Из дневника Ирвинга Торнби Сокера:

«Мы-таки едем в Брашов! О, сколько историй рассказывал мне отец об этом месте. Кажется, каждая улочка этого города щедро пропитана легендами о вампирах. Да и как может быть иначе, когда неподалеку стоит замок Бран – вотчина самого графа Дракулы! Боюсь ли я нашей с ним встречи (если она состоится, конечно)? Нет! Я готов к ней. Святая вода, чеснок, распятие и деревянный кол всегда при мне. Так что трепещи, Дракула, Ирвинг Сокер уже близко…»

В Брашов путники въехали лишь на следующий день, после полудня. Оставив автомобиль на одной из центральных улиц, путешественники решили осмотреться. Небольшой городок на границе империи окружали высокие, заросшие лесом холмы. Брашов же лежал в низине и, казалось, прятался здесь от всего остального мира.

– Мы добрались до места, что так вас интересовало, – выйдя из автомобиля, произнес барон. – Сколько времени вы планируете здесь пробыть?

– Сложно сказать наверняка… – протянул Ирвинг.

– Мы хотим посетить замок Бран, – уточнила Каталина.

– И не только его… – добавил Ирвинг.

Громкий рык, раздавшийся из соседних кустов, прервал все разговоры. Ступая медленно и осторожно, прижимая уши и скаля зубы, из-за кустов вышел бродячий пес. Его короткая рыжая шерсть стояла дыбом. А черная маска на морде делала оскал опаснее. Принюхиваясь, он переводил настороженный взгляд с одного незнакомца на другого.

– Ты чего, приятель. Мы тебя не обидим, – настороженно произнес Ирвинг, когда дворняга приблизилась к нему. Обнюхав Ирвинга, пес двинулся дальше. Каталина и Талия его не заинтересовали. А вот Кристиан, напротив, заставил пса несколько раз обойти себя и на время прекратить рык. Эрих же вызвал страх. Прижав уши, пес зарычал громче и еще более устрашающе. Животное боялось. И вело себя так, словно пыталось защититься от грозного врага.

– Видимо, он просто так от нас не отстанет, – произнес Ирвинг. – Может быть, зайдем куда-нибудь? Не знаю как вы, а я ужасно проголодался.

Предложение Ирвинга было поддержано единогласно, и уже через несколько минут путники направились ко входу в трактир, надпись над которым гласила: «Taverna Lilieci».

Сев за свободный столик, Каталина потянула носом и вдохнула запах жареной свинины и ароматных приправ. Желудок сжался, мгновенно напомнив о голоде.

«Как же я проголодалась!»

К счастью, скоро к посетителям подошел высокий молодой трактирщик, чтобы предложить лучшие блюда. Пока мужчины выбирали, чем перекусить, Каталина поинтересовалась:

– Скажите, то, о чем пишут в газетах – это правда? В замке Бран правда поселился наследник графа Дракулы?

– О, да, госпожа, чистая правда. Я сам свидетель.

– Вы его видели?!

– Не его. Я, как и многие здесь, видел, как по ночам в окнах замка загорается свет одинокой свечи. Раньше такого не было – замок долго пустовал.

– Свеча и только? – разочарованно переспросила Каталина.

– Свеча – это не все, госпожа. В деревне Бран, что у подножия замка, то и дело пропадают люди. Просто однажды исчезают, и все. Ни вещей, ни тел. А куда бы им деваться? Ясное дело – идут на корм кровопийце. Местные говорят, после заката к замку лучше не подходить. Его новый хозяин выходит на охоту. Я думаю, что никакой это не наследник, а сам Дракула, как есть он.

– Глупости, – бросил Эрих.

– А вот и нет, господин, – заявил трактирщик. – Поживите в наших краях, сами все увидите.

Когда Каталина перевела Ирвингу слова мужчины, юноша пришел в восторг.

– Дракула… Тот самый… Невероятно! Мы должны отыскать его. Возможно, именно ради этого я и прибыл сюда из Лондона.

