«Мне это не нравится», — проворчала Айви.

«Расслабься», — ответил я ей.

Была летняя ночь в Тауэр-Хамлетс. Солнце недавно зашло, и со всех сторон доносился гул города. Мы были немного севернее рынка Уайтчепел, но с наступлением темноты лавки были убраны, и все голоса, доносившиеся с той стороны, тонули в потоке машин на шоссе А11. В данный момент мы втроем находились на небольшой боковой улочке, темной и пустынной. Это было неприглядное место, но мы пришли сюда не ради пейзажей. Мы пришли на встречу.

Основной целью моих рейдов с Колином и Айви были сиглы. Мы находили Колодец, выясняли, какие сиглы можем из него сделать, а затем проводили рейд. Но очень часто использовать Колодец для сигла было нецелесообразно: либо он был слишком слабым, либо слишком опасным, либо что-то шло не так, и когда это происходило, мы превращали эссенцию в аурум. К этому моменту мы занимались этим уже почти три месяца и в результате накопили довольно большой запас аурума — более пяти карат. Я плохо представлял себе стоимость сырого аурума (по-видимому, она варьируется в зависимости от размера куска), но был уверен, что даже по ценам черного рынка он стоил тысячи.

Но не имеет значения, сколько что-то стоит, если вы не можете найти покупателя, и именно этого я добивался от Феликса. На прошлой неделе он наконец-то связался с нами и сообщил, что нашел его: группу, готовую купить аурум на вес, не задавая вопросов. Они потребовали встречи в этом районе — видимо, это была их территория. И именно поэтому мы сейчас были здесь.

— Когда ты сказал «Уайтчепел», я подумала, что ты имеешь в виду рынок», — сказала Айви. «А не переулок, который выглядит как пристанище серийных убийц».

«Это не переулок», — возразил я Айви. В глубине души я был с ней отчасти согласен: из-за высоких стен без окон, столбиков, перекрывающих проезд автомобилям, и разбросанных мешков с мусором улица производила не самое приятное впечатление. «И учитывая, зачем мы здесь, я не знаю, чего ты ожидала».

«Я ожидала место, которое не похоже на декорации из фильма «Кэндимен».

«Я не выбирал это место».

«Ты согласился на него».

«Было достаточно сложно уговорить их встретиться с нами», — заметил я, стараясь сохранять терпение. Айви с самого начала была настороженной, и потребовалось много времени, чтобы ее уговорить. «Ты действительно хочешь отменить все, потому что тебе не нравится вид улицы?»

«Они, вероятно, хотят нас ограбить», — беспокоилась Айви.

«Если это так, лучше узнать об этом заранее».

«Тебе легко говорить, ведь они будут охотиться за мной».

«Эй», — возразил Колин. «А я что, пустое место?»

Колин и Айви стояли посреди улицы. Я находился немного поодаль, в тени гаражной двери. В отличие от них, я был скрыт от посторонних глаз дифракционным сиглом. Айви и Колин были приманкой, а я — прикрывал их.

Мы разговаривали через беспроводные наушники. После первых двух наших рейдов я понял, что совершать их, прижимая телефон к уху, действительно неудобно, и в итоге мы перешли на более современные технологии. Были некоторые начальные трудности, но с помощью Колина мы трое теперь могли звонить друг другу, разговаривать и вешать трубку, сохраняя при этом руки свободными. Для такой мелочи это имело удивительно большое значение.

«Почему мы вообще встречаемся с этими парнями?» — спросила Айви.

«Потому что они единственные, кого смог найти Феликс», — ответил Колин.

«Должно быть, есть кто-то получше».

«Хорошие люди обычно не покупают краденное», — возразил я ей.

«Ты уверен, что не стоит попробовать с твоим мистером Смитом?» — спросил Колин. «По крайней мере, мы знаем, что он связан с твоей старой корпорацией».

«Да, и он послал меня и Айви на рейд, который оказался подставой. Эти парни могут нас подставить, а он уже это сделал».

«Тише», — прошептала Айви. «Вы слышите?»

Мы с Колином замолчали, и я отступил в тень. Через мгновение я услышал то же, что и Айви: эхо из-за угла. Эхо превратилось в шаги, которые становились все громче и громче, пока те, кто их издавал, не появились в поле зрения.

