— Рок… — начала было Линда, но посмотрела в сторону хаски Рокки Раккуна и исправилась, — Стив, а почему Пинки так зовут, он же белый.

— О, это совершенно потрясающая история. Малыша Пинки мы забрали из приюта. Какие-то плохие люди выкрасили его розовой краской. Но теперь все его трудные дни позади и у Пинки много друзей, — Воз поднял кобелька на руки и чмокнул в нос перед тем, как отпустить.

— А Рокки Раккун — тот самый? — голубые глаза хаски как в саму душу смотрели.

— Ага! Он у нас самый умный! Поэтому, когда я выбирал псевдоним для университета, его имя взял. Круто же получилось? Ребят, а как насчет посмотреть классику Звездного Пути? Вы ведь любите Стартрек? Я вот обожаю! Мистер Спок потрясающий! И… Линда! Ты обязана это увидеть! Пошли-пошли-пошли! Ну скорее, ребят!

Энергетике Воза невозможно сопротивляться. И под добродушный лай собак мы прошли в… его личный зал игровых автоматов. Два десятка аркад.

При виде Фроггера моя Эль-Кей уже в экстаз не впадает. Не после того, как ей подарили ее персональный автомат. Более того, уже даже не каждый день на работе к нему подходит — пресытилась, но, чего скрывать, даже я впечатлился. И среди прочих игр взгляд уперся в угловатую коробку с перископом. «Морской бой»! Именно его так хвалил студент Питер, как пример аркадных автоматов из СССР. Тут он назывался «Морской дьявол», но игра та самая! Меня чуть от ностальгии не порвало. Помню, как в самом-самом начале девяностых играл на таком, будучи октябренком! Ну, то есть понятно, что на советском клоне, но какая тут разница. Современная версия, опробованная в Японии, со стереоскопией и всем таким, столько эмоций не вызывала.

Быстрый маленький кораблик — каналья! Так ни разу нужное упреждение, чтобы его подбить, я взять и не смог.

И каждый нашел себе что-то по душе! Монтгомери, например, залип в аркаду «Квикс» про рисование замкнутых контуров.

— Эти игры такие квадратные… — сморщила было носик Селеста, но тут же нашла то, что ее заинтересовало. — Это что, Джорни? Я обожаю эту группу!

Аркадный автомат, о котором она говорила, явно создавали, расширив сознание — музыканты из известной группы там стали участниками странных мини-игр, вроде прыжков на батутах в космосе. Но хиппи понравилось.

— Ребят! Я заказал попкорн и пиццу! Сейчас их привезут! — оповестил Воз. И мы же собирались смотреть «Звездный путь»! Простите, я часто отвлекаюсь!

Домашний кинотеатр сферического транжиры в вакууме я уже заранее представлял, как нечто громадное во всю стену. Возможно, один из первых плазменных телевизоров, не помню, когда они появились. Или проектор? Оказалось, нет, самый обычный телевизор, большой только по меркам начала 80-х. Дюймов тридцать, меньше моего 4К монитора из 2026. Но зато…

— Лазерные диски потрясающие! — сказал Возняк, заряжая диск в проигрыватель. Здоровенный такой, размером с грампластинку. Только увидев его, я понял, почему Си-Ди — это компакт-диски. Да потому, что существовали полноразмерные, диаметром сантиметров в тридцать.

И качество… на высоте! Не фулл-эйчди, конечно, но в целом формат аналоговый, как на видеокассетах, только лучше.

К тому моменту, как я собрался начать-таки важный разговор, мы успели посмотреть две самых первых серии классического Стартрека и скушать отличную пиццу с ветчиной и большим количеством сыра.

— Рокки… я тут одну штуку придумал. Не дашь совет, как собрать прототип? Программист я неплохой, а электронщик так себе, — наконец-то начал я тот самый разговор. Сравнение с Джобсом в прессе заставило чувствовать себя максимально неловко. Вроде как и ничего плохого не хочу, но получается, что использую друга в своих целях.

Протянул Возу листок с описанием портативного тетриса, один из черновиков, на основании которого Лео оформлял заявку на патент. Как и рассказывал юрист, потребовалось найти баланс между детальностью описания и конкретными техническими решениями. В результате я прописал «сегментный жк экран 10 на 20 кубиков с отдельной зоной под счетчик», «четырех или восьмибитный контроллер», «как минимум пять управляющих кнопок», «батарейки без указания их точного количества». В полной заявке еще и геймплей расписывался, но для черновика этого не нужно, хватило и того, что я нарисовал от руки типичный китайский «Брик Гейм», с узнаваемыми кубиками на экранчике.

