Две с половиной недели плавания оказались исключительно трудными, слаживание команды оказалось делом далеко не простым, но благодаря совместным усилиям им удалось без потерь пережить сильный шторм. Но сложнее всего пришлось Ивану, если Константин со старпомом на пару управляли судном, а Василий с несколькими мотористами занимался двигательной установкой, то Ивану пришлось заниматься личным составом. Освобождённые пленники людьми были разными, из-за чего постоянно возникали трения, и для решения насущных проблем Ивану даже, бывало, приходилось применять физическую силу. Набив нескольким неугомонным и строптивым морды, он в конечном итоге добился слаженной работы экипажа, хотя далось ему это непросто. Без дела никто не прохлаждался, для каждого он находил работу и определял посменные вахты, а также вёл учёт продуктов питания и потребляемой воды. Продовольственный паёк был скудным, но этого более или менее хватало. Все его усилия оказались не напрасны, корабль ускорил ход, и в конечном итоге на горизонте замаячила береговая линия большого континента.

Внимательно разглядев береговую линию, Иван с разочарованием выдохнул, с такого расстояния даже в мощный морской бинокль рассмотреть детали было решительно невозможно. Уложив бинокль в кожаный футляр, он неспешно поднялся в капитанскую рубку и, подойдя к Константину, стоявшему за штурвалом, посмотрев ему в глаза, задал интересующий его вопрос:

– Сколько примерно потребуется времени, чтобы добраться до берега?

– К вечеру доберёмся, правда, придётся ещё разбираться с нашим точным местоположением. Нет, примерно мы знаем, где находимся, но отклонение в ту или иную сторону может быть в пятьдесят морских миль, а в совокупности это составляет примерно миль сто. В любом случае мы где-то в окрестностях порта Фельгауза. Кстати, я расспросил, что это за порт такой, оказалось, Фельгауз – типичный порто-франко, что существенным образом облегчает нам жизнь, – ответил Константин, пребывая в прекрасном расположении духа, ему было радостно, несмотря на неимоверные трудности, ему удалось довести корабль до намеченной цели.

– Порто-франко – это что значит?

– Да это свободный порт или его определённая часть, пользующийся правом беспошлинного ввоза и вывоза товаров. Порто-франко не входит в состав таможенной территории государства. Как правило, создаётся с целью привлечения грузов и увеличения товарооборота. Вообще, старпом был в Фельгаузе всего пару раз и особо не в курсе тамошних порядков, так что тщательно его расспрашивать не вижу смысла, на месте разберёмся. Главное, что до других крупных портов на побережье порядка пятисот миль, а это далеко, у нас и так топлива осталось на несколько дней.

Внимательно выслушав ответ, Иван на какое-то время задумался. С одной стороны, Константин был прав, в таком свободном портовом городе действительно многие вещи решить можно было быстро, но с другой… Но с другой стороны, в таких местах промышляли всякие банды, мошенники всех мастей, и действовали различные спецслужбы.

– Ты как хочешь, но на Фельгаузе надо быть предельно осторожным, в таких вот местах нарваться на неприятности можно буквально на каждом шагу, – высказал своё мнение Иван, и, помолчав несколько мгновений, задал вопрос:

– Что насчёт бумажных ассигнаций и серебряных монет, они хоть какую-нибудь ценность имеют?

– Да, это валюта островного государства Фурес, вполне ликвидные деньги, которые везде можно обменять на местную валюту.

– Ну, хоть на первое время деньги у нас есть, и то хорошо, – с облегчением выдохнул Иван, в глубине души не представляя себе, где и как они могут зарабатывать себе деньги на жизнь, а об этом необходимо было задуматься всерьёз. – Ладно, Костя, пойду-ка я готовиться к высадке, сам понимаешь, весь экипаж отпускать на берег никак нельзя, а вот я со старпомом и Ольгой высажусь в Фельгаузе и попытаюсь разобраться в местных реалиях. Глядишь, и получится завязать полезные контакты и решить хотя бы часть наших проблем.

