На лестнице, которая отыскалась на третьем этаже, едва помещался один человек. Винтовая, крутая, так и просилась споткнуться, чтобы сломать себе шею. Что-то мне подсказывает, что раньше это был самый обычный замок, хорошо укреплённый и надёжный, который уже по ходу дела начали перестраивать в поместье.

Получалось у них не очень.

Теперь я был на этаже с горящими окнами, откуда доносился шум, ставший ещё отчётливее. Вот тёмный коридор, за ним поворот налево, где я осторожно выглянул.

Зомби, где-то штук восемь, стояли в метрах двадцати, не обращая пока на меня никакого внимания. Судя по одежде, раньше все они были слугами: женщины, мужчины — часть бесцельно стояла или бродила около двери в то время, как другие лениво в неё тарабанили. Не зная точно, насколько они быстрые, я выработал простенький план и начал действовать.

Меч шаркнул по камню, привлекая их внимание. Все, как один, повернули головы на звук, после чего оскалили окровавленные зубы и без раздумий бросились в мою сторону. Кто-то прямо побежал, кто-то медленно побрёл, едва передвигая ноги. Мне оставалось только отступить назад, чтобы занять место на узкой лестнице, только не на спуск, а на подъём, где я начал методично отбивать атаку зомби. Первого пинаю, второго тычу мечом в голову, и так по кругу, пока твари не закончились.

Уже после боя я смог посмотреть, с чем конкретно мы имеем дело.

Это были всё те же зомби, но часть была как у меня в баронстве, а часть будто слегка мутировавшие. Те, что изменились, стали заметно быстрее, их глаза теперь были не просто покрыты бельмом, а ещё и сеткой капилляров, а вокруг глаз образовались тёмные пятна. Зубы словно деформировались. По крови из рта и порванным губам, создавалось впечатление, что они жевали собственные языки и губы, прежде чем окончательно превратиться в то, что имеем.

И всё же главным была именно скорость. От простых можно убежать, от этих убежать будет проблемно, как и остановить. Почему часть из них быстрее остальных?

На опыте игр и фильмов в ответ в голову пришёл только один — время заражения. Те, что заразились недавно, были медлительны, но вот те, кто пробыл в виде зомби некоторые время, скорее всего, осваивались с телом и начинали двигаться так… как двигались сейчас передо мной. Или это заложено особенностями генетики самого человека.

Как бы то ни было, если я прав, то мы в жопе.

Однако паниковать можно будет и потом, а пока у меня был план, и я его придерживался. Вернувшись к двери, я осторожно попробовал дверь, после чего постучал в неё. Логично было постучать, потому что, если там человек, он сразу поймёт, что я не зомби.

Да только ответа не было, но был какой-то шум. То ли борьба, то ли кто-то спешно что-то разбрасывал…

Короче, с ноги!

Ну я и пнул дверь в район замка. Пнул со всей силы, не жалея сил, и выбил замок с первого удара. Правда, дверь не распахнулась, за ней оказался шкаф, тумба и всякий хлам: кто-то спешно пытался забаррикадироваться. Помогло ли это или нет, стало понятно через несколько секунд, когда в образовавшуюся щель бросилась зомби.

Красивой зомби, кстати, даже уродства обращения не могли скрыть её удивительной красоты. И сиськи неплохие… Я прямо завис на мгновение, когда она зацепилось за ножку стула, который составлял часть баррикад, краем платья и на свет вывалилась задорно раскачивающаяся в разные стороны грудь.

Блин, такие сиськи погибли…

— Печально… — вздохнул я и ткнул ей в голову мечом, после чего навалился всем телом и кое-как сдвинул вещи.

Комната, куда я попал, принадлежала главе рода. Дорогая мебель типа диванов и кресел, большой камин, ковры, шкуры, шкафы и другие вещички, которыми пользуются от силы раз в год. В углу лежало частично обглоданное тело служанки, которая не подавала признаков жизни.

