Я вернулся домой, упал на кровать и некоторое время смотрел в свой блокнот. Предполагалось, что я буду изучать некоторые сиглы Материи, о которых мы с Колином говорили, но встреча с Байроном вывела меня из равновесия, и я никак не мог сосредоточиться.

Это не было предложением Байрона - у меня не было никаких сомнений на этот счет. Я все еще опасался, что он попытается каким-то образом оказать на меня давление, но, судя по тому, что видел, Байрон, похоже, был из тех, кто любит уговаривать людей. Я не чувствовал, что мне угрожает прямая опасность от него, по крайней мере пока.

Нет, дело было в том, что он сказал в конце, о том, почему я пытаюсь найти своего отца. Точнее, о том, что у меня нет хорошего ответа.

Я вздохнул и откинулся на спинку кровати, прислонившись к стене. Хоббс, свернувшийся калачиком на одеяле, издал сонное "мяу", и я потянулся, чтобы почесать его за ушами, наблюдая, как он сонно трется головой о мою руку.

Почему я так сильно хотел найти отца? Я так давно этого хотел, что никогда не задумывался об этом - это было просто фоном для всего, что я делал изо дня в день. Но, как заметил Байрон, это было не то, в чем я нуждался. Возможно, сейчас моя ситуация с работой выглядит несколько шаткой, но я уже переживал трудные времена и смогу сделать это снова.

К тому же отец даже не просил меня искать его. Он как бы намекнул, что мне не стоит этого делать, и сказал, что вернется "как только смогу".

"Как только смогу". Это было более трех лет назад. Если бы он действительно сильно хотел вернуться, то, конечно, уже мог бы это сделать. Моя мать определенно могла бы...

Я вспомнил слова Байрона о том, что оба моих родителя бросили меня. Это было сказано довольно небрежно, как констатация факта, что на самом деле только усугубило ситуацию.

Мой отец не просто ушел. Он сделал это по веской причине.

Тихий внутренний голос напомнил мне, что я говорил себе то же самое о своей матери.

Я отогнал эту мысль. С отцом, по крайней мере, у меня было на что опереться: первый абзац его письма. "Кое-что случилось, и мне придется исчезнуть. Я не могу рассказать тебе подробности, но пойми, что я делаю это для твоей защиты, а не потому, что мне так хочется". Два коротких предложения, но они были спасательным кругом, за который я держался годами.

Что, если с моим отцом произошла та же история, что и с матерью?

Со вспышкой гнева я отбросил и эту мысль. Затем вернулся к блокноту и конструктам сиглов, потом попытался провести исследование корпораций поисковиков, но не смог сосредоточиться ни на том, ни на другом. Слова Байрона то и дело возвращались в мои мысли, заставляя их блуждать по одному и тому же пути.

К тому времени, как солнце село, я за весь день не сделал ничего полезного и, наконец, решил отправиться на поиски Колодцев. Хоббс проснулся и мяукнул; я покормил его и направился вниз.

***

Я закрыл за собой входную дверь и вышел в лондонский вечер. Хоббс бросился через улицу и скрылся за машинами на Фоксден-роуд.

Охота на Колодцы одновременно и проста, и сложна. Проста - потому что нужно просто бродить по окрестностям, пока не найдешь место с большим количеством эссенции; сложна - потому что, чтобы обнаружить эссенцию Колодца, нужно подойти к нему вплотную. Чтобы надежно засечь Колодец, камни искателя, которые использует большинство поисковиков, должны находиться на расстоянии двадцати футов или около того (для действительно мощных - больше, но если вы найдете действительно мощный Колодец в Лондоне, он, скорее всего, уже занят). А это значит, что город нужно досконально изучить.

Это довольно грубый метод, если вдуматься - за все столетия, что друкрафтеры работали над этой проблемой, они могли придумать способ получше. Колин спрашивал меня, есть ли какой-нибудь способ чувствовать Колодец на больших расстояниях, что-то вроде радара или сонара, но я так и не смог вспомнить. Радары и сонары работают, посылая волны, которые ударяются о что-то и отражаются, но свет и звук проходят сквозь эссенцию, как и все остальное. Насколько я знаю, единственные, кто может улавливать эссенцию, - это живые существа. А это значит, что если вы хотите найти Колодец, вам придется посылать людей, чтобы они прочесывали улицы.

