Глава 8. Обучение

Следующие несколько дней прошли в странном, почти сюрреалистичном ритме. Хостел «Три апостола» жил своей жизнью, в которую Варя и Гад постепенно втягивались. Михей по утрам жарил яичницу на общей кухне и травил байки о своих мотоциклетных приключениях. Клавдия Степановна раскладывала карты Таро и время от времени стучала в стену, если соседи, по её мнению, «излучали слишком много негативной энергии». Сан Саныч философствовал на крыльце, и его монологи о тщетности бытия разносились по всему двору. Ещё были и другие жильцы. Молчаливый парень из восьмой комнаты, который, кажется, писал роман, супружеская пара из первой, которая постоянно ссорилась и так же постоянно мирилась, и загадочная девушка из четвёртой, которая выходила только по ночам и всегда носила солнцезащитные очки.

Гад держался особняком. Он не завтракал со всеми, не участвовал в вечерних посиделках на кухне и на все попытки завязать разговор отвечал ледяным молчанием. Днём, пока Гад медитировал (или делал вид, что медитирует), Варя пыталась решить практические проблемы. Денег оставалось в обрез. Нужно было искать работу. Хоть какую-нибудь.

— Я собираюсь устроиться раздавать листовки, — объявила она однажды утром.

Гад, сидевший на подоконнике, медленно повернул голову.

— Что?

— Листовки, — повторила она. — У метро. Там платят сто рублей в час. На первое время хватит.

Он спустился с подоконника с грацией падающей звезды. То есть, величественно и пугающе.

— Ты хочешь сказать, — его голос был тихим, но в нём клокотала ярость, — что я, Гад, повелитель случайностей и владыка вероятностей, буду жить на деньги, которые ты заработаешь, раздавая листовки у метро?

— Во-первых, не ты будешь жить, а мы будем жить, — поправила Варя. — Во-вторых, у тебя есть другие предложения? Может, ограбим банк с помощью твоей удачи?

— Идея не лишена смысла.

— Я пошутила!

— А я нет, — он скрестил руки на груди. — Это унизительно. Я не для того вырвался из Бездны, чтобы моя... — он замялся, подбирая слово, — ...моя носительница раздавала рекламные буклеты.

— Носительница? — Варя вскинула бровь. — Я теперь твоя носительница? Как паразит?

— Ты — человек, к которому я привязан, — дипломатично поправился он. — И я отказываюсь мириться с твоим прозябанием. Если уж ты будешь работать, то так, чтобы это приносило удачу.

— И как ты предлагаешь это сделать?

Он замолчал. Затем его губы дрогнули в усмешке. Она явно не предвещала ничего хорошего.

— Я научу тебя, — произнёс он. — Буду давать уроки. Ты будешь генерировать удачу маленькими порциями. Достаточно, чтобы подпитывать меня, но не настолько много, чтобы навредить кому-то серьёзно. Это как тренировка. Для нас обоих.

— Уроки удачи?

— Именно. Уроки теории вероятностей для избранных. Ты готова?

Варя посмотрела на него. На его красивое, надменное лицо. Что-то в его тоне заставило её насторожиться, но,и в то же время и заинтриговало.

— Ладно, — сказала она. — Давай попробуем.

Первый урок состоялся тем же днём. Гад вывел Варю на улицу, подальше от хостела, в небольшой сквер с чахлыми деревьями и покосившимися скамейками. В центре сквера стоял латок с лотерейными билетами. Старушка в пуховом платке дремала над коробкой с красно-жёлтыми бумажками.

— Урок первый, — произнёс Гад, останавливаясь у ларька. — Мелкая удача. Ты купишь билет и выиграешь. Небольшую сумму. Ровно столько, чтобы я мог подпитаться, а ты почувствуешь вкус победы.

— Это же просто лотерея, — Варя с сомнением посмотрела на билеты. — Там выигрывает один из тысячи.

— Вот именно, — он наклонился к ней, и она почувствовала исходящий от него жар. Его губы оказались у самого её уха, и от этого по её спине пробежала стая мурашек. — Один из тысячи. И этим одним будешь ты.

— Не мог бы ты не дышать мне в шею? — пробормотала она, краснея

— А тебе не нравится? — в его голосе послышалась откровенная насмешка. — Я думал, смертным такое нравится. Это же часть ваших брачных ритуалов.