Их было четверо, одетых в кроссовки и мешковатую одежду. Было слишком темно, чтобы как следует разглядеть лица, но по тому, как они вышагивали, я определил, что им от пятнадцати до двадцати с небольшим. Когда они вышли на открытую часть улицы, двое из них обернулись, чтобы оглядеть окрестности; один посмотрел прямо на меня, и я замер, но его взгляд скользнул по мне, не задерживаясь.

Все четверо резко остановились, выстроившись в неровную линию лицом к Айви и Колину. Обе группы смотрели друг на друга в течение секунды.

«Привет», — начал Колин.

«Что у тебя есть?» — спросил парень впереди с британско-азиатским акцентом.

«Немного аурума», — ответил Колин.

«Покажи».

Колин залез в карман, а я внимательно наблюдал за четверкой, чтобы увидеть, не напрягся ли кто-нибудь из них и не потянулся ли за чем-нибудь. Никто не потянулся. Они также не излучали никакой эссенции.

Колин вытащил маленькую коробку и поднял ее, чтобы показать. Наступила пауза.

Лидер протянул руку с жестом «дай».

«Так чем ты платишь?» — спросил Колин.

«Давай посмотрим».

«Чем ты платишь?»

Лидер потер пальцы друг о друга.

Колин и Айви переглянулись, затем Колин положил коробку обратно в карман.

Я почувствовал, как атмосфера на собрании понизилась на несколько градусов. «Что?» — спросил лидер, его голос внезапно стал гораздо менее дружелюбным.

«Мы не раздаем бесплатные образцы», — ответил Колин.

Лидер фыркнул. «Это пустая коробка».

«Вы принесли весы для аурума?» — внезапно спросила Айви.

Я почувствовал, как лидер нахмурился. «Что?»

«Весы для аурума», — повторила Айви. «Они подтверждают, что что-то является аурумом, и измеряют его вес».

Лидер посмотрел на Колина, как бы спрашивая, почему он позволяет Айви открывать рот.

Колин сделал жест, означавший: отвечай на вопрос.

«У меня нет гребаных весов для аурума», — сказал лидер Айви.

«Тогда как вы собираетесь определить, что это?» — спросила она.

Лидер уставился на нее. «Ты думаешь, мы будем взвешивать твое дерьмо на улице?» Он повернулся к остальным членам своей группы и рассмеялся. Они тоже рассмеялись. Лидер снова повернулся к Колину.

«Ну, — сказал Колин, когда они замолчали, — я рад, что мы все здесь так весело проводим время...»

«Отдай это», — сказал лидер Колину. «Мы проверим. Потом свяжемся с тобой и скажем, сколько это стоит».

Колин промолчал.

«У тебя проблемы?» — спросил лидер.

«Это... не кажется нам очень выгодной сделкой», — ответил Колин.

«Ты называешь меня лжецом?» — нахмурился лидер. Его голос внезапно стал холодным.

«Нет», — быстро ответил Колин.

Дерьмо. Внезапно я понял, к чему все идет. «Приготовьтесь», — тихо сказал я по связи.

Лидер протянул руку. «Тогда отдай это».

Колин снова заколебался.

Пара парней сделала шаг вперед. Колин небольшого роста, как и Айви; самый низкий из незнакомцев был выше их обоих. «Давай», — повторил лидер. Судя по голосу, он улыбался. «Мы все друзья, верно? Мы посмотрим, скажем, сколько это стоит. Потом ты получишь свои деньги».

«Да, я в этом не так уверен», — заметил Колин.

Парни подошли еще ближе. Еще пару шагов — и они окружили бы Колина и Айви. «Давайте сделаем это простым способом», — сказал лидер Колину.

Колин протянул левую руку к груди, сделав небольшое вращательное движение. На моих глазах зеленый свет эссенции Жизни начал распространяться по его телу.

«Айви», — тихо сказал я через связь. «Вспышка».

Пока я говорил, лидер повернул голову. Он уставился на Айви.

«Хорошо», — громко сказала она. «Хотите увидеть аурум?» Она подняла руку. «Смотрите».

«Ты подключена?» — спросил лидер.