С другой стороны, возможно, существуют сложные способы поиска Колодцев, но корпорации ими не пользуются, потому что нанимать людей за меньшую зарплату дешевле.

Как бы то ни было, у меня есть кое-какие преимущества, которые делают зондирование лучшей перспективой, чем обычно. Во-первых, я умею воспринимать, а друкрафтер с хорошими навыками может обнаружить Колодец на большем расстоянии, чем любой камень искателя. С другой стороны, у меня есть эссенциальное зрение. Оно не увеличивает мою дальность, но очень помогает в интерпретации. Если сложить все это вместе, я могу прочесывать местность в десять раз быстрее, чем обычный поисковик.

Конечно, прочесывание местности не означает, что вы что-то найдете. Большинство концентраций эссенции оказываются просто случайными течениями; и даже если вы найдете Колодец, он часто слишком слаб, чтобы быть полезным. В других случаях вы находите сильный Колодец, но обнаруживаете, что кто-то другой нашел его раньше. Найти Колодец, который одновременно полон и невостребован, - большая редкость, не говоря уже о том, что это очень непредсказуемо. Бывали дни, когда я работал с утра до вечера, не имея ничего, кроме больных ног, а потом то же самое происходило на следующий день, а потом еще раз на следующий день. И иногда доходило до того, что я начинал думать, не перестал ли работать мой орган чувств или не пересох ли каждый колодец в городе. А потом я вдруг находил три Колодца подряд. Я никогда не знаю, будет ли еще один час, потраченный на поиски, потрачен впустую или это будет самый полезный поиск за весь месяц.

Это расстраивает, но и вызывает привыкание. У меня бывали дни, когда я ненавидел свою работу, но я все равно продолжал работать, стараясь изо всех сил в надежде сорвать джекпот, как игрок, который закидывает деньги в игровой автомат или играет в гача-игру. Непредсказуемость заставляет вас возвращаться.

Сегодня я направлялся в Форест-Гейт, район к северу от моего дома, окруженный парками и разделенный большой поперечной железнодорожной линией, проходящей с востока на запад через его центр.

Я довольно тщательно прочесал его еще весной, но с тех пор прошло уже достаточно времени, чтобы предположить вероятность появления чего-то нового. Я обогнул парк Вест-Хэм, а затем свернул на узкую, труднозаметную тропинку, ведущую на север.

Звуки транспорта стихли, как только я оставил позади главную дорогу. Переулок, по которому я ехал, был таким крошечным, что у него даже не было названия, просто маленький извилистый проход, втиснутый между зданиями и дворами, забитыми сломанными фургонами и ржавеющей техникой. Большой мусорный бак был переполнен до отказа, вокруг него громоздились черные мешки и гниющие картонные коробки; видимо, даже мусорщики сюда не заглядывали. Слева от меня в темноте вырисовывалась вывеска, белая на красном: "ФУТБОЛЬНЫЙ КЛУБ "КЛЭПТОН".

Я пошел на север по тропинке, мои шаги гулко отдавались в тишине. Небо над головой было с одной стороны чистым, а с другой - затянутым тучами, и неровная разделительная линия проходила прямо над моей головой от горизонта до горизонта, словно огромное серое покрывало, разорванное пополам. В какой-то момент звук сзади заставил меня остановиться и обернуться, чтобы узнать, не Хоббс ли это. Ему нравится ходить со мной на такие охоты, если только я не ухожу слишком далеко, а мы все еще находились достаточно близко к его родной территории, чтобы он мог идти следом. Но проход позади меня был тихим и спокойным, и через мгновение я продолжил путь.

Когда проход впереди превратился в тупик, я увидел то, на что надеялся: в воздухе витали следы бледной эссенции. Слева виднелся потрепанный деревянный забор, а за ним футбольное поле, и в этом направлении следы эссенции были сильнее. Футбольное поле было огорожено, но забор был поврежден и лишь наполовину починен, и я нашел достаточно большую щель, чтобы протиснуться сквозь нее.