Предположу, что эта женщина с белокурыми волосами была хозяйкой. Когда всё это дерьмо у них началось, она забаррикадировалась здесь со служанкой, но обратилась и бедную девушку сожрала.

Но это был не конец помещения. Здесь была вторая дверь, которая вывела меня в спальню. Я осмотрелся по сторонам, после чего на всякий случай заглянул под кровать. Вроде никого… подумал я, а потом услышал шорох из шкафа. Вытянул меч и им аккуратно приоткрыл створку.

И что вы думаете, кого я там увидел?

— Какие люди… — протянул я, не в силах сдержать улыбки, которую они всё равно не видели.

Шкаф был роскошным и большим. Большим настолько, что сюда смогли поместиться мужик, женщина и двое детей, мальчик и девочка. Причём среди этой четвёрки я сразу узнал мужика. Теперь он был мужиком, но для меня так и остался молодым ублюдком, который пытался трахнуть девушку у меня в баронстве. Тот, кому я в жопу камень кинул.

Только он меня по понятным причинам не узнал.

— Вы пришли спасти нас? Ну наконец-то! Вас прислал герцог⁈ — мужик, которого я знал, как сына виконта, оживился. — Почему так долго⁈ Ладно, уже не важно, если вы смогли пройти, то значит они отвлеклись и…

И он что-то ещё бормотал там, чувствуя, как к нему возвращается уверенность, но ровно до тех пор, пока я не снял осторожно шлем. И вот тут он буквально подавился словами. Смотрел на меня, хлопал глазами и не знал, что сказать. А его, как предположу, жена, переводила взгляд с него на меня и пыталась понять, что сейчас происходит.

— Дорогой? — тихо прошептала она, уже чувствуя что-то не ладное.

А что дорогой? Что он сделает, этот говнюк? Ничего. И знаете что? Ничего не греет душу, как чувство абсолютной власти как над ситуацией, так и над трясущимся ублюдком, который вдруг понял, что был очень неправ.

— Я смотрю, даром ты времени не терял, — медленно произнёс я. — Уже и семью завёл, и детей. Что, надоело насиловать крестьянок?

Женщина быстро задвинула детей себе за спину, и сама попыталась спрятаться за мужа. Тот слегка дрожал, особенно это было видно по его руке.

— Это… — я прямо услышал, как он нервно сглотнул, — это ведь было давно, ошибки юности и… я уже давно не такой, господин фон Хертвёрд…

— Ошибки молодости… — кивнул я.

— Сейчас мне глубоко жаль, что я был таким идиотом, но это было давно, и я уже давно изменился и тогда…

Я поднял меч, кончиком меча указав ему в центр груди.

— Где твой отец?

— Он… он остался внизу, когда всё началось, — пробормотал он.

— Та женщина, что в той комнате — твоя мать?

— Моя мать, господин, она… она обратилась, и мы спрятались… — тихо произнесла его жена. Без вызова, без дерзости или какого-либо неуважения. Явно почувствовала, куда ветер дует и прямо сама кротость.

— Служанку решили не спасать, как погляжу.

— Она пожертвовала собой, чтобы спасти нас, — произнёс он, бросив взгляд на дверь. — Всё произошло слишком быстро, мы… просто невозможно к этому кошмару было подготовиться.

Я задумчиво сел на кровать. Этот придурок со своей семьёй уже было сделал шаг из шкафа, но я поднял меч, заставив их замереть на месте.

— Ещё раз дёрнетесь без моего разрешения, отрежу уши у детей, — предупредил я. Женщина инстинктивно прижала к себе ребятню, сынок виконта побледнел. — Итак, продолжим. Рассказывай, что произошло и как всё было, с чего началось и так далее…

— Но вокруг твари и…

— Значит рассказывай быстрее, — махнул я мечом.

