Следующие несколько дней были насыщенными.

Первым в списке дел значился еще один разговор с отцом Хоуком. Он подтвердил, что да, у всех улучшающих сиглов есть регуляторы, и да, они работают практически так же, как у меня. Он также дал мне почитать книгу по апологетике, которую, как я знал, должен буду прочитать к следующему нашему разговору. Мне все еще казалось странным, что отец Хоук, казалось, так сильно заботился о том, чтобы заставить меня делать нечто, похожее на домашнее задание по теологии, но я начал привыкать к этому. И должен был признать, что это была приятная перемена - иметь дело с кем-то в мире друкрафта, кто был готов помочь, не требуя при этом грабительских сумм денег и не пытаясь нанести удар в спину.

Следующим пунктом был конструкт. Чтобы отключить регулятор на моем собственном сигле, я должен был прикоснуться к нему, что, очевидно, было непрактично в бою. Но, вспоминая то, что сказала мне Мария, я понял, что если могу сделать это без сигла, то это должен быть Первозданный эффект, а значит, я должен быть в состоянии сделать его намного более мощным, превратив в сигл Первозданности. И, если подумать, в прошлом месяце я нашел Первозданный Колодец...

И вот, в следующий понедельник я стоял в природном заповеднике за пределами Лондона и смотрел на свою ладонь. На ней покоился крошечный серый шар цвета густых облаков. Природный заповедник находился недалеко от Кобхэма, маленькой сонной деревушки в графстве Суррей, которую я посетил еще в апреле в надежде, что менее населенное место станет лучшим местом для охоты. Как оказалось, это было не так, но мне все же удалось найти один колодец. Он был очень слаб, его резервы были на грани того, чтобы вообще не иметь возможности создать сигл, но этого оказалось достаточно.

Обычно я проверял свои сиглы дома, но этот я ждал, казалось, целую вечность и хотел сразу же опробовать его. Конечно, единственным способом проверить его как следует было использовать его на сигле Улучшения, который действительно работал… что означало испытать его на себе. Я прошелся по майским полевым цветам, где лютики казались маленькими золотыми пятнышками на фоне травы, и нырнул под ветви сладкого каштана, который скрыл бы меня от любых прохожих. Затем надел свой сигл Улучшения и приступил к работе.

Мне пришлось действовать очень медленно и осторожно, но уже через час я понял, что у меня получилось. Каждый раз, когда я направлял поток эссенции на свой сигл усиления, его узел-регулятор переставал работать. Однако, что очень важно, остальная часть сигла продолжала работать, а значит, она посылала нерегулируемую энергию в мышцы моего тела точно так же, как это делал Марк 1. Радиус действия был не очень велик - может быть, около тридцати футов, - но я, вероятно, смог бы увеличить его с практикой. А учитывая, что он был совершенно невидимым, большинство людей даже не смогли бы догадаться, что я его использую.

Что касается оружия, то оно было до смешного специфическим. Оно было совершенно бесполезно против всех возможных противников, кроме тех, кто использовал усиливающий силу сигл Жизни. Но, как ни странно, тот факт, что оно было бесполезно против 99,9 % людей, меня даже успокаивал. Ни один нормальный человек не стал бы носить с собой такое оружие… что означало, что никто этого не ожидал.

Я направился к дому с уверенностью в своих силах.

***

С этого момента мне показалось, что ситуация изменилась.

Я вернулся к своим тренировкам и занятиям с новой энергией. Если раньше я думал о том, как сбежать или скрыться, то теперь о том, как сражаться, чтобы победить. Бой в Хэмпстеде преподал мне важный урок: слабое оружие может быть хуже, чем полное его отсутствие. Мой сигл-хлопок помог мне в драке в Виктория-парке, но превратился в помеху, как только я столкнулся с кем-то по-настоящему опасным. Это была совсем другая история. Впервые я почувствовал, что у меня есть что-то, что позволяет мне смотреть в лицо моим врагам на равных.

Но я все равно не собирался возвращаться в Хэмпстед. Мой новый сигл мог позволить мне справиться с такими противниками, как этот парень, но только до тех пор, пока у меня было преимущество неожиданности - как только он поймет, что происходит, то может просто снять свой силовой сигл, и тогда мое новое оружие станет бесполезным. Это был хороший трюк, но его было недостаточно.