На футбольном поле было темно и тихо. С трех сторон его окружали дома и задние дворы, заглушая любые звуки с близлежащих улиц. Окна спален и ванных комнат светились желтыми квадратами, расположенными в домах вокруг, но сама площадка была почти черной. Трава заглушала мои шаги, пока я прослеживал светящиеся нити эссенции до юго-западного угла, где они сходились, образуя зеленый маяк. Колодец Жизни.

Я решил, что в качестве полезного Колодца он не подойдет. Его сила была слишком мала, чуть меньше, чем нужно, чтобы сделать жизнеспособный сигл. Но хотя он и был временным, казалось, что у него есть куда расти. Если я вернусь через неделю или месяц, то вполне возможно, что он превратится в D-класс или D+. Может быть, даже в C, если бы мне действительно повезет.

Конечно, на данный момент я ничего не мог сделать с Колодцем Жизни. Поскольку моя учетная запись в "Линфорд" была заблокирована, я не мог продать его; я даже не мог проверить в реестре, не заявлен ли он. Но если я не мог продать колодец, это не означало, что он был бесполезен. Я мог сделать сигл или просто последить за ним в надежде продать его, когда вся эта история с "Линфорд" уляжется. Правда, сейчас у меня не было никаких эскизов сиглов Жизни, над которыми я бы работал, но, возможно, мы с Колином могли бы заглянуть в каталог и придумать что-нибудь новенькое...

Холодный ветер пронесся по футбольному полю. Позади меня прокричала птица, затем затихла.

Я резко повернул голову, осматривая территорию. На обоих концах футбольного поля в полумраке виднелись очертания ворот. Восточная сторона, куда я вошел, была темной; никаких следов движения.

Но теперь, когда я остановился и прислушался, на территории стало очень тихо. Разве раньше не было больше шума?

Осторожно я начал пробираться назад по траве. Я не знал, что это было, но инстинкты предупреждали меня об опасности. Подойдя к дальней стороне, я замедлил шаг, осматривая забор. В тени ничего не было видно.

Я остановился и сосредоточился на своем эссенциальном зрении. Слева и справа от меня проплывали зеленые струйки, лениво дрейфуя по невидимым течениям. Позади горел зеленый огонь Колодца. А впереди...

...было что-то еще. Серо-белая эссенция из окружающего воздуха втягивалась в небольшой вихрь зеленого света, более четкого и ясного, чем окружающие меня потоки, и вырисовывала смутные очертания человеческого тела. Там, в тени, кто-то находился, используя усиливающий сигл.

Я стоял совершенно неподвижно.

Зеленый свет зашевелился. Он вышел в тусклый рассеянный свет лондонского неба и принял форму человека, окутанного мраком.

Я протянул правую руку и направил поток. Из кольца на моем четвертом пальце хлынул свет, озарив футбольное поле бледно-голубым светом.

Мужчина, стоявший передо мной, был на несколько дюймов выше меня и, возможно, на несколько лет старше. Трудно было сказать наверняка, так как на нем было надето что-то вроде защитного козырька из тонированного пластика, который скрывал верхнюю половину его лица, но что-то в том, как он стоял, вызвало у меня всплеск адреналина.

"Снова свет", - произнес мужчина. "Тебе действительно нравится это дерьмо, не так ли?"

Голос показался мне знакомым. Но не в хорошем смысле. "Мы встречались?"- спросил я.

"Встречались?" - насмешливо повторил мужчина-парень. "А ты как думаешь?"

Я нахмурился, изучая его. Худой, но мускулистый. Короткие черные волосы на фоне бледной кожи. Нахлынули воспоминания - сад?

Затем я увидел висящий на цепочке у него на шее сигл Жизни, наполняющий силой и мощью его мышцы, и все стало ясно. Это был тот самый парень из Хэмпстеда, который ударил меня, когда я дрался с ним летом, и от которого мне удалось уйти, только вбежав в толпу.

