Тима вошёл в лавку и быстро заморгал. Свет здесь был таким ослепительным, что ему потребовалось несколько секунд, прежде чем он смог хоть что-либо разглядеть. А здесь было на что посмотреть!

Сквозь витрину они не увидели и половины сокровищ. На деревянных бесконечных полках теснились игрушечные замки с застывшими рыцарями на конях, тянулись вдоль стен маленькие горки аттракционов, блестели ряды стеклянных шаров с маленькими заснеженными городами внутри, сотни Сант в красных шубах улыбались со всех сторон. В углу притаилась разноцветная карусель с блестящими белыми боками лошадками, а рядом были уложены бесчисленные резиновые круги самораскладывающихся бассейнов. Дальнюю стену прямо над кассой занимала гигантская карта из любимой Тиминой настольной игры, а под ней прятались в стеклянных ящичках коробки волшебных пазлов, детали которых нарочно менялись местами. Там же были аккуратно уложены деревянные шахматы, которые не только разыгрывали красочные бои, но и строили козни, плели заговоры друг против друга и ставили шах и мат сами себе.

Здесь было всё, о чём только мог мечтать любой ребёнок. Или даже взрослый. Так что не стоит и удивляться, что дети безмолвно замерли посреди лавки, приоткрыв рты. Игрушки Щелкунчика стоили целое состояние, и редко кому из друзей удавалось получить хоть одну из них. Быть может, только за исключением Лео. Да, разумеется, они бывали здесь не один раз, но лавку всегда заполняла такая толпа галдящих детей, что насладиться зрелищем не представлялось возможным. То ли дело теперь. Вся лавка была на виду, и, хотя ни одна игрушка не двигалась, она ничуть не теряла своего великолепия.

– Вот бы получить хоть одну маленькую дудочку, – жалостливо протянул Патрик, оглядываясь вокруг. – Говорят, они умеют сами играть твои любимые мелодии. Или вот тот кораблик. Мне кажется, пираты на нём умеют драться. Я написал кое-что в Пожеланник, но не думаю, что Санта будет покупать подарки здесь. Он всегда создаёт их сам.

– Так чего себе отказывать? – хмыкнул Лео, хитро сверкнув глазами. – Разве здесь кто-то есть? Играй себе на здоровье.

– Ты что? – тут же вскинулась Фи. – Это же воровство!

– Я же не сказал тащить их к себе в карман! – фыркнул вампир. – Но если малышу так хочется поиграть, то почему бы не разрешить. Пока взрослые решают взрослые проблемы, – ехидно произнёс он.

Лицо Патрика пошло красными пятнами. Тима ощутил, как волна злости поднимается от самых пяток. Щёки загорелись, а руки сами собой сжались в кулаки. Поведение вампира уже порядком стало ему надоедать.

– Хватит задираться, Лео! – строго произнёс мальчик, и брови вампира насмешливо приподнялись. – Ты всем уже надоел. Как самому от себя не противно?! Мне-то казалось…

– И чего тебе казалось? – прошипел тот, оказавшись рядом в мгновение ока. – Что мы теперь лучшие друзья? Я, конечно, знал, что человечки не самые умные существа, но был о тебе лучшего мнения.

Повисла напряжённая тишина. Тима и Лео буравили друг друга взглядами.

– Тебя что, кто-то проклял? – сочувственно спросил Рахи, и все изумлённо посмотрели на мумию. Тот пожал плечами: – Просто подумал, чего это Лео снова стал таким противным?

– Да я тебе сейчас…

Договорить вампир не успел. Что-то звякнуло, и испуганный голос Фи огласил воздух:

– Не трогай!

Но было уже поздно. Шэри, который и не думал обращать внимания на ссору, взял с полки стеклянный шарик и поднёс его к глазам. Он вовсе и не собирался ничего красть, лишь хотел рассмотреть поближе, но по лавке тут же прокатился звон.

Все замерли, напряжённо вслушиваясь. Тишина. Ещё несколько мгновений не было ни звука, а потом… Тик-так, тик-так – застучали невидимые часы.

Звук нарастал, словно часов становилось всё больше. Они прятались внутри стен, под полом и даже в потолке. Тик-так, тик-так, тик-так. Перестук становился всё быстрее.

– Бежим! – крикнул Тима, и ребята гурьбой бросились к выходу.

Первым добежал Лео, он потянул ручку на себя, но та вырвалась у него из рук, и дверь с грохотом захлопнулась. В замке пугающе щёлкнуло.

– Мы все умрём! – завопил Карл, хватаясь за волосы и бормоча слабые заклинания. Его колдовская сила ещё только начинала проявляться, а потому из его рта вылетали синие и зелёные искры, но больше ничего не происходило.

