"Так кто же, черт возьми, этот парень?"- спросил Колин.

Мы сидели в "Адмирале Нельсоне", тепло и болтовня приятно контрастировали с осенней прохладой. Сегодня мы были вдвоем, поскольку я ясно дал понять остальным, что не сяду за один стол с Габриэлем, пока у меня не будет достаточно времени, чтобы остыть.

"Бог знает", - ответил я Колину. "Впервые я столкнулся с ним еще летом. Он как-то связан с парнями, которые преследовали моего отца". Я помрачнел. "Хотелось бы знать, действительно ли мой отец был одним из них".

"Может, он решил уехать?"- предположил Колин. "Если эти парни действительно представляют собой какое-то тайное общество, то им, наверное, не нравится, когда их члены сбегают".

"Но Байрон сказал, что может показать мне, как найти отца. Как это сработает, если он от них в бегах?"

Колин пожал плечами. "Не знаю".

Дверь в паб распахнулась, и в помещение ворвался порыв холодного воздуха; в комнату, смеясь и шутя, вошли мужчины. "Думаешь, этот парень снова попытается на тебя наброситься?"- спросил Колин.

"Я чертовски надеюсь, что нет", - ответил я. "Мне очень не нравится драться с ним. Он даже надел защитное стекло с антибликовым покрытием после того, как я ударил его своим ослепляющим сиглом прошлым летом. Если он и дальше будет приносить противодействующие средства от того, что я использовал против него в прошлый раз, у меня закончатся уловки". Я отпил, размышляя. "С другой стороны, не похоже, что он преследует именно меня. Думаю, он просто хочет, чтобы я убрался с его территории".

"Значит, если ты перестанешь контактировать с этим Байроном...?"

"Тогда он может подумать, что отпугнул меня", - закончил я, кивнув.

"Итак, говоря о новых уловках..."

В начале недели мы обсуждали возможные сиглы, и Колин пообещал, что к сегодняшнему дню у него что-нибудь будет для меня. "Что у тебя есть?"

"Окей", - сказал Колин. Он потянулся к сумке и вытащил каталог, с грохотом брякнув его на стол. "Итак, список твоих пожеланий таков: ты ищешь сигл, который позволит тебе выжить под обстрелом бронированных солдат. Ты также ищешь сигл, который повысит твою мобильность настолько, что ты сможешь убегать от бронированных солдат. Ты также хотел бы получить что-то, что позволит тебе отбиваться, хотя это второй приоритет после выживания, и ты хотел бы получить что-то, что позволит тебе справиться с бандой в потасовке. Это все?"

"Ну, после прошлой ночи я бы еще хотел что-нибудь, что могло бы работать против высокоскоростных ракет".

"Ладно", - кивнул Колин. "Далее, для изготовления этих сиглов надо найти нужный тип Колодца, а ты не можешь рассчитывать найти ничего выше С-класса, значит, тебе нужно как можно меньше сиглов, которые бы выполняли как можно больше из этих функций, каждый с весом не более 1,4 карата".

"Максимум. Чтобы получить сигл от 1,5 карата и выше, требуется уровень Колодца C+. От 0,7 до 1 - это гораздо реалистичнее".

"Хорошо", - повторил Колин. "Итак, плохие новости? Ты не получишь всего, что хочешь".

"Вот почему я назвал это списком желаний, а не списком вещей, которые я могу себе позволить".

"Следующая плохая новость", - сказал Колин. "У тебя была идея использовать эффект Материи, чтобы превратить одежду в броню? Она не сработает".

"Почему?"

"Это должно было бы работать путем увеличения прочности одежды на сдвиг, чтобы она могла сгибаться, не разрываясь. Что-то вроде монгольских шелковых доспехов".

"Хорошо..."

"Но если прочность на сдвиг достаточно высока, чтобы не порваться, не имеет значения, увеличивать ли ее еще больше. Важен модуль упругости при сдвиге, чтобы рассеивать удар".

"По-английски, пожалуйста?"