– Иди, но я что-то сильно сомневаюсь в успехе твоей миссии, мы в такой попе оказались, что выбраться из неё, видимо, не получится никогда, слишком серьёзно мы все встряли, – нехотя буркнул Константин, отведя в сторону свой взгляд.

– Ну, это мы ещё посмотрим! – хохотнул Иван и, покинув капитанскую рубку, решительным шагом направился в свой кубрик. Войдя в помещение, он первым делом осмотрел свой арсенал, идти на берег без оружия было по меньшей мере неразумным. От винтовки он отказался сразу, а вот револьвер был в самый раз, хороший ствол он брать не стал, выбрасывать его в случае возникшей необходимости было жалко, и он остановил свой выбор на довольно сильно побитом коррозией стволе. Пусть он и выглядел внешне неприглядным, но был вполне пригодным к бою револьвером.

Сложив в небольшую наплечную сумку оружие, два десятка патронов к нему, а также флягу воды, Иван добавил пачку ассигнаций с десятком серебряных монет, после чего сходил к Ольге на камбуз и объяснил, что требуется, вернулся обратно в кубрик и завалился спать. Проснулся от осторожного прикосновения, открыв глаза, он увидел Ольгу. Поднявшись, поблагодарил её и поинтересовался, подошли ли они к порту. Получив утвердительный ответ, подхватил сумку и вышел на палубу.

Смеркалось, появились на небосводе первые звёзды, но Ивана заинтересовал порт, виднеющийся в паре километров от входа в большую бухту, защищённую со всех сторон довольно высокими горами. Портовый город неожиданно оказался по-настоящему крупным мегаполисом. Подойдя к фальшборту, Иван, достав бинокль, внимательно вгляделся. Всё побережье фактически было портом с многочисленными припортовыми пакгаузами, но среди всего этого имелись и мощная система обороны, усиленные крепостные береговые артиллерийские батареи, а на рейде стояло некоторое количество боевых кораблей, среди которых выделялся здоровенный четырёхтрубный линкор. Понаблюдав какое-то время за суетой, царящей в порту, Иван, глубоко вздохнув, поднялся в капитанскую рубку и, взглянув на Константина, поинтересовался:

– Что нужно сделать в первую очередь, когда я сойду на берег?

– По словам Камира, в первую очередь следует зайти в Ратушу и оплатить стоянку, указав точное время и цель пребывания в Фельгаузе. Портовые власти выдадут документы и выделят место швартовки с буксиром. Собственно говоря, это всё, делай в городе, что хочешь, главное – не нарушай местные законы, мигом отправят на каторгу, тут с этим строго.

– Нет, я это понимаю, но как быть, ведь для этого нам нужны какие-то личные документы, а у нас их нет вообще никаких. Не могу же я явиться в портовую администрацию и отделаться всего лишь деньгами, – удивлённо приподняв брови, высказался Иван, только сейчас задумавшись об отсутствии у них каких бы то ни было документов.

– Никого тут, в Фельгаузе, не интересуют документы, тут можно купить любые бумаги, подтверждающие твою личность, здесь главное – наличие бабла, есть деньги, решишь практически любые проблемы, а если нет, гуляй вальсом и не отвлекай от дела серьёзных людей, – пояснил Константин и, хохотнув, добавил: – Вёсельную лодку мы уже спустили для вас на воду, не яхту же из трюма доставать, только ненужное к себе внимание привлечём. Так что придётся вам с Камиром на вёслах поработать. Давайте поспешите, пока ещё совсем не стемнело.

