В тот вечер я вернулся домой с смешанными чувствами. Разговор с отцом поднял мне настроение, но проблемы были далеки от решения.

Наша группа (если ее можно так назвать) должна была снова собраться во вторник, и большую часть понедельника я серьезно размышлял о том, чтобы просто отменить это мероприятие. Я устал спорить с Павлом и Антоном о деньгах, устал слушать жалобы Бриджит на скуку и чувствовал (особенно после совета отца), что хочу просто забыть обо всем этом. Но во вторник днем Колин прислал мне сообщение, что придет, а он был единственным, с кем я действительно хотел поговорить, поэтому, когда солнце начало садиться за высотными зданиями Плейстоу, я вышел из дома и побрел к «Адмиралу Нельсону», тайно надеясь, что Колин будет единственным, кто появится.

Но когда я вошел в паб, меня ждал сюрприз. Колин был там... а напротив него сидела Айви.

«Привет, чувак», — улыбнулся Колин, когда я подошел. Айви кивнула мне, но ничего не сказала.

«Э-э», — сказал я. «Привет». Перед Колином стояла пинта пива, а перед Айви — какой-то безалкогольный напиток. Оба стакана были на три четверти пусты. Я посмотрел на Айви. «Я думал, ты не придешь».

«Я попросил ее прийти пораньше», — вставил Колин. «Почему бы тебе не взять выпить?»

Я с сомнением посмотрел на него, подошел к бару и заказал, затем вернулся и сел напротив Колина и Айви. Оба смотрели на меня. Я взглянул на Колина и поднял брови.

«Итак, — начал Колин, — думаю, можно сказать, что воскресный вечер прошел не по плану».

«Можно сказать».

«Я пригласил Айви, и мы поделились мнениями. О том, что делать дальше».

«Да, насчет этого», — сказал я. «Я начинаю думать, что вся эта группа рейдеров была не лучшей идеей».

«Но ты уже говорил, что не сможешь сделать все в одиночку», — возразил Колин. «Если ты собираешься формировать сиглы, тебе нужен кто-то, кто будет прикрывать тебя, пока ты этим занимаешься, верно?»

«Разве мы недавно не пробовали это?»

«Но не все были на одной волне. Ты представил это как какой-то стартап. Рейд на Колодец, продажа аурума».

«Да...»

«За исключением того, что у тебя не было никого, кому ты мог бы его продать», — сказал Колин. «Так что вся твоя история была в некотором роде чушью, не так ли? Если бы ты был серьезен, то сначала бы выкрутил Феликсу руку, чтобы тот нашел тебе контакт. Ты говорил так, будто речь шла о деньгах, а потом оказалось, что на самом деле деньги тебя не волнуют. Вот почему эти румынские парни разозлились».

«Я же тебе говорил. Я ищу не просто аурум, я ищу сиглы».

«Да, но ты так и не объяснил, почему это для тебя так важно. Сколько у тебя их уже есть? Но ты все еще хочешь больше?»

«Не хочу. Нужно».

«Хорошо, тогда... почему?»

Я замялся, моя природная осторожность подталкивала меня к тому, чтобы держать рот на замке. Многие из этих вещей граничили с секретами, которыми я не должен был делиться. Одно дело, если бы это был только Колин, но Айви была практически посторонним человеком...

Я вспомнил совет отца. Скажи ему правду.

«Ладно», — согласился я. «Ты действительно хочешь знать? Ты прав. Я занимаюсь этим не ради денег. Я надеюсь получить сиглы. Как можно больше и как можно более мощные, чтобы я мог защитить себя. Помнишь того парня, который напал на меня в прошлом месяце?»

«Ты боишься, что он вернется?»

«Нет», — ответил я. «То есть, да, но... честно говоря? Я чувствую, что, судя по тому, как идут дела, это станет для меня новой нормой. Я буду попадать в подобные ситуации еще не раз. Я не могу вдаваться в подробности, потому что большинство из них мне неизвестны. Но, если кратко, я должен стать намного сильнее».

«Когда ты говоришь «намного сильнее»...?» — спросила Айви, впервые заговорив.

«Я имею в виду что-то вроде «армии из одного человека», — ответил я. «То есть, способный противостоять отряду вооруженных солдат или спецназу и победить. И да, я знаю, что это немного смахивает на бред сумасшедшего, и это одна из причин, по которой я не говорил об этом. Но я видел, с чем, как мне кажется, мне придется столкнуться, и именно на таком уровне я должен играть».

Колин и Айви посмотрели друг на друга.

«Это вас отпугивает?» — спросил я.

«Может быть, немного», — признала Айви.

«Я имею в виду, что после прошлого месяца это уже не так удивительно», — сказал Колин. «Кстати, я не рассказывал ей подробностей об этом».

