Колониальная политика Англии – на пике своего могущества самой большой страны в мире – никогда не чуралась грабежа колоний. И если «мрамор Элгина» был вывезен в первую очередь с помощью таланта и энтузиазма самого графа, многие сокровища пришли именно из колоний, в том числе и великолепный алмаз «Кохинур», или «Гора света», что через десятки владельцев оказался в руках англичан и украсил корону Британской империи.
Алмаз «Кохинур» в короне Великобритании
По легенде, около 5 000 лет назад алмаз обнаружили в знаменитой Голконде, а владел им индийский герой «Махабхараты» Карна. Затем «Гора света» столетиями украшала тюрбан раджей государства Малвы на территории современной Индии. Документальная история одного из самых больших алмазов в истории начинается около XII–XIV века, когда мы находим первые упоминания о нем как об одном из сокровищ империи Великих Моголов. В XVIII веке алмаз оказался в Персии. В 1813 году хозяином камня стал основатель Сикхского государства махараджа Ранджит Сингх.
«Кохинур» сменил десятки хозяев, освещая своим светом Индию, Иран и Афганистан, пока не попал в Англию. В 1849 году английские войска захватили Сикхское государство. Третьим пунктом мирного договора была отдельно указана передача алмаза королеве Виктории. В 1850 году он покинул Индию и достиг берегов Британии. 3 июля 1850 года камень был доставлен королеве и после этого уже никогда не покидал Англию.
Королеве его принес председатель совета директоров Ост-Индской торговой компании Дж. В. Логг. «Драгоценности великолепны. Они принадлежали Ранджиту Сингху и были найдены в сокровищнице Лахора. Я счастлива, что отныне они принадлежат британской короне и позабочусь о том, чтобы бриллианты стали частью короны», – отметила в дневнике Виктория.
Чтобы соблюсти все формальности, 15-летнего наследника престола махараджей Далипа Сингха привезли в Лондон, где он лично передал алмаз со словами: «Для меня, мадам, как вашего верноподданного, является величайшим удовольствием получить возможность лично передать “Кохинур” моему властителю». Сейчас камень находится в лондонском Тауэре.
Вот уже несколько десятилетий ведется спор о необходимости вернуть камень в Индию, хотя консенсуса насчет необходимости этого нет даже внутри самого индийского общества. В 2001 году прямые наследники Ранджита Сингха отправили письмо королеве Елизавете II с просьбой вернуть камень, при этом в 2016 году генеральный солиситор Индии публично заявил, что камень был передан добровольно и не должен быть возвращен.
Спор о «Кохинуре» является частным проявлением общей проблемы: в Англии находятся сотни тысяч произведений искусства, вывезенных некогда с территории современной Индии. Только в одном Музее Виктории и Альберта выставлено около 40 тысяч экспонатов из Индии.
Первый большой публичный музей в мире – Лувр – открыл свои двери в 1793 году. Любой желающий мог прийти и полюбоваться императорской коллекцией европейской скульптуры и живописи. Лувр должен был стать олицетворением новой силы искусства, призванного заменить религию. Но французские энциклопедисты, стоявшие у истоков идеи создания великого открытого музея, хотели увидеть в Лувре «энциклопедию искусств» и не ограничиваться лишь вкусом французских королей, отношение к которым было, прямо скажем, снисходительно-критическим. К тому же Великая французская революция, преодолев границы Франции, отправилась «освобождать от имперского владычества» и соседние территории. Революционная Франция воевала со всеми, до кого могла дотянуться, и, надо отдать должное, делала это сверхуспешно.
С 1794 года коллекцию Лувра решено было пополнять за счет захваченных французской армией территорий. Энциклопедисты честно пытались регламентировать сбор «трофейного искусства», максимально отдалив происходящее от классического грабежа и мародерства. Согласно приказу, солдаты французской армии могли вывезти с покоренных территорий только предметы искусства, запертые от широкой публики во дворцах и особняках. Поэтому, например, остался в Амстердаме «Ночной дозор» Рембрандта, выставленный в ратуше. Правда, при желании это правило с легкостью нарушали – работы Рубенса «Снятие с креста» и «Воздвижение креста» из собора Антверпенской Богоматери увезли в Лувр, как и несколько створок Гентского алтаря. В армии Наполеона было множество художников и искусствоведов, которые помогали выбирать и увозить лучшее искусство.
