Понедельник и вторник были потрачены на подготовку к первому собранию того, что, как я надеялся, станет моей командой рейдеров. А в среду я отправился на встречу со своей матерью.

Я знаю свою маму всего шесть месяцев. Папа немного рассказывал мне о ней, когда я рос, и, конечно, она была со мной, когда я был маленьким, но этого недостаточно, чтобы по-настоящему узнать человека. Пару раз за зиму я ловил себя на том, что смотрю на нее, пытаясь вызвать в памяти старые воспоминания, но ничего не получалось. Я видел в ней отголоски себя, но все они были поверхностными — ее манеры, небольшие особенности поведения и речи. Ее мысли и чувства были для меня закрытой книгой.

Это была, наверное, шестая или седьмая наша встреча, и, как и все другие, которые она организовывала, мы находились в Хэмпстед-Хит. На этот раз это была его западная часть, участок леса с грунтовыми тропинками, проходящими между деревьями и лиственными кустами; первые побеги и почки начинали прорастать, но все еще было довольно голо. Западная часть расположена не так глубоко в Хэмпстед-Хит, как мост, на котором мы встречались раньше, хотя в холодную весеннюю погоду там по-прежнему практически пусто. Очевидно, моя мать теперь немного меньше беспокоилась о том, что ее увидят со мной.

Немного.

«Стивен», — окликнула меня мама, когда я подошел к ней по грунтовой дорожке. Как обычно, она была одета в элегантную деловую одежду и туфли на каблуках, которые не выглядели очень практичными для прогулки по парку. «Ты в порядке?»

«А почему я должен быть не в порядке?»

«После того, что произошло. Ты не пострадал?»

Я замер, пытаясь понять, о чем из того, что я делал, она говорит. Она узнала о рейде? Или... о, черт, она узнала о ножевом ранении? Я сделал все возможное, чтобы сохранить это в тайне, потому что действительно не хотел, чтобы она начала задавать вопросы…

«Я о взрыве», — пояснила мама.

«О, — выдохнул я с облегчением. «Да. Все, в порядке».

«Честно, Стивен! Ты был совсем рядом с заминированной машиной!»

«Я не был рядом с ней». Теперь, когда я об этом подумал, было даже забавно, что я сумел забыть обо всем этом, но когда кто-то проткнул тебя насквозь, взрыв бомбы на улице уже не так страшен. «И, судя по словам Чарльза, я, наверное, мог бы находиться рядом с машиной и не пострадал бы».

«Боже мой, ты действительно витаешь в облаках», — сказала моя мать. «Если ты так легкомысленно относишься к подобным вещам, я рада, что Калхун перестал использовать тебя в качестве телохранителя».

Это испортило мне настроение. В понедельник я получил сообщение от Калхуна на эту тему. По его словам, он был доволен моей работой, но из-за нападения они усилили меры безопасности, и пройдет некоторое время, прежде чем он сможет снова начать брать меня с собой.

Самое обидное было то, что Калхун, видимо, даже не понимал, почему я могу быть расстроен. В своем сообщении он извинялся и всячески подчеркивал, что я не сделал ничего плохого, как будто беспокоился, что я почувствую себя оскорбленным. Но ему, очевидно, никогда не приходило в голову, что дело может быть не в обиде; мне просто нужны были эти чертовы деньги! Я рассчитывал на этот дополнительный доход, и без него снова оказался в минусе.

Одной из причин, по которой я решил реализовать свой план рейдерства, заключалась в том, что, если он сработает, у меня появится собственный источник дохода, который не будет зависеть от прихотей Эшфордов. Но для этого мне нужно было время! Тот аурум, который я сделал в воскресенье, стоил больше, чем любая работа телохранителя, но он имел ценность только в том случае, если я смогу его продать, и хотя Феликс утверждал, что найдет мне покупателя, он все еще не связался со мной...

«В любом случае, — прервала мои размышления мама, — ты в порядке, и это самое главное. На самом деле я хотела поговорить о другом. Ты познакомился со своим дедушкой, верно?»

«Ну... вроде того».

Мама кивнула. «Думаю, тебе стоит начать брать уроки».

«Уроки?»

«Ты очень хорошо справляешься с тем, что у тебя есть, но в твоем образовании действительно много пробелов. Я думаю, тебе пора начать их заполнять».