Понимающе кивнув, Иван помахал Константину рукой и, выбравшись на палубу, жестом позвал старпома с Ольгой. Когда они подошли, распорядился спускаться в лодку по верёвочной лестнице. Оказавшись в лодке, Иван первым взялся за вёсла и погрёб, хотя первое время получалось так себе, опыта у него так такового не имелось, ему лишь несколько раз приходилось вёслами махать, да и то недолго. Освоился он быстро и через минут десять уже грёб, как заправский моряк. Примерно на полпути его сменил старпом, и спустя сорок минут они пришвартовали лодку у пирса, где их встретил патруль портовой стражи, и выяснив цель их прибытия, сопроводил в Ратушу. Выждав очередь, они вошли в кабинет и пообщались с тучным чиновником. Выяснив всё необходимое, Иван оплатил полагающуюся пошлину, а также заказал комплекты гражданских документов на себя, Ольгу и старпома, после чего их провели к фотографу, где сделали снимки. Фотограф, выполнив свою работу, пояснил, что за документами им следует прийти завтра к девяти утра. Оплатив снимки, они поблагодарили фотографа и покинули Ратушу. Оказавшись на площади, Иван в задумчивости оглядел окрестности, и вдруг на него что-то накатило, в глазах помутнело, и по всему телу пробежала ломка. Всё это продлилось какие-то мгновения, и его отпустило, правда, оставив после себя непонятные ощущения. Протерев глаза, он взглянул на старпома и хотел было попросить Ольгу ему перевести вопрос, но неожиданно Камир заговорил, и Иван его прекрасно понял.

– Всё нормально, Камир, не знаю, что-то накатило, но так же быстро отпустило. Не знаю, со мной такое впервые, – ответил старпому Иван, чем вызвал его немалое удивление.

Быстро взяв себя в руки, тот в задумчивости посмотрел на Ивана и задал ему вопрос:

– Что будем делать дальше?

– В первую очередь надо закупить свежие продукты длительного хранения и овощей и отправить на корабль, мы и так в последнюю неделю ничего, кроме рыбы, не ели. Интересно, где мы можем произвести закупки в надлежащих количествах? – отозвался Иван, в глубине души удивляясь, как вообще такое стало возможным – фактически в одно мгновение заговорить на иностранном языке, это было выше его понимания.

– Это надо идти на Привоз, там главная городская торговая площадка, где можно купить практически всё что угодно, лишь бы имелось достаточно денег. Хотя лучше поехать на таксомоторе, Привоз всё-таки довольно далеко отсюда. Заодно там и поедим, ресторации на Привозе – одни из самых лучших на Фельгаузе, – ответил старпом и, оглядевшись, заметил в конце площади стоянку таксомоторов, указав на неё, решительным шагом направился в её сторону. Переглянувшись с Ольгой, они друг другу кивнули и поспешили за Камиром. Погрузившись в первую машину в кузове фаэтона, старпом указал шофёру, куда ехать, и машина, пыхтя слабеньким бензиновым двигателем, неспешно покатила на Привоз.

Машина ехала медленно, но Ивана это вполне устраивало, он сидел на довольно комфортном кожаном сидении и с немалым интересом изучал портовый город. Фельгауз действительно был по-настоящему крупной городской агломерацией, в которой проживали несколько миллионов человек, с хорошо развитой архитектурой, транспортной инфраструктурой с наличием общественного транспорта, представленного главным образом трамваями и рейсовыми автобусами. Неожиданно он поймал себя на мысли, что он видит художественный фильм об эпохе конца девятнадцатого или начала двадцатого века, восприятие окружающей его действительности было сродни зрительскому, и это накладывало на него свой отпечаток. Наверное, он только сейчас осознал: всё, что с ним происходит, не сон, не игра, всё его окружающее более чем реально. Он смирился, хотя то, что с ним приключилось, ему совсем не нравилось…

Часа через полтора автомобиль въехал через открытые настежь ворота в огромный рынок и остановился возле трёхэтажного административного здания. Расплатившись с таксистом, они первым делом зашли в ресторан и плотно пообедали, после чего, выяснив, где находятся оптовые ряды, направились туда. Выбрав наиболее приличный на вид склад-магазин, они изучили ассортимент с ценами. Поторговавшись и выбив небольшую скидку, Иван оплатил заказ с доставкой на судно. За час грузчики загрузили в два грузовика ящики и коробки, и они поехали в порт.