Бой часов оборвался, и ребята застыли, испуганно вжавшись в дверь и друг в друга. Тишина. Одна секунда, две. А потом…

Пол застонал и заскрипел. Каменные плиты около кассы вдруг стали раздвигаться, образуя широкую тёмную щель. И она всё росла и росла. Тима вдруг понял, что ноги его скользят вниз.

– Пол опускается, как горка! – крикнул он.

Кто-то в ужасе завопил ему на ухо, едва не оглушив. Руки стали хвататься за его плечи, ноги, даже уши.

– Держитесь за дверь! – воскликнул Лео, и мальчик вдруг понял, что вампир тянет его за воротник.

Пол с низким гулом продолжал опускаться, и зев пропасти ширился. Ноги скользили по каменным плитам, дети изо всех сил цеплялись за спасительную дверь, но горка становилась всё круче.

Первым не удержался Рик. С воплем, полным отчаянного ужаса, он покатился вниз, прямо в черноту.

– РИК!! – закричало несколько голосов.

Но не успели они стихнуть, как следом за ним рухнул Патрик, брызнув во все стороны ручьями горячих слёз. У Тимы внутри похолодело. Фи и Лео завизжали с двух сторон удивительно дружным хором. Карл и Рахи вздрогнули, пошатнулись и в обнимку полетели вниз.

Пола под ногами у детей почти не осталось. Руки Тимы болели, по лицу катился пот, пальцы соскальзывали с дверной ручки.

– Надо прыгать, – вдруг вырвалось у него. Он и сам не ожидал, что скажет такое.

– С ума сошёл? – рыкнул вампир, и глаза его загорелись бордово-красным.

– Но не оставлять же их там одних!

– То есть лучше пусть монстр сожрёт нас всех?

Тима заколебался. Да, это было бы не самым приятным окончанием их приключений.

– Я больше не могу держаться, – крикнула Фи. – У меня ноги уже болтаются.

– Ладно, – фыркнул Лео. – Но если нас там сожрут, то я тебя поколочу, человечишка!

– На счёт три! – скомандовал Тима. – Раз! Два! – он сглотнул. – Три!

Пальцы с трудом разжались, на мгновение мальчик ощутил, что завис в воздухе, а потом рухнул на каменную горку и стремительно покатился вниз. Он даже не смог закричать. Впрочем, Лео с Фи справлялись и без него. Их несло всё глубже и глубже в темноту. И это было бы даже весело, если бы можно было хоть что-нибудь разглядеть.

Золотистый свет быстро удалялся, превращаясь в крохотную точку. Стало холодно, ветер свистел в ушах. Пахнуло чем-то затхлым, и Тима тут же вообразил себе раскрытую пасть голодного монстра. Они пролетели ещё несколько метров и…

Плюм! Тима съехал на что-то мягкое и пружинистое. Его тело несколько раз подбросило вверх, и всё замерло. Тима боялся пошевелиться.

– Эй, все целы? – раздался обеспокоенный голос Патрика.

Патрик! Его не сожрали!

Тима с трудом приподнялся на ноги, и нечто под ним странно заколыхалось. Это что-то ему напоминало, но вот только что? Вокруг было темно, и только золотистые глаза Рахи, которые он мог разжечь словно фонарики, пронизывали эту черноту.

– Кажется, целы, – ответил Тима, хлопая глазами и пытаясь привыкнуть к темноте.

– Что это у нас под ногами? – спросил Лео совсем рядом.

Патрик насмешливо фыркнул:

– Это же батут! Такой крепкий! Вот бы нам домой такой!

– И ты ещё можешь думать о батутах? – ахнул Карл. Голос его дрожал. – Где мы вообще? Я хочу домой!

– Смотрите сюда! – Звонкий голос Шэри раскатился над головами, и мальчику показалось, что они находятся глубоко под землёй.

Тима повернулся на голос оборотня и округлил глаза. Посреди темноты возвышалась фигура. Точнее не так… возвышалась голова. Гигантская и странная, но, к счастью, неподвижная.

– Что это за уродство? – Голос Лео тоже слегка дрожал, но вампир пытался скрыть его под своим привычным недовольством.

– Кажется, это сфинкс, – уверенно заявил Рахи.

– Глупости! Это же щелкунчик! – воскликнула Фи, и Тима понял, что она права.

Из темноты проступала гигантская голова каменного щелкунчика. Сверху её венчала полукруглая шляпа с загнутыми концами, а рот с белыми рядами зубов был широко раскрыт.

– А там что… рельсы? – прошептал Рик.

Тима осторожно подошёл ближе и отёр потные ладошки о штаны. У самого края батута стоял маленький вагончик, внутри которого расположились три ряда деревянных скамей. А впереди широкой лентой тянулась лента железной дороги, которая вела – ну а как же иначе! – прямо в открытый рот каменного щелкунчика.

