Внутри Сборщика творился настоящий индустриальный бедлам.

Как оказалось, эльфы-грузчики не просто сваливали контейнеры в трюмы. Прямо на ходу они вскрывали их, доставая оттуда блестящие запчасти, мотки кабелей, сменные фильтры и какие-то расходники в крафт-упаковке. Этот муравьиный рой растекался по узким техническим переходам корабля — Корпорация проводила плановое техобслуживание с размахом!

Макс, прикрываясь контейнером, придвинулся вплотную к Харону.

— Где жилой модуль? — едва слышно шепнул он. — Веди, пока нас не припахали.

Старик кивнул и свернул в неприметное ответвление коридора, уводя диверсионную группу прочь от основного потока.

Внутренности Сборщика подавляли. Это был лабиринт из ребристого металла, переплетений толстых труб и шипящих клапанов. Тусклые дежурные лампы выхватывали из полумрака массивные вентили и пучки проводов. Здесь пахло озоном, перегретым металлом и машинным маслом.

Харон помнил маршрут, но тактическое руководство немедленно взял на себя Барс. Покоритель вершин двигался по инопланетному кораблю с такой же бесшумной грацией, с какой когда-то ходил по горным тропам.

— Стоять, — Барс резко вскинул кулак, и вся группа мгновенно вжалась в нишу между горячими трубами.

Мимо, громко стуча тяжелыми ботинками по металлической палубе, пробежала бригада эльфов-ремонтников с мотками изоляции на плечах.

— Чисто. Пошли, — Барс махнул рукой, скользя вдоль стены к следующему повороту. — Тень, Бугор. Держись в тени, не отсвечивай.

Перебежками, прячась за выступами переборок и замирая при каждом лязге шагов, они пробирались всё глубже и глубже. Наконец, коридор уперся в глухую, затянутую вековой пылью металлическую переборку. В центре массивной двери тускло поблескивала стеклянная панель биометрического замка.

— Приехали, — выдохнул Макс, сбрасывая на пол контейнер. — Как-то надо вскрывать!

Гриндар стянул с плеча мешок и с саркастичным видом извлек на свет ту самую «ковырялку», выкованную Ковшом.

— Ага, — инженер выразительно покрутил куском пористого черного металла перед носом Макса. — Ею, что ли, переборку взламывать?

— Не надо ничего взламывать, — Харон отстранил Гриндара и шагнул к переборке. Старик приосанился, в его фигуре промелькнула стать топ-менеджера. — У меня же высший уровень доступа. Я как-никак, член Совета Директоров. Корпорация помнит своих создателей.

Они быстро и старательно стерли рукавами толстый слой пыли со сканера. Харон с торжественным видом приложил свою узловатую ладонь к стеклянной панели.

Замок мигнул. Повисла секундная пауза, а затем тишину коридора разорвал резкий, противный сигнал отказа. Панель вспыхнула агрессивным красным светом.

Харон растерянно убрал руку.

— Значит… Эмиль поменял протоколы безопасности после моего свержения! — констатировал старик с горечью уволенного сотрудника, чей пропуск внезапно заблокировали на проходной.

Макс раздраженно цыкнул и развернулся к инженеру.

— Ну всё. Электронные ключи аннулированы. Твой выход!

Гриндар посмотрел на Бугра так, словно тот предложил ему сбить рогаткой Луну.

— Издеваешься⁈ — зашипел инженер, потрясая куском железа. — Бугор, это электронный замок высшего класса защиты! Чтобы закоротить такую цепь, мне нужен как минимум осциллограф и портативный байпас-терминал! Мне нужен плазменный резак или хотя бы дрель с алмазным сверлом! И набор микроотверток! И ключи! А не эта обугленная железная хрень, которой только в зубах у мамонта ковыряться!

— Тихо! — Барс внезапно присел, напряженно вглядываясь во мрак коридора, из которого они только что пришли. Его рука легла на самодельную дубинку. — Замолчали оба! Сюда кто-то идет!

Шаги гулко отдавались от металлических стен, неумолимо приближаясь.

Макс лихорадочно замахал руками, разгоняя подчиненных. Барс и Гриндар бесшумными тенями метнулись в стороны, вжимаясь в ниши справа и слева от входа в тупик. Макс и Харон, которым прятаться было решительно негде, остались стоять перед заблокированной дверью, слившись в единую скульптурную композицию «Чему быть, того не миновать».

Из-за угла стремительно вырулила Изольда. Ее броня тускло блеснула в полумраке, а в руке угрожающе шипел развернутый карамельный кнут.

Надсмотрщица хищно сощурилась, вглядываясь в темноту, и вдруг ее глаза полезли на лоб.

— Ты-ы-ы⁈ — выдохнула она, узнав в зеленом нелегале бывшего возмутителя спокойствия.