– Если это так, то вы разочаруетесь, – усмехнулся барон.

– Почему?

– Потому что все это выдумка местных жителей, чтобы привлечь внимание путешественников, – ответил Эрих.

– А я уверен, что это не так, – парировал Ирвинг.

– Вряд ли это сам граф Дракула, – включился в разговор Кристиан. – А вот его наследник – вполне возможно. Наверное, кто-то решил восстановить замок своего предка, вот и прибыл в Трансильванию.

– А как вы объясните пропажу крестьян? – не унимался Ирвинг.

– Это может оказаться совпадением, – пожал плечами Кристиан.

– Или ложью, – подытожил барон.

Постепенно разговор о новом хозяине замка сошел на нет. И каждый остался при своем мнении. Ирвинг был уверен, что Дракула реален. Кристиан полагал, что в этой истории нет никакой мистики. Эрих же во всем видел обман. Завершив трапезу в полной тишине, Каталина вдруг задала Кристиану и барону любопытный вопрос:

– Вчера я так и не спросила у вас – как вы узнали, где нас искать?

– Вычислить ваш маршрут было несложно, – улыбнулся Кристиан. – Благодаря жандармам я знал, что вы интересовались профессором Ренатой Лист. Я поднял в библиотеке несколько научных журналов и отыскал ее статьи, связанные с исследованиями на территории Трансильвании. В них она подробно описывала маршрут своей экспедиции. И когда, прибыв в деревню Бралуй, мы не нашли вас там, решили, что вы пошли по следам профессора. И, как оказалось, были правы.

– Ты нашел сведения об экспедиции Ренаты в городской библиотеке?! – переспросила Каталина.

– Да.

Недовольно нахмурившись, Каталина повернулась к Ирвингу.

– То есть не было никакой нужды проникать в ее кабинет, обманывать ректора, попадать в поле зрения жандармов? Можно было просто сходить в библиотеку!

– Кто бы знал, – пожал плечами Ирвинг, продолжая уплетать сочный кусок мяса.

– В любом случае дневник профессора дает куда больше информации, чем научная статья из журнала, – попыталась оправдать Ирвинга Талия.

– Вот-вот, – жуя сочный стейк, кивнул юноша.

– Вы уже решили, когда отправитесь в замок? – поинтересовался барон. – У меня нет никакого желания задерживаться в этом городке. Поэтому предлагаю сделать это как можно быстрее.

– Впервые согласен с вами, барон, – ответил Ирвинг. – А потому отправимся в замок сегодня же сразу после заката.

– Но нам же сказали – после захода солнца туда лучше не соваться, – напомнила Талия.

– Именно поэтому мы пойдем туда именно в это время, – усмехнулся Ирвинг. – Это же очевидно, ночью там и происходит все самое интересное.

– До заката еще есть время, – произнес барон. – Нам нужно найти гостиницу. Кажется, мы проезжали ее. Отправлюсь туда и сниму нам номера. Вы можете подождать меня здесь или пойти со мной.

– Я, пожалуй, заберу из машины свой чемодан и, пока есть время, подготовлюсь к ночной вылазке в замок, – сообщил Ирвинг.

– А я предпочту пока остаться здесь, – кивнул Кристиан.

– Барон, вы не будете возражать, если я отправлюсь на поиски гостиницы вместе с вами? – спросила Каталина. – В трактире слишком жарко, я бы хотела побыть на воздухе.

– Конечно, мне так будет даже спокойнее. Буду уверен, что вы никуда не сбежите.

Эрих подал девушке руку, помогая подняться из-за стола, и направился к выходу, присматривая за подопечной.

Выйдя из трактира, Каталина вздохнула полной грудью. Прохладный ветерок легко разметал ее волосы.

– Предпочитаете поехать на машине или пойти пешком?

– Я бы хотела прогуляться. Целые сутки в автомобиле совершенно утомили меня.

– Как скажете.

Покрутив головой, Эрих указал рукой вправо.

– Кажется, нам туда.