Рокки прочитал. Затем пробежался по листочку глазами еще раз. И еще… и еще… Потрясающе же? Великолепно? Невероятно? Я все ждал восторженного комментария, а друг молчал. Что, я просчитался? И он сейчас скажет, что мы больше не друзья и второй паразитирующий на его гении визионер ему не нужен…

— Пошли! Крис, пошли немедленно со мной! — потребовал Возняк. — Джон, Монти, вы тоже! Девушки… ну, если вам интересна электроника. Моей Кэнди — не очень. Располагайтесь, весь дом, все аркадные автоматы и все лазерные диски в вашем распоряжении. Простите-простите-простите, что мы вас бросаем, но это важно! Нет ничего важнее видеоигр!

— Да это настоящий храм! — восхитился Джон Харрис, когда Воз привел нас, видимо, в свою домашнюю мастерскую. Комната размером с весь наш с Линдой дом в Эль-Серрито, буквально напичканная радиодеталями. Любая Радиорубка закрылась бы в тот же день, окажись по соседству магазинчик с тем же ассортиментом.

— Моя отдушина! — похвалился Возняк. — Когда кажется, что весь мир против, а с организацией фестивалей слишком много хлопот, я прихожу сюда и паяю платы. Вам нравится запах припоя, друзья? Я его обожаю! Крис, друг мой, у тебя ведь есть в твоей умной голове тетрис на ассемблере под 6502? Нам надо его написать! Я думаю, что к утру мы с вами соберем прототип, ребят!

— У меня в голове есть, — скромно признался Джон, — мы с Крисом вместе писали Тетрис под Атари 2600 и я запомнил ядро игры его целиком.

— А не избыточно много мощности? Он же сожрет все батарейки за пару минут! Убивает всю идею портативности, — возразил я. — Я думал про четырехбитные контроллеры.

— Полагаю, прототипу не обязательно быть эффективным, — предположил Монти.

— Мы сделаем потрясающе эффективно! — пообещал Рокки. — Смотрите, что есть в моих запасах! Этот чип появился в продаже только в феврале, пока ограниченной партией! 65C02! Энергоэффективная версия 6502! Си-Си, ты прав, для твоего устройства у него избыточная мощность, но зато прототип мы соберем прямо сейчас! Ребят, это будет потрясающе! Джон, вон там мой рабочий Эппл 2, напишешь тетрис на нём? Крис, помоги ему! Монти, ты умеешь паять? Мне нужен ассистент, который ничего не испортит!

Ночь, в этот раз она звала нас всех. Обещание наколхозить прототип тетриса к утру звучало на первый взгляд фантастично. Подобные устройства не делают за каких-то жалких двенадцать часов… на это обычные инженеры тратят недели. Но у Воза, как я понял, вся схема сложилась в его гениальных мозгах где-то к третьему прочтению моего черновика, и уже затем он потащил нас ее реализовывать.

— Экран, ребят! Самая проблемная часть — это экран. Готовый сегментный японцы или тайваньцы сделают нам за каких-то полгода. Это СЛИШКОМ долго. Я хочу поиграть в наш Тетрис уже за завтраком. Вы же не против пиццы на завтрак? Если против, закажем что-то другое. Так вот, экран…

— Я думал о сетке из двухсот красных светодиодов, — подсказал я свою идею.

— И этот парень мне еще жаловался, что процессор сожрет все батарейки! — фыркнул Рокки. Манти, будь другом, достань вон тот ящик наверху, чтобы мне не лазить по стремянке. Не люблю лестницы, я для них слишком тяжелый! Ага, это то самое. ЖК экран 64 на 64 со встроенным драйвером! Просто отдаем ему поток байт по шине и создаем нужную картинку! Если задать для каждого кубика высоту в три пикселя, мы как раз отлично помещаемся в двадцать клеток и получаем по две точки отступа сверху и снизу! И сбоку еще хватит места для надписи «Си-Си — гений»! Ребят, вы невероятные, это лучшая тусовка в моей жизни! Вот так вот вместе разрабатывать крутые штуки — самый потрясающий формат вечеринки!