— Мы не проводим брачные ритуалы! — она отшатнулась, но он поймал её за руку. Его пальцы были горячими. — Отпусти!

— Сначала купи билет, — он чуть сжал её запястье. — И сосредоточься. Думай о выигрыше. Представь его. Почувствуй.

Варя глубоко вздохнула и подошла к ларьку. Старушка встрепенулась, смерила её сонным взглядом и протянула коробку.

— Пятьдесят рублей за штуку. Выбирай любую.

Варя запустила руку в коробку, вытащила первый попавшийся билет и, чувствуя на себе взгляд Гада, развернула его. На обратной стороне было написано: «Выигрыш — 500 рублей».

— Ого, — выдохнула она. — Я выиграла. Пятьсот рублей.

— Поздравляю, — Гад чуть улыбнулся. — Это твоя первая учебная удача. Чувствуешь?

Она действительно чувствовала. Внутри разливалось что-то похожее на радость. А затем появился адреналин. Она заметила, как Гад тоже стал выглядел иначе. Его глаза засияли чуть ярче, руны на скулах запульсировали быстрее. Он подпитывался.

— Это было легко, — сказала она. — Слишком легко.

— Разумеется, — он пожал плечами. — Это мелкая удача. Но помни про баланс. Сейчас...

Он не договорил. Земля под ногами Вари вдруг ушла вниз. Буквально. Она шагнула вперёд, намереваясь отойти от ларька, и её нога провалилась в открытый канализационный люк, который она не заметила.

— Ай! — вскрикнула она, падая. Гад молниеносным движением подхватил её, не дав рухнуть в зловонную дыру полностью, но одна нога всё же ушла в люк по колено. Кроссовок, ещё утром бывший относительно чистым, теперь был покрыт чем-то, о чём Варя предпочитала не думать.

— Что за... — она выкарабкалась, цепляясь за руку Гада. — Откуда здесь люк?!

— Баланс, — повторил Гад, помогая ей встать. — Ты выиграла пятьсот рублей. А кто-то другой мог поскользнуться и свернуть лодыжку. Но в твоём случае судьба решила отыграться сразу на тебе. Вот ты и провалилась в люк. Один к одному.

— Ты же говорил, что кто-то другой будет расплачиваться за мою удачу.

— Я такого не говорил. За удачу неудачей, может расплатиться кто угодно. В том числе и ты.

Варя выругалась, пытаясь оттереть кроссовок о траву. Пятьсот рублей грели карман, но запах от ноги перебивал всю радость от выигрыша.

— Я так понимаю, урок окончен? — процедила она.

— Только начат, — Гад усмехнулся. — Идём. Второй урок будет более захватывающим.

Второй урок состоялся на следующий день. Гад заставил Варю вывести мотоцикл на людную площадь перед торговым центром. «Урал» с ромашками, как обычно, привлекал внимание прохожих, но Гад, казалось, наслаждался этим.

— Урок второй, — объявил он, вручая ей ключи. — Удача требует дерзости. Адреналина. Риска. Ты должна совершить что-то, что заставит твою кровь бежать быстрее, а сердце бешенно колотиться. Что-то опасное. Что-то, чего ты никогда не делала.

— И что же? — Варя с подозрением посмотрела на него. — Ограбить банк?

— Нет. Угнать мотоцикл.

— Что?!

— Да хоть свой собственный, — уточнил он с дьявольской усмешкой. — У тебя есть ключи. Ты знаешь, как его завести. Но ты должна сделать это при свидетелях. Так, чтобы все подумали, что ты — угонщица. Чтобы полиция. Чтобы погоня. Чтобы адреналин.

Варя хотела отказаться. Честно хотела. Но этот вызов в его глазах, эта насмешка и азарт заставил её передумать.

— Ладно, — сказала она, сжимая ключи. — Но если меня арестуют, я скажу, что ты меня загипнотизировал.

Она подошла к мотоциклу, села за руль и огляделась. Площадь была полна людей. Кто-то сидел на скамейках, кто-то шёл по делам, кто-то пил кофе на летней веранде кафе. Отличные свидетели.

— Эй! — вдруг закричала она во весь голос, заводя мотор. — Этот чужой мотоцикл теперь мой! Я его угоняю! Слышите?! Угоняю!

Люди обернулись. Кто-то засмеялся, решив, что это розыгрыш. Кто-то достал телефон, чтобы снимать. А Варя, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле, рванула с места.

