Дом, указанный Федором, оказался типовой двенадцатиэтажкой с двумя подъездами. Ася начала обход с первого. Она звонила в двери, показывала на телефоне фото Виктории соседям. Большинство лишь качали головой, и отчаяние начинало душить ее.

И вот на четвертом этаже второго подъезда дверь приоткрылась, и в щели мелькнул испуганный глаз.

— Вика! — выдохнула она. — Я так волновалась!

Цепочка с лязгом упала, и Ася шагнула в тесную, захламленную однокомнатную квартиру. Виктория, бледная, с лихорадочным блеском в глазах, смотрела в пол.

— Это я… я написала то письмо, — прошептала она, не поднимая головы. — Про выкуп. Я не думала, что вас ранят, честно! Но мне деньги нужны позарез!

Под давлением Асиного молчаливого и полного жалости взгляда у Виктории хлынули признания. История была до боли знакомой и оттого еще более страшной. Ее сестра, младшая, единственная, тяжело больна. Рак. Все накопления семьи, до копейки, ушли на лечение, на дорогущие препараты. А в этот самый момент на них навалилась ипотека. Те самые 850 000 рублей, отсутствие которых грозило оставить семью на улице.

Ася слушала, и сердце ее разрывалось. Она видела перед собой не преступницу, а загнанное в угол отчаявшееся существо.

— У меня на счете есть шестьсот тысяч, — быстро сказала Ася, доставая телефон. — Я переведу тебе сейчас. Остальные… найду.

Не думая о последствиях, не слушая внутренний голос, она сделала перевод. Затем набрала номер Кристины.

— Кристина, выручай. Мне срочно нужны двести пятьдесят тысяч. Я все потом объясню.

На другом конце провода повисло напряженное молчание. Кристина слишком хорошо знала Асю и сразу поняла: подруга попала в беду.

— На что тебе не хватает? — спросила она, чтобы хоть немного потянуть время.

— Нужно восемьсот пятьдесят, а у меня только шестьсот. Помоги, пожалуйста. Я отдам.

Словосочетание «восемьсот пятьдесят тысяч рублей» заставило Кристину насторожиться. Именно такую необычную сумму требовали в качестве выкупа за сына Громова. Конечно, это могло быть совпадением, но почему-то уж очень похоже на попытку Аси еще раз заплатить похитителю Артема. Но делиться своими подозрениями с подругой она не стала.

Помолчав немного, Кристина сообщила:

— Представляешь, банк заблокировал перевод как подозрительный. Не переживай, я сейчас созвонюсь с поддержкой, разберусь и непременно скину тебе деньги. Хорошо?

— Иван, где Ася? — спросила Кристина, положив трубку.

— Не знаю я, — буркнул тот, и она поняла, что у Ивана с Асей не все ладится.

Не теряя ни секунды, она повернулась к Лебедеву, в компьютере которого отражалось текущее местонахождение всех сотрудников «Кайроса».

— Федя, срочно посмотри, где Ася! Похоже, она вот-вот во что-то вляпается.

Через полминуты Федор выяснил, что телефон Аси последние полчаса находился в районе той самой двенадцатиэтажки, где, по его данным, проживала пропавшая няня.

— Черт! — Иван сгреб со стола ключи от машины и ринулся к выходу, одновременно звоня подполковнику Щедрому.

— Андрей, не в службу, а в дружбу! Я тебе сейчас скину адрес, подъезжай. Кажется, Аська нашла того, кто требовал у Громова выкуп, и сейчас собирается заплатить его еще раз.

— Еду! — отозвался Щедрый.

Через сорок минут заплаканную Викторию уже везли в отделение.

— Взяли мы твою мошенницу, сейчас она нам все расскажет, — доложил Щедрый Рыбаку. — Ты хочешь поприсутствовать?

— Да, я, с твоего разрешения, подъеду. И еще. — Иван запнулся, а когда заговорил, в голосе звучали несвойственные просительные нотки: — Очень хочу, чтобы поприсутствовала Ася. Хотя бы услышала. Можешь это как-то устроить?

Щедрый пожал плечами:

— Да не вопрос.