– Только не говорите, что мы должны отправиться туда, – пробормотала Фи.

– Кажется, по-другому мы не выберемся, – ответил Тима, покрутив головой.

– Ненавижу горки, – простонал Шэри. – Меня на них тошнит.

Тима ещё раз вгляделся в темноту. Его охватило волнение. В отличие от оборотня, он очень любил горки. Как и комнаты страха.

– Давайте, залезайте, – скомандовал он и первым забрался в вагончик.

Лео тут же прыгнул следом, не желая отставать, и устроился рядом с Тимой на переднем сиденье. Они недовольно переглянулись. Патрик с кряхтением забрался за ними, и Рахи пришлось слегка подтолкнуть его. Один за другим ребята устраивались внутри, толкаясь и бурча друг на друга. Последним с мученическим стоном уселся на заднем сиденье Шэри. Стоило ему сесть, как из-под скамей вырвались кожаные ремни и крепко обхватили ноги ребят. Тима попробовал потянуть их вверх, но те не двинулись ни на миллиметр. Тут же перед каждой скамьей выскочили железные поручни, и дети неуверенно ухватились за них. Поручни были гладкими и холодными.

– Ну что ж, – тихо произнёс Тима, – поехали.

Вагончик скрипнул и тихонько покатил вперёд. Каменная голова становилась всё ближе и ближе, и вагончик нырнул во тьму.

Тима вцепился в поручни покрепче, холодный воздух дыхнул им в лица. Мальчик уже приготовился, что рельсы нырнут вниз, но они продолжали тихо катить вперёд.

Прошла одна минута, две. Скрип-скрип, скрип-скрип – покачивался вагончик, с трудом двигаясь сквозь мрак. Тима напряжённо оглядывался по сторонам, ему казалось, что на них вот-вот выпрыгнет какое-нибудь костлявое чудовище. Лео рядом с ним громко сглотнул.

– И долго мы будем так катить? – наконец произнёс вампир, разбивая застывшую тишину.

Тима поёрзал на месте. Сердце у него больно бухало в груди. Мальчик был готов вылезти из вагончика и броситься обратно на своих двоих. Вот только ремни слишком туго обтягивали ноги.

– Может, оно везёт нас наружу? – донёсся с последней скамьи испуганный голос Шэри.

– Ага! – фыркнула Фи. – Надейся! Зачем же нас тогда…

Договорить она не успела. Из глубины тоннеля вырвался приглушённый вой, и волосы у Тимы на голове зашевелились. В лицо ударил порыв холодного ветра, и мальчик вдруг понял, что передняя часть вагончика зависает в воздухе.

– Держись! – завопил он, и эхо его голоса многократно отразилось от стен.

Мгновение, и вагончик рухнул в темноту.

– А-А-А-А-А-А! – Дружный хор голосов подхватил ветер.

Они стремительно неслись вниз, и уши вместе с криками заполнял оглушающий свист. Рывок, и вагончик дёрнуло в сторону, так, что Тиме показалось, что его голову сейчас оторвёт. Лео рядом завопил не своим голосом.

Снова вверх, рывок влево, падение вниз. И вагончик полетел ещё быстрее. Тима разглядел, что рельсы впереди как-то странно загибаются, но не успел ничего понять, как их быстро потащило вверх, всё вокруг перевернулось с ног на голову.

– Мы упадём! – завизжал Патрик.

– Меня сейчас стошнит! – захныкал Шэри.

– Тогда не открывай рот, – совершенно спокойно посоветовал ему Рахи.

Вагончик преодолел петлю, и они снова полетели вперёд – головы и ноги на положенных им местах.

Вжух, вжух – неслись они дальше, и на пути замелькали разноцветные огоньки. Стало светлее, и Тима вдруг разглядел…

– ОБРЫВ! – заорал он и принялся судорожно стаскивать с ног ремни.

Провал впереди зиял чёрным беззубым ртом, готовым заглотить их живьём. На другой стороне рельсы продолжались, но никакого моста между ними не было.

– Помогите! – заверещал Рик.

Они попытались справиться с ремнями, но те только крепче прижали их к месту. Ноги и руки у Тимы похолодели, он вцепился в поручни, затаив дыхание. Вагончик стремительно летел к пропасти.

Мгновение. Взлёт. Под звонкое эхо криков вагончик полетел над пропастью. Тима зажмурился, но потом снова открыл глаза. Ну давай, ещё чуть-чуть, ещё немного. Передняя часть вагончика наклонилась вперёд, и теперь уже мальчику показалось, что они разобьются о твёрдую землю.

Бац! Они тяжело ухнули на рельсы с другой стороны обрыва и как ни в чём не бывало покатили дальше. Тима понял, что не может разжать пальцы. Он посмотрел на Лео. Лео посмотрел на него. И оба вдруг громко захохотали.

