то будь любезен, бери все самое сложное себе. Даже если гордость и обида против.
В общем, через час мы терпеливо рассказывали начальству о происках Скворцова, подтверждая свой рассказ документами Макарова. И чем дальше, тем больше хмурился Олег Борисович, не перебивая, лишь иногда задавая наводящие вопросы.
— Откуда информация? — Наконец не выдержал куратор, выдернув из россыпи бумаги одну из страниц, касающуюся Скворцова.
— Добыта по нашему запросу куратором. — Не моргнув глазом соврал я — Это то что про колдуна. А вот чем он занимался, в том числе и тут, сами нарыли. Из открытых источников.
— И в этот город вы прибыли накануне кризиса?
— Да. — Уверенно кивнул я — Чтобы остановить урода, и не допустить… того, что в итоге произошло.
— Понятненько… — Олег Борисович пробарабанил по столу пальцами, глядя на распечатанную карту с отметками подобных событий в течении последних пятнадцати лет. — У меня только один вопрос? Какого черта вы не сообщили обо всем этом заранее?
— А кому? — Пожал плечами я — Куратор слег с инфарктом, неизвестно, выкарабкается или нет. Нам друг другу докладывать? У вас же секретность! Хер чего узнаешь!
Впрочем, как выяснилось в тот день, такой подход применялся только к новичкам, вроде нас. Что-то вроде испытательного срока. Проверки на болтливость. И на скотство, в случае если новоиспеченные охотники решат воспользоваться знаниями в своих интересах. Порчу на недруга наслать, или еще что…
А так, секретность, конечно присутствовала, но вот же они, охотники. И друг друга знают, и общаются вполне свободно. Делятся информацией, привлекают соседей, когда нужно помощь.
И конечно, на этом все не закончилось. Почуявший проблемы полковник вытряс из нас все. И историю нашего противостояния со старым ведуном, и даже найденный в навигаторе таксиста адрес, по которому, как я понял, сразу же были отправлены люди. Во всяком случае, команду полковник отдал прямо при нас.
Кроме того, старого ведуна объявили в розыск, а нам в свою очередь пообещали подмогу, и приказали немедленно собираться домой.
— Тут вы уже не нужны, так что работайте по этому делу. Аналитики проверят ваши бумаги… Но даже если вопрос с осколками пока под сомнением, колдуна надо обезвредить. Что он задумал, мы, конечно выясним… Но медлить нельзя. А вам следовало доложить обо всем еще в первый же день.
Из Звенигорода мы отбыли уже вечером, своим ходом. А дома нас должны были ожидать опытные спецы, работающие по чернокнижникам.
Но мы то ждали, что начнем активно ловить гада, едва нас не угробившего. Мы будем ловить, а спецы нам помогут.
Вышло же, с точностью до наоборот. Мы мотались по городу, показывая приезжим места, где колдовал Скворцов, и на этом наше участие закончилось. Все.
— Зазнайки! — Ворчала Маша, с которой мы и мотались по городу. Климова привлекать не стали, отпустив домой, а Алена решила заняться своим здоровьем. Встать на учет в женскую консультацию, сдать анализы, и все такое.
И да, мне тоже не нравились приезжие. Скорее всего из ревности, поскольку те отняли у нас дело, в котором мы так далеко продвинулись… Но не только.
Пара, прибывшая вести расследование, напоминала мне Христофорову и ее конкурента колдуна. Они даже внешне были на них похожи, пусть и не сильно. А еще, в самый первый раз, сунувшись с ними в дом, где я попал в плен ведуну, я услышал обидную отповедь. Мол сидите в машине, и не мешайте профессионалам делать их работу. Отчего я кипел весь день, и отошел только вечером, да и то при помощи Алены, которую волновать не хотелось.
И пусть каждый раз, прибыв на место, мы дожидались в машине, я все равно чувствовал, что прибывшие специалисты проводят какие-то ритуалы. Что-то замечал, что-то додумывал, а уж про то, что пахло от обоих вполне узнаваемо, сгоревшими травами, и говорить не приходилось.
Все кончилось через два дня. Когда после очередной поездки по городу, столичные гости, просто собрали вещи, и вежливо попрощавшись, отбыли в неизвестном направлении. Уклончиво отвечая на все вопросы. И единственное, чего мне удалось добиться, это уверенный ответ, что Скворцова в области нет.
— Не ясно, что он собирается делать с камнями, но для этого он выберет место силы. Там мы его ловить и будем, тем более, что мы нашли здесь все что нужно для этого.
— Да что вы нашли то? — Не выдержав, возмутился я — Что, опять секретность?
— Органику. Волосы колдуна, старую одежду, личные вещи. Все с чем можно проводить ритуал поиска.
— А мы?
— А вы продолжайте работать. Олег Борисович обещал прислать нового куратора, думаю, скоро этот вопрос решится. А пока, вот наш телефон, в случае чего смело звоните. Ваш мы тоже записали, как все закончится, сообщим. Всего хорошего…
И все. Ни тебе «Кузя, без тебя никак, выручай!», ни «ваш опыт нам жизненно необходим!»… Работайте дальше в своей песочнице, и не лезьте во взрослые игры.