«Спасибо», — сказал я и посмотрел на Айви. «Если ты хочешь отказаться, сейчас самое время».

«Эти люди, о которых ты беспокоишься», — медленно произнесла Айви. «Они...?»

«Я не могу рассказать тебе подробности», — прервал я ее. «Без обид, но я не знаю тебя достаточно хорошо».

Я думал, что это может обидеть Айви, но она только кивнула. «Итак», — сказал я, обращаясь к Колину. «Вот и все. Ты все еще заинтересован?»

Колин и Айви снова переглянулись. «Ну, мне кажется, — обратился к ней Колин, — это вроде как подходит?»

Айви заколебалась, но затем кивнула.

«Что подходит?» — спросил я.

«Дело в том, — сказал Колин, — что мы с ней поговорили и... честно говоря, ни один из нас не мотивирован деньгами. То есть, конечно, это было бы неплохо, но мы здесь не для этого».

«Тогда зачем вы здесь?»

«Для начала, я хочу, чтобы ты продолжал учить меня друкрафту», — сказал Колин. «А кроме того... Айви, ты хочешь ему рассказать?»

Айви несколько секунд молчала, прежде чем заговорить. «Я хочу то, что есть у тебя».

Я посмотрел на нее с недоумением.

«Уметь делать все, что умеешь ты», — объяснила Айви. «Создавать такие же сиглы, как ты».

«Но ты и так уже друкрафтер».

«Я хочу стать лучше».

«У тебя есть свои сиглы».

«У меня их два», — вздохнула Айви. «Понятно? Их сделала для меня моя семья. Я не смогла бы сделать их сама. Я хочу научиться».

«То же самое», — добавил Колин.

«Ладно, постойте, постойте», — воскликнул я. То, как Колин и Айви смотрели на меня, начинало меня беспокоить. «Послушайте, я думаю, вы неправильно меня поняли. Я хорошо владею магией, но половину времени я просто импровизирую. Я действительно не подхожу на роль учителя».

«Мы не глупые, Стивен», — сказала Айви. «Мы не ожидаем, что ты за одну ночь превратишь нас в манифесторов. Но ты, кажется, умеешь работать с эссенцией и находить колодцы лучше, чем кто-либо из моих знакомых. Когда мы впервые встретились, я подумала, что у тебя есть кто-то, кто делает для тебя все эти сиглы, но Колин говорит, что ты делаешь их сам. Это правда?»

«Да».

«Так что бы ты ни делал, это явно работает. Все те сиглы, которые ты использовал во время рейда на Рождество? Я хочу такие же. Невидимости, чтобы скрываться от людей; Материи, чтобы ускорить себя; Жизни, чтобы стать сильнее; и...»

«Эй, эй, эй», — перебил я, поднимая обе руки. «Вы не понимаете, о чем просите. Мне понадобился почти год, чтобы сделать все это. И еще несколько лет, чтобы научиться это делать».

«Но теперь ты знаешь, как их делать».

«Да...»

«Значит, ты можешь мне показать», — заключила Айви. «Понять, как это делается, — это же самое сложное, верно?»

Я с сомнением посмотрел на Айви. Я все еще не был уверен, что думать об этой худощавой темнокожей девушке. Мы не часто виделись, а когда виделись, то половину времени спорили. Айви не доверяла мне и не стеснялась этого показывать. А теперь, ни с того ни с сего, она предложила мне что-то вроде партнерства. «Ты вообще умеешь создавать свои собственные сиглы?»

«Ну, не совсем», — ответила Айви в защитной манере. «Но я близка к этому. Я смогла бы это сделать, если бы кто-то показал мне, что я делаю не так».

«А я бы хотел иметь пару своих сиглов», — добавил Колин. «Это звучит очень круто. Ты можешь создавать такие, которые не требуют от пользователя навыков друкрафтера, верно?

«Да, непрерывные», — сказал я, потирая лоб. «Просто... Ты понимаешь, сколько времени это займет?»

«Мы не просим тебя работать бесплатно», — сказала Айви. «Я тоже могу тебе помочь».

«Как?»

«Ну, ты же знаешь, что я тоже поисковик, да?» — сказала Айви. «Может, мое чутье и не такое острое, как твое, но я все равно нахожу много Колодцев. Если ты скажешь мне, какие именно ищешь, я их запишу и сохраню для тебя, и тогда ты найдешь нужные колодцы в два раза быстрее».

Хм. Это заставило меня остановиться и подумать. На данный момент колодцы были моим главным препятствием. Если Айви действительно была готова поделиться со мной своими находками, это значительно ускорило бы мою работу...