«Смотрите», — повторила Айви. Кольцо на ее пальце слегка блеснуло в темноте.

Четверо парней посмотрели на нее.

Я почувствовала, как Айви направляет энергию, эссенция хлынула через кольцо.

Это не сработало.

Я уже перенес вес тела на носки, напряг мышцы, выбрал цель. Уже направил нити эссенции в сигл силы на груди и новый сигл материи на правой руке.

«С кем ты разговариваешь?» — спросил лидер.

Айви снова направила поток, и на этот раз это сработало. Свет расцвел, как звезда.

Раздались крики, но я уже двигался. Я перенаправил эссенцию из сиглов дифракции и зрения в сиглы силы и человека-тень. Шесть шагов до парня слева. Я влил эссенцию в сигл на среднем пальце правой руки и почувствовал, как мой кулак сжался, когда она дошла до него.

Мой новый сигл был сиглом Материи. Как и все эффекты материи, он был предназначен для изменения одного физического свойства частицы материи; в данном случае этим свойством была твердость, а частицей материи была моя правая рука. В прошлом году я столкнулся с парнем, который использовал такой сигл, и по личному опыту знал, что это похоже на удар куском железа. Я использовал его в первый раз в реальной жизни.

Парень все еще тер глаза после атаки Айви и даже не заметил, как я подошел, пока мой кулак не врезался ему в ребра, как шар для сноса зданий. У него перехватило дыхание, и он согнулся от удара; по тому, как он упал, я уже понял, что он не встанет. Я развернулся лицом к следующему парню, мельком увидев, как Айви и Колин сражаются с остальными, а затем различил блеск ножа и сосредоточился на том, кто стоял передо мной.

Этот парень вытащил нож, но его глаза, устремленные на меня, были расширены от страха. Я запустил свой сигл человека-тени, преобразующий исходящий свет в эссенцию. Для противника, стоящего передо мной, я, наверное, выглядел как человекоподобная масса тьмы, живая тень. Даже при дневном свете это выглядит жутко, а когда такое выпрыгивает на тебя ночью, это просто ужасающе.

Парень — на самом деле, теперь, когда я мог видеть его лицо, это был подросток — попятился, его движения были испуганными и резкими, он выставил нож, как щит. Я двинулся вперед, и он отступил, оставаясь вне досягаемости. Я поднял левую руку и активировал свой сигл «удар», направив поток воздуха ему в лицо. На таком расстоянии удар был слабым, но его хватило. Мальчик развернулся и убежал.

«Стивен!» — крикнул Колин.

Я резко обернулся и увидел, что на меня наступает лидер. У него тоже был нож, но в отличие от другого мальчика, он оскалил зубы и держал нож так, будто собирался ударить. Он сделал выпад, пытаясь схватить меня свободной рукой.

Я отскочил в сторону; лидер споткнулся, шаря в темноте. Он попытался снова, и я ударил его, отбросив на шаг назад. Я чувствовал, что где-то сбоку Колин начинает приближаться к нам, но все мое внимание было сосредоточено на лидере, время растянулось, пока мы стояли лицом к лицу. Это был только второй раз, когда я участвовал в бою с ножами, но мне удалось предугадать движение парня: он собирался схватить меня левой рукой и ударить правой, как это сделал Вермилион. Я не испытывал страха. Адреналин бурлил во мне, наполняя азартом борьбы.

Лидер сделал ложный выпад один раз, затем еще один. Я наблюдал за его телом, пытаясь уловить перенос веса, который сигнализировал бы о выпаде. Он осторожно шагнул вперед, держа нож наготове для удара, и я с силой ударил его по лицу, сжатый воздух отбросил его голову назад со свистом. Он попытался отступить, и я ударил его снова. Хлоп, хлоп. Удары не были достаточно сильными, чтобы оглушить, но они выбили его из колеи, и после четвертого он осел на пару дюймов, напрягая ноги. Все казалось происходящим в замедленной съемке, и когда я увидел, как он наносит удар, то отклонился в сторону, пропустив нож между своим телом и рукой, а затем резко вытянул левую руку, чтобы заблокировать его, и ударил правой. Это был неуклюжий удар, но мой усиленный Материей кулак обрушился на него, как молот, и голова парня откинулась назад; я пригнулся, нанес два удара ему в ребра, отступил для удара, который довершил бы дело - и понял, что он падает на меня... Моя рука, сжимавшая руку парня, была единственным, что удерживало его на ногах. Я разжал руку, и он рухнул, нож со звоном упал на камни мостовой.

