Благодаря усилиям Потёмкина, к моменту первого присоединения Крыма к России население Новороссии насчитывало уже четверть миллиона мужчин. В 1784 году, на следующий год после ликвидации хищного ханства, в газетах Петербурга появляются регулярные объявления, в которых князь Потёмкин рекламирует земли «в Тавриде» и зазывает новых переселенцев. С 1785 года в Новороссии в качестве крестьян селят призванных в армию рекрутов. Чтобы обеспечить их жёнами, Потёмкин платил из казны по 5 рублей за каждую незамужнюю женщину, привезённую на новые земли из Центральной России.

Политика заселения новых земель любыми способами продолжится и после смерти князя Потёмкина-Таврического. Так, по окончании очередной войны с Османской империей, в 1792 году, здесь разрешат селиться даже этническим туркам-мусульманам. И не просто разрешат, а предоставят таким поселенцам льготные кредиты на десять лет.

В итоге к началу XIX века Новороссия уже не безлюдное Дикое поле, а вполне заселённый край. Половина пригодных к пахоте земель между Днестром и Доном уже имеет владельцев. Всего же здесь, включая Крым, к моменту воцарения Александра I постоянно проживает полмиллиона мужчин. Из них только 6 % крепостные, остальные лично свободны. Но почти треть мужчин Новороссии, в наследие от неспокойного «фронтира» и долгих турецких конфликтов, всё ещё приписаны к воинскому сословию. Однако это не солдаты, а именно крестьяне, призванные обеспечивать армию хлебом и служить резервом на случай войны. Языком тех лет их именуют «воинскими поселянами» и «войсковыми обывателями».

Но мало было лишь наполнить новый край людьми. Требовалось включить бывшее Дикое поле, юную Новороссию, в экономику огромной империи и систему её торговли. Сделать же это было очень непросто: в начале царствования Екатерины II у нашей страны на Чёрном море не было ни одного купеческого корабля, а вся черноморская коммерция составляла менее 1 % от внешнеторгового оборота Российской империи.