"Если тебя подстрелят в таком наряде, ты бы, по сути, оказался проткнут копьем, сделанным из твоей же одежды", - объяснил Колин. "Не зря люди больше не носят шелковые доспехи".

"Так какой же эффект Материи позволит мне превратить одежду в броню?"

"Вообще-то я не думаю, что такой существует", - задумался Колин. "Есть линия сиглов, которые призваны защитить от царапин - похоже, они предназначены для людей, которые занимаются экстремальными видами спорта. Но от тупых ударов они не помогут. Для этого нужно что-то жесткое, а одежда как раз этим и не является".

"Черт побери", - сказал я. "Ладно, хорошо. Есть идеи получше?"

"Может, хватит изобретать велосипед?"- спросил Колин. "Вместо того чтобы пытаться использовать хлопок и нейлон в качестве брони, используй, знаешь ли, настоящую броню. Как те солдаты".

"Они были одеты в то, что выглядело как силовая броня Астартес", - заметил я. "Я не могу себе этого позволить, а даже если бы и мог, я не могу бродить по Лондону в таком виде, будто я косплейщик Мастера Чифа".

"По-моему, звучит довольно круто", - усмехнулся Колин. "Но я думал о меньшем. Вот." Он открыл каталог на странице, помеченной желтым стикером, и указал на один из сиглов в разделе "Материя".

"Лайтфут", - прочитал я и пробежал глазами абзац. ”Уменьшает массу тела?"

"Да, хотя здесь не сказано, инерционная это масса или гравитационная. Я пытался найти это в справочнике, но они ведут себя так, будто это одно и то же, что очень раздражает, потому что..."

"Колин", - сказал я, сдерживая вздох. "Это действительно имеет значение?"

"Имеет, если... ладно, хорошо. Мой совет: просто купи пуленепробиваемый жилет, а потом сделай себе один из этих сиглов".

"Я могу себе это позволить?"

"Жилет - конечно", - кивнул Колин. "Сигл - нет. Но ты же сам его сделаешь, верно?"

"Да", - сказал я, глядя на цену сигла Лайтфут. Это был один из тех редких сиглов, которые продавались во всех категориях, от D до S. D-категория стоила несколько тысяч, категория A - семь тысяч, а категория S - "цена по запросу".

"Это значит, что ты сможешь носить броню и при этом быть быстрее, чем раньше", - объяснил Колин. "Это две вещи, которые ты искал, верно? К тому же ты сможешь дальше прыгать и лучше лазать".

Я был поражен, что Колину удалось так быстро собрать все это воедино. Он всегда был хорош в исследованиях. "Да".

"Ты не выглядишь очень воодушевленным".

"Наверное, я надеялся на что-то более волшебное".

"Эй, это же ты посоветовал мне искать сиглы Материи. Если хочешь чего-то более броского, в Движении есть инерционные барьеры..."

"Нет, Движение - моя худшая ветвь". Последний раз, когда я пытался создать самый простой сигл Движения из каталога, это был кошмар. Я не хотел даже думать о том, что будет, если попытаться сделать сложный сигл Движения. "Наверное, я попробую".

"С твоим бюджетом это лучшее, что я могу найти", - заметил Колин. "К тому же броню не нужно включать, так что она будет работать, даже если кто-то застанет тебя врасплох. Когда-нибудь это может пригодиться".

***

Следующие несколько дней я держался настороже, но мой таинственный преследователь больше не появлялся. Тем временем я продолжал подавать заявки на работу поисковика, но без особого успеха. Ни одна из компаний, которые должны были быть хоть сколько-нибудь хорошими, не ответила на мои электронные письма, а те, которые ответили, были теми, кого анонимные отзывы в “Переулке” специально призывали избегать любой ценой.

Однако в четверг я получил неожиданное сообщение: в электронном письме был указан номер, по которому можно позвонить, если я заинтересован в поиске работы. Сначала я решил, что это ответ на одно из моих заявлений о приеме на работу, но, позвонив по номеру, убедился в обратном.