Затем ее взгляд сместился правее, на сгорбленную фигуру с посохом. Челюсть Изольды отвисла еще ниже.

— И ты-ы-ы?!?!

Макс попытался изобразить на лице непринужденную улыбку заблудившегося туриста, но вышло откровенно криво.

— Сбежать хотели, да⁈ — торжествующе зарычала Изольда, мгновенно приходя в себя. Ее голос зазвенел от предвкушения жирной корпоративной премии. — Думали, умнее всех⁈ По-тихому вскрыть жилой модуль? Поэтому и сработала внутренняя сигнализация на замке!

Она картинно взмахнула кнутом. В воздухе запахло жженой карамелью и неизбежными репрессиями.

— Но я вас остановлю! Ваша карьера окончена! Я принесу ваши головы Директорату и получу…

Договорить о своих карьерных перспективах она не успела.

Из густой тени за ее спиной бесшумно, как и положено горному барсу, шагнул Восемьдесят Девятый. Он даже не стал замахиваться. Просто коротко и совершенно буднично шлепнул Изольду своей увесистой самодельной дубинкой по затылку.

Бэньк!

Звук вышел на удивление глухим и несерьезным. Пафосная речь надсмотрщицы оборвалась на полуслове. Изольда смешно свела глаза к переносице, тихо пискнула и, закатив зрачки, плашмя рухнула на ребристую металлическую палубу.

Барс невозмутимо опустил дубинку и почесал нос.

— Извини, Бугор, — шепнул он. — Не люблю, когда женщины кричат.

Макс, мгновенно сбросив оцепенение, включил режим антикризисного управления.

— Отличный тайм-менеджмент, Барс! — рявкнул он. — Гриня, хватай ее за ноги! Давайте паковать ее в пустой контейнер из-под Радости, живо, пока остальные не набежали! Поедет обратно на склад как неликвидный актив!

Гриндар уже было рванулся выполнять приказ, но дорогу им преградил Харон. Старик решительно уперся своим посохом в пол.

— Стойте! — зашипел бывший Заместитель Директора. — Во-первых, герметичность тары абсолютная. Она в контейнере минут через десять задохнется…

— И поделом! — мстительно буркнул Гриндар. — Пусть посидит в вакуумной упаковке, подумает над своим поведением.

— А во-вторых, — не обращая внимания на инженера, закончил Харон, — она нам еще понадобится!

— Эээ… — Макс озадаченно почесал затылок. — Стесняюсь спросить, для чего? В качестве живого щита?

Харон вместо ответа шагнул к распростертому телу и ухватил Изольду под мышки.

— Помогите мне!

Барс молча подхватил надсмотрщицу за ноги. Вдвоем они подтащили обмякшую мотиваторшу к заблокированной переборке. Старик перехватил ее безвольную руку, распрямил пальцы и плотно прижал ладонь к стеклу сканера.

— Только бы у нее хватило уровня доступа, — пробормотал Харон, напряженно глядя на панель.

Умный замок задумчиво мигнул желтым, словно запрашивая из базы данных свежее штатное расписание, радостно пискнул и вдруг загорелся зеленым светом!

Раздался глухой щелчок фиксатора. Тяжелая металлическая дверь дрогнула, с натужным скрежетом поползла в сторону… и намертво застряла. В открывшуюся щель едва могла пролезть рука.

— Я так и знал, — тоскливо протянул Харон. — Боюсь, что весь жилой отсек внутри находится в таком же плачевном состоянии.

— Не бойся раньше времени, — скомандовал Макс, протискивая пальцы в щель. Он навалился всем весом, уперся ногами в палубу, пытаясь отодвинуть переборку, но та не поддалась ни на миллиметр. — Да что ж ты будешь делать… Прикипела, зараза!

— А ну, дайте-ка я, — Гриндар решительно отодвинул Бугра в сторону.

Инженер присел на корточки и извлек из мешка свой уродливый инструмент. Лицо его озарилось профессиональным триумфом: выкованная Ковшом кривая, покрытая рытвинами «ковырялка» оказалась идеальной толщины. Она как влитая вошла в направляющий паз, по которому должны были скользить ролики двери.

— Так, направляющая забита, — бормотал Гриндар, с остервенением вгоняя кусок железа в щель и орудуя им, как рычагом. Раздался хруст крошащегося мусора. — Давай, родимая, пошла… Халтурщики инопланетные, кто ж так механику обслуживает! Руки бы поотрывал за такие допуски!

Гриндар с силой дернул дверь на себя. Переборка жалобно скрипнула и плавно уехала в стену, открывая проход.

— Ну вот! — гордо отряхнул руки инженер, победоносно потрясая железякой. — Принимайте работу!

Из открывшегося отсека пахнуло такой густой, тысячелетней затхлостью, что Макс невольно закашлялся. Неужели старик прав, и они реально тут загнутся без кислорода?