– Вы что, чокнулись совсем? – крикнула Фи, но они даже не обратили на неё внимания.

Смех распирал Тиме грудь, рвался наружу. Он вдруг ощутил лёгкость во всём теле.

– Лучший аттракцион в моей жизни! – воскликнул Лео.

И, кажется, поспешил.

По сторонам вдруг стали возникать размытые фигуры. Они качались туда-сюда, жутко завывали и хихикали, а потом и вовсе стали протягивать к ребятам из темноты свои костлявые механические руки.

– Пойдите прочь! – крикнула Фи и отпихнула одну из них в сторону.

Всё вдруг смолкло, а вагончик резко затормозил, скрежеща колёсами о рельсы. Огоньки погасли.

– Ну вот, – вздохнул Рахи, – кажется, ты их обидела.

– Я?! – возмутилась фея. – А чего они к нам лезли?

– Но теперь мы застряли посреди тоннеля! – Лео недовольно зыркнул в сторону феи. – Может, у тебя есть идеи, как отсюда выбраться?

Вампир и фея начали свою привычную перепалку. Кричали с каждым разом они всё громче и громче, и вскоре в этом гуле уже послышались голоса Патрика, Рахи, колдунов и оборотня. Все они говорили одновременно, пытаясь переспорить друг друга. И только Тима задумчиво разглядывал вагончик.

Это же игрушка, механизм, не может быть, чтобы её нельзя было снова включить. Он внимательно оглядел поручни и чуть наклонился, всматриваясь под ноги. Увидев крошечную маленькую щёлочку, мальчик медленно и неуверенно выудил из кармана серебряный ключик, пожал плечами и сунул его в проём. Слегка поворочал туда-сюда, и вдруг вагончик низко загудел. Голоса смолкли, а Тима едва успел выпрямиться, как они снова рванули с места. «Надо же! – удивился мальчик. – А ключик-то пригодился!»

Фигуры вокруг задвигались, огоньки замигали, ветер засвистел в ушах. Послышалась весёлая музыка, словно они и впрямь оказались в парке аттракционов, а над рельсами потянулись густые щупальца тумана.

– Что это там? – вдруг крикнул Лео.

Тима прищурился, и сердце его в очередной раз ухнуло. Впереди снова возвышалась голова, вот только в этот раз это был не щелкунчик. Изваяние было похоже на мышь. Нет, не так – на Мышь. Её гигантские глаза шевелились, двигались туда и сюда, словно следили за ними. А в приоткрытый рот заползали громадные орехи. Щёлк, щёлк. Крепкие зубы ловко разгрызали твёрдую скорлупу, и только мусор летел по разные стороны. Орехи выползали из соседних тоннелей и выезжали на рельсы перед вагончиком, который не спеша катил вместе с ними.

– Нас раскрошат, как орехи! – взвизгнул Патрик.

Тима судорожно огляделся, пытаясь найти выход. Но выхода не было. Вагончик неумолимо приближался к гигантской голове.

Щёлк. Щёлк. Щёлк. От громкого хруста у Тимы свело в животе. Не может быть, что их приключения закончатся так глупо. Расколют как орехи! Да и кто? Какая-то дурацкая механическая Мышь! Тима вдруг ахнул! Ну конечно, механическая!

Он снова резко наклонился и схватился за ключик. Попытался повернуть его, но тот застрял в пазах и не желал двигаться.

– Помогите! – снова закричал кто-то.

– Срывайте ремни!

– Не получается!

– Мамочка-а-а!

Тима на мгновение поднял голову и ужаснулся. Голова нависала уже почти над ними, а от грохота гигантских зубов заложило уши. Он снова нырнул под поручни и принялся яростно крутить ключик туда-сюда.

– Что ты там возишься?! – закричал Лео. – Останови эту штуку!

Клац. Клац. Щёлк. Щёлк. Хруст. Скрежет.

Ключик поддался, провернулся, и вагончик медленно затормозил.

Блямс. Зубы ударили по самому носу вагончика, отхватив крошечный металлический кусочек.

И снова клац. Но уже по пустому месту. Белые механические зубы впустую опускались вверх и вниз. Тима понял, что его волосы прилипли ко лбу, а по виску стекает горячая капля пота.

– А вот теперь меня точно стошнит, – заявил Шэри.

В тот же миг ремни ослабли и со звоном упали на дно. Зубы неподвижно зависли, не закончив движения, огоньки перестали мигать, а музыка смолкла. Неожиданная тишина показалась оглушающей.

– Так-так-так, – вдруг раздался из глубины гигантского изваяния знакомый голос. – И что это за мышки прокрались ко мне в гости?

Тима испуганно сглотнул, а из тени выступила высокая фигура.