Барон повернул на одну из улиц, следя за тем, чтобы Каталина ни на шаг не отставала от него. Идти в тишине обоим было неуютно. Заметное напряжение, повисшее между ними, с каждой минутой становилось все ощутимее. И тогда Каталина первой предприняла попытку завести непринужденную беседу.

– Вы уже бывали в этих краях, барон?

– В Трансильвании? Да, но это было давно. И в прошлый раз, признаюсь, пребывание здесь не доставило мне удовольствия.

– Почему?

Эрих задумчиво приподнял взгляд, касаясь им верхушек холмов, видневшихся за горизонтом.

– Я принимал участие в событиях, которые изменили жизни многих людей. И делал вещи, которыми не горжусь.

Эрих замолчал, и Каталина решила, что барон более не настроен продолжать разговор. Но вскоре Эрих заговорил вновь.

– До того, как перебраться в Дебрецен, я вел совершенно иную жизнь. И никогда не видел в ней изъянов.

– Но что-то изменилось, верно? – догадалась девушка. – Какое-то событие поменяло ваше мнение?

– Вы весьма проницательны, Каталина. Я столкнулся с потерей и предательством. И лишь они сумели открыть мне глаза на то, что происходит вокруг.

– И вы сбежали от прошлой жизни?

– Не сразу…

Каталина заметила, как неприятные воспоминания заставили Эриха напрячься. Его кулаки быстро сжались и разжались, а глаза будто стали на пару тонов темнее. В эту минуту он мысленно переживал события давно минувших дней. Он бежал от них долгие годы, но понимал, что никогда не сможет скрыться, не сможет забыть. Каталина, видя перемены в лице барона, виновато отвела в сторону взгляд. Зря она подняла эту тему. И чтобы исправить ситуацию, тотчас спросила:

– Как вы познакомились с моим отцом?

Воспоминания о Петере обдали барона волной темной печали. Но помогли на время выкинуть из головы картины болезненного прошлого.

– Впервые мы пересеклись с ним на приеме у императора в Вене более двадцати лет назад. Тогда мы лишь обменялись приветствиями, не более. Спустя несколько лет я вынужденно перебрался в Дебрецен. Признаться, в то время я был как никогда потерян и зол на весь мир. Ваш отец был единственным человеком, который поддержал меня в то время. Узнав о моей судьбе, первым навестил меня на новом месте, первым распахнул для меня двери своего дома.

– При этом виделись вы крайне редко, – заметила Каталина. – Удивительно, что я была представлена вам всего несколько лет назад.

– Скрывать здесь нечего, моя репутация никогда не была кристально чистой. Петер же, наоборот, был достойнейшим членом общества. Я не хотел, чтобы тень нашей дружбы мешала его карьере и репутации. Оттого долгое время не злоупотреблял его гостеприимством.

«Зато последние года буквально поселились в нашем доме… Не странно ли это?» – подумала Каталина.

Вновь подул прохладный ветерок, на этот раз заставив девушку поежиться. На небе начали сгущаться тучи.

– Скоро разыграется непогода.

И лишь с уст барона слетела эта фраза, на землю упали первые капли дождя. На улице стало значительно холоднее, и прогулка уже не доставляла удовольствия. Видя, как его подопечная обхватывает себя руками, желая укрыться от ветра, барон скинул с плеч свое пальто. Каталина растерянно округлила глаза, забота Эриха казалась ей чем-то удивительным.