Наполеон Бонапарт был назначен в 1796 году командующим французской армией в Италии и уже во время Болонского перемирия (июнь 1796) отдельным пунктом указал список произведений искусства, которые отправятся во Францию. В 1798 году начался знаменитый Египетский поход, обернувшийся крахом французского корпуса, но именно посещение Египта стало причиной первой волны египтомании, закончившейся одним из главных достижений XIX века – расшифровкой египетских иероглифов с помощью Розеттского камня. За несколько лет французские ученые нашли огромное количество египетских предметов искусства, но большинство из них не могли вывезти. Многое досталось злейшим врагам Франции – англичанам.
Андреа Аппиани. Наполеон I. 1805
С приходом Наполеона к власти главный музей Франции переименовывают в его честь. Отныне Лувр – это «Музей Наполеона». Коллекцию обогащают еще стремительнее. Помогает в этом генеральный инспектор музеев Франции Доминик Виван-Денон (1747–1825), дипломат и художник. В 1802 году его назначили директором Лувра.
Он помог организовать вывоз скульптурной композиции «Богиня Виктория с четырьмя лошадьми», снятых с Бранденбургских ворот, и несколько лет она украшала оранжерею Лувра, пока в Берлине на воротах оставался торчать одинокий штырь. Сразу после взятия Парижа армией Александра I квадригу вернули в Германию, где встречать свой национальный символ вышел весь Берлин.
Виван-Денон стал главным человеком искусства во Франции, путешествовал с армией по захваченным территориям, на свой вкус выбирая произведения, достойные французской столицы. Берлин, Зальцбург, Мюнхен, Кассель, Вена, Варшава – все теряли предметы искусства.
Аполлон Бельведерский. Ок. 330-320 до н.э. 7 ©Marie-Lan Nguyen / wikimedia
Французы вывозили много античного мрамора – «Аполлон Бельведерский» и «Лаокоон и его сыновья» из Ватикана, «Венера Капитолийская» из Рима. Этих шедевров было так много, что все не помещались в «Музей Наполеона» и расходились по соседним музеям. Виван-Денон свозил в «Музей Наполеона» проторенессанс и испанцев, за исключением Веласкеса. Леонардо да Винчи тогда никого не интересовал, Вермеера еще не открыли для широкой аудитории, ценились работы Рафаэля и Тициана, а средневековые произведения не считались искусством вообще.
Битва при Иссе. Ок. 100 до н.э.
Сам Наполеон не мог похвастаться особым эстетическим вкусом. Больше всего ему нравились большие исторические батальные работы, а любимым художником был гений Северного Возрождения Альбрехт Альтдорфер, любимым произведением – древнеримская мозаика на сюжет «Битвы при Иссе» с Александром Македонским. «Искусство принадлежит победителям» – вечный аргумент, оправдывающий преступное «трофейное искусство». К тому же где, если не в Париже, можно собрать все самое прекрасное, созданное людьми?
После поражения Наполеона страны-победительницы захотели вернуть захваченное искусство обратно. Преемник корсиканца на французском престоле Людовик XVIII отдавать шедевры не хотел и выступил с речью: «Слава французских армий не запятнана. Памятники их храбрости остаются. Отныне шедевры искусства принадлежат нам на более священных правах, чем права победы». Но шумиха даже не успела подняться, так как Наполеон вернулся и триумфально прошел по Франции еще раз. Стодневное правление закончилось битвой при Ватерлоо и окончательным изгнанием. Во второй раз союзники, памятуя о несговорчивости французов, включили в мирный договор пункт о возвращении предметов искусства. В следующие несколько лет шедевры караванами ехали обратно в европейские столицы.