Сейчас вокруг не было никакой толпы.

Я быстро соображал, что бы такое сказать, чтобы выпутаться из этой ситуации. "Послушай, я знаю, что забрался на твой задний двор, - сказал я, - но не слишком ли это далеко заходит?"

Парень уставился на меня, его глаза были невидимы за козырьком.

"Я имею в виду, это было четыре месяца назад. Я понимаю, что ты злишься, но перестань".

"Ты думаешь, я чертовски глуп?" - спросил парень.

Я заколебался. Что-то было не так. В последний раз, когда этот парень прогнал меня, он вел себя так, будто я не стою его времени.

Не отрывая от меня взгляда, парень достал большой смартфон. Он постучал по сенсорному экрану, а затем повернул его так, чтобы я мог видеть.

Я озадаченно посмотрел на экран и увидел фотографию улицы в дневное время. Я стоял слишком далеко, чтобы разглядеть ее как следует, и определенно не собирался подходить поближе, но, похоже, снимок был сделан с уровня тротуара под углом вверх. Перед окнами от пола до потолка был балкон; качество изображения было неважным, но сквозь стекло можно было разглядеть двух человек, сидящих за…

Меня пронзила дрожь. Это была наша с Байроном фотография.

"Ну, привет", - сказал парень. "Ты только посмотри на это".

"Хм", - произнес я, быстро соображая. Какого черта... "Ты получил это от Люселлы?"

"Ага", - сказал парень. Он стоял лицом ко мне, не двигаясь.

Я не мог разглядеть выражение его глаз, но к этому времени уже уловил достаточно признаков, чтобы понять, что все очень, очень серьезно. "Вы, ребята... знаете друг друга?"

"Последний шанс", - сказал мне парень.

"Стоп, стоп", - быстро произнес я, подняв свободную руку. "Ладно, слушай, я не знаю, что тебе сказала Люселла, но уверен, что не сделал тебе ничего настолько плохого, чтобы ты захотел выследить меня и убить".

"О, не волнуйся, я не собираюсь тебя убивать", - сказал парень, и его губы изогнулись в невеселой улыбке. “Я просто сделаю тебе очень, очень больно".

Все шло не очень хорошо. "Может, хотя бы скажешь, почему ты так разозлился?"

Парень несколько секунд изучал меня, его глаза были нечитаемы за козырьком. "Знаешь что? Конечно", - кивнул он. "Только сначала выбью из тебя все дерьмо". Он шагнул вперед.

Я послал в грудь парня луч из сбоящего сигла на правой руке.

Все время, пока мы разговаривали, я готовился. Сигл силы, который носил парень, был похож на тот, что используют эшфордские оружейники, и я знал по нашей последней встрече, что он достаточно силен, чтобы выбить из меня все дерьмо. Именно поэтому я не позволял ему подойти достаточно близко, чтобы попытаться это сделать.

Эссенция всколыхнулась, и нити, проходящие через сигл парня и вливающиеся в его мышцы, закрутились, извиваясь, как гнездо спутанных змей. Он сделал два шага, потерял равновесие и споткнулся о собственные ноги. Затем попытался удержаться на ногах, а после этого - снова подняться с травы, чтобы дотянуться до меня.

Получилось не очень хорошо.

"Закончил?"- спросил я, когда он перестал двигаться.

Парень растянулся на траве, задыхаясь. По личному опыту знаю, что очень трудно двигаться правильно, когда твои мышцы имеют разную силу. Я все еще фокусировал на нем невидимый луч сбоящего сигла, из-за которого его силовой сигл вышел из-под контроля. К этому времени он, наверное, потянул около двадцати различных мышц.

"Какого х...", - начал парень и оборвал себя, вскрикнув от боли.

"Не хочу тебя расстраивать, - сказал я ему, - но ты не первый человек, который думает, что сигл силы означает, что он может мной помыкать".

Парень уставился на меня. В последний раз, когда мне не повезло столкнуться с ним, я ослепил его и убежал. Судя по козырьку, он, вероятно, ожидал, что я сделаю то же самое снова.