"Подождите", - сказал я. "Значит, я не посылал вам заявку?"

"Нет, ничего подобного", - ответил голос на другом конце телефона. Это был мужчина со слабым акцентом, который я не смог определить. "Наш клиент занимается поиском Колодцев и ищет нескольких внештатных поисковиков. Нам сообщили ваше имя как человека, который может быть заинтересован".

"То есть... да, это так. Кто клиент?"

"Он предпочел бы остаться неизвестным".

Я сделал паузу. "Хорошо".

"Наш клиент заинтересован только во временных Колодцах. Оплата за Колодец, обычные условия".

"Если он аноним, на чье имя я должен регистрировать Колодцы?"

"Нам не нужно регистрировать колодцы".

"...Хорошо."

"Не нужно беспокоиться об их статусе; вам заплатят в любом случае".

"Зачем вашему клиенту платить за Колодцы, которые уже зарегистрированы на кого-то другого?"

"Данные для их учета".

"И вы сказали, что вас зовут..."

"Мистер Смит. Так вы заинтересованы?"

"...Да."

"Отлично. Я вышлю наши расценки и контактную информацию. У нашего клиента в разработке еще несколько проектов, так что если вы хорошо зарекомендуете себя в этом, для вас найдется еще работа. Мы будем на связи".

Нахмурившись, я повесил трубку и положил телефон на место. Вскоре пришло обещанное электронное письмо с таблицей ставок оплаты за Колодец и инструкциями, как позвонить в нужное место. Их расценки были ниже, чем у"Линфорд".

Все выглядело достаточно просто, но некоторые детали казались неправильными. Когда я подписывался на компанию “Линфорд”, мне пришлось пройти через раздражающе долгий (и дорогой) процесс регистрации. Потом я узнал, что другие компании, занимающиеся друкрафтом, поступали точно так же - это усложняло последующий переход. Почему же в этой компании все так просто?

И не использовать Реестр Колодцев было очень странно. Компания “Линфорд”, как и все другие компании, о которых я слышал, платила только за невостребованные Колодцы. Платить за востребованные казалось нехарактерно щедрым для корпорации друкрафта. Неужели все это просто мошенничество?

Я долго размышлял над этим вопросом, но так и не пришел к однозначному ответу. В конце концов я решил, что попробую продать этому мистеру Смиту следующий найденный мной Колодец D-класса и посмотреть, заплатит ли он или его таинственный клиент. Таким образом, даже если это окажется мошенничеством, мне это не будет стоить дорого.

***

Сентябрь подошел к концу.

Оглядываясь назад, можно сказать, что это был самый сумасшедший месяц в моей жизни. За три недели я обрел способность становиться невидимым, использовал ее, чтобы шпионить за своей семьей, был похищен под дулом пистолета, помог Калхуну отбиться от рейда, расправился с двумя оружейниками, попал под обстрел солдат, столкнулся с Байроном и Люселлой, проиграл бой за колодец у Олимпийского стадиона, посвятил своего лучшего друга в друкрафтеры, был уволен, встретил свою мать, кто-то пытался завербовать меня в какое-то странное тайное общество и попал в засаду, устроенную сумасшедшим парнем на футбольном поле. О, и в разгар всего этого мне исполнился двадцать один год.

Поэтому, когда прошла первая, потом вторая, потом третья неделя и на меня не напали, не похитили, не уволили, не завербовали, не женили и не развели, это было, честно говоря, огромным облегчением. После полного безумия последнего месяца мне действительно нужно было время, чтобы наверстать упущенное в исследованиях Сиглов, приспособиться к новой ситуации и, самое главное, просто вернуть все в нормальное русло, вместо того чтобы каждый третий день сталкиваться с новым кризисом.