Дело в том, что сейчас я просто не мог бить с достаточным весом. Чтобы противостоять таким противникам, как этот парень или Шрам с Дизелем, мне нужен был не один хороший прием. Мне нужно было много хороших приемов, а это означало больше сиглов, а следовательно, работы и времени. А это подразумевало, что на данный момент мне придется отложить поиски отца, а также все планы, которые я строил в отношении Эшфордов. Меня это не радовало, но в данный момент моим приоритетом было стать еще сильнее.

Оставалось надеяться, что у меня будет достаточно времени, чтобы сделать это.

***

Я отвез Хоббса к ветеринару, чтобы проверить его состояние. Новости были хорошими, и мне сказали, что я могу начать постепенно давать ему больше свободы передвижения, что привело меня к новому проекту - выяснить, как сделать сигл для кого-то другого. Я не знал, как это сделать, но знал кое-кого, кто знал: Мария. Вся ее работа была связана с поставкой сиглов богатым людям, и я был уверен, что она достаточно хорошо понимает процесс, чтобы объяснить его мне.

Неудивительно, но она так и сделала. Также неудивительно, что она не захотела делать это бесплатно. На этот раз я ожидал этого и захватил с собой наличные.

"Хорошо, - сказала Мария, когда мы устроились в ее консультационной комнате. "Тебе будет легко понять, поскольку ты уже умеешь формировать сигл. Когда ты создаешь сигл, первоначальный конструкт состоит из твоей личной эссенции. Затем ты накладываешь на него эссенцию Колодца, как плоть на скелет. Верно?"

Я кивнул.

"Этот конструкт используется для создания сердцевины сигла, - сказала Мария. "Обычно мы называем его ядром. Когда конструкт сжимается и проявляется, нити конструкта становятся нитями ядра. Важно понимать, что даже когда они затвердевают, эти нити все еще состоят из твоей личной эссенции, и по-прежнему реагируют на тебя. Таким образом, когда ты направляешь на них энергию, они проводят эссенцию, и все это работает. Некоторые люди думают, что это как вода, текущая сквозь трещины, другие - что это как электричество, проходящее по цепи, но в любом случае важно то, что именно твоя сущность, заложенная в ядре, заставляет его функционировать. Для всех остальных это просто кусок камня. Это называется Пределом Крови, и это одно из самых важных ограничений в друкрафте".

"Почему оно называется Пределом Крови?"

"Потому что есть два способа обойти его", - сказала Мария. "Во-первых, ты можешь использовать сигл кровного родственника. Твоя личная эссенция подобна твоему генетическому коду - она фиксируется при рождении и ты получаешь ее от своих родителей. Чем теснее ты с кем-то связан, тем больше вероятность, что сигл посмотрит на твою эссенцию и скажет "достаточно близко"."

"Насколько близкими родственниками надо быть?"

"Чем ближе, тем лучше. Лучше всего родитель, ребенок, брат или сестра. Дальше все зависит от соотношения настроек и немного от удачи, но это сложно, и я не буду сейчас в это вдаваться. Главное, что есть второй способ обойти Предел Крови. Ты можешь понять, что это?"

Я нахмурился. "Что вы имеете в виду?"

"Твои сиглы работают на тебя, потому что они сделаны из твоей личной эссенции", - пояснила Мария. "Так что если ты хочешь, чтобы сигл работал на кого-то другого..."

"Надо создать его из его личной эссенции", - закончил я.

"Именно так".

"Но как это работает? Когда ты отводишь чью-то личную эссенцию слишком далеко от тела, она начинает терять созвучие. Я полагаю, если бы они были рядом..."

"Есть более простой способ сделать это, - ответила Мария. "Возьми кусочек их тела".

Я уставился на нее.

"Не так", - сказала Мария со смехом. "Ты используешь их кровь. Можно использовать и другие вещи, но кровь обычно лучше всего. Ты используешь ее как фокус для шейпинга и вытягиваешь эссенцию в процессе".

Я задумался. Звучало сложно, и я так и сказал.

"Так и есть", - кивнула Мария. "И это становится тем сложнее, чем больше их эссенции ты используешь. Доля ядра сигла, который формируется из эссенции клиента, называется коэффициентом настройки. Если смешать их поровну, получится соотношение один к одному. Чем больше их эссенции используется, тем эффективнее будет сигл, но тем сложнее его создать".