— Всего хорошего? Серьезно? — Уже в машине не выдержала Маша — Нет, Вов, ты их слышал?
— Слышал…
Конечно и мне было обидно. Но высказываться вслух я не стал, чтобы еще больше не подогревать негодование Маши. Вместо этого позвонил гадалке, и предупредил, что мы вернулись, и готовы к новым свершениям.
— Можем убить кого-то со скидкой! — Кровожадно добавила Маша, прекрасно слышавшая весь разговор.
И да, как выяснилось, у той действительно нашлась для нас работа. Довольно простая, если бы с нами была Алена. А так, без помощи берегини, с изгнанием призрака пришлось попотеть…
И попытавшись убедить нас, что она еще в состоянии охотиться, Алена, долго и упорно приводила аргументы в пользу такого решения. Настаивая на своем, ругая твердолобых нас, мотивируя тем, что она же переживает!
— А ты научи меня! — Неожиданно для всех нас, предложила Маша, до того с интересом следившая за нашим спором — Нет, серьезно! Что я, не разберусь что ли? Вроде не тупая…
И вот тут нашла коса на камень. Точнее, сошлись в великом споре две упрямые девушки. Одна, не желающая терять позиции главной специалистки по ритуалам, а другая… Маша, как я понимаю, просто сделала выводы, и собиралась научиться всему что сможет, чтобы стать сильнее.
Я в это все не лез, только потихонечку подсказал Маше, чтобы давила на ответственность. Все же две девушки, способные простым наговором решить проблемы, или помочь нам выжить на охоте, это лучше чем одна. А потому, когда Маше удалось убедить мою супругу, и у них начались занятия по прикладному колдовству, или как это там называется, я только обрадовался.
И все мы постепенно расслаблялись. Поверив, что грозная организация, курирующая охотников, теперь точно разберется со Скворцовым. И больше мы его не увидим. Просто потому что это уже совершенно другой уровень.
Еще мы, с Климовым, наконец занялись увеличением нашего арсенала. Съездили к знакомому кладовщику за патронами, купили несколько охотничьих ружей, на всякий случай. И конечно, восстановили запас трав и осиновых колий. Чтобы было.
— Что загрустил? — Однажды вечером, обняв меня за плечи, ласково спросила Алена, заставив меня оторваться от просмотра новостных роликов в сети.
— Да вот… — Вздохнул я, не зная, что ответить — Неспокойно что то…
— Так все же хорошо? — Удивилась Алена, и потянув меня за собой, предложила — Может ты просто голодный? Без обеда же сегодня. Пошли уже ужинать!
— Ну пошли…
На самом деле, конечно, все было спокойно. И осеннее обострение у нечисти прошло, из-за чего мы за неделю всего один раз съездили на выезд, спокойно отдыхая в свое удовольствие. И по стране больше нигде ничего глобального не случалось, что давало надежду, что ведуна если не поймали, то точно гоняют как бешенного пса, не давая тому закончить начатое. Все хорошо. Вот только…
— Не знаю, тревожно как то. — Признался я, наконец — Сам не знаю, почему, но вот…
— Если бы я тебя не знала, решила бы, что тебе просто не хватает острых ощущений. — Покачала головой Алена, ставя передо мной тарелку.
— Но ты так не считаешь?
— Не знаю. — Честно ответила та — Люди привыкают к адреналину, и…
— Становятся зависимыми. — Криво улыбнулся я.
— Не обижайся. — попросила Алена — Но сам понимаешь, на нас столько всего свалилось за этот год, и…
Сигнал телефона дал повод девушке прервать неудобные объяснения, и отправиться в зал, за аппаратом.
— Вов, это твой. Сообщение от тех охотников. Ну, которые колдуна ловят…
— Наконец-то! — Обрадовался я — Значит все, наконец закончилось. Поймали все таки…
И взяв аппарат в руки, я разблокировал экран, открывая мессенджер, чтобы прочитать сообщение.
— Твою то мать…
— Что случилось? — Всполошилась девушка, и потянулась глянуть на то, что уже увидел я. Вот только не успела. Я одним нажатием кнопки выключил экран, и торопливо сунул гаджет в карман.
— Не надо, не стоит тебе смотреть…
— Да что там такое?
Вместо ответа, я поднялся с места, и направился в прихожую, проверить заперта ли дверь. А потом, достав из шкафа сумку, протянул пистолет Алене. Да и сам вооружился. И снова достав телефон, смахнул последнее сообщение, а вместо него, принялся звонить Маше и Климову.
— Так что там было?
— Фотография… — наконец признался я — Охотников… Короче… Они мертвы! Оба, представляешь? И как я понял, их еще и пытали перед этим.
— Но почему с их номера прислали сообщение? И кто?
— Скворцов. — Хмуро поделился я своими догадками — Это предупреждение. Или ответ на попытку помешать ему… Кто знает, что в голове у этого психа?