У нас было два квадратных дюйма графического ЖК-экрана, энергоэффективный процессор WDC 65C02, два килобайта оперативной памяти и ультрафиолетовый EPROM того же объема. А также пригоршня универсальных кнопок, пьезодинамик, четыре пальчиковых батарейки AA, смотанных синей изолентой, и сколько влезет разноцветных монтажных проводов. Не то, чтобы все это было категорически необходимо для портативного тетриса, но если уж начал собирать свой девайс — трудно остановиться.

Где-то в к двум ночи мы с Джоном накодили наш Тетрис на ассемблере, а на деревянном бруске размером с кирпичик разместились батарейки, плата, экран и управляющие элементы. Так-то крупноват девайс получается для повседневного использования. Но это прототип. Сперва мы и вовсе на цивильной белой монтажной плате в дырочку всю схему собирали и только убедившись в ее работоспособности перенесли на деревяшку для портативности и мобильности.

Пару раз нас приходили проведать то Линда, то Машенька, то Селеста. Приносили пиццу, колу и кофе.

— У нас там маленький девичник получился, ничего страшного? — спросила, зайдя в первый раз, Линда, — Селеста пообещала нам всем погадать на картах таро! Можно нам включить музыку?

— Любую, абсолютно любую! Аудиосистема в вашем распоряжении! Если хотите, позовите живых музыкантов! Хоть «Бесконечность Тьмы», хоть Пэта Симмонса, он держит коз на своём ранчо неподалеку. Отличные потрясающие козы!

Кто такой Симмонс, я вспомнил не сразу — участник прошлогоднего фестиваля в составе группы… а вот она из головы вылетела.

В четыре часа утра начал пищать наш прототип, выдавая «Коробейников», поводов для использования которых я посчитал достаточно. Мелодию в ассемблер Монти загнал, как самый музыкально образованный тут. Я хоть и получил краткий ликбез от мистера Лоу по всем ихним диезам и бемолям, всё еще некомпетентен и выдаю на удивление фальшивые ноты, а вот пронумерованных мажоров музыке учат и весьма серьезно. Мой товарищ явно овладел тайными техниками сольфеджио, так как я ему лишь примерный мотив настучал. Пока мы мелодию временно прожгли на отдельный чип памяти. Хорошо играет, каналья!

— Запускаю прожиг предфинальной версии! — оповестил всех Рокки от еще одного Эппл 2 с программатором. — Скрестите пальцы и не дышите!

Это была уже четвертая итерация. В предыдущих мы натворили багов. В основном я. Чего скрывать? Но и Джон тоже пару раз по рассеянности накосячил. Хорошо хоть такты ловить и подсчитывать не приходилось. Слава Омниссии! Возблагодарим Императора! Раминь! Ктулху фхтагн! Не-не-не! Ктулху, может быть, и спит, а мы еще не закончили. Где мой кофе?

— Кэндис звонила, просила присмотреть за вами, — заглянула к нам Линда как раз с кофейником, к какому и потянулись страждущие, включая меня, — а мы там заснули прямо во время гадания. Селеста и Мария спят, — девушка зевнула. Но критики того, какие мы безответственные и издеваемся над вторыми половинками, лишая сна, не последовало.

Динамик Эппл 2 с программатором трижды пропищал. Прожиг завершен!

— Эль-Кей! Ты нам и нужна! Будешь первым альфа-тестером! — сфокусировался на ней Рокки.

Как ловко он своими толстыми пальцами-сардельками схватил похожую на многоножку микросхему памяти и усадил в «кроватку» при помощи пинцета одним движением. Я бы долго примеривался. Мы его слепили из того, что было, а затем что было — то и полюбили!

И снова заиграли «Коробейники», но уже из рабочего прототипа. Динамик нам достался чересчур громкий, но это ерунда.

— Ха-ха-ха! Нам надо сделать в финальной версии режим будильника! Чип таймера на плате я же распаял! — рассмеялся Воз. Мы с ровесниками уже постепенно теряли силы и вовсю зевали, а он оставался неутомим, бодрячком. Завидую! У меня в его годы столько энергии уже не имелось. Но это у меня велосипеда и сотен миллионов на банковском счету не было.

— Милая, попробуешь⁈

— Да! Да! Конечно, да! Я буду играть в Тетрис для тебя!