Она никогда прежде не думала о нем как о галантном мужчине, что может волноваться о самочувствии женщины. Он всегда был для нее кем-то черствым и сухим, совершенно лишенным эмпатии. Но сейчас в этом внезапном душевном порыве, простом движении она видела совершенно другого человека. Приблизившись к девушке со спины, Эрих накинул ей на плечи свое пальто. Его широкие ладони коснулись ее рук, и Каталина заметила, какой же хрупкой она казалась рядом с этим мужчиной. Он продолжал стоять за ее спиной, она не видела его лица, но вновь ощущала на себе его взгляд. Прежде он никогда не приближался так близко. Еще немного, и его дыхание коснулось бы ее волос. Каталина не понимала, почему думает об этом. Ведь Эрих до сих пор пугал ее. А предположения Ирвинга, касательно его истинной природы, и вовсе ужасали. Но сейчас ей не хотелось бояться. Вопреки здравому смыслу, Каталина желала, чтобы барон сделал шаг вперед. Чтобы его грудь коснулась ее спины, а низкий голос прозвучал над самым ее ухом. Ей хотелось узнать, что она ощутит в этот момент. Испугалась бы? Разозлилась? Или испытала нечто совершенно иное? Но получить ответ на свое любопытство Каталина пока не могла. Надев на девушку пальто, Эрих отошел в сторону. Их разговор плавно сошел на нет. И до гостиницы они добрались в полной тишине.

* * *

Встав из-за стола в трактире, Ирвинг взглянул на Талию, все это время сидящую подле него.

– Я хочу покопаться в вещах отца и решить, могу ли что-то взять с собой в замок. Составишь мне компанию?

– Да, с удовольствием, – откликнулась Талия.

– Тогда подожди пару минут, я только заберу чемодан из машины.

– Иди, я пока буду здесь, допью чай, – повернув голову к Кристиану, сидевшему напротив нее, Талия осторожно поинтересовалась. – Не возражаешь, если я останусь за столиком?

– Конечно, – встрепенулся юноша. – Я буду этому только рад.

С некоторым подозрением покосившись на Кристиана, Ирвинг все же вышел из трактира, вынужденно оставляя Талию наедине с малознакомым юношей. Кристиан же, склонив голову, едва заметно улыбнулся. Ему было приятно общество Талии. С тех пор как он в сопровождении барона добрался до Бистрицы, он то и дело украдкой поглядывал на младшую сестру. Сначала он объяснял этот интерес любопытством. О Каталине он знал уже немало, а вот Талия была для него чистым листом. Но чем больше времени проходило, тем очевиднее становилось, что младшая Эстерхази шаг за шагом все сильнее захватывает внимание юноши.

«Я приехал сюда следить за Каталиной, – напоминал себе Кристиан. – Но тогда почему так радуюсь обществу ее сестры?»

Оставшись наедине с Кристианом, Талия неловко молчала. И вскоре эта тишина начала утомлять. Чтобы развеять ее, девушка решилась задать вопрос, что крутился на языке:

– Кристиан…

– Да?

– Почему твоя семья покинула Дебрецен?

Не успел вопрос слететь с женских губ, как взгляд юноши потух, а лицо заметно побледнело. Отложив в сторону столовые приборы, Кристиан начал издалека.

– Это довольно неприятная история. И в свое время о ней говорил весь город. Ты тогда была ребенком, поэтому не помнишь ее. Мой отец…

Кристиан тяжело вздохнул, этот рассказ давался ему тяжело.

– Мой отец был неплохим человеком. Наша семья всегда была на хорошем счету. У нас было все: титул, большой дом, приличное состояние. Но однажды отец оступился… Он совершил преступление, которое перечеркнуло всю нашу жизнь. Извини, я не хочу вспоминать подробности. Его арестовали, отец даже не думал сопротивляться. Не отрицал своей вины. Позже его казнили… А нашу семью лишили всего, что у нее было. Чтобы выжить и прокормить детей, матери пришлось уехать из Дебрецена. Мы жили почти впроголодь в крошечном городке на севере Венгрии. Маме, аристократке по рождению, пришлось браться за черную работу, чтобы получать хоть какие-то деньги.

– Какая сильная женщина… – рассказ Кристиана трогал девушку до глубины души.

Она и представить не могла, каково это – в одночасье оказаться на улице без еды и средств к существованию. И не могла не восхититься духом матери, что, несмотря на все трудности, сумела позаботиться о своих детях.