«Я пытался», — ответил я. «Но найти людей, которые расскажут тебе об этом, не так просто».

«Тебе не нужно их искать. У тебя есть я».

Я скептически посмотрел на нее. «Сколько это будет стоить?»

«Ой, да ладно, Стивен, доверься мне», — обиженно сказала мама. «Знаю, что не всегда была рядом с тобой, но я не собираюсь заставлять тебя платить за все из своего кармана».

Ну, это уже что-то. «Есть шанс, что ты найдешь мне репетитора по Измерению?»

«Что?»

«Измерение в друкрафте», — пояснил я. «Я хотел бы начать его изучать». По словам Марии, аналитика эссенции, с которой я познакомился в прошлом году, это было одним из моих призваний, и, насколько я слышал, оно должно было быть очень универсальным. К сожалению, те же источники также говорили, что это было самым сложным для изучения направлением. Если я хотел чего-то добиться, мне понадобится помощь.

«Я не говорю о уроках друкрафта».

«Почему?»

«Потому что твои навыки друкрафта уже намного выше среднего. Честно говоря, на данный момент они, возможно, даже лучше моих. Не пойми меня неправильно, я очень впечатлена тем, как далеко ты продвинулся, но тебе не нужно так сильно на этом зацикливаться».

Да, нужно, но я этого не сказал. Я должен был продолжать оттачивать свои навыки друкрафта, потому что они были моим единственным преимуществом. Но я не мог сказать этого, не вызвав множества вопросов, на которые не хотел отвечать. «Тогда о чем же ты говоришь?»

«Ты наверняка уже заметил, что когда разговариваешь со своим дедушкой, он многое воспринимает как само собой разумеющееся», — пояснила мама. «Дома и политическая обстановка в Соединенном Королевстве. Корпорации и текущая экономическая ситуация. Внешняя политика и империя США. Рано или поздно тебе придется изучить все эти вещи».

«Я бы предпочел научиться делать хорошие сиглы измерения».

Мама вздохнула. «Ты говоришь как Калхун, когда он был маленьким мальчиком. Ты действительно думаешь, что именно это делает твоего деда главой Дома Эшфордов? Наличие самых сильных сиглов?»

«Нет, я думаю, он таким родился».

«А что, по-твоему, позволяет ему сохранять это? Твой прадед превратил Дом Эшфордов из незначительной семьи, о которой никто никогда не слышал, в Малый Дом.

Твой дед превратил нас из Малого Дома в игрока на европейской арене. Теперь мы входим в десятку крупнейших поставщиков эссенции Света для вооруженных сил НАТО, и по весу поставляем больше, чем большинство Великих Домов Великобритании. Почему, по-твоему, я так много путешествую? Не потому, что люблю летать на самолетах!»

У меня не было ответа на этот вопрос. Это был мир, о котором я ничего не знал.

«Кроме того, тебе нужно поработать над этикетом», — сказала мама, оглядывая меня с ног до головы. «Как вести себя на светских мероприятиях, когда говорить, а когда молчать, и тому подобное. И нам действительно нужно что-то сделать с твоей одеждой. В этой флисовой кофте и кроссовках ты выглядишь так, словно выгуливаешь собак».

«А как я должен выглядеть?» — спросил я. «Я не часть твоей семьи. Ты и твой отец напоминаете мне об этом каждый раз, когда я вас вижу. Почему я должен вести себя так, как будто я часть вашей семьи?»

Мама замялась, собираясь ответить, но потом, похоже, передумала. Повисло неловкое молчание.

Что я здесь делаю? — подумал я. Каждый раз, когда я разговаривал с мамой, то чувствовал этот разрыв, как будто мы были из разных миров, которые всегда должны оставаться на определенном расстоянии друг от друга. Наши разговоры никогда ни к чему не приводили, и мне всегда казалось, что после них я чувствую себя еще хуже. Почему я все время возвращался?

Потому что она моя мать. Я не хотел приходить сегодня, но когда она попросила, я согласился.

«В любом случае», — сказала мама, казалось, придя в себя. «А что, если я найду тебе работу в нашем отделе обеспечения?»

«Где?»