В порту закупленные продукты перегрузили на большой катер и направились на рейд к «Призрачному грифу». Пришвартовавшись к борту корабля, рабочие с помощью лебёдки стали поднимать на палубу ящики и коробки, и пока они работали, Иван оставил старпома контролировать выгрузку, а сам вместе с Ольгой направился в капитанскую каюту.

– Как я вижу, у вас всё прошло успешно, – утвердительно проговорил Константин с довольной ухмылкой, как только они вошли в рубку.

– Как сказать… С приобретением провизии действительно проблем никаких, вот только от целой пачки ассигнаций на руках осталось лишь несколько купюр. Так что в реальности у нас денег не так уж и много, а если учесть, что нам ещё топливо покупать, так и вообще… Не знаю, как нам быть дальше, я бы предпочёл корабль как-нибудь продать и начинать осваиваться жить в Фельгаузе, других более или менее приемлемых вариантов я что-то совсем не вижу. Содержать целый корабль нам точно не по силам, это безумно дорогое удовольствие, – откровенно высказал своё мнение Иван, в задумчивости наблюдая через иллюминатор, как ручной лебёдкой поднимают на палубу купленные продукты.

– Пожалуй, я с тобой соглашусь, но прежде чем продавать корабль, следует хорошенько изучить местные реалии жизни, без этого нас легко могут облапошить, как последних лохов, да что там могут, непременно на деньги кинут, как пить дать. Остаться с голым задом как-то не хочется, – в задумчивости помолчав какое-то время, ответил Константин и хотел было что-то добавить, но неожиданно в их разговор вмешалась разъярённая Ольга:

– Я категорически возражаю! На острове, где базируются подводные лодки, в качестве пленниц две мои подруги томятся, их необходимо освободить! Парни, если вы настоящие мужчины, а не кони кастрированные, придумайте что-нибудь, я знаю, вы башковитые, что-то непременно измыслите, а посему я категорически против продажи «Призрачного грифа». К тому же он может нас кормить, только придумать надо, как именно. Если хорошо поразмыслить, можно придумать далеко не один вариант.

– Оля, ну как ты себе это представляешь, как мы можем захватить хорошо охраняемую военно-морскую базу, в которой стоит немаленький военный гарнизон? Это даже не база, а самая настоящая крепость, штурмом которую с нашими силами взять невозможно в принципе. Да и хитростью тоже не получится, для этого нужны хорошо подготовленные профессионалы самой высокой пробы, а мы таковыми не являемся, и нанять их у нас толком денег нет. Собственно говоря, мы практически голодранцы, – миролюбивым тоном отозвался Константин на высказывание агрессивно настроенной девушки. Как можно было вызволить её подруг, он не знал, ничего путного и здравомыслящего ему в голову не приходило.

– Мне всё равно, я категорически возражаю против продажи такого хорошего корабля, он нам самим пригодится. Моих подруг мы обязаны освободить, и мы их освободим, я всё сказала! – с ещё большей агрессией выпалила девушка и, скрипнув от злости зубами, покинула капитанскую рубку. Проводив её тяжёлым взглядом, Константин с досадой ругнулся, и пристально посмотрев в глаза Ивана, почему-то шёпотом задал ему вопрос:

– И что теперь нам делать с твоей сумасшедшей соседкой, а?

– Пока не знаю, надо подумать, ведь её подруг освободить из плена мы реально не в состоянии. Время терпит, придумаем, как её убедить в бесперспективности такой затеи, а пока я отправлюсь в город без старпома и Ольги, надо разобраться хотя бы в общих чертах, что здесь да как и, главное, почём. Мне всё равно надо быть завтра утром в Ратуше и получить на руки личные документы, без них юридически оформить корабль надлежащим образом невозможно, а без оформления судно продашь разве что на металлолом, и то далеко не факт.