"А какой максимум можно достичь?"

"Ты амбициозен, не так ли?"- спросила Мария. "Стандарт Совета - два к одному. Если тебе нужен профессиональный уровень, то на заказ можно сделать сиглы на уровне трех или трех с половиной. Иногда даже четыре к одному, хотя в этом случае ты начинаешь рисковать, что все это не сработает".

"Ха", - сказал я. Мне стало интересно, как далеко я могу зайти.

"Так как продвигается поиск? Удалось ли тебе получить камень искателя?"

Она не знает, понял я. Хотя, возможно, мне не стоило удивляться. Мария работала с богатыми клиентами, а не с бедными сотрудниками. "Не совсем".

"Ты не прошел проверку на кредитоспособность?"

"Нет, я просто не подавал заявку, потому что камни искателя ужасны", - прямо сказал я. "Почему вы посоветовали мне купить один?"

Мария выглядела удивленной. "Большинство колодцев "Линфорд" обнаружены с помощью камней искателя".

"Но у них ужасный радиус действия. Почему бы просто не взять кого-то с хорошими способностями?"

"Ты знаешь, сколько времени нужно, чтобы обучить кого-то до такого уровня?"- спросила Мария. "Это годы работы, и все ради того, чтобы развить навык, не имеющий рыночной стоимости. В то время как ты можешь научить кого-то пользоваться камнем искателя за пять минут".

"Камень искателя, который сломается через полтора года".

"Резьбовые сиглы - это промышленный стандарт".

"Но эти резьбовые сиглы стоят примерно лишь в два раза дешевле цельных", - заметил я. "Замена сиглов каждые полтора года не кажется выгодной сделкой".

"Согласно опросам, большинство поисковиков остаются в этом бизнесе не более восемнадцати месяцев, прежде чем бросить его", - сказала Мария. "Это может быть немного временной работой".

Забавно, что ты не упомянула об этом раньше. "Вы говорили, что поисковики могут подняться по карьерной лестнице", - напомнил я. "Как бы мне это сделать?"

"Боюсь, я не очень-то разбираюсь в поисковой стороне бизнеса. Тебе лучше поговорить со своим руководителем".

Я даже не знал, что у меня есть руководитель. Все мои контакты с "Линфорд" происходили через их приложение, и в тот единственный раз, когда я задержался у Колодца, прибывшая команда велела мне убираться. "Я даже не знаю, кто это".

"К сожалению, я мало чем могу помочь".

Я начал охладевать к Марии. В нашу первую встречу она показалась мне кладезем информации, но чем дольше я с ней общался, тем больше у меня появлялось ощущение, что все, что она мне говорит, направлено на то, чтобы подтолкнуть меня к определенному пути. "Могу я спросить вас кое о чем?"

"У тебя осталось двадцать минут", - сказала Мария с улыбкой.

"Линфорд - это компания по производству драгметаллов", - сказал я. "Так почему же они не заботятся о том, чтобы их сотрудники обучались какому-либо друкрафту? Вы говорите, что поисковики должны просто использовать камни искателя, но если они не научатся восприятию, то как они перейдут к вещам, необходимым для работы на более высоком уровне, таким как ченнелинг и шейпинг?"

"В основном эти навыки тебе не нужны", - заметила Мария. "Я вообще почти не использую ченнелинг в наши дни. А шейперы должны знать достаточно, чтобы использовать ограничитель".

Я нахмурился.

"Думай об этом, как о строительстве дома", - объяснила Мария. "Ты можешь сделать его сам, но гораздо проще купить тот, который для тебя сделал кто-то другой".

"Должно быть, в вашей компании есть хорошие друкрафтеры".

"Ну, да".

"Так как же вы получаете такую работу?"

"Не приходя и не подавая заявление, если тебя это интересует", - сказала Мария. "Люди, занимающие такие должности, годами работают в компании, прокладывая себе путь наверх".

И как ты собираешься продвигаться по службе, если компания тебя ничему не учит? Подумал я, но промолчал.

"В любом случае, я думаю, ты немного забегаешь вперед", - сказала Мария с очередной улыбкой. "Будет ли что-нибудь еще?"

