История любит повторения. Проект «Великого музея» всего человечества, попытку реализации которого мы с вами видели на примере «Музея Наполеона», не исключение. О любви Адольфа Гитлера к искусству рассказывать не надо, так же как и о его юношеском увлечении живописью. Но мало кто знает, как, казалось бы, безобидное увлечение стало поводом для создания проекта «Музея Фюрера», ради которого были уничтожены или потеряны тысячи произведений искусства.
Когда Адольф Гитлер пришел к власти, он сразу же взялся за оформление официальной идеологии. Но кроме создания теорий и концепций, Гитлер жаждал видеть в Третьем Рейхе великий музей арийской расы, в котором под одной крышей будет собрано все лучшее из когда-либо созданного человеком.
Место Гитлер выбрал не случайно. Небольшой город Линц вроде бы проигрывает в культурной значимости Берлину, Кельну или Мюнхену, но в судьбе самого фюрера он сыграл огромную роль. Здесь Гитлер провел детство, и это место казалось ему идеальным для созерцания лучшей коллекции искусств всех времен и народов. Линц должен был стать «культурной столицей мира», затмив Париж, Лондон и Вену.
К реализации своего плана Гитлер подошел со всей ответственностью и лично курировал его. В городе должен был появиться огромный музейный комплекс из десятков зданий, а его жемчужиной была бы гигантская картинная галерея. Воплотить столь важный для себя объект Гитлер поручил своему любимому архитектору Альберту Шпееру (1905–1981), который до этого уже спроектировал целый ряд символически важных зданий Третьего рейха. Ему же принадлежит проект Национального павильона для Всемирной выставки 1937 года в Париже – той самой, где лицом к лицу столкнулись немецкий и советский проекты.
Шпеер разработал эскиз в излюбленном Гитлером монументальном стиле неоклассицизма с главным зданием и обрамляющей его колоннадой длиной в 150 метров. Гитлер был в восторге и с нетерпением ждал окончания войны, чтобы наконец приступить к постройке своего детища.
Немецкий искусствовед Ганс Поссе (1879–1942), самый молодой директор Дрезденской галереи в истории, отвечал за наполнение коллекции. Поссе был нетипичным звеном в окружении Гитлера – молодой, упрямый и амбициозный ученый, который смог возглавить одну из лучших коллекций старого искусства в Европе в 31 год. За 23 года на своем посту он показал себя прекрасным музейным работником, ставящим искусство выше политических игр. Под его руководством в Дрездене по аналогии с Галереей старых мастеров открыли Галерею новых мастеров, презентующую искусство XX века. За публичную критику правящей партии Поссе был уволен. Как судьба привела его к работе над столь чудовищным проектом? Гитлер соблазнил Поссе проектом и властью. Какой искусствовед откажется от возможности собрать коллекцию мечты?
С 1 июля 1939 года Поссе назначался «специальным уполномоченным» еще не появившегося музея, основой которого должна была стать личная коллекция фюрера, к которой со всей Европы добавят лучшие произведения «арийского искусства». Последний термин все работающие над проектом понимали максимально широко, в первую очередь руководствуясь личными предпочтениями Гитлера. Те авторы и художественные школы, которые ему нравились, объявлялись «истинно арийскими» и шли в коллекцию, от других же планировали избавиться, либо распределив по небольшим районным музеям, либо обменяв на более «стоящие» картины, либо продав.
Что ценилось и собиралось? Во-первых, Поссе и его люди почти не трогали коллекции великих музеев. Французское или итальянское искусство должно оставаться на родине. А вот великие произведения, оказавшиеся в «неполноценных» с точки зрения Третьего рейха государствах, нужно было спасать. Гитлер очень хотел, например, заполучить коллекцию Эрмитажа. Также объектом нападения становились частные собрания.
Произведения искусства собирали по всей Европе. Некоторые работы вывозили силой, другие выкупали за смехотворные цены. Деньги на покупку работ выделял лично Гитлер – в ход шли отчисления за его одиозную книгу, у которой в Германии были миллионные тиражи.
Центральное место в музее должен был занять «Гентский алтарь» (1423) Яна ван Эйка, что имело символическое значение. В результате позорного по мнению Германии Версальского мирного договора шесть официально купленных у Бельгии створок Гентского алтаря изымались и возвращались в Гент. Эта была звонкая пощечина, отомстить за которую хотелось в первую очередь. Также высоко котировалось все Северное Возрождение, особенно работы Альбрехта Дюрера (1471–1528), Лукаса Кранаха Старшего (1472–1553) и Ганса Гольбейна (1497–1543). Почему именно оно? Поссе видел в Северном Возрождении начало истинно арийского искусства. Также в чести были работы Микеланджело и голландцев: Вермеера и Рембрандта. Как в списках оказался итальянский мастер? Телесная красота и энергия его фигур в глазах фюрера наиболее точно выражали силу арийского духа.
Гитлер лично участвовал в сборе коллекции и установил несколько организаций, главная из которых – Оперативный штаб рейхсляйтера Розенберга – целенаправленно занималась вывозом культурных ценностей с оккупированных территорий. Альфред Розенберг (1893–1946) был одним из авторов расовой теории; его особо не интересовало искусство как таковое, он больше интересовался оккультной литературой. Поэтому за произведения искусства, по сути, отвечал бывший пилот-ас Первой мировой Герман Геринг (1893–1946) – второй человек после Гитлера.