Я выпрямился, оглядываясь в поисках остальных, но их не было. Двое лежали на земле, и на мгновение у меня мелькнула смутная мысль, что драка, должно быть, длилась так долго, что Айви и Колин прогнали остальных, но потом увидел, как Колин замедляет бег и останавливается, и понял, что весь поединок произошел за те несколько секунд, которые понадобились ему, чтобы сократить расстояние. Айви, Колин и я были единственными, кто остался на ногах.

«Куда делись остальные?» — спросил я.

«Сбежали», — ответил Колин. «Ты в порядке?»

«Стивен?» — позвала Айви.

Оба смотрели на меня с неуверенностью, и я на мгновение задумался, почему, а потом вспомнил, что мой сигл-невидимка все еще действовал. Я рассеял его в мгновение ока и посмотрел вниз. Лидер зашевелился, нож лежал в нескольких дюймах от его руки. «Я в порядке», — ответил я и пнул нож, отбросив его подальше. «Пошли!»

Я побежал по улице, а Айви и Колин последовали за мной. К тому времени, когда два парня на земле пришли в себя настолько, что смогли подняться, мы уже были далеко.

***

«Ладно, Феликс», — сказал я через час. «Что это было, черт возьми?»

Мы вернулись к нашему столику в углу в «Адмирале Нельсоне». Айви, Колин и я сидели вместе и разговаривали по групповому звонку с Феликсом. Обычно к этому моменту Айви уже исчезла бы, но я предложил ей остаться с нами на всякий случай. То, что она согласилась, говорило о том, насколько плохо прошел вечер.

«Это не моя вина!» — возразил Феликс. «Ты хотел найти парней, которые занимаются аурумом».

«Да, аурумом». Я немного понизил голос, произнося последнюю фразу, инстинктивно оглядываясь по сторонам, но поблизости не было никого, кто мог бы подслушать. «А не парней, которые попытаются ограбить нас с ножом наперевес. Что, мне нужно было это пояснять? «Продаем аурум, ищем покупателя, PS: покупатель не должен пытаться нас убить».

«Я же говорил, что они немного подозрительные».

«Вытаскивать ножи — это не «немного подозрительно»!

«Ладно, ладно», — сказал Колин. «Просто все пошло не совсем по плану».

«Тебе действительно нужно было их так избивать?» — пожаловался Феликс. «Что я буду делать, если Сайед свяжется со мной?»

«О, прости», — сьязвил я. «В следующий раз, когда один из твоих друзей попытается нас зарезать, я постараюсь отогнать его по-хорошему, ладно?»

«Ладно, ладно».

Наступила пауза.

«Есть еще кто-нибудь?» — спросил я.

«О, да, конечно, я сейчас же вернусь к своему парню и скажу ему, что тебе нужна новая партия! Ты знаешь, сколько времени мне понадобилось, чтобы все это организовать?»

«Да, четыре месяца! Чтобы найти банду грабителей! Если бы я знал, что это все, что нам нужно, я бы просто вышел на ночную прогулку по Стратфордскому парку с телефоном в руке. Было бы намного быстрее!»

«Ладно, ладно», — снова повторил Колин. «Феликс, я так понимаю, что других кандидатов нет?»

«Ух ты, ты так думаешь?»

«Дай нам знать, как все прошло, ладно?»

Феликс недовольно хмыкнул. Мы еще немного поговорили, а потом он повесил трубку.

«Думаю, в его словах есть смысл», — сказала Айви, когда телефон погас. «Ты как бы сам напросился».

«В том-то и был смысл», — ответил я. «Нам нужно было узнать, сможем ли мы с ними работать».

«Ну, может, и смогли бы, если бы ты стоял рядом с нами».

«Конечно, и что бы мы сделали в следующий раз и в последующие? Снова и снова появлялись готовыми к драке? Что бы произошло в тот день, когда мы этого не сделали? Нам нужно было узнать, можно ли доверять этим парням, что они не ограбят нас, как только у них появится такая возможность».