Они осторожно шагнули внутрь. Это был настоящий командный пункт. В центре небольшого полукруглого помещения возвышалось массивное капитанское кресло, а по бокам от него — два вспомогательных кресла операторов, окруженных мертвыми консолями.

Но стоило им переступить порог, как древняя техника, почуяв присутствие биологических объектов, начала пробуждаться. Под потолком с тихим гудением вспыхнули полосы дежурного освещения. В недрах стен утробно заурчала машинерия, и из вентиляционных решеток потянуло струями прохладного, отфильтрованного воздуха.

Макс с облегчением выдохнул. Жить можно!.

За рубкой обнаружился следующий отсек — длинный пенал, вдоль стен которого располагались овальные капсулы для сна.

— Достаточно забить маршрут в автопилот, и Сборщик сам отправится на Землю, — Харон провел рукой по пыльному пульту. — Можно сделать это прямо отсюда, из этого пункта управления.

— Ты умеешь? — с надеждой спросил Макс.

— Да, — кивнул старик. — Техника в Корпорации везде однотипная и на гениев не рассчитана. Всё максимально унифицировано и упрощено.

Внезапно из коридора, откуда они только что пришли, донеслись голоса. Шум, лязг металла и торопливые шаги нескольких пар ног. Кто-то явно искал пропавшую Изольду.

— Хватайте ее! — рявкнул Макс.

Барс и Харон подхватили бесчувственное тело надсмотрщицы и волоком втащили его внутрь отсека.

— Гриндар, закрывай дверь! — скомандовал Бугор.

Инженер подскочил к внутренней панели, быстро поколдовал над сенсорами, и тяжелая переборка с тихим шипением захлопнулась, отсекая их от внешнего мира. Замок щелкнул, запираясь изнутри.

Они перевели дух. Сердце Макса колотилось где-то в горле. Он кивнул в сторону жилого блока:

— Слушай, старик, а с капсулами для сна ты тоже можешь справиться?

— Попробую, — пожал плечами Харон, подходя к ближайшему терминалу.

Они втроем подтащили обмякшую Изольду к открывшейся капсуле и аккуратно загрузили ее внутрь, уложив на анатомический ложемент. Харон быстро пробежался пальцами по сенсорной панели. Запустилась программа гибернации. Сверху с тихим шелестом опустилась толстая прозрачная крышка, наглухо запечатывая надсмотрщицу.

Внутрь с тихим шипением подался охлажденный воздух. Спустя пару секунд стекло капсулы изнутри покрылось тонким слоем красивой серебристой изморози. Черты лица Изольды застыли в безмятежном анабиозе.

Барс оперся руками о край капсулы и усмехнулся:

— Спи спокойно, Снежная королева.

Макс внезапно хлопнул себя по лбу, выныривая из триумфального оцепенения.

— Стоп. Она-то спит… а мы! — спохватился он. — А еда здесь есть? Или вода? Того, что мы притащили в рюкзаках, нам едва ли хватит на пару недель!

— Надо поискать, — задумчиво ответил Харон. — Жилой отсек проектировался для длительного нахождения экипажа в автономном режиме.

Они принялись методично обшаривать гладкие стены помещения, простукивая панели, пока Гриндар не наткнулся на неприметную нишу. Внутри обнаружился небольшой встроенный шкафчик, из которого выступали два хромированных краника. Прямо над ними тускло светилась потертая, но интуитивно понятная пиктограмма — стакан с жидкостью.

— О, без воды, по крайней мере, не останемся! — обрадовался Макс.

Он решительно ткнул пластиковую кнопку над краником, уже предвкушая глоток живительной влаги. Раздался натужный, хриплый звук старого насоса. В трубах где-то глубоко под обшивкой жалобно булькнуло, скрипнуло, пневматика обиженно плюнула сухим, пыльным воздухом… и всё. Ни единой капли.

Макс для верности постучал по кранику кулаком. Ничего.

— Здесь должна быть базовая питательная жидкость, — сокрушенно покачал головой Харон. — Синтезированный концентрат. Идеальный продукт Корпорации — он удовлетворяет потребности организма сразу и в воде, и в еде, и в витаминах. Но… видимо, картриджи давно пусты.

Гриндар побледнел под слоем шахтной грязи. Его рука рефлекторно разжалась, ковырялка со звоном упала на палубу.

— И что это значит? — голос инженера дрогнул. — Мы… умрем? Высохнем, как мумии, посреди космоса⁈

— Нет, — спокойно ответил старик. — Если мы запустим корабль и сразу же ляжем в капсулы гибернации, наш метаболизм практически остановится. На всё время межзвездного путешествия нам не понадобятся ни еда, ни вода.

Макс задумчиво потер подбородок, взвешивая риски.