– Да, мама прошла через ад ради нас, – кивнул Кристиан, с благодарностью вспоминая о матери. – Когда мне было пятнадцать, умер дедушка. Он давно отрекся от нас после того, что сотворил отец. Но, умирая, все-таки оставил моей маме небольшую сумму денег. Мама потратила ее на мое образование. И я поклялся ей, что однажды вытащу нашу семью из нищеты. Верну ей все, что она потеряла.

– Твое стремление помочь семье восхищает, – искренне произнесла Талия. – Но… не пойми меня неправильно… Ты уверен, что контора Мейхера – это то, что тебе нужно?

– Мистер Мейхер единственный адвокат в Венгрии, кто согласился дать мне работу, дать мне шанс. Узнавая о прошлом моей семьи, мне отказывали десятки работодателей. Когда я получил приглашение из конторы Мейхера, у меня уже опускались руки.

Голос Кристиана начал дрожать. И пусть юноша всеми силами старался держать лицо, его глаза не скрывали правды. Он был в отчаянии. Ошибки его отца тяжелым грузом легли на спину сына. Но Кристиан не сдавался. Изнемогая от тоски, боли и разочарований, он шаг за шагом, двигался вперед. Талия не помнила и не могла помнить скандала, что когда-то разразился на их улице. Не помнила пересудов и обвинений, сплетен и слухов, что ходили вокруг семьи Цигельмайер. Но сейчас, глядя в наполненные горечью глаза Кристиана, она хотела помочь ему разделить его горе.

Она подвинулась ближе. Теперь ее и Кристиана разделяло совсем небольшое расстояние.

Подняв взгляд на ту, что сидела напротив, юноша услышал, как его сердце забилось сильнее. Сейчас будто весь мир сошелся для него в одной точке. Чтобы ни творилось в его душе, какие воспоминания ни одолевали его, в эту минуту все это было вытеснено взглядом ее прекрасных карих глаз. Кристиан не мог сопротивляться той силе, что так влекла его к этой девушке. Его рука потянулась вперед и накрыла ее хрупкую ладонь. Это прикосновение было единственным, что он сейчас мог себе позволить. Но Кристиан желал большего. И, чтобы не выдать своих истинных желаний, ему пришлось отстраниться от той, что отныне должна была быть еще ближе.

В эту минуту вернулся Ирвинг. Протянув девушке руку, он помог ей подняться из-за стола и увел из трактира. Кристиан остался сидеть за столиком в полном одиночестве.

Взяв чемодан, что привез из Лондона, юноша опустил его на скамейку.

– Садись, сейчас я кое-что тебе покажу.

С любопытством посматривая на чемодан, Талия присела рядом с ним. Щелкнул замок, поднялась тяжелая крышка. И Ирвинг с довольным видом кивнул на свое сокровище.

– Вот, взял кое-что из отцовской коллекции.

Наклонившись к чемодану, Талиша с удивлением обнаружила, что он более чем на половину был забит весьма странными предметами. Большая часть напоминала атрибутику охотников на вампиров, что писатели нередко описывали в своих книгах. Некоторые же приспособления были девушке неизвестны.

– Так ты ехал сюда охотится на вампиров? – удивилась она.

– Ммм, не совсем так… – протянул Ирвинг. – Я лишь предположил, что в определенный момент времени мне может потребоваться защита от них. К сожалению или к счастью, мой отец был лишь теоретиком в этом вопросе. Он изучил сотни легенд и историй о вампирах, чтобы собрать немалую коллекцию вещей для борьбы с ними. Но никто не может дать гарантии, что они на самом деле работают.

– Дерево сработало отлично.

Наткнувшись взглядом на осиновый кол, Талия вспомнила тот вечер, когда Ирвинг пронзил им сердце Петера. На глазах едва не выступили слезы. Любые упоминания об отце все еще отзывались глухой болью. Заметив, как тень улыбки сошла с девичьего лица, Ирвинг бодро подскочил на месте, стараясь не дать скорби поразить нежное сердце.

– Здесь еще много всего, – поспешил отвлечь Талию юноша. – Вот в этом флаконе – святая вода. Говорят, если плеснуть ею в вампира, его кожа загорится. Серебряное распятие, Библия… Ага, вот!