Но это было большое «если». «Ты же понимаешь, что меня интересуют самые ценные, да?» — спросил я Айви. «Ты уверена, что хочешь ими делиться?»

«Я хочу денег. Но еще больше я хочу стать могущественной друкрафтершей».

«И ты не будешь испытывать соблазна не упоминать о самых лучших?»

Впервые за всю беседу Айви выглядела обиженной. «Я же сказала, что расскажу тебе».

«И я тоже могу помочь», — добавил Колин. «В смысле, может, я и не смогу почувствовать Колодцы в ближайшее время...»

«Изучение дисциплин друкрафта занимает где-то один или два года», — сказал я ему. «Каждая».

«Хорошо, ладно. Но я могу управлять дроном для тебя и помочь Феликсу найти покупателя для твоего аурума. Сиглы — твоя главная цель, но зарабатывать на жизнь — вторая, верно?»

«Да», — сказал я, затем помолчал, глядя на них двоих.

Действительно ли я хотел этим заниматься? Небольшая, преданная своему делу команда - это было именно то, к чему, по словам моего отца, я должен был стремиться. Независимо от того, насколько я был опытен и осторожен, были цели, с которыми я не мог справиться в одиночку.

Честно говоря, если бы это предложение поступило только от Колина, я бы уже согласился. У меня были сомнения по поводу Айви. Другой поисковик был в значительной степени неизвестной величиной, и у меня создалось ощущение, что она все еще чего-то недоговаривает. Конечно, она казалась достаточно способной, но что, если она хотела чего-то, чего я не мог ей дать? Или если она оказалась бы настолько неприятной, что я не смог бы с ней работать?

На самом деле Айви и Колин просили меня инвестировать в них. А это означало, что в краткосрочной перспективе я достигну меньшего, чем если бы потратил столько же времени, работая в одиночку. В долгосрочной перспективе это могло принести больше... но только если все сложится.

Сложится ли? Доверяю ли я им?

Теперь я понял, что имел в виду мой отец, говоря, что самое важное решение — это выбор людей.

«Что вы, ребята, хотите получить с этого?» — спросил я Колина и Айви. «Чего вы хотите?»

«Я хочу стать мастером друкрафта», — сказала Айви.

«А я хочу узнать об этом как можно больше», — добавил Колин. «Это гораздо интереснее, чем бросить университет и стать консультантом по менеджменту».

Я посмотрел на них обоих. Оба посмотрели на меня в ответ.

Я понял, что они уже давно об этом думали. Это не было чем-то таким, что пришло им в голову внезапно. Как долго они обдумывали это?

Пришло время принимать решение.

«Хорошо», — сказал я. Потом протянул руку через стол. «Попробуем».

Я пожал руку Колину и Айви. Затем мы все трое откинулись на спинки стульев и посмотрели друг на друга.

«Итак», — сказала Айви. «С чего начнем?»

***

Так была основана наша группа.

В первые недели мы действовали осторожно. Ограничивали свои цели колодцами D и D+ и тщательно разведывали каждый из них, прежде чем приступать к делу. Пару раз мы начинали рейд, но замечали признаки, которые могли означать сигнал тревоги или приближение полиции; оба раза я отменял операцию. Я помнил совет отца.

Я также помнил, сколько неприятностей доставляла мне Айви в прошлом. Во время наших предыдущих встреч отношение африканской девушки ко мне лучше всего можно было охарактеризовать как «подозрительность по умолчанию»... Справедливости ради, мы не очень хорошо начинали каждую из них, но то было тогда, а сейчас было сейчас, и, если мы хотели, чтобы все получилось, это нужно было прекратить. Поэтому в тот ранний период я внимательно присматривал за Айви. Я помнил слова отца о том, что нужно начинать с правильных людей — если она не собиралась доверять мне, было бы лучше все закончить.

Но если Айви и не доверяла мне, она держала это при себе. Я заметил, что она имела склонность наблюдать за мной краешком глаза, и в те несколько раз, когда мы оставались вдвоем, когда Колин управлял дроном а мы вдвоем пробирались к Колодцу, она казалась немного напряженной. Но никогда ничего не говорила вслух, и я тоже. Айви действительно сохраняла определенную дистанцию — после того первого раза в пабе она больше не заговаривала о том, что хотела получить от этого, и после успешного рейда, когда Колин и я расслаблялись и отдыхали с бокалом выпивки, она обычно извинялась и исчезала. Но это было нормально — я искал партнера по рейдам, а не подружку, и пока она выполняла свою работу, то могла быть настолько холодной, насколько хотела.