"...Нет. Это все."

***

Я отправился домой в глубокой задумчивости.

Чем больше я узнавал о "Линфорд", тем больше мне начинало казаться, что у меня нет там будущего. Может, "Линфорд" и был бы рад купить мои Колодцы, но он не был заинтересован в том, чтобы меня чему-то научить. Более того, у меня начало складываться впечатление, что на самом деле им нужны рабочие пчелки, которые будут делать только то, что им скажут, и ничего больше. В этом и заключался смысл камней искателей. Они превращали поиск из квалифицированной работы в неквалифицированную, чтобы корпорации вроде "Линфорд" могли нанимать работников в массовом порядке и быстро находить новых, когда старые увольняются. Как и говорил Чарльз Эшфорд, я был заменяемой деталью в машине.

Пока, по крайней мере, работа поисковиком меня устраивала. Но в долгосрочной перспективе у нее, вероятно, было не больше будущего, чем у любой другой моей работы. Если я хотел чего-то с реальными перспективами, то должен был быть сам по себе.

Что ж. Было о чем подумать. А пока мне нужно было сделать сигл.

***

Мне потребовалось время, чтобы освоить технику, описанную Марией. Работа с чужой эссенцией делала весь процесс шейпинга совсем другим, но к этому моменту я уже привык разбираться во всем самостоятельно. Потребовалось несколько тренировок со слабыми Колодцами и еще один визит к отцу Хоуку, но в конце концов я понял, что главное - обращаться с личной эссенцией так же, как со свободной эссенцией Колодца. Я был почти уверен, что Мария решила, будто я спрашиваю об этом, потому что надеялся заняться каким-нибудь побочным бизнесом, связанным с продажей сиглов другим людям. Интересно, как она отреагирует, если узнает, что я делаю это для своего кота.

К этому моменту Хоббс выздоравливал уже больше двух месяцев, и держать его в доме становилось все труднее - он еще не восстановил свои силы, но ему было скучно, он был нетерпелив и хотел выйти на улицу. У моего проекта было две цели. Во-первых, это ускорило бы его выздоровление, укрепив ослабленные мышцы. Во-вторых, он преподнесет неприятный сюрприз тому, кто снова попытается его обидеть.

Примерно в середине июня я наконец нашел то, что искал, - временный Колодец Жизни в Блэкхите. Я взял туда Хоббса в его кошачьей переноске. В "Линфорд" могли использовать образцы крови, но я не видел причин делать то же самое, когда мог просто сформировать сигл прямо перед Хоббсом и таким образом вытянуть из него эссенцию.

Процесс придания формы прошел идеально, и вскоре у меня был сигл, улучшающий кошку. Я отнес его и Хоббса домой, вставил сигл в специально подготовленный ошейник и надел его.

И тут я кое-что обнаружил.

Оказалось, что у кошек способность к эссенции гораздо ниже, чем у людей. Тот же тип улучшающего сигла, который занимал меньше половины моего собственного потенциала, потреблял все толики эссенции, которые мог произвести Хоббс. С другой стороны, поскольку сигл был слишком велик для его крошечного тела, вся его мощь была сосредоточена в очень маленьком объеме. Это было все равно что взять электрический скутер и оснастить его реактивным двигателем: в нем не осталось места ни для чего другого, но он был намного мощнее.

Первый час Хоббс провел, спотыкаясь о собственные ноги. Он был похож на котенка, который заново учится ходить, но это не заняло у него много времени, и вскоре он уже прыгал по комнате. Я отнес его в маленький садик на заднем дворе дома, но как только опустил на землю, он одним прыжком перемахнул через забор и исчез.

Я целый час безуспешно искал его. Затем лег в постель и плохо спал, прислушиваясь, не вернется ли он.

В пять утра меня разбудило пронзительное мяуканье. Я вскочил с кровати, открыл окно и посмотрел вниз.

Хоббс сидел на карнизе прямо под моим окном, держа в зубах голубя в натуральную величину. Голубь был примерно в два раза меньше его, и ему приходилось стоять под неудобным углом, чтобы не упасть с карниза. Голубь был еще жив и пытался вырваться. "Мрааау", - сказал мне Хоббс приглушенным голосом.