– Подожди, а как же ты без Ольги будешь, ты же ведь языка не знаешь, от слова «совсем»?! – удивлённо подняв брови, спросил Константин, рассматривая его как некое чудо-юдо.

– Ах да, я же тебе не сказал. Когда мы все формальности в Ратуше сделали и вышли на площадь, не знаю, на меня что-то такое накатило непонятное, и я вдруг стал понимать язык старпома и говорить на нём тоже, даже читаю бегло тексты. Не спрашивай меня, как такое возможно, я понятия не имею, но это факт, так что мне сейчас Ольга не требуется, пусть уж тут на корабле пока побудет, мне так спокойнее. Ладно, хватит лясы точить, разгрузка скоро завершится, а мне надо в кубрик сбегать и ещё некоторое количество денег взять, – пояснил Иван удивлённому до глубины души Константину, и попрощавшись с ним, решительно направился в свой кубрик. Взяв некоторое количество ассигнаций, он вернулся на палубу и по верёвочной лестнице спустился на катер, и спустя пять минут, когда весть груз подняли на «Призрачный гриф», направился к берегу.

Когда катер пришвартовался на пристани, Иван пожелал всем всего хорошего, вышел на пирс и неспешным шагом направился к КПП. Отдав одноразовый пропуск охране, Иван покинул территорию морского порта и хотел было взять таксомотор, но передумал, предпочтя пройтись пешком хотя бы для того, чтобы почувствовать общую атмосферу города. Пройдя более трёх километров, Иван ощутил сожаление, вокруг порта толком ничего не было, кроме складских ангаров и пакгаузов, и хотел было найти ближайшую остановку общественного транспорта, но неожиданно ему на глаза попался довольно внушительных размеров комиссионный магазин, и подумав какое-то время, он решил в него заглянуть.

Оказавшись внутри, Иван на какие-то мгновения растерялся, чего только в нём не было, начиная от мебели и бытовой техники и заканчивая военной амуницией и снаряжением. Военное снаряжение его не сильно заинтересовало, как и мебель, а вот книги привлекли его самое пристальное внимание. Подойдя к длинным стеллажам и пройдясь вдоль них, Иван вчитывался в названия: детективы и всякие женские романы ему были не нужны, а вот книги по истории и географии его заинтересовали в первую очередь.

Выбрав с десяток приглянувшихся ему книг, Иван расплатился с продавцом, выйдя из магазина, прошёл метров триста, и увидев трамвайную остановку, пошёл туда. На остановке, рассмотрев на схеме маршруты, выбрал номер, идущий в центральную часть города, и когда подошёл нужный ему трамвай, сел в него. Несмотря на острое желание просмотреть купленные книги, он подавил его в себе, предпочтя заняться этим в другое время и в другом месте. Минут через сорок, когда трамвай остановился невдалеке от Городского парка, он вышел из вагона и, заприметив в паре кварталов гостиничную вывеску, направился туда. Сняв номер на сутки, Иван оставил вещи в номере и вышел в парк.

Пройдясь по широкой аллее, он увидел газетный ларёк, и прикупив пару газет и журнал, присел на лавке и занялся чтением. Перечитав от корки до корки две газеты, Иван вновь ощутил нереальность всего с ним происходящего, от чего на душе заскребли кошки, тем самым вызвав внутреннее беспокойство. С немалым трудом справившись с навалившимся состоянием, Иван сделал дыхательную гимнастику, и когда успокоился, взялся за чтение журнала. Журнал оказался куда как информативнее газет периодической печати, видимо, они принадлежали к так называемой жёлтой прессе, предназначенной для развлечения непритязательной публики. Журнал же изобиловал аналитическими статьями, касающимися как политики, так и экономики, и даже прочей светской жизни. Детали статей ему были во многом непонятны, но вот общий смысл он вполне себе уловил и осознал: мир, в котором он по неведомой воле оказался, был развит в социальном плане и далеко не так прост, как могло показаться с первого и даже второго взгляда.