Это не жестокость и не безнаказанность. Он ублюдок, и я ему не доверяю, а потому сразу чётко провожу черту, чтобы он не подумал, что есть какая-то слабина, на которую можно давить. Такие чмошники всегда любят испытывать границы дозволенного, а там глядишь, ещё и огреет чем-то. Я здесь главный, он говно и слушается меня — только такой расклад обеспечивал мою безопасность.

Ну и мне было приятно потыкать его за то, что он дела, естественно. Что может быть лучше, чем унижать и гнобить насильника, верно?

Что касается истории, то тот рассказывал её в хронологическом порядке исключительно от своего лица, как всё видел и застал.

Он не знал, как именно это началось, и откуда пришла зараза. О ней они узнали лишь когда вспышка произошла в самом городе. Сначала начали докладывать о нападениях на людей на юге города, потом о беспорядках. И первое, то они сделали — отправили туда стражу, чтобы та разобралась, в чём дело.

Стража не вернулась, а хаос начал распространяться по городу. Тогда они уже направили нормальный такой отряд, чтобы те силой подавили смутьянов и восстановили порядок. К тем присоединилась и часть личной гвардии. Обратно вернулось несколько человек. Залитые кровью и с ужасом на лице они рассказывали о людях, которые обезумели, бросались на всех, кого видели, и жрали.

Про зомби здесь знали, только называли иначе. И чаще всего их видели на кладбище как одиночек, неупокоенных, а тут в городе и посреди дня целая толпа. К тому же в тот момент никто не знал, что это по-настоящему заразно.

Было решено закрыть ворота поместья и поднять всех солдат: и личную гвардию, и всю городскую стражу. Часть осталась снаружи, пытаясь восстановить порядок, часть была на стенах и готовилась отбивать атаку.

Но удержать город не удалось. Как мне сейчас рассказывал сын виконта, сначала над городом висели крики, казалось, кричала сама земля под зданиями. Люди в панике бегали, пытались ломиться в замок, запирались в домах. А потом с улочек один за другим начали выходить медленные и спокойные люди.

Они подумали, что люди. Но оказалось, что зомби. Отовсюду, как муравье, по одному, но всё больше и больше, пока уже улицы не заполонили ходячие трупы, они загоняли тех, кто не успел убежать и наваливались всей гурьбой, чтобы сожрать. Они наблюдали за этим со стены под душераздирающие крики, пока весь город не погрузился в кромешную тишину.

После этого зомби начали разбредаться по городу. Ещё несколько часов то тут, то там слышались отдельные крики, но потом настала мёртвая тишина. Так прошла пара дней, после чего небольшая группа выла на разведку, надеясь добраться до вивернь, да и просто узнать, можно ли спастись. Вернулся только один. Раненный, он рассказал, что ходячие трупы стали быстрее и злее, и что остальных просто сожрали.

Уже в этот момент я понял, как пала сама крепость, но всё равно решил дослушать. Началось всё внутри самого поместья, где разместили раненного гвардейца, специальная комната для раненных, своеобразный медблок. А ночью начался ад. Сначала было спокойно, никто ничего не слышал, но потом обратили внимание на шум на первых этажах. Поднялся крик, а за ним произошло то, что произошло.

Зомби хлынули в коридоры, хлынули во двор. Страже удалось подавить и уничтожить угрозу, но к утру это вспыхнуло уже с новой силой, и в этот раз они совладать уже не смогли. В самом поместье воцарился хаос, люди бегали по округе, пытались спастись, и непонятно, кто был зомби, а кто просто сошёл с ума от страха. Одни жрали других, повсюду кровь и неразбериха.

Отец виконта остался внизу организовывать обороны, а он с женой и приехавшей тёщей спрятались здесь.

Но больше всего меня интересовало превращение.

Как сказал этот говнюк, сначала всё было хорошо, но потом у тёщи поднялся жар. Она начала тяжело дышать, бледнеть, потеть, плохо видеть, а её голова, с её же слов, буквально трещала. В какой-то момент она совсем побледнела и просто села в кресло, чтобы поспать, но… открыла глаза уже не она. Пустые и покрытые бельмом.