Ирвинг улыбнулся и, достав из чемодана маленькое зеркальце, ловко подбросил его вверх.

– Считается, что вампиры не отражаются в зеркалах. Ты знала?

– Думаешь, это правда?

– Не знаю, проверить не доводилось. Но искренне надеюсь, что это действительно так. Это облегчило бы их выявление.

Слушая рассказы Ирвинга о вампирах, Талия удивлялась тому, сколько же информации хранилось у него в голове. Она не могла поверить, что когда-то юноша нарочно избегал всего, что связано с вампирами, ведь у него горели глаза, когда он без остановки пересказывал очередную легенду.

«Если верить Ирвингу, его жизнь сильно изменилась после смерти отца. Он стал совсем другим человеком. Ждет ли и меня такая же судьба? Но если смерть папы изменит и меня, то в какую сторону?»

Задумавшись о чем-то, Талия не сразу заметила, как Ирвинг сел на скамейку подле нее. Сегодня он позволил себе расположиться ближе, чем обычно. Его колени будто случайно соприкоснулись с девичьими ножками. Одно мимолетное касание заставило смутиться. Слегка разомкнув губы, Талия глубоко вздохнула, опасаясь, что ее дыхание собьется. Тем временем Ирвинг, ни капли не робея, перекинул руку за ее спину, коснувшись плеч, и потянулся к чемодану. Чтобы коснуться крышки ему пришлось всем телом прижаться к девушке. Со стороны могло показаться, будто он сжимает ее в крепких объятиях. Талиша затрепетала. Она хотела возмутиться, но вдруг поняла, что не станет этого делать. Внезапная мимолетная близость Ирвинга совсем не пугала ее, лишь волновала душу и приятно тревожила разум. Жар его тела контрастировал с легкой прохладой этого места. Здесь, сидя подле Ирвинга, находясь в кольце его рук, Талия ощущала себя лучше, защищеннее. Юноша, дотянувшись, достал из чемодана осиновый кол и вложил его в женские руки.

– Тебе нужно научиться им пользоваться. Вдруг меня не окажется рядом, когда ты встретишь очередного вампира.

Пока девушка крутила в руках деревянный кол, Ирвинг незаметно оказывался все ближе. Его щека легко касалась ее волос. Грудь ощущала близость хрупкого нежного тела. Мысли Ирвинга начинали путаться. Содержимое чемодана уже не волновало его. Он думал о другом… О другой. Талия неведомым образом вытеснила из разума юноши все, что минуту назад казалось ему важным. Сейчас важной была лишь она.

Из фантазий Ирвинга выдернул холодный голос Эриха.

Ни юноша, ни Талия не заметили, как прошло время, и барон с Каталиной вернулись к ним.

– Я все решил. Можем заселяться в номера, – произнес барон.

Остаток дня прошел в бытовых заботах. Располагаясь в номерах, раскладывая вещи, путешественники дождались заката и отправились в путь.

С наступлением темноты Каталина и ее спутники стояли у подножия холма, ведущего к замку Бран. Глядя на тропинку, окруженную деревьями, девушка дернула плечами.

– Мне казалось, что замок ближе. И я надеялась, что дорога к нему будет проще.

– Нам придется подняться наверх, – пояснил Ирвинг. – Надеюсь, все отдохнули, и никто не сойдет с пути раньше времени.

– Мы не станем искать проводников? – удивился Кристиан. – Может быть, стоило попросить кого-то из местных отвести нас в замок?

– Никто бы из них не согласился, – пожал плечами Ирвинг. – Здесь боятся выходить из дома после заката, забыл?

– Меньше слов, – прервал этот разговор Эрих. – Если решили идти – идемте.