«Все равно было бы неплохо, если бы ты не использовал нас в качестве приманки».

«Хорошо, в следующий раз ты получишь сигл невидимости и...»

«Ребята, хватит уже!» — раздраженно воскликнул Колин. «Слушайте, я не понимаю, почему вы вообще спорите. Ты сама сказала — они не принесли весы для аурума. Они не собирались нам платить».

Айви, казалось, собиралась продолжить, но затем замолчала и вздохнула. «Да».

«Так почему ты винишь меня?» — спросил я.

«Дело не в этом», — ответила Айви. «Просто... я рассчитывала, что все получится».

Я отвернулся. Я чувствовал то же самое.

За последние месяцы мы многое сделали. Мы сделали по одному сиглу, заложили основу для создания еще нескольких и извлекли уроки, которые пригодятся нам, когда мы перейдем к более сложным Колодцам. Но была одна область, в которой мы не добились никакого прогресса, — это зарабатывание денег.

Колин высказался, озвучив мои мысли. «Четвертый шаг твоего плана был выйти в плюс, верно?»

«Да».

«Так если Феликс не сможет найти нам покупателя, запасной план...?»

«Его нет», — вздохнул я. «Если только вы, ребята, не придумаете что-то, что я не могу».

«Попробуй обратиться к своей семье», — предложил Колин.

«Не думаю, что они покупают аурум», — ответил я. Я не добавил, что даже если бы и покупали, передавать им вещественное доказательство того, что я совершил рейд на Колодец, казалось ужасной идеей.

«Ты все еще работаешь в корпорации друкрафта, верно?» — спросил Колин у Айви.

«Это не сработает».

«Ты не знаешь кого-нибудь, кто...?»

«Нет».

Колин переводил взгляд с меня на Айви. «Ну», — сказал он, когда никто из нас не ответил. «Думаю, мы могли бы продать следующие несколько временных Колодцев, которые найдем».

«Единственная причина, по которой я вообще согласился рассмотреть план рейдерства, заключается в том, что большинство хороших Колодцев уже заняты», — возразил я. «И чем больше Колодцев мы продадим, а не используем, тем меньше сиглов мы сможем сделать для себя. Мы в принципе снова станем поисковиками, что вернет нас к исходной точке».

«Ладно, у меня больше нет идей», — сказал Колин, пожимая плечами.

Мы сидели в тишине некоторое время. Наконец я вздохнул и сказал: «Может, откажемся от четвертого шага».

«Ты имеешь в виду, сразу перейдем к части, где мы грабим более крупные колодцы?» — спросил Колин.

«Я имею в виду, что нас ничто не останавливает», — ответил я. «Я бы хотел еще пару месяцев попрактиковаться, но...»

«У меня все еще нет сигла невидимости», — напомнила Айви.

«Мы должны быть в состоянии достать тебе хотя бы человека-тень. Разве ты не говорила, что один из Колодцев, которые ты нашла в прошлом месяце, должен был наполниться?»

«Мне нужно проверить, но так и должно быть».

«Так мы отказываемся от денег?» — спросил Колин.

Айви и я посмотрели на него, а потом друг на друга.

«Ладно, давайте выложим карты на стол», — сказал Колин. «Лично я не против перейти сразу к пятому этапу. Как я уже говорил, деньги были бы кстати, но мои родители все еще оплачивают мои расходы, и мне они на самом деле не нужны. Но у меня такое ощущение, что вам двоим нужны. Так что... я думаю, решать вам».

Айви и я посмотрели друг на друга. Я не хотел обсуждать это с Айви — мне казалось, что я ставлю себя в уязвимое положение — и, судя по тому, что Айви никогда не упоминала о своей ситуации, у меня сложилось впечатление, что она, возможно, чувствует то же самое...

Но в конце концов именно Айви вышла из тупика. «Мне это действительно нужно», — сказала она Колину. Ее голос звучал печально, но решительно. «Я практически на мели. Но этого я хочу больше. Я голосую за».

«Если ты на мели...», — начал Колин.

«Есть люди, к которым я могу обратиться», — перебила его Айви. «Я не хочу, но ничего страшного». Она посмотрела на меня.