Естественно, к ней сразу бросилась служанка, но именно она и стала её жертвой. Тёща смотрела на неё так, будто в первый раз видела, а потом резко нагнулась и укусила за лицо. Эти сразу заперлись в комнате, а там под визги девушки зомби начала свою трапезу, пока бедная служанка не стихла.

— Сколько прошло времени с того момента, как вы заперлись, и ей стало плохо? — спросил я.

— Где-то… час, — медленно произнёс он.

— А после первых симптомов до момента, как напала?

— Ещё около часа.

Три часа с момента заражения. Надо будет на выходе посмотреть, куда её укусили.

— А то, что они стали такими быстрыми? Сколько прошло времени?

— Я… я не знаю…

— Сколько вы здесь сидите? — зашёл я с другой стороны.

— Со вчерашней ночи.

Значит плюс-минус за сутки они становятся быстрыми зомби. Не все, только часть. Это подтверждает теорию, что всё зависело от времени и особенностей человека. Все изначально были медленными, но кто-то мутировал в быстрых, кто-то или не мог, или не успел. Скорее всего, время обращения ещё зависело и от укусов: смертельные или нет, в шею или руку, царапина или клок мяса, сильный иммунитет или слабый. Потому, вполне вероятно, что одни становились зомби за минуты, а другие в течение часов.

Ещё один ответ, который я получил — виновниками были не виконты. Будь они причиной, всё началось бы именно с поместья, как логично предположить. Но проблемы начались на юге города. То есть, зомби пришли именно с юга, начав заражать людей, а южнее у нас расположено что? Правильно герцогство Тьюрингов, чьими вассалами Нойберги и являлись. То есть если и искать причину, то уже в столице и поместье герцогства.

— Ну что ж… — я вернул шлем на место. — Понятно… Ладно, спасибо, что рассказал.

Я направился к выходу.

— Подожди… те. Господин фон Хертврёд а как же мы? — испуганно спросил говнюк.

— Ну собой жертвовать ради вас я не стану. Поэтому счастливо оставаться.

— Но мы же погибнем тут!

— Да мне насрать, что и как вы будете, если честно, — обернулся я. — Ты насиловал женщин, угрожал мне, твори чёрт знает что на моей территории. Мне кажется, сегодня судьба хочет вернуть тебе должок.

— Господин, — тихо пролепетала женщина. — Безусловно, м ой муж повинен и заслуживает наказания. Возможно, я виновата, но не наши дети. Они ничего не делали!

— Коллективная ответственность, — поднял я палец и зашагал прочь.

— Но вы же небесный всадник! Вы не можете нас бросить!

— Могу. Позволь продемонстрировать, как это будет выглядеть.

И вышел из комнаты.

Так, что я хотел… А, точно! Я подошёл к телу сексапильной, но мёртвой тёщи и осмотрел её кожу. Начал с рук и там, в принципе, можно было заканчивать. На кисти виднелись следы глубокий укус от человеческих зубов. То есть после укуса ей потребовалось что-то около трёх часов, чтобы стать зомби. Хорошо, так и запишем.

Искать ещё выживших я не видел смысла, поэтому направился к выходу. Но не быстро, а то эти дебилы поспевать не будут за мной.

Вышел, огляделся и пошёл обратной дорогой, внимательно поглядывая по сторонам. Старался идти максимально тихо, и тем не менее без встреч не обошлось. На втором этаже встретил парочку зомби. Оба медленные, поэтому я разобрался с ними буквально за два удара, оставив за собой лишь трупы. Вошёл в курительную комнату и ментально начал звать Бегемота, чтобы тот зашёл за мной.

Где остальные зомби, я знал почти наверняка. Внизу. На первых этажах, где была главная оборона поместья. Они стеклись туда на шум и там же остались, запертые внутри здания.