Геринг любил искусство и параллельно «Музею Фюрера» собирал собственную коллекцию, куда, кстати, не брезговал брать современное искусство – после войны у него нашли богатую коллекцию импрессионистов, фовистов, кубистов и экспрессионистов. Под руководством Геринга солдаты вермахта забирали предметы искусства по всей Европе. Особенно пострадали Ротшильды и Давид-Вайли, арт-дилеры Розенберги и Вильденштейны, владельцы богатых частных коллекций. В 1940–1942 годах в Париже устраивались смотры «трофейного искусства», на которых Геринг выбирал, что пойдет в «Музей Фюрера», что в его личную коллекцию, что в остальные немецкие музеи, а что продать как «дегенеративное искусство». К примеру, работу Фрагонара Геринг забрал себе, а «Астронома» Вермеера передал в коллекцию Адольфа Гитлер.
Что все это значило в общем? Сотни тысяч произведений вынуждены были покинуть безопасное место и отправиться в путь, для многих произведений оказавшийся последним. Картины и статуи рвались и бились при транспортировке, бесследно исчезали во время бегства фашистских войск с освобождаемой территории, не говоря уже о гибели предметов из-за пожаров и бомбежек.
Главная проблема «Музея Фюрера» была в том, что произведения искусства, вместо того чтобы лежать в относительно безопасных подвалах или тайниках, куда его прячут музейные работники, находились в домах и дворцах и были максимально уязвимы для военных действий. Так погибли картины Рубенса, Рафаэля, Климта и сотен других художников.
Частью будущего музея должна была стать знаменитая Янтарная комната – ювелирное чудо XVIII века Большого Екатерининского дворца в Царском Селе. Захватив пригород Ленинграда в сентябре 1941 года, в середине октября немецкие солдаты сняли и вывезли пластины янтарной комнаты вместе с мебелью именно для «Музея Фюрера». Почему комнату не эвакуировали советские музейные работники, до сих пор остается загадкой. Есть гипотеза, что ее оставили из-за хрупкости янтарной облицовки стен – но немцы сняли и упаковали весь интерьер комнаты за двое суток. Другая версия предполагает, что у маленького штата музейных сотрудников Царского Села просто не хватило финансов и физических возможностей для эвакуации. В любом случае мы точно знаем, что немцы смогли вывезти Янтарную комнату за пределы Советского Союза. Изначально ее намеревались отвезти сразу в Линц, но так как музейное здание еще не было построено, возникла идея на некоторое время оставить ее в Кенигсбергском замке, куда ее и привезли в том же году.
Есть сведения, что Янтарная комната находилась в Кенигсберге вплоть до весны 1945 года, но в апреле Советская армия уже контролировала пригороды. Если Янтарную комнату и перевезли, это должно было случиться раньше. В апреле город был взят штурмом, но вскоре случился большой пожар, при котором выгорел весь замок. Находившиеся там советские офицеры проверили его и ближайшие окрестности, но следов Янтарной комнаты так и не нашли – только большое количество ящиков, в которых, согласно официальной версии, шедевр собирались перевезти, но не успели. Считается, что Янтарная комната погибла в пожаре.
Эта версия удовлетворила далеко не всех. Одним из первых усомнился Анатолий Кучумов – советский искусствовед и бывший хранитель Янтарной комнаты. Он практически сразу после освобождения Кенигсберга приехал в замок и тщательно изучил последствия пожара, найдя множество несостыковок в официальной версии. В залах, где вроде бы находилась и сгорела Янтарная комната, попросту не хватало следов сгоревшего янтаря. Не было остатков 24 пилястр из толстого стекла, украшавших Янтарную комнату, а они не могли прогореть без остатка! «Приведенные обстоятельства позволяют с полным основанием отвергнуть сообщение Роде о гибели Янтарной комнаты в огне пожара в Орденском зале Кенигсбергского замка, доверчиво принятое за истину профессором Брюсовым. Янтарная комната была сохранена и укрыта в безопасном месте при участии Роде. Выдвинутая им версия <…> должна была отвлечь внимание комиссии от дальнейших поисков», – сделал вывод Кучумов. Он предположил, что Роде, хранитель Янтарной комнаты в замке, вывез ее и где-то спрятал, но, увы, следы этой реликвии так и не были обнаружены, хотя слабая надежда все еще остается в умах и сердцах некоторых исследователей. К 300-летию основания Санкт-Петербурга, в 2003 году, Янтарную комнату реконструировали.
Американские военные в шахтах Альт-Аусзее на фоне работы Эдуарда Мане
Поссе умер в 1942 году от рака горла – как злобно говорили музейщики, «подавился добычей». Но проект продолжил свое существование. Гитлер грезил музеем. В бункере он отстроил огромный макет, перед которым проводил часы за раздумьями. В его голове было рассчитано все с точностью до развески конкретных работ и нюансов освещения. Но война не позволила его планам воплотиться в жизнь. Когда Линц начали бомбить, коллекцию вывезли в соляные пещеры около Зальцбурга, где на глубине свыше километра сделали музейное хранилище с постоянной влажностью и температурой. Там спрятали около 12 000 произведений искусства. В 1945 году музейный город в Альт-Аусзее захватили американцы, и началась длительная реституция художественных ценностей.
Иронично, что сейчас в Линце находится один из лучших в Германии музеев авангардного искусства, которое так не любил фюрер.