Всё это было необходимо воспринимать всерьёз и требовало вплотную заняться изучением этого мира, чтобы не оказаться на обочине его жизни. Прежде чем предъявлять себя этому миру, нужна серьёзная и вдумчивая подготовка, без которой высовываться было исключительно безумным занятием. Судя хотя бы по жёлтой прессе и журналу, воспринимать местных аборигенов как неполноценных людей было в высшей степени глупо, мир был переполнен интригами различного уровня, а простые люди проводить изощрённые и долгоиграющие операции не могут, и это следовало накрепко запомнить…

Поднявшись с лавки, Иван свернул газеты и журнал в трубочку, неспешным шагом направился в гостиницу, уже вечерело, и бродить по городу ему порядком надоело. По пути зайдя в булочную, он купил несколько пирожков и бутылку неизвестного ему безалкогольного напитка. Войдя в гостиничный номер, он помылся в ванной и, устроившись в махровом халате на мягком диване, взялся за чтение первой книги по общей истории, спать он сегодня не собирался, предпочтя сну необходимые ему знания…

Устало закрыв книгу, Иван протёр глаза и, взглянув на настенные часы, удивился, на циферблате стрелки показывали шесть часов утра. Встав из-за стола и потянувшись всем телом, он, широко зевнув, сложил книги в сумку и прошёл в ванную комнату. Приведя себя в порядок, Иван съел оставшиеся пирожки, и одевшись, покинул номер. Отдав ключи от гостиничного номера на рецепции, Иван вышел в город и направился пешком в городскую Ратушу. Прибыл на место точно к назначенному времени в надежде поскорее получить новые документы, удостоверяющие личность, и неожиданно завис в длинной очереди. Его очередь подошла ближе к обеду, и он, весь истомлённый ожиданием, поздоровался с чиновником и передал ему оплаченную квитанцию с номером заказа. Внимательно изучив платёжный документ, мужчина хмыкнул и усталым тоном заявил:

– Господин Рокотов, заказанный вами комплект гражданских документов выдать я не могу, возникли некоторые трудности технического характера, для решения которых вам необходимо сейчас пройти в тридцать седьмой кабинет.

– Позвольте спросить, что это за трудности? – ругнувшись про себя, нейтральным тоном поинтересовался Иван, хотя далось ему это с немалым трудом.

– Это не в моей компетенции, по этой причине я не знаю, я лишь исполняю постановление, – пояснил чиновник, всем своим видом показывая, что задерживаться в кабинете посетителю больше не стоит. Понимающе кивнув, Иван покинул кабинет и отправился на поиски тридцать седьмого кабинета. Он обнаружился в самом дальнем крыле первого этажа, возле двери также имелась небольшая очередь, пришлось ожидать и здесь. Ждал своей очереди он часа полтора. Войдя в кабинет, увидел секретаря, в котором опытный человек без труда заметил бы военную выправку, но особо не придав этому факту значения, подошёл к нему, предъявил платёжный документ с номерком и сказал:

– Меня послал в этот кабинет чиновник по натурализации, по его словам, возникли какие-то технические трудности. Позвольте поинтересоваться, что они собой представляют?

Секретарь, рассмотрев документы, в задумчивости поджал губы, затем предложил пройти в кабинет и там разрешить возникшую коллизию. Делать было нечего, Иван направился к двери чиновничьего кабинета, которую для него раскрыл секретарь. Шагнув внутрь, Иван хотел было оглянуться назад, почувствовав что-то неладное, но не успел, он неожиданно ощутил сильнейший удар в основание черепа и, потеряв сознание, как подкошенный рухнул на паркетный пол…