«В отдел обеспечения сиглов», — пояснила мать. «Они отслеживают уровень эссенции всех наших Колодцев и график их использования. Идея состоит в том, чтобы сопоставить клиентов с колодцами, чтобы каждый из них использовался как можно скорее после наполнения. Раньше мы управляли этим из нашего домашнего офиса, но теперь, когда владеем этими этажами на Чансери-лейн, то перенесли все управление туда».

«И это будет включать в себя...»

«Отвечать на звонки наших клиентов, планировать формирование, координировать работу формирователей с клиентами, обеспечивать колодцы всеми ресурсами, необходимыми надзирателю. Это просто офисная работа, но также хороший способ изучить бизнес. Ты будешь работать с Клариссой — мы перевели ее на эту работу, но это не совсем ее специальность, и она немного перегружена».

Я помнил Клариссу по нескольким предыдущим телефонным разговорам. Мне не очень понравилась идея работать с ней. «Ну...», — сказал я. «Я не уверен».

«Я знаю, что это не самая престижная работа, но нельзя рассчитывать на то, что начнешь с самого верха. Калхун проработал некоторое время в отделе обеспечения между школой и университетом».

«Дело не в этом», — ответил я. Честно говоря, по сравнению с офисной работой, которая у меня была в прошлом, это звучало относительно интересно. «Просто я не буду работать с Колодцами, верно? И не буду делать сиглы или что-то в этом роде?»

«Нет...»

«Так что это не дало бы мне большой практики в друкрафте».

«Опять?» — вздохнула мама. «Послушай, не стоит так зацикливаться на друкрафте. Фактическая повседневная работа по управлению Домом — это не друкрафт, а менеджмент».

«Почему это вообще имеет значение?» — выпалил я в порыве раздражения. «Я не буду управлять вашим Домом, твой отец ясно дал это понять. И ты, очевидно, думаешь так же, учитывая, что ты даже не разговариваешь со мной, если только это не происходит в каком-нибудь укромном месте в лесу, где тебе не нужно беспокоиться о том, что нас увидят вместе».

На лице матери мелькнуло смятение. «Я не... Дело не в том, что нас увидят вместе. Мы уже обсуждали это в прошлом году».

Я не ответил. Мы обсуждали это в прошлом году, и воспоминания об этом до сих пор вызывали у меня гнев.

«Послушай, я просто буду чувствовать себя намного спокойнее, если ты будешь где-то, где я смогу за тобой присматривать», — сказала мама. «Происходят... некоторые политические события. Я не могу вдаваться в подробности. Но я была бы намного счастливее, если бы знала, что ты немного более подготовлен».

Подготовлен к чему? Мне показалось, что она пыталась на что-то намекнуть, но я понятия не имел, на что именно. «Я сам подготовлюсь, спасибо».

Мама выглядела разочарованной, но не стала настаивать. Мы еще немного поболтали о том о сем, а потом разошлись.

***

Возвращаясь через парк в сторону Хэмпстед-Хит, я думал о том, что сказала мама. По правде говоря, если бы она сделала мне такое же предложение год назад, я бы согласился. Я бы точно не был в восторге от работы у Эшфордов, но обеспечение стабильного дохода имело бы большое значение.

Но некоторые события, произошедшие за последний год, заставили меня осознать, что, хотя стабильный доход и является гарантией, он также может оказаться ловушкой. Моя работа в Министерстве обороны приносила мне достаточно денег, чтобы жить, но отнимала так много времени и энергии, что я ни в чем не стал лучше. И поэтому, когда появилась Люселла со своими двумя головорезами, я был застигнут врасплох.

Сейчас моей самой большой заботой было не то, что у меня не хватает денег на оплату аренды, а то, что меня может зарезать кто-то вроде Вермилиона. Работа в офисе не поможет мне в этом. Более высокая зарплата не поможет мне в этом. Это только заставит меня думать, что я в безопасности, когда на самом деле это не так.

Нет, если я действительно хочу что-то изменить, то должен сделать больше. Все детали были на месте, и я потратил достаточно времени на подготовку. Пришло время действовать.

***

В «Адмирале Нельсоне» было шумно. Я пришел рано, нашел столик в углу и стал ждать.

Колин, Павел и Антон пришли примерно в одно и то же время. Я помахал Павлу и Антону, и когда они вместе с Колином подошли к моему столику, на мгновение возникло замешательство, пока они не поняли, что он тоже должен быть здесь.

«Привет, маленький принц», — сказал мне Павел, указывая на Колина. «Он с тобой?»