Так и потянуло мысленно продолжить «в богатстве и в бедности», но это уже лишнее. Колечко-то я еще в феврале подарил. Всё решено. Остался последний незначительный технический вопрос — справить совершеннолетие.

Держать получившийся кирпич в руках, как полагается, стало бы неудобно даже здоровяку вроде Гектора, поэтому Линда оставила его лежать на столе. Рокки направил на экран яркую настольную лампу и четыре мужика во все глаза уставились на то, как хрупкая азиатка собирает линию за линией в постепенно ускоряющейся игре. И сколько мы так продержались?

Наверное, час абсолютной тишины, а затем…

— Хррр-псс-хррр… — Джон заснул, стоя на ногах и Рокки его подхватил, чтобы не упал.

Я немного мутным взглядом отыскал Монтгомери. Тот тоже вырубился, сидя за паяльным столом. Паяльник, слава Ктулху, выключен, остыл и в безопасном положении.

— Мы это сделали, ребят! Вы потрясающие! — шепотом сообщил Воз. — Поспите пару часиков.

Три, пять или восемь часов спустя я обнаружил себя на широком и мягком диване в гостиной Возняка в обнимку с сопящей в две дырочки Линдой. Посмотрел на наручные Касио — почти полдень. Блин, меня на работе наверняка потеряли. Решили, что Воз взял нас тут в заложники и пытается выведать секреты того, как именно Тетрис создает дофаминовую петлю.

Минувшей ночью я стал свидетелем истинного чуда Омниссии. О Император на Золотом Троне! Одна ночь! Да, из готовых компонентов и с хорошо известным кодом под отлично изученный нами процессор. Но жалких 12 часов! Умению Возняка собрать конфетку из серийных радиодеталей я завидую намного больше, чем пафосному дому и личному прудику с карпами.

Тихонько забурчал живот. Интересно, не заработаю ли я себе гастрит и язву, питаясь одной пиццей. И удивительно, что у Воза их еще нет. Или есть? Хеликобактер ведь еще не открыли и как с ним бороться — никто не знает. Включая меня. Если латинос из гетто начнет орать, что желудок надо лечить специальными антибиотиками, люди только у виска покрутят и скажут идти заниматься своими игрушками, а не мешать врачам делать их работу.

— Тяв-тяв-тяв! — меня в лицо лизнул крошечный не-пудель Пинки.

— Тсс, разбудишь же! — шепнул я ему и умный пёсель сообразил замолчать. С собачьей стаей хоть кто-то погулял? Наверняка — Воз хороший мужик, он не станет издеваться над пёсиками. Ну или те на постоянном самовыгуле и вся территория участка принадлежит им.

Прикинув, как не потревожить Линду, я побрел в санузел, а на выходе меня встретил неприлично бодрый хозяин дома.

— Крис! Я сделал это! Я поставил рекорд! — объявил Воз, потрясая нашей самоделкой. — Невероятные ощущения! Твоя игра покорит мир! Нужно только перебрать в ней компоненты. Сейчас дороговато получилось.

— И сколько?

— Ну, точную себестоимость я не считал, но долларов сто пятьдесят одних только запчастей. Еще еще цену сборки на фабрике надо учесть.

— А еще добавятся логистика, маркетинг и всякая подобная миерда, — дополнил я невеселый список. — Округлим до двух сотен, но будет еще наценка, сначала наша, затем розничных сетей… за триста долларов игру никто не купит. Нам нужно срезать цену компонентов до десяти баксов…

— Ха-ха-ха! Ах-ха-ха! — Возняк расхохотался и хлопнул меня пухлой ладонью по плечу. — Ты говоришь в точности, как Стив! Точно так же, как он, знаешь, чего нужно добиться.

Стив — это, как я понимаю, Джобс. Вот сейчас обидно было. Я не такой! Не Стив! Не жадный корпоративный пендехо, готовый пойти на любое преступление ради 300 % прибыли. Или сколько там у Эппл 2. Учитывая, что начинка у компа за две тысячи не сильно далеко от Коммодора за 500 баксов ушла, то очевидно, что дядя Джобс свой бассейн динеро наполняет с горкой. Но это так, на пальцах.

— Я хочу поставить наценку не больше 30 % к себестоимости со всеми издержками, чтобы простые люди по всему миру могли позволить себе игру, — не сразу сформулировал мысль.

— Друг… — протянул Возняк, и внезапно крепко обнял меня. — Я в деле! Я хочу войти в проект!