И, к моему некоторому удивлению, я получил именно то, что хотел. Мой таинственный нападавший не вернулся, и больше никто из членов семьи не появлялся у моей двери. Я оставался начеку, проверяя каждый раз, когда входил или выходил из дома, чтобы убедиться, что за мной не следят, но по прошествии нескольких недель начал думать, что, возможно, мои многочисленные враги действительно решили оставить меня в покое на некоторое время. Я был не настолько глуп, чтобы думать, что так и останется, но сейчас у меня была передышка.

Я позаботился о том, чтобы использовать это время по назначению. Чтобы сделать сигл уменьшения массы, который предложил Колин, мне нужен был как можно более сильный Колодец Материи. Но это не принесет мне никакой пользы, пока я не освою конструкт сигла, а для этого мне нужно было стать гораздо лучше в работе с эссенцией Материи. Я уже неплохо разбирался в сиглах Света, но опыт работы с сиглами Сбоя и Усиления научил меня, что умение работать с одной ветвью не обязательно переходит на другие. Для этого мне нужна была практика, а значит, нужно найти Колодцы Материи. Желательно много.

Хорошая новость заключалась в том, что, найдя несколько слабых Колодцев Материи, я обнаружил, что с этой эссенцией работать гораздо проще, чем я думал. Ее главная проблема заключалась в том, что она медленная - на создание конструкта из Материи у меня уходило в два-три раза больше времени, чем на создание конструкта из Света, - но как только я научился проявлять терпение и методичность, все встало на свои места. Это делало создание сигла трудоемким процессом, но хорошая новость заключалась в том, что, однажды выбрав конструкт, я мог выполнять его вполне надежно. Это было гораздо проще, чем те зыбкие Колодцы Движения.

В процессе поиска Колодцев Материи я, как ни странно, обнаружил в несколько раз больше Колодцев, не относящихся к Материи, и попытался продать несколько более дешевых из них мистеру Смиту и его таинственному клиенту. Хорошей новостью было то, что они заплатили. Плохая новость заключалась в том, что дохода, который я получал от них, было недостаточно. Стоимость жизни в Лондоне в этом году сильно выросла, особенно счета за еду и электроэнергию, а из-за сокращения выплат за Колодцы я все еще был в минусе. Не то чтобы совсем в минусе - при моей нынешней зарплате мне не грозило остаться без денег еще год или около того, - но это был нехороший знак.

Тем временем у меня возникла другая проблема.

***

В октябре я дважды виделся с матерью. Оба раза я приходил к ней в надежде узнать историю о том, что произошло между ней и моим отцом. И оба раза ничего не получил.

Но кое-что она мне все-таки рассказала. Как и говорил Байрон, мой отец работал оружейником в Доме Эшфордов, и именно там они с матерью и познакомились. Чарльз не одобрил этот брак, и мой отец покинул Дом Эшфордов в плохих отношениях... и это, как я теперь думаю, многое объясняло в том, как Чарльз относился ко мне. Моя мать также упоминала о своей старшей сестре, о которой она, казалось, не хотела говорить, но у меня возникло ощущение, что она может быть очень важна.

И хотя мать отвечала на мои вопросы, казалось, у нее так и не нашлось времени ответить на те, которые меня действительно волновали. Я спрашивал ее о чем-то, что должно было привести к теме, она отвечала, и разговор уходил в сторону, и каким-то образом, я даже не отдавал себе отчета, как именно, мы начинали говорить о чем-то другом. На самом деле, в итоге мы проводили больше времени с ней, расспрашивая меня. Мать, похоже, очень интересовалась тем, что я умею делать, особенно в плане друкрафта. В каком-то смысле это было приятно - моя мама умеет слушать, и на нее, казалось, произвело искреннее впечатление то, что мне удалось сделать. Последние несколько лет я жил довольно одиноко, и то, что кто-то хвалил меня, вызывало в моей душе теплые чувства.