Я засомневался, подумав о своем банковском счете. В настоящее время на нем было чуть меньше 3000 фунтов, и с весны его баланс постоянно уменьшался. Я все еще получал небольшие деньги от Эшфордов, которых в прошлом году мне бы хватило, но за последние двенадцать месяцев стоимость жизни резко выросла. Все стало дороже — хлеб, маргарин, курица, овощи, газ, электричество и, прежде всего, аренда, которая съедала почти весь мой доход. В результате сумма на моем счете неуклонно снижалась, и достаточно было одной серьезной чрезвычайной ситуации, чтобы я оказался в затруднительном положении.

Но в конце концов, мое положение не изменилось. Угроза со стороны Крылатых не изменилась. Сиглы, которые я мог получить, участвуя в рейдах, по-прежнему были моим лучшим шансом.

«Будет тяжело, но я справлюсь», — сказал я. «Переходим к пятому этапу».

Несколько секунд мы втроем сидели молча. «Так, твой сигл «железная рука»... — сказал Колин. «Можно мне такой же?»

«Нет».

«Почему?»

«Потому что ты не умеешь направлять».

«Но мой силовой...»

«Твой силовой сигл работает непрерывно», — возразил я. Колин быстро научился пользоваться своим новым сиглом, но я все еще не думал, что он по-настоящему понимает, что он может, а что нет. «Если бы я создал непрерывный сигл железного кулака, он активировался бы всякий раз, когда касался твоей кожи, и если бы заел, то остался активным. Это было бы очень плохо».

«Почему?»

«Потому что твое тело не должно быть твердым и ригидным», — пояснила Айви.

«Когда я выключаю этот сигл после использования, у меня немного покалывает рука», — поделился я. «И я использую его только в течение тридцати-шестидесяти секунд, максимум. Я слышал несколько страшных историй о том, что может случиться, если оставить его включенным слишком надолго». Это была одна из причин, по которой я откладывал создание этого сигла.

«Уверен, есть способ заставить его работать», — сказал Колин.

«Я не буду проводить эксперименты с сиглами Материи, используя тебя в качестве подопытного кролика! Я не хочу объяснять твоему отцу и брату, почему у тебя теперь культя вместо руки!»

«Ладно, ладно. Но я все равно хочу еще один сигл».

«Тогда приложи гребанные усилия и научись направлять энергию, как все мы».

«Ладно», — сказала Айви, отставляя пустой стакан и выпрямляясь. «Пойду лучше обойду свои Колодцы. Если тот, что в Кью, готов, мы могли бы заняться формированием завтра?»

«Эй, эй», — воскликнул Колин. «У меня во вторник последний экзамен по физике».

«Ничего страшного, ты нам для этого не нужен», — ответил я. «Но это должно быть вечером, утром я не могу».

«Почему?» — спросил Колин.

Я вздохнул, поднимаясь на ноги. «Уроки».

***

В особняке Эшфордов всегда оживленно. Там живут Чарльз, а также мои сводные брата и сестра, Тобиас и Бриджит. К счастью, Люселла переехала оттуда в прошлом году, но Калхун все еще живет там, как и моя мать, когда не пребывает в одной из своих бесконечных командировок. Кроме того, там работает сменный персонал: дворецкий, экономка, повар, садовник, несколько горничных и уборщиц, а также (по словам Бриджит) одна женщина, которая была ее гувернанткой, и мужчина, чья работа заключалась в дрессировке собак. Кроме того, есть люди, которые не являются слугами, но все равно работают в доме на полную ставку: охранники, смотрители огромного колодца Света в задней части особняка и все люди, связанные с семейным бизнесом. В первый раз я посетил особняк в ночь вечеринки и подумал, что вся эта суета была разовой, но чем чаще я туда возвращался, тем больше понимал, что в среднем это место ближе к «многолюдной вечеринке», чем к «пустому зданию». Оно сильно отличалось от тихой квартиры, в которой я вырос.

Однако был один обитатель особняка, которого я никогда не видел. По крайней мере, не видел до того, как моя мать назначила мне встречу с ним. Мой отчим, Магнус Эшфорд-Грассер.