И Айви действительно выполняла свою часть работы. Это был первый раз, когда я работал с другим поисковиком, и был удивлен, насколько это изменило ситуацию. Думаю, на каком-то уровне я предполагал, что по сравнению со мной другие поисковики будут какими-нибудь никудышными. К счастью, я ошибался. Чувствительность Айви была не так хороша, как моя, но она компенсировала это упорством и готовностью работать долгими часами. После того, как она во второй раз ранним утром переслала мне местонахождение колодца, мое уважение к ней значительно возросло. У Айви, возможно, были свои недостатки, но леность определенно не входила в их число.

По сравнению с Айви, Колин не мог внести столь значительный вклад. Сначала он планировал приобрести камень искателя и тоже заняться поиском, но после того, как Айви и я объяснили ему, насколько плохи камни искателя, и после того, как он сравнил их относительные диапазоны, он с неохотой согласился, что в этом нет особого смысла. К тому же у него приближались выпускные экзамены, что ограничивало количество ночей, которые он мог проводить без сна. Но Колин по—прежнему мог помогать с исследованиями сиглов — он не мог заниматься непосредственно формированием, но мог просматривать каталог Биржи, искать информацию в Интернете и в целом снимать часть нагрузки с моих плеч, а также управлять дроном во время рейдов.

Ситуация с Крылатыми оставалась напряженной. Вермилион больше не связывался со мной, но Байрон все еще настаивал на новой встрече. Я не хотел провоцировать его отказом, а встречаться с ним лично мне хотелось еще меньше, поэтому я тянул время. Но знал, что не смогу так поступать вечно.

На фронте Эшфордов дела шли по-разному. Калхун снова связался со мной и начал давать мне работу телохранителя. Но она была не такой частой, как раньше, что, вероятно, было связано с тем, что его охрана была усилена — теперь каждый раз, когда мы выходили, рядом находился по крайней мере один мрачный телохранитель. И вместо того, чтобы обращаться к Хендрику и помощнику Калхуна, мне теперь приходилось иметь дело с Андерсоном, главой службы безопасности Эшфордов, неулыбчивым бритоголовым мужчиной, абсолютно лишенным чувства юмора. Если раньше я был волен присматривать за Калхуном и Джоанной, как считал нужным, то теперь получал инструкции патрулировать очень конкретные места со строгим приказом не покидать их без разрешения. Довольно часто эти места не казались особенно важными, и я начал подозревать, что Андерсон давал мне такую работу, чтобы я не путался под ногами. Я подумывал пожаловаться Калхуну, но не хотел бежать к своему двоюродному брату с каждой мелкой проблемой, да и в любом случае, по сравнению с некоторыми из моих прошлых боссов, этот парень был не так уж и плох.

Мать продолжала настаивать на работе снабженца, а я продолжал сопротивляться. Отчасти это было логично — я возлагал надежды на план рейдерства и просто не имел времени на дополнительную работу, — но в этом была и доля упрямства. Мать так и не дала мне вразумительного объяснения, почему она хочет, чтобы я взялся за эту работу, и чем больше она на меня давила, тем больше я начинал чувствовать, что у нее есть какие-то скрытые мотивы. Мне не нравилось чувство, что мной манипулируют, и я не хотел становиться еще более зависимым от Эшфордов, чем уже был. Так что пока я держал ее на расстоянии.

Апрель сменился маем. По всему Лондону зацвели цветы, голые ветви стали пышными и зелеными.

Колин, Айви и я продолжали совершать рейды. Неудач по-прежнему было больше, чем успехов, но с каждым разом наши навыки становились немного лучше, а командная работа - более слаженной. Колин получил свой первый сигл — постоянное усиление силы, чем был очень доволен. Я получил для себя новый сигл Материи и сделал для Айви сигл «Вспышка».

Я продолжал отказывать матери касательно работы снабженцем, но в конце концов согласился попробовать ее «уроки».

После каждого рейда я встречался с отцом. Мы проводили разбор полетов, он анализировал операцию, отмечая, что прошло хорошо, а что плохо, и указывая на то, что мы могли бы сделать лучше. Он также начал обучать меня использованию сиглов в бою.

Я держался подальше от отца Хоука. Слова отца посеяли в моей душе семена сомнения, и теперь я не знал, кому верить. Но под этим скрывалось еще и другое: страх перед тем, что я могу узнать. Рейды были сложными и опасными, но я их понимал. Когда мои мысли возвращались к последнему разговору с отцом Хоуком... то я чувствовал себя маленьким и беспомощным, как крошечная лодка в огромном темном море. Поэтому я отодвинул эти мысли на задний план, где они могли быть почти (но не совсем) забыты, пока думал о Колодцах, сиглах и эссенции — вещах, в которых был хорош и которые мог контролировать.

Май сменился июнем. В Лондон пришло лето.