"Ладно, попробуем еще раз", - произнес я. Я держал луч, нацеленный на его грудь, одновременно поддерживая небольшую струйку эссенции, текущую через мой сигл Света. Одновременное использование двух триггерных сиглов на одной руке требует навыка - очень сложно удерживать потоки эссенции через разные пальцы, - но к этому времени я уже достаточно натренировался, чтобы делать это без особых раздумий. "Так может, ты расскажешь мне, что именно в этой фотографии заставило тебя так..."

Парень сделал короткое, резкое движение.

Какой-то инстинкт заставил меня отскочить в сторону. Эссенция вспыхнула в темноте; я услышал низкое, смертоносное шипение и почувствовал колебание воздуха. Я среагировал мгновенно, убрав эссенцию из своих сиглов "сбой"и "свет", заменив их дифракционным.

Мир погрузился в кромешную тьму. Я отступил назад, спотыкаясь в темноте. Я не мог видеть, но все еще ощущал Колодец, и это помогло мне сориентироваться; отойдя на достаточное расстояние, я остановился и стал рыться в кармане в поисках своего зрительного сигла, шаря вслепую, пока мои пальцы не сомкнулись вокруг повязки на голове, и я смог надеть ее на лоб и направить поток эссенции в установленный в нее сигл.

В мир вернулся тусклый голубой свет. Невидимость - сложная штука: все, что мешает людям видеть тебя, мешает и тебе видеть их. Мой выход из положения: дифракционный сигл пропускает ультрафиолетовый свет, а другой сигл позволяет использовать ультрафиолет для зрения, но это неудобное решение, и сейчас оно создавало мне проблемы. Моя головная повязка была не совсем правильно отрегулирована, и синий оттенок не помогал моему зрению.

За то время, что я оставался слепым, нападавший поднялся на ноги; он не был прям рядом, но находился неудобно близко. Он вертел головой из стороны в сторону, словно что-то искал.

Я стоял очень неподвижно. Что касается сиглов-невидимок, то мой не очень хорош; он вызывает нечто вроде искажения воздуха, которое становится тем заметнее, чем быстрее я двигаюсь или чем ближе кто-то подходит. Но было темно, и парень был в козырьке. Если бы я просто оставался неподвижным, он, вероятно, не смог бы...

Парень продолжал осматриваться по сторонам. Он сделал один шаг, затем другой, двигаясь в моем направлении.

Дерьмо.

Осторожно и медленно я начал смещаться влево. Голова парня повернулась в мою сторону, и я с замиранием сердца остановился.

Существуют всевозможные способы победить невидимость. Компании, производящие приборы для улучшения зрения, выпускают десятки моделей, и существует целая гонка вооружений между маскировкой и обнаружением. Но есть и более простой способ, требующий большего мастерства, но не требующий специального снаряжения. Если вы достаточно хороший друкрафтер, то можете просто почувствовать эссенцию, которую использует активный сигл.

Парень сделал пару шагов прямо ко мне.

Я быстро сообразил и изменил направление, отступая к Колодцу.

Парень резко повернул голову и двинулся за мной, но по мере того как я отступал, он замедлял шаг. Шлейф эссенции из Колодца лениво стелился по полю, клубясь между нами, и я видел, как парень оглядывается из стороны в сторону, двигаясь все медленнее и медленнее, пока наконец не остановился.

Попался, удовлетворенно подумал я. Не так уж сложно научиться воспринимать достаточно хорошо, чтобы уловить эссенцию. Но отличить разные виды эссенции - это совсем другая история. Пока я оставался достаточно близко к Колодцу, я был скрыт.

Проблема заключалась в том, что я также был в некотором роде застрявшим. Я мог кружить вокруг и пытаться вернуться к дыре в заборе, но стоило мне выйти из радиуса действия Колодца, как он снова меня обнаружит. Не придумав ничего лучше, я продолжал стоять на месте.

"Я знаю, что ты там!" - крикнул парень.

Я молчал. Сигл силы все пытался втянуть в себя эссенцию и активироваться. Я остановил его: мне нужна была скрытность, а не сила.