Когда Бегемот спустился, я уже встал на подоконник, когда услышал тихое покашливание. Позади, сжавшись в одну кучку, стоял семейство виконтов.

— Господин фон Хертвёрд, — тихо произнёс говнюк. — Может… может мы можем договориться с вами? Всё же я виконт, и я мог бы помочь вашему боронству и любому его начинанию…

— Очнись, придурок, я небесный всадник, а боронство — это прикрытие. Позже у меня будут территории, которые тебе и не снились даже в самых смелых мечтах. Ну или я просто захвачу твоё виконство и присоединю к себе.

— Что вы хотите за то, чтобы спасти нас? — тихо пробормотала женщина.

Я задумчиво окинул их взглядом, после чего произнёс.

— Давай так. Я трахаю тебя, а взамен спасаю вашу семью.

Они испуганно переглянулись. На лицах отчётливо читалось смятение, страх и боль. После секундной задержки женщина тихо произнесла.

— Я… я согласна, — её муж уже собирался открыть рот, но она предостерегающе подняла руку. — Если заберёте нас, хоть где, хоть как, хоть сколько раз…

Я молча сверлил её взглядом несколько секунд, после чего кивнул на окно.

— Без вопросов, делаете то, что я говорю. Любое неповиновение, и останетесь здесь кормить нежить.

Вот я засранец всё же, издеваюсь над бедными людьми…

Естественно, я не собирался ни бросать их здесь, ни насиловать эту женщину. Не, будь засранец один, может и бросил бы выживать в одиночку, но тут же и дети, и их мать, а я не настолько конченный. А вот отомстить и поиздеваться — это можно. Вернее, издевался я над сынком, а его жена просто попала под раздачу.

Ужасно ли это? Несомненно. Стыдно ли мне? Ни капли. Не вижу ничего плохого издеваться над такими выродками. Да и в принципе, истории про добрых благородных всепрощающих людей — это сказки, которыми жопу только подтирать, а на деле даже самый нормальный имеет свои тёмные стороны. А то, урод он или нет, определяет лишь перевес одного или другого.

Так, Бегемот, давай, как в прошлый раз…

Дракон прямо плюхнулся в центр площади, тем самым привлекая внимание зомби. Да только они разве что ломать зубы о его чешую. Слушай, а их во дворе не мало, оказывается, вон сколько набежало.

— Сейчас вы молча полезете в пасть дракону и будете там сидеть. Если что-то не нравится, оставайтесь здесь, — произнёс я, когда Бегемот открыт рот напротив окна. — Выбирайте, у вас пять секунд.

И начал вслух отсчитывать.

Надо отдать должно, жена этого виконта имела яйца сразу за обоих, потому что на трёх она подхватила детей и бросилась к дракону. То, что сын виконта останется здесь, меня полностью устраивало, однако и он проснулся на последней секунде, бросившись следом. Едва Бегемот закрыл рот, уже я запрыгнул ему на голову, а после на седло, и мы поднялись в воздух.

Перелёт к моему баронству занял буквально какие-то десять минут. Мы приземлились прямо на полях перед деревней, освещённой огнями, после чего я выпустил семейку наружу и направился к солдатам.

— Проверить всю четвёрку сверху донизу и изолировать в замке, — кивнул я на семейку виконтов, когда к нам прибежал глава стражи Ярбёк. — Что у вас по потерям?

— Сорок восемь человек. Мы отправили их в подвалы, как вы и приказали. Но… — он понизил голос, — десять из них уже обратились.

Повезло… Хотя как сказать, повезло. Любая потеря — это чья-то смерть и горе. Поди объясни им, что мы отделались малой кровью. Однако с точки зрения стратегической статистики, кровь была действительно малой. Я уже увидел, как выглядит зомбиапокалипсис и его последствия, а потому можно было сказать, что мы хорошо справляемся.

— Убейте и сожгите. И старайтесь не мазаться в крови, — предупредил я. — За остальными наблюдайте. Сколько времени заняло обращение?