«Да», — ответил я, стараясь не показывать своего раздражения. Я ненавидел это прозвище и хотел, чтобы Павел перестал его использовать. «Антон, ты в порядке?»

Антон кивнул. Они с Павлом были из Румынии, коренастые, с обветренными лицами. Антон был выше ростом, Павел — более разговорчивым. Я познакомился с ними в прошлом году, когда изучал азы поиска, а затем снова встретил во время того провального рейда в канун Рождества.

«Это все?» — спросил Павел, оглядываясь по сторонам. В пабе было достаточно людей, чтобы мы не выделялись, но не так много, чтобы нас могли подслушать.

«Мы ждем еще двоих», — ответил я.

Следующей появилась Бриджит. Она остановилась у двери и с сомнением оглядела паб, прежде чем увидела нас и подошла. Я заметил, как бармен искоса взглянул на нее. Моя сводная сестра невысокого роста, симпатичная, хрупкая на вид, и явно несовершеннолетняя - ей шестнадцать, но выглядит она моложе. Бармен отвел от нее взгляд, когда она подошла к нашему столику.

«О, привет, это вы, ребята», — сказала Бриджит Павлу и Антону. Ее взгляд остановился на Колине. «А ты, наверное...»

«Колин», — подсказал Колин, пожимая ей руку.

«Еще один поисковик?» — спросила Бриджит.

«Называй меня технической поддержкой», — сказал Колин с улыбкой.

«Мы встречаемся здесь?» — спросила Бриджит, оглядываясь по сторонам.

«А на что ты надеялась?» — спросил я. «На конференц-зал?» По правде говоря, Бриджит была права — это было довольно паршивое место для планирования операции, — но я же не мог собрать всех в своей спальне, а все другие общественные места, которые приходили мне в голову, были еще хуже. Я задался вопросом, как настоящие рейдеры справляются с такими вещами.

Бриджит вздохнула, выдвинула стул, с сомнением посмотрела на сиденье и осторожно на него села. «Надеюсь, на этот раз ты не привела Лео», — сказал я ей. Паб «Адмирал Нельсон» разрешает приводить собак, но есть определенные ограничения.

«Он в машине».

Айви пришла последней и с самого начала выглядела скованно. Она неуверенно огляделась, и думаю, если бы я не поймал ее взгляд и не помахал ей рукой, она бы, наверное, сразу же ушла. Вместо этого она подошла и, после некоторого колебания, отодвинула стул и села подальше от всех остальных.

«О, привет, Айви», — сказала Бриджит. Она посмотрела на меня. «Так ты расскажешь нам, зачем мы здесь?»

«Я хочу собрать команду», — пояснил я остальным за столом. Было несколько косых взглядов, но не много. Я не особо вдавался в подробности в своих приглашениях, но, вероятно, все пришли сюда, имея довольно четкое представление о том, о чем пойдет речь.

Я наблюдал за другими посетителями паба. Никто не подходил к нам, но на нас определенно смотрели, и нетрудно было догадаться, почему. Наша группа состояла из меня и Бриджит (англичанка, молодо выглядящая), Антона и Павла (тридцати с небольшим, восточноевропейцы), Колина (студенческого возраста, наполовину китайца) и Айви (студенческого возраста, африканка). Люди скажут вам, что Лондон «разнообразен», и это может быть правдой, если смотреть только на цифры, но если вы действительно живете здесь, то заметите, насколько он сегрегирован. Бангладешцы общаются с другими бангладешцами, западноафриканцы общаются с другими западноафриканцами, богатые дети из двухквартирных домов ходят в школу с другими богатыми детьми из двухквартирных домов. Некоторые группы смешиваются — белые и черные ребята из рабочего класса в моей старой школе вместе играли в футбол, - но большинство этого не делают. Наша группа выглядела как плакат из отдела кадров.

«Почему?» — спросила Айви.

«Мы все участвовали в рейдах раньше, верно?» — сказал я. Не совсем верно, учитывая, что за столом сидели Колин и Бриджит, но я не хотел вдаваться в подробности. «Как это происходит? Корпорация нанимает нас, говорит, куда идти и что делать. Если нам повезет, все идет по плану, и мы получаем крошечную долю от стоимости Колодца. Если нет, нас кидают. В любом случае, мы рискуем, а они получают всю прибыль».