"Я убью тебя на хрен, кусок дерьма! Я переломаю тебе все кости, потом отрежу твой член и засуну тебе в глотку, пока ты не задохнешься!"

О, да, это действительно заставит меня захотеть выйти и поговорить.

"Что, блядь, не так с твоей семьей?" - кричал он. "Вы все и так богаты! Что, вам этого мало? Ты должен еще и с Байроном замутить?"

Я нахмурился. Что он имел в виду, говоря о "моей семье"...? О. Тобиас и Люселла.

Я начал понимать, что происходит. Должно быть, Люселла сказала этому парню, что я пытаюсь действовать в том же направлении, что и Тобиас, и что, в отличие от Тобиаса, у меня действительно есть шанс.

К сожалению, я не думал, что попытка объяснить, что она лжет, сработает. В криках этого парня слышалось раздражение, и, похоже, он был не в том настроении, чтобы с ним спорили. Я осторожно попятился, стараясь двигаться медленно и уверенно, чтобы он не смог уловить мерцание в воздухе.

"Знаешь, у тебя бы ничего не вышло, - сказал парень. Внезапно его голос стал странно нормальным, почти обыденным. "Ты что, думаешь, что станешь таким же, как Люселла? Единственная причина, по которой он продержал ее так долго, заключалась в том, что ей повезло. Те, что были после нее, уже израсходованы и выброшены".

Я подошел к краю футбольного поля. Пограничное ограждение было достаточно маленьким, чтобы я мог перешагнуть через него... но позади был забор высотой в десять футов с колючей проволокой по верху.

Я пытался понять, что делать. Если мне удастся перелезть через забор и оказаться в садах за домами, я буду в безопасности. Но меня не устраивали мои шансы перелезть через забор, сохраняя концентрацию на своей невидимости. Если мальчишка заметит меня на полпути вверх, все будет очень плохо.

Оставалось только бороться за выход. Сигл Силы парня все еще работал; если я задену его еще одним лучом, это должно уложить его достаточно надолго, чтобы я смог выбраться отсюда. Проблема заключалась в другом сигле. Все произошло слишком быстро, чтобы я мог быть уверен, но у меня было неприятное чувство, что это один из тех "ракет", которые выбрасывают снаряды. Я читал о них в каталоге Биржи, и в зависимости от уровня их мощности, они могли варьироваться от "очень больно" до "смертельно". Не думаю, что мне удастся одновременно концентрироваться на своем сбоящем сигле и сигле невидимости, а значит, у парня будет четкий прицел, когда он начнет стрелять. Он повредит себя в процессе, вероятно, достаточно сильно, чтобы у него не было больше одной попытки, но, возможно, одна попытка - это все, что ему нужно.

"Люселла говорит, что ты должно быть хорош", - сказал парень. Он сделал пару шагов вперед, его голова двигалась слева направо. "Полагаю, ты считаешь, что, создавая собственные сиглы, ты становишься каким-то призером, верно? Парень, который был до меня, тоже был в некотором роде золотым мальчиком. Этого оказалось недостаточно. После того, как он потерпел неудачу в третий раз, Байрон бросил его. Поэтому он решил действовать самостоятельно. Последнее, что я слышал, - его отправили в психушку".

Я понятия не имел, о чем говорит этот парень. Не то чтобы это имело значение; я был уверен, что он просто пытается заставить меня пошуметь. Но он подходил все ближе и ближе к Колодцу, и у меня уже не оставалось места для отступления. Нужно было принимать решение, и быстро.

Я сосредоточился на своем восприятии, сконцентрировавшись на парне. Его сигл Жизни был все еще активен, но больше ничего не улавливалось. Но... подождите, что это? Свечение второго сигла Жизни, меньше, дальше и ближе к земле...

Во мне зародилась надежда. Помощь была уже в пути.

Оставалось только отвлечь его.

"Знаешь, что мне пришлось сделать ради этого?" - продолжал парень. В его голосе снова зазвучали злые нотки. "Я не позволю тебе выжить меня сейчас".