Но потом я уходил, и где-то по дороге домой понимал, что она так и не ответила на мои вопросы, и это хорошее чувство исчезало. Я начал подозревать, что она намеренно уходит от темы и направляет разговор так, чтобы у меня не было возможности надавить на нее. Я пытался задавать ей вопросы с помощью текстовых сообщений: ключевые вопросы в моих сообщениях были проигнорированы. Не раз я был на грани того, чтобы просто наброситься на нее и отказаться уходить, пока она не даст мне ответы. Но боялся, что, если так поступлю, она снова исчезнет.

И из-за этого начала расти злость. Чем больше мать уклонялась от ответов, тем больше мне казалось, что она не делает этого не потому, что время неподходящее или что это может быть опасно. Она не отвечала на мои вопросы, потому что не хотела этого делать. Я старался не давать волю гневу, но с течением недель он становился все сильнее и его было все труднее контролировать.

***

Вечером в день Хэллоуина я снова отправился навестить отца Хоука. Небольшие группы детей в костюмах, с пластиковыми ведрами в руках, подгоняемые родителями, сновали вокруг.

"Стивен, - поприветствовал меня отец Хоук, когда я вошел в его церковь в Уэст-Хэме. Он очень высокий, с черными волосами до плеч и гораздо более крепкого телосложения, чем можно ожидать от священника. В данный момент он зажигал свечи. "Давно не виделись".

"Простите", - сказал я. "У меня было много дел". Я окинул взглядом церковь; она сияла светом. "Особый случай?"

"Канун Дня всех святых", - ответил отец Хоук, все еще занятый свечами. "Вечер накануне Дня всех святых традиционно отмечается молитвой и постом. Тебе удалось дочитать книгу, которую я тебе дал?"

"Это было довольно сложно", - признался я, облокачиваясь на одну из скамей. "Я до сих пор не совсем понимаю, что он подразумевает под "техникой"."

"В данном контексте он имеет в виду мышление, при котором высшей целью является эффективность", - объяснил отец Хоук. "Что, в свою очередь, требует организации через разделение труда, установление стандартов и так далее. Конечным результатом является система, которая подчиняет себе мир природы, в итоге ставя человечество в зависимость от технологий. Все станет понятнее, когда ты прочтешь его следующую книгу".

"Почему всегда есть следующая книга?"

Отец Хоук улыбнулся, зажег последнюю свечу, затем задул огарок и положил его на поднос. "Тебя еще что-то беспокоит?"

Я на мгновение заколебался. "Вы знаете что-нибудь о группе, называющей себя Крылатыми?"

"О, да".

Я пристально посмотрел на отца Хоука. Он листал книгу и, казалось, не обращал на меня внимания. "То, что они говорят о себе, правда?"

"В определенном смысле".

"Парень, с которым я разговаривал, сказал, что они верят в свободу и создали современный мир".

"И кто бы это мог быть?"

"Он называет себя Байроном".

Отец Хоук сделал секундную паузу, а затем вернулся к перелистыванию страниц. "Понятно".

"Так он говорил правду?"

"В какой-то степени", - сказал отец Хоук. Он по-прежнему не смотрел на меня. "Назвать их верующими в свободу - это верно, но вводит в заблуждение. Истинная суть их веры - неприятие ограничений. Если взять человека, который верит только в свободу, и поселить его в дикой местности за тысячу миль от всех, где он мог бы прожить свою жизнь без вмешательства извне, он был бы счастлив. Сделай то же самое с членом Крылатых, и он не будет счастлив. Чувствуешь разницу?"

Я нахмурился, размышляя.

"Что касается их роли в формировании современного мира, - продолжил отец Хоук, - то это не совсем неверно, но несколько преувеличено. Книга, которую ты читал, объясняет это лучше. И все же, несмотря на то, что техника взяла на себя большую часть тяжелой работы, Крылатые дали толчок развитию. И, безусловно, это правда, что они уникально подходят для современной эпохи, в отличие от других. Мы живем в их тени, даже если большинство из нас этого не осознает".

"...Других?"

"Но я сомневаюсь, что он читал тебе эту лекцию только для твоего просвещения", - продолжил отец Хоук. Он отложил книгу и повернулся, чтобы посмотреть на меня. "Что он хотел от тебя?"