Я сделал паузу, чтобы посмотреть, не выскажется ли кто-нибудь. Никто не высказался.

«Так почему бы не исключить посредников?» — продолжил я. «Сделать все самим. Выбрать Колодец, ограбить его и либо использовать эссенцию для сиглов, либо превратить ее в аурум и продать».

«Продать где?» — спросил Павел.

«Мы найдем покупателя», — ответил я, стараясь придать себе больше уверенности, чем чувствовал на самом деле. «Спрос есть».

«Неужели это так просто?» — спросила Бриджит. «Единственная причина, по которой корпорации друкрафта проводят эти рейды, — это то, что именно они покупают аурум».

«Тогда мы найдем другую корпорацию. Или кого-то, кто продает его корпорации».

«Это незаконно», — сказала Айви.

«В смысле, да», — ответил я. «Рейды, как правило, незаконны».

«Тот, в котором мы участвовали, не был незаконным», — напомнила Айви.

«Ну...» — сказала Бриджит. «Вроде как был».

«Но если бы кто-то вызвал полицию, она бы не приехала», — сказала Айви. «Если мы просто выберем какой-нибудь случайный колодец класса B и взломаем его, полиция приедет».

«Полиции в наши дни наплевать на взломы», — сказал Колин.

«Им плевать на обычные взломы», — поправила его Бриджит. «Если у кого-то из среднего класса ограбят дом, конечно, они это проигнорируют. Но с крупными корпорациями дело обстоит иначе».

«Только если они знают, что что-то происходит», — сказал я. «Невидимые люди не попадают на камеры видеонаблюдения».

«Ты же понимаешь, что Дома и корпорации знают о невидимости друкрафта, да?» — заметила Бриджит. «Если ты попытаешься проникнуть в штаб-квартиру корпорации или в особняк Дома и рассчитываешь, что базовая невидимость поможет тебе спрятаться, тебя ждет действительно неприятный сюрприз».

«Я не говорю о штаб-квартирах или особняках, я говорю о низко- и среднеуровневых Колодцах. Они не могут позволить себе камеры и охрану повсюду».

«Ну, это правда», — признала Бриджит.

«Это все равно кража», — уперлась Айви.

«Я думала, ты поисковик?», — с любопытством спросила Бриджит у Айви.

«Поисковик. Не рейдер».

«Разве это не одно и то же?»

Айви бросила на Бриджит негодующий взгляд.

«Я имею в виду, я думала, что эти профессии частично пересекаются», — смутилась Бриджит. «Знаешь, это люди, которые находят тебе Колодец или аурум, и ты вроде как не должен задавать слишком много вопросов о том, откуда это берется...?»

«Поисковики делают это легально», — сказала Айви. «А рейдеры — нет».

«Тогда почему ты участвовала в том рейде?» — спросил Павел.

«Это был легальный рейд».

Антон презрительно фыркнул. Павел закатил глаза.

«Это правда», — настаивала Айви.

«Я думаю, что законность и незаконность — это серая зона в таких делах...», — начала Бриджит.

«Ты слишком хороша для нас?», — спросил Павел у Айви. «Ты это имеешь ввиду?»

«Я этого не говорила».

«Тогда что?»

«Ладно, ладно», — воскликнул я, размахивая руками. «Давайте успокоимся, хорошо?»

Павел бросил на меня взгляд, но откинулся на спинку стула. Айви выглядела так, словно была на грани того, чтобы встать и уйти. «Мы тебе не нравимся, проваливай», — сказал Павел, указывая на дверь.

«Хватит», — сказал я ему. «Ладно?»

Павел успокоился. Антон хмурился, но ничего не сказал.

«Послушай», — сказал я, обращаясь к Айви. «Мне тоже не нравится так поступать. Но в последнее время кажется, что пытаться действовать в соответствии с законом... это просто значит подвергаться эксплуатации. Если у тебя нет нужных связей, ты застрянешь на самой минимальной зарплате навсегда. А если ты попробуешь что-то рискованное, как мы сделали на Рождество, то тебя точно кинут. Ты же помнишь, чем это закончилось, да?»

Айви выглядела недовольной, но не ответила.

«Ладно», — сказал Павел. «Это прекрасно, но...» Он потер большой и безымянный пальцы друг о друга. «Кто платит?»