В данный момент мы с Магнусом сидели в комнате на втором этаже особняка, в чем-то вроде отдельной квартиры, которая, насколько я мог судить, предназначалась для Магнуса и моей матери. Комната была кабинетом, хотя и совсем не таким, как у Чарльза. Кабинет Чарльза выглядел большим, просторным и открытым, с картами и чистым письменным столом. Кабинет Магнуса был в три раза меньше и так загроможден, что мне пришлось пробираться от двери до кресла; стопки бумаг, компьютерное оборудование и коробки, наполненные безделушками, теснились на месте с диваном, двумя креслами и старым тренажером. Каждая плоская поверхность была завалена материалами для чтения, а также полудюжиной комнатных растений и разбросанными старыми чашками для чая и кофе. Единственное, что было общего между этими двумя кабинетами, — это количество книг на полках. По сравнению с кабинетом Чарльза, кабинет Магнуса казался уютнее, но у меня было ощущение, что если бы мне пришлось здесь жить, то через некоторое время этот беспорядок свел бы меня с ума.

«... как часть общей тенденции в британской экономике к финансиализации», — говорил Магнус.

«Что такое финансиализация?» — спросил я.

«Мне показалось, ты сказал, что прочитал книгу, которую я дал тебе на прошлой неделе?»

«Э-э», — протянул я. «Частично». Я пытался, но это было невероятно скучно, не говоря уже о том, что настолько запутанно, что домашнее задание по теологии отца Хоука выглядело простым. Либо финансы - это действительно сложная штука, либо люди, которые пишут об этом книги, просто очень плохо умеют все объяснять.

Магнус слегка откинулся на спинку кресла. Моему отчиму около сорока пяти лет, он худощав и немного ниже среднего роста, с черными волосами, в которых виднелись первые следы седины. У него имелась осторожная, точная манера говорить, четко разделяя каждое слово, и голубые глаза, которые останавливались на вас, когда он говорил, как бы оценивая вашу реакцию на сказанное. «В данном контексте, — вещал Магнус, — финансиализация означает, что дома и корпорации Друкрафта начали получать все меньше и меньше доходов от сиглов и все больше и больше — от финансов. Частично в форме планов оплаты сиглов, но также и от прямой купли-продажи ценных бумаг. В 1990-е годы многие корпорации и Дома пришли к выводу, что доходность, которую они могли получить от этих финансовых инструментов, была выше, чем все, что они могли получить от торговли материальными ценностями, такими как сиглы и Колодцы».

«Хорошо...»

«Это продолжалось до финансового кризиса 2008 года. Многие Дома и корпорации накопили огромные долги, полагая, что смогут и дальше использовать эти деньги для получения все большей и большей прибыли. Когда рынки рухнули, все это развалилось».

«И что же произошло?»

«Прочти эту книгу, и ты узнаешь», — сказал Магнус. «Но что касается мира друкрафта, то главным долгосрочным последствием крушения стало установление верхней планки. Дома и корпорации пришли к пониманию, что они не могут просто продолжать увеличивать размер своих финансовых отделов и ожидать, что это автоматически принесет все большую и большую прибыль. Но процесс финансиализации существенно не замедлился, и в 2010-х годах все в основном продолжалось по-прежнему. Хотя кризис затронул всю экономику, в целом он меньше всего повлиял на самых богатых, очень немногие из крупных игроков в мире друкрафта действительно обанкротились. Конечно, был Дом Эгмонтов, и несколько средних и крупных корпораций были вынуждены подать заявление о банкротстве, но это скорее исключения, а не правило. Банк Англии снизил процентные ставки практически до нуля, что означало, что многие Дома и корпорации, которые должны были иметь неприемлемый уровень задолженности, смогли продолжать свою деятельность. Совет директоров предоставил крупные суммы денег некоторым из наиболее пострадавших корпораций в обмен на участие в капитале. И процентные ставки оставались низкими на протяжении 2010-х годов».

«Так... их спасли».

«Да».

Я вспомнил, что отец сказал мне весной, о том, как тяжело ему пришлось во время экономического кризиса, и о бессонных ночах, которые он провел, пытаясь придумать, как меня содержать. Между тем люди, которые все это устроили, остались безнаказанными. «Рад, что у них все так хорошо сложилось», — сказал я бесцветным голосом.