Согласившись с бароном, путники начали восхождение к вершине, где их ждал темный, казавшийся заброшенным, древний замок Бран. Путь был не из легких, и уже через полчаса Каталина почувствовала усталость. Тропинка то сужалась, то расширялась. Приходилось постоянно смотреть под ноги, чтобы не наткнуться на камень или торчавший из-под земли корень. Компания шла молча, каждый сосредоточенно думал о чем-то своем. В этой тишине были отчетливо слышны далекие крики филина и шорох листвы. Вдруг меж деревьев мелькнула темная тень. Послышался треск веток. Путники замерли, прислушиваясь.

– Кто это там? – тихо спросила Каталина, прячась за спинами мужчин.

Треск повторился, и кто-то снова мелькнул в кустах у тропинки.

– Это он, Дракула?! – уже чувствуя, как дрожат ее колени, испугалась Талия.

– Не похоже… – голос Ирвинга утонул, заглушенный воем волчьей стаи.

– Ах! Волки, это волки! – вскрикнула Каталина, взглядом столкнувшись с перепуганной сестрой.

Сердце сразу ушло в пятки, по спине побежала толпа мурашек. Ладони начали холодеть. Спрятаться от зубов голодной стаи на пустой тропе было негде. Волки пока не показывались, но их вой будто становился ближе.

– Нужно вернуться обратно, – предложил Кристиан.

– Ну нет. Мы прошли уже половину пути, – заявил Ирвинг.

В этот момент что-то вокруг начало меняться. Путники не сразу заметили, что на тропинке стало светлее. А когда, наконец, поняли, что происходит, потеряли дар речи. Вдоль всей тропинке, будто фонари, указывающие путь к замку, замерцали голубые огоньки. Они словно висели в воздухе и плавно перемещались, меняясь местами.

– Вы это видите? Невероятно… – с придыханием прошептал Ирвинг.

Пытаясь постичь суть этого необычного явления, Каталина вдруг поняла, что читала об этом ранее.

– Точно как в романе Брэга Сокера, – вспомнила она. – Помните, добираясь до замка графа, главный герой видит голубые огоньки, сопровождавшие его.

– И слышит волчий вой… – уточнил Ирвинг. – Никогда бы не подумал, что отец описывал реальное явление. Я был уверен, что это вымысел. Он никогда не рассказывал мне о том, что стал свидетелем чего-то подобного.

– Это можно считать хорошим знаком? – поинтересовался Кристиан.

– Полагаю, да. Видимо, в замке нас ждут, иначе зачем указывать дорогу, – ответил Ирвинг.

За ближайшими деревьями вновь мелькнула чья-то тень.

– Волк! – вскрикнула Талия.

Один из кустов затрещал, его ветки раздвинулись, и на тропинку вышел тот, кто так долго преследовал путников. Но, ко всеобщему удивлению и облегчению, «волком» оказался рыжий пес.

– Это же всего лишь бродячая собака, видимо, идет за нами от самого города, – усмехнулся Кристиан.

Не задерживаясь возле путешественников, пес вновь нырнул в кусты и растворился между темных деревьев. Волчий вой постепенно затих.

Все продолжили свой путь к вершине холма, и спустя час вошли в ворота каменного замка.

Здесь, за стенами, надежно защищавшими Бран от чужих глаз, было безлюдно и темно. Внутренний двор казался таким же заброшенным, как и весь остальной замок.

– Я бы не сказал, что здесь кто-то живет, – оглядываясь по сторонам, произнес Кристиан. – Это место выглядит безлюдным.

– Первое впечатление может быть обманчивым, – предположил Ирвинг.

Покрутившись во дворе еще несколько минут, путники решили, что здесь им делать нечего. Их интересовал сам замок и тот, кто мог в нем обитать. А потому, отыскав главный вход, гости направились внутрь. Они и не подозревали, что, ступив за ворота замка, уже привлекли чужое внимание.

Из окна одной из башен за гостями пристально наблюдали чьи-то глаза. Незнакомец таился в темноте, ничем не выдавая своего присутствия.

Он ждал. И ждал давно. Вскоре он примет тех, кто так настойчиво жаждал встречи с ним. Но лишь одному Богу было известно, чем обернется это знакомство.