"Какого черта ты делаешь?"- потребовал я.

"Мраау".

"Я знаю, что это голубь! Поднимись, чтобы я мог до тебя дотянуться".

"Мрааааау".

"Мне плевать, если ты его потеряешь! Перестань балансировать на этом выступе и забирайся внутрь, пока не упал".

Голубь выбрал этот момент, чтобы начать трепыхаться и хлопать крыльями. Хоббс потерял равновесие и поскользнулся, зацепившись за выступ, но при этом выпустил птицу из пасти. Голубь упал на порог нашего дома, вскочил на ноги и взлетел, хлопая крыльями, как раз в тот момент, когда Хоббс выровнял равновесие.

Хоббс оглянулся, увидел голубя и, не раздумывая ни секунды, бросился с карниза в парящем прыжке. Он задел птицу в воздухе, и они вдвоем упали на землю в клубок меха и перьев.

Я наклонился вперед, боясь, что Хоббс пострадал, но через секунду он снова был на ногах, по-видимому, целый и невредимый, и снова держал голубя во рту. Он бросил на меня торжествующий взгляд, а затем затрусил прочь, исчезнув за оградой на территории соседнего многоквартирного дома. На Фоксден-роуд снова стало тихо.

Что ж, подумал я, это определенно работает.

***

С этого момента выздоровление Хоббса пошло быстро. Его таз и одна из лап зажили немного криво, но это не причиняло ему никакого вреда, и вскоре он снова бродил по улице. Пока его не было, на его территорию перебралась пара других котов, и он избил их в паре крайне односторонних схваток. Сила, которой наделил Хоббса сигл, была просто поразительной - от десятифунтового кота такой мощи просто не ожидаешь. В следующий раз, когда я поведу его к ветеринару, мне придется быть очень осторожным, сажая его в переноску. Но наконец-то он пошел на поправку, и с наступлением лета я чувствовал себя лучше, чем когда-либо за последние годы.

***

Июнь перешел в июль. День солнцестояния наступил и прошел, и я провел долгие теплые дни, бродя по тропинкам и забытым уголкам Восточного Лондона. Кусты ежевики на Гринвей начали цвести, белых и розовых цветов появлялось все больше и больше, пока они не превратились в море красок под летним солнцем. Я находил Колодец за Колодцем, некоторые из них были востребованы и огорожены забором, а другие не были обнаружены и ждали своего часа. Некоторые я продал "Линфорд", но только столько, сколько нужно; лучшие я оставил себе. Постепенно у меня начало складываться представление о том, в каких местах с наибольшей вероятностью можно найти Колодцы, и я составил карту, которую изучал по вечерам, чтобы решить, куда отправиться на следующий день.

Самые слабые колодцы я использовал для своих экспериментов. Колодцы класса D продавались очень дешево, и теперь, когда я перестал быть вечным банкротом, я мог позволить себе использовать их для опробования новых конструктов. Большинство из них были неудачными, давая инертные сиглы, бесполезные сиглы или вообще ничего, но это было не страшно: каждая неудача учила меня чему-то новому. Я познакомился с эссенциями различных ветвей: жизнелюбивым зеленым сиянием Жизни, прозрачной чистотой Первозданности, тяжелой толщей Материи. Но сколько бы я их ни находил, Свет оставался моим любимым. Колодцы Света были единственными, где эссенция, казалось, хотела обрести форму, как будто понимала, что я пытаюсь сделать, и откликалась на это.

И всегда, на задворках сознания, я помнил об Эшфордах и о том доме в Хэмпстеде. По крайней мере раз в неделю я думал о том, чтобы вернуться, и каждый раз отказывался от этого. Я не был готов. Пока не готов.

Прошел июль. Цветы ежевики начали увядать и опадать, а на их месте на стеблях выросли ягоды. Когда ягоды ежевики на ветках потемнели, мои эксперименты начали приносить успех. У меня был особый сигл, о котором я мечтал уже очень, очень давно, который, как мне казалось, мог бы наконец поднять меня на нужный уровень, и теперь мои навыки приближались к тому уровню, когда я думал, что действительно смогу его сделать. Когда наступил август и лето подошло к концу, я приступил к работе над тем, что должно было стать моим самым сложным проектом на сегодняшний день.