Война и инфляция затронули не только рубли, но и копейки. Уже летом 1915 года в России начал ощущаться острый недостаток разменной монеты. В условиях внезапно возникшего острого дефицита мелкой монеты производственные мощности Петроградского монетного двора не справлялись с огромными заказами на металлические копейки, и царское правительство вынуждено было вернуться к чеканке мелкой монеты за границей (ранее, в XIX веке, русская разменная монета не раз чеканилась в Англии).

На этот раз решили из закупленного в Китае дешёвого серебра чеканить в Японии серебряные 10-копеечные и 15-копеечные монеты. Так, за 1915 год на Осакском монетном дворе японцы изготовили для России 96 666 000 серебряных монет достоинством 15 копеек.

Однако эти экстренные меры не помогли, и к началу 1916 года серебряная и медная монета, вслед за золотым и серебряным рублём, также почти исчезла из оборота. Полная серия медных монет последний раз была отчеканена в 1916 году, из-за инфляции прекратили чеканку монет в полкопейки и четверть копейки. Мелкие серебряные монеты номиналом 20 копеек, 15 копеек и 10 копеек из металла низкой пробы чеканились до начала 1917 года, однако они почти сразу оседали в кубышках населения.

Для ликвидации дефицита копеек и экономии дорогих металлов (медь с началом войны тоже сильно подорожала, так как широко использовалась в военном производстве) постановлением Совета министров от 25 сентября 1915 года был осуществлён выпуск бумажных копеек в виде почтовых марок номиналом 1 копейка, 2 копейки, 3 копейки, 10 копеек, 15 копеек и 20 копеек, на оборотной стороне которых сообщалось о хождении их наравне с медной или серебряной монетой. Их можно было использовать как почтовые марки или как мелкую разменную монету.

Указ от 5 декабря 1915 года пошёл ещё дальше: были официально введены в обращение бумажные копейки. Это были уже не деньги – «почтовые марки», а полноценные деньги, так называемые казначейские разменные денежные знаки номиналом 1 копейка, 2 копейки, 3 копейки, 5 копеек, 10 копеек, 15 копеек, 20 копеек и 50 копеек. Однако купюры номиналом 10 копеек, 15 копеек и 20 копеек хоть и напечатали, но в обращение не выпустили и уничтожили. А вот бумажные 1 копейка, 3 копейки, 4 копейки, 5 копеек и 50 копеек получили широкое хождение.

Эти «копеечные» купюры были напечатаны на плотной, толстой бумаге и, естественно, имели куда худшую защищённость от подделок, чем бумажные рубли. Если изготовить фальшивый рубль было очень непросто, то бумажные копейки вскоре стали активно подделывать. Фальшивомонетчики быстро наводнили внутренний рынок бумажными жёлто-синими «монетами» достоинством 50 копеек. По подсчётам криминалистов, этот промысел приносил фальшивомонетчикам баснословную прибыль: изготовление поддельного листа, на котором печаталось сто бумажных «монет» номиналом 50 копеек, обходилось им всего в 10–15 копеек.

Не остались в стороне от темы бумажных копеек и противники России по Первой мировой войне. В Германии быстро изготовили партию фальшивых копеек – «почтовых марок» номиналом 15 копеек и 20 копеек. На них была напечатана намеренно искажённая версия надписи на русском языке: «Имеет курс наравне с банкротством серебряной монеты». То есть такие копейки-марки стали не только фальшивыми деньгами (масса малограмотного населения не могла различить правильную и искажённую надписи), но и психологическим оружием, направленным на подрыв доверия к денежной системе России.

Впрочем, доверие населения к денежной системе Российской империи подрывали не столько фальшивки, сколько рост инфляции. Количество бумажных денег в обращении увеличилось почти в шесть раз, и реальное соотношение золотого запаса империи к бумажной массе составляло на 1 января 1917 года только 16,2 %.