«Урал» взревел и понёсся по площади, лавируя между прохожими. Варя слышала крики за спиной, слышала, как кто-то вызывает полицию, и чувствовала, как в крови закипает адреналин. Она смеялась. Смеялась, как сумасшедшая, с ветром в волосах и ужасом в глазах.

И вдруг, заворачивая за угол, она увидела их. Трое парней в тёмных куртках, копошащихся у другого мотоцикла. Но только не такого жалкого, как у нее. Это был новенький, блестящий «Харлей». У одного из них в руках были инструменты. Провода. Это были точно настоящие угонщики.

Варя нажала на тормоз. «Урал» завизжал и остановился в метре от парней. Те замерли, уставившись на неё. Затем двое направились к ней, с явным намерением не просто поболтать.

— Э... привет, — сказала она, всё ещё тяжело дыша. — Тоже... мотоциклы угоняете?

Парни переглянулись. Ситуация была настолько абсурдной, что они просто не знали, как реагировать. И тут из-за угла выбежал Гад. Он был великолепен в своей ярости. Чёрные одежды развевались, золотые глаза метали молнии, руны на скулах сияли алым.

— Это моя ученица! — прорычал он, и его голос разнёсся по всей улице. — И она угоняет лучше, чем вы! Посмотрите на неё! Она угнала этот драндулет за десять секунд! А вы возитесь с «Харлеем» уже полчаса! Позор!

Угонщики застыли. Потом один из них, видимо, самый сообразительный, попятился и побежал. За ним — второй. Третий замешкался, но, встретившись взглядом с золотыми глазами Гада, побледнел, выронил инструменты и бросился следом.

— Вот так, — Гад удовлетворённо кивнул. — Урок окончен.

— Что это было?! — Варя слезла с мотоцикла и уставилась на него. — Ты же сказал просто угнать свой мотоцикл! А тут настоящие угонщики!

— Я не знал, что они здесь будут, — он пожал плечами. — Это чистая случайность. Или, если хочешь, удача. Твоя удача. Ты спугнула преступников, Варвара. Ты — герой.

— Я — герой?! — она всё ещё задыхалась. — Я чуть не получила сердечный приступ!

— Но адреналин ты получила, — он сделал шаг к ней и вдруг оказался слишком близко. Слишком. Его лицо было в нескольких сантиметрах от её. — И я получил подпитку. И ты спасла чужой мотоцикл. По-моему, отличный результат.

— Ты... — она хотела сказать что-то резкое, но слова застряли. Он был слишком близко. Его золотые глаза смотрели прямо в её.

— Что я? — тихо спросил он, и его голос стал ниже, глубже, бархатнее.

— Ты... невыносим... Я не знаю, что с тобой делать... — выдохнула она.

— Я знаю, — он улыбнулся и вдруг провёл пальцем по её щеке, убирая выбившуюся прядь волос. Жест был неожиданно нежным, почти интимным, и от него у Вари внутри всё сжалось. — Но ты тоже не сахар, Варя.

Она отшатнулась, чувствуя, как горят щёки.

— Не делай так больше, — пробормотала она.

— Как?

— Не трогай меня. Без предупреждения.

— А если предупрежу?

— Тогда... тогда, наверное, можно, — она сама не поняла, как это сказала. Слова вырвались прежде, чем она успела их остановить. Она тут же пожалела о них, увидев, как расширились его зрачки и как дрогнули уголки губ.

— Хорошо, — произнёс он медленно. — Я запомню.

И в этот момент, в наступившей между ними напряжённой тишине, раздался звук полицейской сирены. Кто-то из прохожих всё-таки вызвал стражей порядка.

— Вот чёрт! — Варя схватилась за руль. — Запрыгивай!

Они рванули с места за секунду до того, как из-за поворота показалась патрульная машина. «Урал» летел по переулкам, а Варя, всё ещё красная от смущения и злая на Гада, слышала, как демон в коляске смеётся. Смеётся от души, запрокинув голову и подставив лицо ветру.

— Ты псих! — крикнула она, перекрикивая рёв мотора.

— Я знаю! — крикнул он в ответ. — Но тебе ведь понравилось! Признайся!!

Она не призналась. Но он был прав. Ей понравилось. И это пугало её больше, чем ее неудача, люки и угонщики вместе взятые.