Магнус искоса взглянул на меня, и я подумал, не слишком ли сильно проявил свои чувства. «Ну», — сказал он после паузы. «Думаю, на сегодня хватит. В следующий раз мы рассмотрим текущее состояние экономики друкрафта и роли Дома Эшфордов в этом. О, и Стивен? Тебе действительно нужно читать материалы, которые я тебе даю. Невозможно понять текущее состояние экономики, не разобравшись в финансовом кризисе и его последствиях».

«Хорошо», — сказал я, но не встал. «Кстати, мне вот интересно. Есть ли что-нибудь... необычное в Доме Эшфордов?»

«Необычное в каком смысле?»

«Что-нибудь, что заставляет людей проявлять к нему особый интерес. Больше, чем к Великим Домам. Дом Эшфордов — это Малый Дом, верно?»

«Статус Великого Дома означает только то, что данный Дом владеет постоянным Колодцем класса S или выше в пределах Соединенного Королевства. Это делает их важными, но не обязательно самыми важными. В случае с Домом Эшфордов, мы несколько более влиятельны, чем можно было бы предположить по нашему статусу Малого Дома».

«Почему?»

«Как я уже упоминал, многие Дома и корпорации в 2000-х и 2010-х годах прекратили свою деятельность в сфере сиглов, что часто приводило к продаже избыточных Колодцев. Дом Эшфордов воспользовался этой возможностью, чтобы их приобрести». Магнус на секунду замолчал, слегка нахмурившись, как будто что-то припоминая. «Некоторые люди в то время считали действия Чарльза Эшфорда в этом отношении неразумными. Безусловно, это привело к тому, что он упустил значительную часть прибыли от пузыря середины 2000-х годов... тем не менее, это также позволило Дому Эшфордов занять значительную долю рынка Колодцев Света, одновременно защитив от худших последствий рецессии».

«Так... у них гораздо больше колодцев, чем обычно?»

«Да, и это привело к тому, что все больше людей обращают внимание на этот Дом. Особенно в сочетании с политическими событиями последних нескольких лет... но мы поговорим об этом на следующей неделе».

Я кивнул и встал.

Магнус заговорил, когда я уже тянулся к дверной ручке. «Есть ли среди твоих знакомых кто-нибудь, кто проявляет особый интерес к дому Эшфордов?»

Я замер, положив руку на ручку. «Не думаю, что говорил что-то подобное».

«Ах», — сказал Магнус. Он пристально смотрел на меня и подождал еще мгновение, прежде чем кивнуть. «Это моя ошибка».

Я ушел, закрыв за собой дверь.

***

Благополучно покинув особняк Эшфордов и убедившись, что за мной никто не следит, я выдохнул. Это было слишком близко к опасности.

Дело не в том, что я чувствовал угрозу со стороны Магнуса. Это был наш четвертый урок, и Магнус был неизменно холоден, но вежлив — если он и чувствовал раздражение или обиду из-за того, что ему приходилось учить пасынка, с которым он никогда не встречался, то хорошо это скрывал. Его нельзя было назвать увлекательным оратором, но он знал, о чем говорил, и до сих пор я находил его уроки достаточно интересными. Среди учителей у меня были и похуже.

Но, хотя Магнус и не знал об этом, я встречался с ним раньше. В прошлом году, во время моего первого визита в особняк, я подслушал краткую беседу между Магнусом и моим сводным братом. В тот момент это не имело для меня большого значения, но за прошедшее с тех пор время я сумел собрать воедино достаточно фактов, чтобы понять, о чем он говорил. И Магнус в той беседе был гораздо менее дружелюбным.

Он также казался очень заинтересованным в наследстве Дома Эшфордов и в том, получат ли его собственные дети это наследство. Возможно, настолько заинтересованным, что готов саботировать кого-то, кто сейчас не был его соперником, но мог им стать в будущем...

Я не был уверен. И пока не узнаю своего отчима получше, буду очень осторожен в своих высказываниях.

Я взглянул на телефон, проверяя время. Днем мне нужно было заняться поиском, потом пойти на пробежку, вечером было формирование с Айви, а затем встреча с отцом. Похоже, день обещает быть напряженным.