— Звучит как отличный способ сэкономить на суточных, — хмыкнул бывший СЕО. — С водой разобрались. А что с топливом, старик? Нам его хватит, чтобы долететь до Земли, или мы заглохнем на полпути и будем вечно болтаться на орбите в виде замороженных полуфабрикатов?

— Сейчас проверим.

Харон отвернулся от пустого пищевого блока и направился прямиком к капитанскому креслу. Старик уверенно опустился в глубокий ложемент и положил свои узловатые руки на сенсорные подлокотники.

Рубка мгновенно отреагировала на присутствие пользователя.

С легким, нарастающим электрическим гулом над пультом управления вспыхнули десятки полупрозрачных голограмм. Зеленоватые схемы корабля, звездные карты, графики и столбцы бегущих цифр повисли прямо в воздухе, заливая лица беглецов призрачным светом. Харон, внезапно преобразившись из древнего старика в опытного навигатора, словно заправский дирижер принялся уверенно крутить, приближать и смахивать эти висящие в пустоте экраны своими костлявыми пальцами.

— Мы заряжены, заправлены и готовы к взлёту. По регламенту профилактические работы будут закончены через два часа… — доложил Харон.

— И всё⁈ — Гриндар с надеждой уставился на мерцающие графики, пляшущие перед лицом старика. — Раз всё работает, мы что, через два часа взлетаем?

— Не всё так просто, — Харон смахнул пару голограмм, и его лицо помрачнело. — Корабль к старту готов, навигационные протоколы в норме. Но сейчас его трюмы под завязку забиты сырой Радостью, которую Сборщик только что привез с Земли. Процесс полной разгрузки и откачки займет три дня.

— А быстрее нельзя? — нахмурился Макс, которому перспектива торчать на вражеской территории категорически не нравилась.

— Нельзя. Это не просто ящики на склад перекидать, — Харон покачал головой. — Радость — невероятно мощная, нестабильная энергия. Чтобы безопасно перекачать ее в резервуары Терриса, Корпорация задействует специальное терминальное оборудование с улавливателями для сверхэнергии.

Макс тяжело вздохнул, мысленно перестраивая тайм-менеджмент. Три дня сидеть взаперти!

Он повернулся к альпинисту:

— Барс, срочный аудит запасов. У нас провизии на три дня режима ожидания хватит?

— На неделю в штатном режиме, Бугор, — невозмутимо отозвался Барс, прикинув вес их котомок. — И на две, если положить зубы на полку, затянуть пояса и перейти на жесткую экономию.

Гриндар с крайним сомнением посмотрел на их скромный, дурно пахнущий багаж.

— Альпинист, ты издеваешься? — фыркнул инженер, поправляя съехавшие очки. — Разве на том, что у нас в этих тощих мешках, можно вчетвером полмесяца протянуть? Да мы же с голодухи начнем друг друга грызть! Или ты из Изольды предлагаешь строганины наделать?

— Эх, Гриня, Гриня, — Барс снисходительно усмехнулся. В его глазах вспыхнул тот самый огонек фанатичного инструктора по выживанию. — Ни черта ты не знаешь о резервах человеческого организма. Ты про Эльбрус слышал?

— Ну, гора такая, и что? — буркнул Гриндар.

— Вот именно, что гора. Девяносто восьмой год. Зима, — Барс облокотился о стену, уходя в воспоминания. Голос его зазвучал глубоко и пафосно. — Мы с моим напарником, Серегой, встряли на седловине из-за внезапного бурана. Температура минус сорок, ветер такой, что палатку изнутри спинами держали, чтоб в пропасть не унесло. Рация сдохла. Связи нет. Спасателей мы ждали восемь суток! И знаешь, технолог, что у нас было из еды на двоих здоровенных мужиков?

Гриндар недоверчиво покачал головой.

— Одна-единственная железная банка тушенки, — Барс поднял вверх указательный палец. — И мерзлый шмат сала, размером вот с этот кулак. Всё!

— И… как? — невольно подался вперед Макс, которого эта антикризисная история тоже зацепила.

— А вот так! Выжили! — с гордостью отрезал Барс. — Мы этот шмат сала строгали ножом по миллиметру и рассасывали эти стружки, как леденцы. Долгие, мать их, часы! А из тушенки варили суп на газовом примусе: ровно одна чайная ложка мяса на котелок топленого снега. И знаешь что, Гриня? На шестой день этот прозрачный бульон казался мне вкуснее, чем самый дорогой ресторанный стейк! И ничего, спустились на своих двоих.

Барс похлопал инженера по плечу, отчего тот слегка покачнулся.

— Так что не ной. Пока у нас есть сушеная рыба, пещерные грибы и вода в бурдюках — мы тут вообще как на корпоративном курорте «всё включено». Три дня просидим легко.