Я немного помолчал, прежде чем ответить. "Чтобы я присоединился к Крылатым".

Взгляд отца Хоука остановился на мне, внезапно став таким же острым, как у его тезки. "Что ты ему сказал?"

"Я сказал "нет".

"Почему?"

"Что вы имеете в виду?"

"Почему?"- повторил отец Хоук. "Может, Крылатые и не правят миром, но они ближе к нему, чем кто-либо другой, кого ты, вероятно, встретишь. Они богаче и могущественнее любого Дома или корпорации. Уверен, он предложил тебе то, что ты хотел".

"Да", - признал я.

"Так почему же ты отказался?"

"Я не доверяю ему".

"Хорошее суждение с твоей стороны, но это не совсем ответ. Почему ты ему не доверяешь?"

Я задумался об этом на несколько секунд. Отец Хоук все еще пристально наблюдал за мной, и что-то подсказывало мне, что это важно. "Из-за моего отца", - ответил я.

Отец Хоук моргнул и наклонил голову набок. Внезапно напряженность исчезла. "Твоего отца?"

"Я был там в первую очередь из-за него", - сказал я. "Байрон сказал, что может подсказать мне, где его найти. Но... не думаю, что мой отец хотел бы, чтобы я его нашел, если бы это означало что-то подобное".

Отец Хоук еще несколько секунд изучал меня, затем улыбнулся и отвернулся. "Интересно".

Я смотрел, как отец Хоук уходит. "Как вы думаете, я неправ?"

Отец Хоук положил книгу и поднос с лампадой на приставной столик. "Вовсе нет".

Я молчал.

Отец Хоук снова повернулся, изучая меня. "Ты выглядишь обеспокоенным".

"Байрон спросил меня, почему я так беспокоюсь о поисках отца", - признался я.

"И?"

"У меня... нет хорошего ответа".

Отец Хоук посмотрел на меня. "С какой стати ты решил, что тебе это нужно?"

"Э-э..."

"Почитай отца своего и мать свою" - один из основополагающих принципов практически всех цивилизаций в истории", - сказал отец Хоук. "Если ты испытываешь чувство любви и долга по отношению к своим родителям, то, конечно, захочешь найти их и помочь им. Я имею в виду, какого ответа ты ожидал? Чтобы оправдать это какими-то другими причинами?"

"Наверное".

"Даже если бы ты решил, что ищешь отца по какой-то другой причине, - заметил отец Хоук, - тебе все равно пришлось бы объяснить, почему тебя волнует эта другая причина. Если ты не можешь обосновать одну, то с чего ты взял, что сможешь обосновать другую? Ты должен любить и почитать своих родителей. Если кто-то пытается заставить тебя усомниться в этом, то это не потому, что он хочет тебе помочь".

***

По дороге домой я все время думал о словах отца Хоука. Как ни странно, они помогли мне почувствовать себя лучше. Чем больше я думал об этом, тем больше мне казалось, что вызов Байрона с самого начала был совершенно несправедливым, и в таком случае можно просто проигнорировать его.

Но это было легче сказать, чем сделать, потому что сейчас, как на это ни посмотри, все карты были на руках у Крылатых. Где-то в их головах хранилась нужная мне информация. Как я могу ее получить?

Соглашаться на предложение Байрона все еще казалось плохой идеей. У меня было ощущение, что, сделав это, я повторю ошибку отца. Всегда оставался вариант притвориться, что подписался, а потом уйти, получив нужную информацию, но что-то во мне инстинктивно отвергало этот план. У меня было ощущение, что цена в итоге может оказаться гораздо выше, чем я готов заплатить.

Нет, слишком близко подходить к Байрону было бы ошибкой. Нападение в Форест-Гейт сделало это очевидным, на тот случай, если это и так было недостаточно ясно. Так что пока следует продолжать тренировки и перейти в режим ожидания и наблюдения. Рано или поздно возможность представится, и когда она представится, я буду готов.