"Я не пытаюсь тебя выжить", - ответил я.

Парень повернул голову в мою сторону, и его правая рука дернулась; это было лишь небольшое движение, но я следил за ним. "Вот ты где", - произнес он тихо.

"Слушай, я все еще не совсем понимаю, что происходит, - сказал я, - но если это поможет, я не собираюсь связываться с Байроном".

"Ага."

"Серьезно. Я просто пытаюсь получить его помощь в поиске кое-кого".

Парень сделал паузу. "Поиске кое-кого", - повторил он через мгновение.

"Да."

"Тебе нужна помощь Байрона в поисках кого-то".

"Эм, да".

Парень несколько секунд смотрел в мою сторону, затем издал короткий, лающий смешок. "Это лучшее, что я слышал за всю неделю".

"Окей", - медленно произнес я. "Суть в том, что нам не нужно..."

"Ты действительно не представляешь, с чем имеешь дело, не так ли?" - фыркнул парень. "Что они могут сделать?"

"Если ты хочешь рассказать мне...?"

Парень снова рассмеялся.

"Ну что ж, попробовать стоило", - вздохнул я. "Но я серьезно говорил о том, что не хочу подписывать контракт с Байроном. Может быть, подумаешь об этом, когда будешь наносить дезинфицирующее средство на свои царапины".

"Я не собираюсь..." Парень сделал паузу. "Подожди, что?"

Хоббс набросился на него сзади.

Мелькнула вспышка эссенции, но парень готовился выстрелить в меня, а не во что-то позади себя, и она с шипением улетела в темноту. Затем он попытался схватить Хоббса, и тут обнаружил, что когда кошки нападают на кого-то, они не стоят на земле и не царапаются, а используют его как раму для лазания. После он попытался оторвать Хоббса от своей руки и обнаружил, что попытки отбиваться одной конечностью от того, кто нападает на тебя четырьмя конечностями, не очень хорошо работают. И в этот момент я также ударил его своим сбоящим сиглом.

Через десять секунд воплей, криков и крайнего насилия парень лежал на земле, весь в крови и судорожно пытался отбиться от Хоббса. Я быстро обошел вокруг, внимательно следя за тем, чтобы луч не задел моего кота, и позвал: "Давай!"

Хоббс зашипел на парня и ударил его на прощание, затем повернулся и побежал прочь по траве. Я перестал концентрироваться на своем сигле и последовал за ним, виляя из стороны в сторону, чтобы в меня было труднее попасть на случай, если парень попытается выстрелить, но выстрелов не последовало. Мы с Хоббсом пробрались через забор и побежали обратно по проходу.

К тому времени, как мы выбежали на главную дорогу, я перешел на шаг. Не стоит проявлять излишнюю самоуверенность, пытаясь оторваться от преследователя, но в данном случае парень был весь исцарапан до крови и потянул больше мышц, чем, возможно, даже подозревал. Сейчас ему было бы трудно выиграть гонку даже у самоката.

Не то чтобы мне было легче от того, что он меня выследил. "Так как этот парень вообще меня нашел?"- спросил я Хоббса.

"Мраааау", - сказал Хоббс. Он запрыгнул на стену палисадника ближайшего дома и теперь рысил по ней на уровне пояса, не уступая мне в скорости.

"Люселла", - понял я. "Она дала ему мой адрес. Тогда ему просто нужно было найти место, откуда он мог бы наблюдать за моей входной дверью, дождаться, когда я уйду, а затем последовать за мной".

"Мрау".

"Надеюсь, это не войдет в привычку", - сказал я Хоббсу. "В этот раз все получилось, но не думаю, что хочу реванша".

"Мраааау".

"Да, я знаю, это потому, что ты там был".

Мы пошли прочь по тротуару, Хоббс перепрыгивал через зазоры, где были передние ворота. "Мраау?"- сказал Хоббс.

"Я только что тебя покормил".

"Мраоу".

"Отлично, думаю, ты это заслужил".

"Мраоу?"

"Ладно, ладно, угощаю тоже".

Мы отправились домой.