— У некоторых половины, кого сильно укусили что-то около получаса. Ещё половина из первых укушенных около двух часов.

Почти столько же, сколько я и думал…

— Ещё один момент, — произнёс он. — Последняя атака, нежить не плелась, как обычно, а бежала. Бежала очень быстро. Мы подумали, что это люди спасаются, а потом… около тридцати девяти человек — это их заслуга.

— Хреново, — пожал я плечами. — А я побывал в столице виконства, наших соседей…

И кратко обрисовал ему ситуацию. И о бегающих зомби, и о скорости заражения, и о том, что, скорее всего, зараза идёт откуда-то с юга от герцогства Тьюринг, которое, скорее всего, уже пало.

Глава стражи слушал, и его лицо не выражало никаких эмоций. Обычно это значило, что человек выпал в полный осадок от услышанного. Могу представить, что он сейчас чувствовал: ощущение, что победить попросту невозможно.

— И что будем делать? — негромко спросил он.

— Сражаться. И первым делом надо эвакуировать всех детей, беременных и стариков в замок. А лучше… знаешь, а лучше вообще всех, кто не участвует в обороне в замок. Пусть размещаются кто где, лишь бы не мешались под ногами. Ночью за стенами, днём могут ошиваться в деревне по хозяйству. Остальные, кто в состоянии держать оружие, по периметру и пусть держат оборону. У вас сигнальный рог есть?

— Есть у наблюдателей.

— Отлично. Пусть все вызубрят, что три быстрых свистка — это срочный отход в крепость, а два долгих — это тревога. Так сможете предупреждать заранее всех о том, что делать. Дальше… — я огляделся. — Самые дальние точки, пусть снабдят их этими… спасательными местами, вот. То есть, если не успевают добежать, бегут к этим местам. Там должна быть еда и вода на пару дней, чтобы можно было отсидеться. Так же доставайте всю броню, шкуры, плотную ткань и всё, что не прокусишь сразу. На каждом должна быть подобная броня.

— На всех может не хватить.

— Если надо, снимайте со стен у меня в поместье, берите шторы и так далее. Надо максимально сократить потери. Вода. Набирайте воду как можно больше. Чтобы всегда был запас. Тем более в спасательных местах и… и знаете что, в курсе, что такая канатная дорога? — осенило меня.

— Нет., ни разу не слышал.

— Короче… краны с блоками видели? Такие маленькие колёсики на кранах, которые крутятся? С верёвкой?

— Видел, — кивнул Ярбёк.

— Одно колесо на стене, другое в сохранной зоне, накидываете верёвку, — я пальцем начертил на земле, как это должно выглядеть. — Так, если кто-то останется снаружи, сможете перекидывать еду и воду.

— Не слишком много мороки ради парочки тех, кто не успеет?

— Мы спасаем не парочку тех, кто не успел — мы спасаем надежду. Веру людей, что никто не будет брошен. Сейчас наша главная опасность, мистер Ярбёк, не зомби, а потеря надежды. Все должны знать, что у нас есть чёткий план. Каждый должен чувствовать, что его в случае чего не бросят. Пока есть надежда, люди будут сражаться до последней капли крови.

— А что насчёт укусов?

— Думаю, вы и сами знаете. Старайтесь, чтобы они сами сдавались. Если нужно, обещайте за каждого сданного товарища деньги и так далее. Вы должны выстоять, пока я буду летать в столицу за подмогой, — я бросил взгляд на лес. — Возможно, дальше будет только хуже. Если поймёте, что не справляетесь — отступайте. Я вернусь сразу, как смогу.

— Нам не хватит продовольствия, если это продлится долго. Полторы тысячи голодных ртов… запасов слишком мало.

— Соберите всё, что есть в деревне…

— Уже.