«Пока никто», — ответил я. «Мы добываем аурум из колодца и продаем его. Делим деньги».

Антон и Павел переглянулись, а Айви откинулась на спинку стула. Все трое выглядели недовольными. У меня было чувство, что их троих будет сложнее всего убедить. Колин — мой друг, а Бриджит — моя семья, но Антон, Павел и Айви были практически незнакомыми людьми. К сожалению, они также были единственными настоящими поисковиками за столом.

«Мы не обязаны только продавать Колодцы», — заметил я. «Мы можем использовать их сами».

Теперь настала очередь Павла выразить презрение. Антон спросил что-то на румынском, и Павел ответил на том же языке.

«Что?» — спросил я.

«Кто сделает сиглы?» — спросил Павел.

«Я», — ответил я. «Я уже делал это раньше». Я не упомянул, что до сих пор единственным существом, для которого я делал сиглы, был мой кот.

«Сиглы не кормят», — сказал Павел.

«Не напрямую», — возразил я. «Но каждый новый сигл, который ты добавишь делает тебя немного более универсальным, немного более способным защитить себя. Вы с Антоном говорили мне, что вам и раньше приходилось убегать от рейдеров, верно? Может, если бы у вас было побольше собственных сиглов, все пошло бы лучше…?»

Я заметил, что Айви вдруг стала внимательнее слушать. Но Антон и Павел не выглядели убежденными. Когда я репетировал это в голове, то пытался придумать, как сказать это так, чтобы убедить себя, но, похоже, их это не убеждало…

«Может быть, сказать им, что у тебя уже есть цель», — предложил Колин.

«Верно», — кивнул я. «Слушайте, это не просто теория. Я уже выбрал Колодец».

«Где?» — спросил Павел.

«Какого класса?» — спросила Айви.

«C», — ответил я Айви, а затем посмотрел на Павла. «И я скажу вам, когда мы туда доберемся».

«Так почему бы тебе не заняться этим самому?» — спросил Павел.

«Он находится в офисном здании», — признался я.

Все посмотрели на меня с недоумением.

«Это большое здание, и будет гораздо безопаснее, если люди будут следить за входом и выходом», — объяснил я. «Кроме того... считайте это пробным запуском. Я хочу опробовать это на не очень сложной цели, чтобы потом перейти к более сложным».

«Думаю, это имеет смысл», — кивнула Бриджит.

Я расправил плечи и оглядел всех. «Ну? Вы согласны или нет?»

***

Двадцать минут спустя я смотрел, как закрывается дверь. Бриджит, Айви, Павел и Антон ушли. Остался только Колин.

«Думаешь, они придут?» — спросил я.

Колин задумчиво посмотрел на дверь. «Возможно, некоторые?»

Я вздохнул, немного расслабляя мышцы. «Это только мне показалось, или они выглядели не очень убежденными?»

«Это не только тебе показалось».

«Что я делал не так? В смысле, я не ожидал, что они ухватятся за этот шанс или что-то в этом роде, но…»

«Без обид, чувак, — сказал Колин, — но ты не выглядишь опытным преступником».

«А как я выгляжу?»

«Как новичок, набивающийся в команду танцоров».

Я поморщился. На самом деле, я не должен удивляться. Я, может, и хорош собой, но в смысле «красивый», а не «прирожденный лидер». И у меня не очень хорошо получается делать вид, что я знаю, что делаю, когда на самом деле это не так.

«Твоя конечная цель все еще сиглы, верно?» — спросил Колин. «Это пятый шаг твоего пятиэтапного плана?»

«Да».

«Тогда почему ты представил им это как бизнес-план?» — спросил Колин. «Ты сказал так, будто деньги на первом месте, а сиглы — на втором».

«Ты видел, как отреагировали Павел и Антон?» — спросил я. «Мне с трудом удалось убедить их согласиться на это. После нескольких успешных рейдов, возможно, я смогу уговорить их задуматься о большем».

«Ты имеешь в виду, если мы проведем несколько успешных рейдов?»

«Ну, первый прошел хорошо».

«Мм».

«Так что ты думаешь?» — спросил я.

«Я думаю, тебе лучше сказать Феликсу, чтобы он поспешил найти покупателя для этого аурума», — сказал Колин. «Потому что мне не кажется, что твои друзья-поисковики намерены работать в кредит».