— Хорошо, — кивнул я. — Тогда я сам посмотрю, что можно сделать. Пусть сейчас каждый распишет свои запасы, что где. Утром вылетим и соберём всё, что есть по деревням. Может что-нибудь прихвачу у соседей. А пока укрепляйте заборы все, что у нас есть. Надо — разбирайте дома. И старайтесь вести себя как можно тише, чтобы мертвецы прошли мимо.

Хотя у меня было ощущение, что они все равно будут брести сюда, будто чувствовали, где живые прячутся.

Всю оставшуюся ночь я то и делал, что жёг округу, сокращая поголовье мертвецов. На утро стало известно, что все оставшиеся укушенные обратились. Пришлось их убить. А ещё договориться, что больше укушенных кормить не будут, а станут сразу сажать на цепь и наблюдать. Может у кого-то иммунитет будет.

С первыми лучами солнца я засунул четверых солдат в пасть дракону и полетел в другие деревни за продовольствием. Тащили всё, что можно было съесть. Конечно, с грядок мы почти ничего не срывали, но вот мешки обвязывали и перекидывали через Бегемота, который был не рад поработать грузовой лошадью.

За это время мы несколько раз встречали зомби и, естественно, привлекали их внимание. По большей части это были мелкие отряды, с которыми мог расправиться и я один, но один раз мы увидели орду. Не тридцать или пятьдесят, а больше сотни зомби, которые шли достаточно плотным строем и не могли не заметить нас.

— Продолжайте собирать продовольствие, — приказал я замершим на месте от ужаса солдатам. — Я разберусь.

И я разобрался. Наблюдая за происходящим глазами дракона, я просто заплевал их огнём, не оставив даже костей в пламени, способном плавить металл. Среди них было много обычных людей, хотя в толпе я разглядел и отблеск металла.

Собрав всё, что могли, мы вернулись. Больше времени тратить я не мог, чем больше сижу здесь, тем ближе срок, когда сюда хлынут толпы зомби. И тем больше шансы, что я не успею вернуться. Только был ещё один момент.

— Ози! Ози, вот ты где блин… — я аж запыхался, бегая по деревни и ища её по наводке свидетелей. — Идём, мы улетаем.

— Это куда⁈

— В столицу. Побудешь пока там.

— Да нихрена! Я здесь остаюсь!

— Ты что, сдурела что ли? — зашипел я. — Если эти твари прорвут оборону…

— Да я смотрю, ты очень веришь в своих людей, — фыркнула она.

— Дело не в вере, а в рисках. Если тебя сожрут…

— О, так ты беспокоишься обо мне? — прищурилась засранка с коварной улыбкой.

— … мне потом придётся отчитываться перед твоей главой, с хера ли я тебя не забрал. Поэтому давай, руки в ноги и за мной.

— А я не полечу, — упёрла Ози руки в бока. — Ты не заставишь.

— Дура что ли?

— Не-а, та, кто окажется с тобой в одной лодке. И раз уж так получилось, что мы пока вместе, будет, наверное, лучше, если у них буду прекрасная смелая я, чем вообще никто, верно? Я там слышала, проходя мимо, что ты про надежду заливал. Так о какой надежде может идти речь, когда их все бросают?

— А ты что-то решишь?

— Я Небесная Всадница, и даже одно моё присутствие будет дарить им всем надежду, — гордо подняла она голову. — Раз ты оставил меня здесь, значит ты не бросил их.

Мы спорили минут десять, но, как выяснилось, Ози была из тех, кого убеждать — как головой об стену биться. И то там больше шансов добиться вменяемых результатов, чем здесь. Мы спорили до хрипоты (хотя я и так хрипел), и под конец у меня просто не осталось ни сил, ни времени.

— Тебя не переубедить, верно? — вздохнул я.

Вместо ответа Ози просто улыбнулась и чмокнула меня в лоб.

— Занимайся своим делом, а я своим, лады? Как там ваш идиот говорил, мы хранительницы, а вы защитники. Вот я и буду хранить людей здесь, пока ты защищаешь их там.